Марс: рассвет

Мятежники двинулись к границе и, перейдя её, стали освобождать населенные пункты от немногочисленных оккупантов. Для жителей королевства Йорков ситуация была максимально не понятна. Их освобождали те, кто ещё год назад шли на них войной. Дабы не распространять это недопонимание на всю территорию королевства, Джек совместно с Ярой решили двигаться к столице, не задевая населенные пункты. Бешеными темпами, продвигаясь к столице, мятежники всё же решили устроить привал, не доходя до неё пары километров. Они знали, что основная часть армии империи покинула эти места, но не знали, сколько воинов осталось в столице. Отдохнув сутки, мятежники отправились к столице. Завоевать её не составило труда. На данный момент, численность мятежников составляла около двух с половиной тысяч человек с учётом потерь во время неудачной атаки на императора и воинов, которые присоединились к движению позже, в тоже время, численность воинов в оккупированной столице составляла две тысячи хорошо вооруженных воинов, которые, либо не успели восстановиться после окончания военных действий, либо были новоприбывшими ещё не нюхавшими порох юнцами.

Реакция жителей столицы на подобный перформанс опять таки была неоднозначной. Они просто не знали, как реагировать на то, что генеральши, которые вчера их завоёвывали, сегодня сражаются против своих же воинов.

По окончанию битвы Джек облачаясь в королевские одеяния, вышел на площадь и произнёс речь перед своими гражданами. Предварительно этих самых граждан уведомили о речи и заверили в том, что выходить на улицу абсолютно безопасно.

- Граждане, - начал король, - я прошу прощения у каждого из вас за то, что будучи королем и гарантом вашей безопасности я не смог уберечь страну от захватчиков. Наша страна меньше той огромной империи, которая на нас напала, наша армия слабее, а люди не хотят сражений! Я долго думал, как вернуть нам независимость, но совершено не знал, что делать. Уже находясь в оккупированной столице, я узнал, что граждане Силарийской империи недовольны своим императором. Я узнал, что те, чьими силами мы были завоеваны, хотят свергнуть императора, и я предложил им свою помощь в обмен на независимость нашей страны. К сожалению, из-за независящих от нас обстоятельств, свергнуть императора не удалось. Однако, несмотря на это наша страна будет освобождена. Сейчас император стянул все силы империи к столице и у нас есть шанс освободить наши земли. Моя вина перед вами очень велика, но я надеюсь, вы позволите мне исправить свою ошибку.

Удивительно, но, ни одного возгласа не было слышно из толпы во время речи. Граждане столицы даже не шептались, а лишь молча, слушали короля, внимая каждому его слову. По окончанию речи один из мудрейших и старейших жителей города вышел вперёд и, глядя в лицо королю, сказал:

- Мы верим королю, который столько лет вел нас по пути истины к светлому будущему, всего себя отдавая работе, ради нашего благополучия. Но мы не верим тем, кто захватил нас. Сегодня они говорят, что пришли освободить нас, а завтра могут столкнуть Вас с трона. Как мы можем доверить свою судьбу тем, кто пришёл на нашу землю с мечом?

- Я понимаю ваше негодование, но, к сожалению, я ничего не могу сделать. У меня нет выбора, я не знаю, как по-другому можно вернуть нам свободу.

- Если вы не против, мы бы хотели послушать, что нам скажут эти господа, - старик указал на толпу мятежников, впереди которых стояла Яра.

- Да, конечно, - сказал Джек и жестом пригласил Яру к трибуне.

- Я не знаю, как заверить вас в чистоте своих намерений, - начала Яра своим грубым военным голосом. - Могу сказать лишь то, что мне нет никакого дела до вашей страны. Меня интересует исключительно наша империя. Я хочу свергнуть императора и принести в свою страну тоже благополучие, которое царило в вашей до войны. К сожалению, сейчас я не могу находиться в своей стране, у меня нет возможности свергнуть императора или же влиять на его решения. Даже само нахождение на родине для меня опасно. Как вы поняли, у меня есть цель и ваше освобождение лишь один из способов ее осуществления. Следует ли мне сказать что-нибудь ещё или этого достаточно?

- Я полагаю, что этого достаточно. Тем более с учётом того, что у нас нет другого выбора.

На этом выступление было окончено. Столица освобождена. Теперь нужно было освободить остальную часть страны. Мятежники расположились во дворце и в гостиницах города. В тот же день вечером провели собрание.

- Итак, нам следует решить, как мы будем освобождать остальные города, - сказала Яра, прогуливаясь по гостиной дворца.

- Южнее столицы завоеваны не все населенные пункты, - сказал Джек, глядя на карту.

- Да, мы решили, что там нечего ловить, поэтому их завоевание осталось тем, кто мог воевать дальше или хотел лёгкой наживы и медалек за взятие всех этих безызвестных деревень.

- У нас мало солдат. Полагаю для начало надо зачистить деревни вокруг столицы, потом пойти на юг и зачистить завоеванные там деревни. После в зависимости от ситуации зачистить оставшиеся города и села, - сказала Мина, сидящая на мягком диване перед столом и смотря в карту.

- Это звучит разумно, - безучастно сказал Джек.

- Дорогой мой. Это что за выражение лица такое? Мы будто не твою страну освобождаем, а книгу какую-то обсуждаем, - выразительно сказала Яра. - Что с лицом?

- Это немного грубое выражение, тебе так не кажется? - легко улыбнувшись, сказал Джек.

- Это немного странное выражение лица для человека, которому, по сути, вернули трон и бразды правления, ты так не думаешь? - Яра сказала это с сарказмом, но по её выражению лица было видно, что она не хочет его обидеть. - Так что случилось? Неужели ты признался в любви, а тебя послали?

- Нет. С чего ты это взяла?

- Ну, моя младшая сестра так может сделать.

- Причем здесь это? - в недоумении спросил Джек

- О чём вы? - спросила Мина, глядя то на одного, то на другого. - Что случилось, за то время пока меня не было?

- Ой, дорогуша, это случилось давно, просто кто-то не умеет замечать подобное! А ведь мы вскоре можем породниться с этим коротышкой. - Яра с лукавой улыбкой взглянула на Джека.

- Вообще-то мы почти одного роста? - возразил Джек.

- Вообще-то, вследствие полового диморфизма, средний рост мужчин выше, чем средний рост женщин. К слову предложение стать родственниками тебя ничуть не смутило. Значит, кто-то уже наметил себе... так скажем, цель.

Джек покраснел и не знал, что ответить на это.

- Мы же говорили о планах... об освобождении... это... в общем... – мямлил он.

- Да кого ты обманываешь! Тебе даже интересно не было!

- Мне интересно. Просто... просто я не занимался экономикой страны уже больше трёх месяцев. Мне нужно принять план... экономический, посмотреть какие проблемы есть в обществе.

Джек смущался всё больше, а Яра вперив свой взгляд в его глаза, продолжала мучить бедолагу.

- Всё. Яра, прекрати это издевательство! - не выдержала Мина. - Он же сейчас сквозь землю от стыда провалится.

- Заюш, не надо этого стыдиться! Гордись! Тебе ещё нет ста лет, а ты уже нашел себе королеву!

- Яра перестань! Если сюда придет Снежана, она убьет тебя!

- Ладно-ладно. На этом, пожалуй, закончим нашу пытку.

В течение нескольких месяцев король вернул себе во власть почти все города и деревни. А сестры продолжали совершенствоваться в магии. Но гораздо более интересные события происходили в Силарийской империи.

- "Он по-любому устроит нам допрос", - думала Хеталика, ходившая из одного угла комнаты в другой, после возвращения императора. - Если нас с Радой будут опрашивать вместе, мне конец.

- Принцесса, император просит вас явиться в его кабинет, - сказала служанка, постучавшись в дверь.

- Сейчас выйду, - крикнула Хеталика. - "Если бы только её он допросил первой", - пронеслось в голове у Хеталики и она направилась к императору.

Войдя в кабинет, она увидела Раду, стоявшую перед письменным столом отца, за которым сидел он сам.

- Вы наверняка уже слышали о произошедшем сегодня на турнире, - сказал император, постукивая по столу указательным пальцем.

- "Он явно нервничает", - подумалось Хеталике. - "Неудивительно, он разом решился трёх дочерей".

- Разумеется, нас осведомили о совершенном на Вас покушении. Позвольте спросить, кто же совершил этот ужасный поступок, если можно так выразиться? - сказала Хеталика, немного куснув нижнюю губу. - "Такая формулировка не должна задействовать силу Рады, ведь так?", - подумала она и мельком взглянула на обеспокоенное лицо сестры.

- Ещё совсем недавно я говорил со Снежаной. Она стояла на том самом месте, где сейчас стоите вы, и я был уверен в том, что она предана мне и готова служить на благо нашей страны. Однако, - он сделал небольшую паузу, - однако сегодня она смотрела на меня так, словно готова придушить собственными руками. В связи, с чем у меня возник вопрос, могу ли я доверять вам?

- Я готова отдать жизнь за свою страну и всегда буду служить на благо нашего отечества. Поступок Снежаны, мне кажется, ужасно низким и поверьте, я никогда не поступлю также! - закончив пламенную речь, она взглянула на сестру всю бледную и дрожащую. - "Я старалась извиваться, как могла. Неужели в моих словах есть неправда?"

- Что же скажет моя младшая дочурка?

- "Неважно, что она скажет, с ней он плохо не поступит".

- Я... Я считаю, что это был плохой поступок со стороны сестры. Она-на пр-предала нас. Это плохо. Я так ни за что не поступлю, - дрожащим голосом произнесла она.

Могло показаться, что ей страшно. Это так, но не это вызывало столь явный страх, смятение, ужас. На протяжении уже нескольких месяцев она слышала лишь правду и если сестры ей врали редко, то речь прислуги, судя по всему, почти полностью состояла изо лжи. Раде пришлось снять розовые очки. Она увидела мир даже ужаснее того, который видели её сестры, и это тяжким грузом легло на её душу.

После некоторых расспросов император отпустил их, и они вернулись в свои комнаты. Сила слышать лишь правду тяготила Раду, но ещё больше её тяготило то, что она не слышала то, что ей говорили на самом деле, и ей всё время приходилось переспрашивать. Рада не обладала особым умом, но смекнула, что ей просто нужен тот, кто будет повторять всё для неё без переспрашивания. Тут же она начала поиск новой служанки. Она попросила привести ей все возможных девушек её возраста и ниже. Этот приказ был выполнен в кратчайшие сроки. Она начала выбирать. Отбор проводился очень просто. Претенденток пускали в комнату по одной, после чего каждой задавался один простой вопрос: "Если я расскажу тебе секрет, будешь ли ты рассказывать его окружающим?". Удивительно, но почти все провалились из-за этого простейшего вопроса. Лишь одна ответила: "Заплатите - буду молчать". Тогда последовал второй вопрос:

- И сколько же мне нужно заплатить?

- Мои запросы невелики. Мне хватит 50 серебряных в месяц.

- И тогда ты обещаешь молчать?

- Да

- Тогда слушай.

Рада поведала ей о своем проклятье и сказала, что этой особой служанке достаточно будет сопровождать её и повторять ей слова окружающих при необходимости. Тут стоит отметить, что Рада не только слышала правду, но и понимала, когда она слышит слова человека, а когда правду вместо сказанного, ведь во втором случае у неё начинает звенеть в ушах, а по всему тело проходит неприятная дрож. Именно поэтому нет необходимости повторять всё сказанное. Они условились, что повторять сказанное нужно тогда, когда Рада будет тянуть служанку за рукав.

К слову, служанка была низкого роста, её лицо, несмотря на шестнадцатилетний возраст, сохраняло детские черты лица, но в её глазах было что-то взрослое, та самая серьезность, которая таится в глазах каждого, кто повидал множество трудностей ещё с юного возраста.

Прошло несколько месяцев со дня мятежа. Жизнь в столице шла размеренно. Император старался укрепить своё положение, чтобы не быть свергнутым на старости лет, а Рада и Хеталика старались разобраться в своих способностях.

- "Моя сила, в чем же она состоит", - думала Хеталика, глядя на своё отражение в зеркале. - "Мертвецы. Они появились тогда, но что-то мне подсказывает, что это не моя сила. Тогда что же это было? "

Произошедшее с ней на балу больше не происходило ни разу, но было другое. Её внешность менялась. С наступление ночи её волосы чернели, цвет лица становился болезненно бледным, а на месте глаз появлялись бездны, абсолютная тьма лишь по форме напоминающая глаза. Все менялось с рассветом. По её волосам начинал разливаться золотистый цвет, глаза становились обычными, как у всех людей, и изумрудного цвета. Стоит сказать, что изначально её глаза были карего цвета, а волосы каштанового, отчего видеть своё нынешнее отражение в зеркале, что днём, что ночью, ей было непривычно.

Она хотела заполучить трон, и способов для его получения было не так уж много. Для начала выйти замуж, но так, чтобы оставшаяся сестра этого не сделала. Затем избавиться от отца и после восхождения на трон мужа, убить его, заняв, таким образом, трон. Этот план мог потерпеть неудачу, так как многие не хотели бы видеть на троне женщину, поэтому был смысл родить наследника. В таком случае, она смогла бы стать регентом, провести необходимые ей реформы и до совершеннолетия сына взойти на трон по закону. Разумеется, шансы родить сына были пятьдесят на пятьдесят. Могла ведь родиться и девочка. К тому же, ложиться в койку к какому-то старику не особо хотелось. Она продвигала Анко по службе и надеялась, что когда придёт время выбирать жениха, Анко окажется в списке кандидатов. Умом она понимала, что это скорее невозможно, но всё же надеялась на это. Ведь в таком случае, наследник не нужен, Анко сам отдал бы ей трон.

В пылу этих размышлений она совсем не заметила, как в комнату вошёл Анко:

- Что случилось моя госпожа? Я столько раз постучал, но вы меня не впустили.

- И всё же ты зашёл, - с улыбкой сказала Хеталика, посмотрев на лицо Анко через зеркало.

- Как же мне следовало поступить, моя госпожа? Я так хотел вас увидеть, - Анко подошёл к Хеталике со спины и нежно поцеловал её в шею.

- Я так волнуюсь о нашем будущем, - обеспокоенно сказала она.

- Не стоит. Я готов отравить всю верхушку этого государства ради тебя

- Это бессмысленно. Я бы даже сказала вредно для меня. Ведь тогда на меня устремится гнев народа и сестёр.

- И что же? - сказал Анко, крепко обняв Хеталику со спины. - В таком случае, мы сбежим ото всех. Будем скитаться по свету, и целоваться под луной.

- Звучит романтично, но не думаю, что подобное сделает меня счастливой. Мне нужен трон! - сказала она серьезно, глядя в зеркало на свой же суровый взгляд.

- Ну и? Когда приступим к выполнению плана? - с нетерпением спросил Анко.

- Это зависит не от меня. Отец должен выбрать мне партию, затем мы сыграем свадьбу, и когда мой муж по документам будет считаться потенциальным наследником, мы сможем начать действовать.

- И как долго ждать?

- Отец явно хотел выдать моих сестер замуж, однако теперь их нет, хотя наследник отцу всё ещё нужен. Исходя из этого, можно предположить, что меня выдадут замуж скоро. Однако, в связи с предательством сестер, отец может повременить с решением назначить наследника, так как, в таком случае, появится смысл вновь покуситься на его жизнь, ведь наследник уже есть, и так как он не принадлежит к нашей семье, у него не возникнет жалости к отцу, поэтому на месте отца я бы повременила со свадьбой. Как видишь, всё уходит в крайность. Я не знаю, какой ход мыслей у отца. С момента предательства сестёр прошло уже несколько месяцев, поэтому если он намерен выдать меня замуж, то заявит об этом очень скоро, скорее всего, на предстоящем осеннем балу, а если нет, то ждать придётся долго.

Они ещё долго говорили о всяком, но нам знать содержание их разговоров необязательно.