Глава 101. «Вкус крови»
Юлиан бродил по комнате кругами, издавая раздражающий топот со странной периодичностью между шагами. Словно тиканье стрелок часов.
— Я думал, что граф в ту же секунду догонит нас со своими последователями! — Юлиан ударил кулаком по столу, за которым сидели Жанна и Мейтнери. — Прошло два дня, а от него совсем никаких вестей!
— Это и правда странно... — Юный граф неловко улыбнулся.
Жанна подняла одну бровь, смотря на Мейтнери, а затем поднялась и подошла к брату.
— Возможно, Оливин просто хочет застать нас врасплох. — Она поправила воротник белой рубашки Юлиана и прошлась по плечам ладонями. — Ты только успокойся.
Несмотря на количество прислуги в замке, в коридорах, на улице и во дворце всё же стало немного тише, за счёт того, что приезжие гости из Эвклаза вернулись на Родину.
Проходя в коридоре Юлиан заметил краем глаза фигуру, сидящую на окне. Это не прислуга и не член императорской семьи, а эвклазцев в замке не осталось. Алхимик направился к этому окну и понял, что это был Руперт.
— Здравствуй, демонёнок. — Юлиан встал у него за спиной, но тот не обернулся. Алхимик заметил, что спина демона стала шире в отличие от их прошлой встречи. Теперь он не был похож на юношу, которому только исполнилось шестнадцать лет. — Игнорируешь меня? Я, конечно, привык, но это немного обидно, ведь мы всего раз виделись.
Руперт внезапно возник перед его лицом и Юлиан поднял голову, так как демон теперь был выше.
— Ты изменился. — Юлиан усмехнулся. — А можно вернуть твой прежний облик?
Через несколько секунд Руперт стал меньше, почти одного роста с Юлианом.
— Делаешь всё, что я скажу? — Теперь алхимик мог смотреть ему прямо в глаза.
— Мне не до тебя... — Руперт стиснул зубы. Его взгляд сместился в сторону.
— Неужели тебя расстроил твой хозяин? — Юлиан едва сдерживал ухмылку. Он снова потянулся к рогу Руперта, и тот отмахнулся.
— Что за повышенный интерес ко мне? — Руперт вздохнул. — Будто кому-то есть дело до меня... — Он замолчал.
— Если сильно заскучаешь, приходи ко мне. — Юлиан махнул ему рукой и направился дальше по коридору. — Мне ты интересен. Не часто можно вот так свободно поговорить с демоном.
Феликс заметил множество бумаг разбросанных около стола, за которым сидел Мейтнери. Подняв одну с пола он смог разглядеть лишь набросок человека, но стоило подойти ближе, как на столе он увидел полноценный рисунок. Также стояли ещё неиспользованные баночки с краской.
— Это? — Феликс сильнее наклонился к столу.
— Твой портрет. — Спокойно ответил Мейтнери проводя очередной штрих карандашом. — Рисовал по памяти, поэтому очень много черновиков.
— Зачем тебе это? — Феликс почувствовал, как волнение застряло в груди, и улыбка чуть не разошлась по его лицу от смущения.
— Хочу нарисовать тебя красками. — Мейтнери откинулся на спинку стула, закинув голову назад. — Могу я рассмотреть тебя хорошенько?
— Я ведь перед тобой.
— Я хочу видеть больше.
— Много хочешь. — Феликс отбросил в сторону листок, что он поднял с пола.
— Я хорошо запоминаю руками! — Мейтнери вскочил на ноги. — Это недолго!
— Что значит руками? — Феликс отошёл в сторону софы, и юный граф последовал за ним.
— То и значит! — Он встал вплотную к нему.
— У меня ощущение, будто ты думаешь, что я не смогу отказать тебе.
— Тебе просто самому интересно, что я буду делать. — Мейтнери вдруг ухмыльнулся и прошёлся ладонью от шеи Феликса до груди. — Вот так...
— Нери, хватит. — Феликс не убирал его руку и никак не сопротивлялся.
— Садись. — Мейтнери надавил на плечи герцога, усадив его на софу, а сам поспешил к столу. Взяв кисть и баночку с белой краской, он сел на пол перед Феликсом. Он собирался макнуть кисть в банку, но в последний момент передумал, отложив ее в сторону. Феликс замер в ожидании. Он не знал, что Мейтнери собрался делать и, честно признаться, ему было интересно. — Спустись ко мне. — Нери немного отодвинулся назад, и Феликс с недоверием сел на пол, облокотивший спиной об софу.
— Что теперь?
Пропустив его вопрос мимо ушей, юный граф потянулся к пуговицам на его рубашке, расстёгивая их одну за другой, начиная от верхней. Мейтнери поднял взгляд на лицо Феликса и, взяв в руку кисть, прошёлся ей от шеи до пупка.
— Гладкая кожа и правда, как холст. — Мейтнери усмехнулся и обмакнул кисть в краску.
— Нери! — Феликс почувствовал, как холодная краска оставила белую полосу на его груди. Это было неприятно. Мейтнери попытался снять рубашку с плеча Феликса, но рука соскользнула и задела банку с краской. Жидкость растеклась пятном по полу, захватив и ладонь художника, что упёрлась в пол. Он прошёлся пальцами по шее Феликса, оставив четыре полосы. А после прижал ладонь к месту, где билось сердце герцога. Убрав руку, Мейтнери увидел отпечаток и снова приложил руку к пятну краски на полу. Он оставил новый отпечаток на середине груди, а затем на животе. Вдруг Феликс обхватил его запястье и поднял руку к своему лицу.
— Остановись! — Шепнул он, и Нери уставился на его лицо. Затем, как только хватка ослабла, коснулся щеки Феликса, оставив едва заметный белый след своей ладони. — Это ты как запоминаешь? — От чего-то Феликс усмехнулся, но улыбка с лица быстро испарилась, как только Нери прижался своими губами к его лбу. А а затем сместился и оставил поцелуй на повязке. — Нери, что ты... — Феликса прервало следующее действие: он коснулся своими губами его губ. Ему захотелось оттолкнуть Мейтнери, так почему же у него ничего не вышло? У него получилось лишь на мгновение отдалить юношу от себя, после чего тот ещё сильнее прижался к его губам. Они были примерно одного роста и телосложения. Кажется, дело было в том, что тело Феликса сильно расслабилось.
— Феликс, не сопротивляйся. — Прошептал Мейтнери в паре сантиметров от его губ.
— Мейтнери, так не должно быть! — Но слова Феликса были проигнорированы. Нери спустился к его шее. А после губы сантиметр за сантиметром двигались к плечу, пока рука графа стягивала оттуда рубашку. Феликс схватил его за волосы на затылке и смог оттянуть от себя.
— Ай-яй... — Мейтнери прищурился.
— Что ты творишь?! — Феликс повысил голос, и граф распахнул глаза.
— Ты только сейчас меня остановил? — Раздался смешок. — До этого тебя ничего не смущало?
— Я не мог!
— Тебе было интересно, как далеко я смогу зайти? — Нери рывком нагнулся вперёд, но не смог вырваться из хватки Феликса и тихо прошипел. — Я хочу увидеть каждую частицу твоего тела и изобразить на холсте! Как мне нарисовать то, чего я не видел?
Внезапно Феликс поцеловал его. Он коснулся нижней губы Мейтнери, и тот немного приоткрыл рот, а затем почувствовал острую боль на той же нижней губе. После чего сам отстранился от Феликса.
— Что ты сделал? — Нери коснулся пальцами своих губ и заметил на них красную, прозрачную жидкость. Нижняя губа пульсировала, боль стягивалась её к центру.
— Ты просил, чтобы я показал тебе кровь. — Феликс улыбался, от того, что наконец-то это он застал Мейтнери врасплох. Он обхватил дрожащую руку графа и поднёс к своему лицу, после чего прошёлся языком по пальцам с пятнышками крови. От таких действий Нери вздрогнул, но руку убирать не стал. То самое ощущение, которое он почувствовал несколько дней назад вернулось. Оно опускалось от груди к животу, словно натягивалась струна. Это ощущение покалываниями кожи опускалось всё ниже, что вызывало дрожь по телу. Дыхание замедлялось, выдохи шли откуда-то из глубины лёгких, с самого низа. Он заметил такое же дыхание у Феликса. Его вторая рука снова скользнула по полу с краской. Граф наклонился вперёд. Ладонь со всей силы вжалась в грудь герцога. Мейтнери неосознанно коснулся языком губ Феликса и после дотронулся им до его языка.
— Что ты сделал? — На лице Феликса читалось чистое удивление, когда он немного отстранился. А рука Мейтнери упёрлась в софу, оставив чёткий след на коже юного герцога. — Твой язык...
— Просто захотелось так сделать... — Он прервался, так как Феликс проделал своим языком тоже самое. Его язык проникал всё глубже, а сам Феликс всё дальше отстранялся от софы, хватаясь руками за спину Мейтнери. Пока в итоге не соскользнул и не оказался лежать на полу. Дыхание Феликса стало слишком быстрым и приходилось громко хватать воздух носом. Но его успокаивало то, что Нери приходится делать то же самое. Они оба замерли, смотря друг на друга: один продолжал лежать на полу, а Мейтнери снова нависал сверху, выставив руки на пол, рядом с плечами Феликса.
— А теперь это можно считать за интим? — Мейтнери вдруг улыбнулся, а на губах ещё было заметно немного крови, вкус которой теперь Феликс ощущал у себя во рту.
— Может быть... — Реакция Феликса была неоднозначной. Он ощущал вину, радость, волнение, но не мог сконцентрироваться на чём-то одном.
Феликс никак не мог заснуть от своих же мыслей по поводу произошедшего. Что на него нашло? Это всё было неправильно, но все мысли тогда покинули его. Разум будто бы затянуло туманом. Мейтнери тоже не спал, Феликс это знал, хоть и лежал спиной к нему.
— Феликс... — Тишину прервал голос Нери.
— Отстань. — Феликс решил, что он снова заставит его потерять рассудок.
— Отец не станет искать меня. — После этих слов Феликс приподнялся и повернулся к Мейтнери. — Мы с ним сразу решили, что вы захотите надавить на него через меня. Я должен был попасть к вам в поместье и избавиться от всей документации, касаемо золотодобычи. — Мейтнери повернул голову лицом к потолку. — Но вы находитесь в императорском дворце, и я заперт здесь с вами. Прости меня...
Феликс вскочил и сел на край кровати, оголенной спиной к графу. Его рубашка была испорчена краской, на шее раскраснелись несколько пятнышек, ближе к груди, что сейчас были скрыты от взора Нери. Раздался громкий вздох, и Феликс выбежал из комнаты, хлопнув дверью.
Юлиан не спал. Он редко спит в принципе. Занимается непонятными для Феликса делами, сидя за своим столом. Дверь с грохотом распахнулась, но Юлиан даже не вздрогнул. Лишь когда Феликс оказался рядом с ним, он медленно повернул голову.