Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

"Игры начинаются. Будет весело."-Майкл ухмыльнулся, и хаос за его спиной заколыхался, как будто воздух сам хотел от него убежать.

"Ну зашибись."-выдохнул Аарон.

"Он ещё и театрал..."

"Назад."-сказал Ники и шагнул вперёд. Искры уже щёлкали по коже. В ушах звон. В глазах фокус. Грудь сжалась, как перед прыжком с крыши.

Он закрыл глаза на секунду. И когда открыл...

Молниеносное усиление: Активировано.

Искра пошла по позвоночнику. Волосы начали светиться голубым, глаза вспыхнули, как ледяные лампы. Кожа загудела. Пыль под ногами дрожала.

"Ты хотел оригинала?"-сказал Ники, наклоняя голову.

"Лови заряд."

Он рванул вперёд. Воздух буквально лопнул. В мгновение — был уже у Майкла. Кулак, залитый молнией, летит в грудь.

БАХ!

Майкл поднял адский щит в последний момент. Удар грохнул, как выстрел. Щит треснул, на пару секунд Майкла потащило назад по земле, будто его тянуло ураганом.

"Не плохо."-ухмыльнулся он, в глазах пульсировал красный свет.

"Но я же говорил... мы одинаковые."

Усиление Хаоса: Активировано.

Вокруг Майкла закружилось пространство. Мощная красная аура окружила тело. Всё зазвенело, будто сам воздух стал трещать. Земля под ногами дрожала. Он прыгнул вперёд — и врезал Ники ногой в живот.

Ники отлетел, как мешок с песком, пробил спиной ветки, грохнулся об дерево. Легко бы не поднялся, но...

"Не дождёшься..."-он уже стоял. Пыль с плеч, губа рассечена, но в глазах — та же голубая ярость.

"Удар молнии!"

Разряд с пальцев — как выстрел пушки. Мощный, прямой.

Майкл отвечает «Хаос Копьё», в ту же секунду. Две атаки столкнулись.

ВЗРЫВ.

Оба отлетели назад. Земля сотряслась. Из-за деревьев вспыхнули воронки, искры посыпались в стороны.

"Твою ж..."-выдохнул Аарон, прячась за деревом.

"Может, вы просто в шашки сыграете?"

Но ни один не остановился.

Ники уже создаёт дополнительные руки из энергии — они расползаются из плеч, как светящиеся голубые тени. Четыре дополнительных — две хватают ветку, прыгают вперёд, ещё две — нацелены на Майкла.

"Ты не знаешь, чего стоила мне моя жизнь!"-кричит Ники, напрыгивая.

Майкл скользит назад, блокирует одной рукой, вторая выпускает адское щупальце, бьёт по земле, раскалывая её.

Сфера энергии появляется у Ники на ладони.

"Атака страха!"

Он впивает её себе в рот — и выпускает луч!

Светящийся, как голубой прожектор, прожигающий всё на пути. Майкл отпрыгивает, но рука у него задевается, начинает гореть. Он визжит... и замирает. В глазах — страх.

Он видит образ отца. Теодора.

Тот обнимает не его. А Аарона.

"Ты — ошибка."-говорит Теодор.

"НЕЕЕЕТ!"-кричит Майкл, и в ярости выпускает все свои силы.

Из его спины вырастают щупальца, он телепортируется — и бьёт Ники с неба, словно топором.

Ники отражает удар, летит вверх — и зависает.

Полёт. Полный контроль.

"Знаешь, в чём между нами разница?"

"В чём, фальшивка?"

"Я — не один."-и он смотрит вниз. Там, на земле, уже Аарон.

"Чидори!"-кричит тот и втыкает молниеносный заряд в бок Майкла.

Взрыв. Дым. Оба валятся в траву. Аарон катится, останавливается.

Майкл поднимается. Охает. Кольца на ногах дымятся. Щупальца сгорели наполовину.

"Вы... оба... просто... мешки с костями."-выдыхает он.

"Но ничего. Я сделаю это сам."

Он начинает активировать трансформацию. Грудь искажает энергия, плечи трясутся.

"СТОП!"-Ники выбрасывает вперёд руки.

Сфера страха формируется снова. Голубая. Но он не глотает её. Он кидает её — в лицо Майкла.

БАХ. Взрыв вплотную.

Тот отлетает, ударяется о дерево, падает. Дым. Тишина.

Секунда. Две.

Пыль только начала оседать, когда тень Майкла длинная, изломанная опустилась на траву.

Он стоял на краю кратера. На ногах и руках больше нет колец. Он держал их в ладони. Медленно, почти лениво.

"Пора перестать играть в паритет."-выдохнул он, глядя прямо на Ники. Его голос стал... чище. Страшнее. Как будто в нём больше не было ненависти. Только уверенность.

Он разжал пальцы.

Кольца упали в пыль.

В тот же миг — взрыв энергии. Жёлтая аура рванула вверх, как столб света. Не рваная, как хаос. Чистая. Гудящая. Стабильная.

Ники сделал шаг назад, но уже понимал: поздно.

"Аарон. Беги."

"Ты шутишь?"-Аарон сделал шаг вперёд.

"Мы не удираем от дешёвой копии с суперсилой."

Майкл исчез.

Появился между ними.

Две секунды. Два удара.

Аарон отлетел в дерево, хрипя. Ники — получил коленом в живот, потом — кулаком в челюсть. Мир перевернулся.

Он даже не понял, когда оказался в воздухе.

Бум. Бум. Бум. Каждый удар Майкла вбивал его всё выше. Он был как волейбольный мяч, а Майкл — чёртов чемпион турнира.

Тело Ники поднималось всё выше, а глаза... начинали закатываться.

И тогда...

Адская трансформация.

Щупальца вырвались из Майкла, как чернильный взрыв. Его тело выгнулось, из центра — осколки тьмы, чёрно-красная мантия щупалец захлестнула всё небо.

"Пора спуститься, фальшивка."

Он врезал щупальцами.

Сила была как от поезда. Ники вбился в землю так, что почва лопнула. Молния вокруг него погасла. Аура исчезла. Тело дёрнулось — и замерло.

Майкл повис в небе. Глаза пылали. Щупальца скручивались вокруг него, как змеи.

Он собрал хаос в ладони.

Жёлтая энергия приняла форму копья. Оно было чистым, как лезвие. Острое, как месть.

"Заслуженный конец!"

Он метнул его.

ВЗРЫВ.

Половина леса — сдуло. Мусор, ветки, земля — всё разлетелось в стороны.

И в этой дымке... Аарон встал.

Он не побежал. Он шёл. Шёл, как будто больше ничего не осталось. Как будто страха не существовало.

Он увидел его.

Ники.

На земле. Лежит. Вся форма погасла. Лицо избито. Грудь еле поднимается. Под ним — лужа крови.

И тишина.

Майкл опускается рядом. На шаг. Медленно.

"Теперь ты пойдёшь со мной, Питерсон. Отец нас ждёт."

Аарон остановился.

Он стоял, как столб. Но что-то... менялось.

Его глаза... чёрные. Больше нет трёх томоё. Ни следа. Только пульсация. Внутри... новая форма.

Мангекьё. Без сомнения.

В глазах — узор. Сложный, как печать. Острый. Безжалостный.

Он заговорил. Спокойно. Ровно.

"Ты не должен был его трогать."

Майкл прищурился.

"Что? Опять один за всех, герой-любовник?"

Аарон исчез.

Он не телепортировался. Он просто был слишком быстрым.

Майкл не успел среагировать.

Чидори — в бок. Разрез. Щупальце — отсечено.

Вторая атака огненный дракон. Пламя вылетает из ладони Аарона, как волна. Майкл закрывается щитом, но поздно. Лицо обожжено.

Он отпрыгивает, щупальца отбивают воздух.

"Что за чёрт... Ты..."

Аарон стоит. Кожа покрыта метками. Крылья из печати расправлены. Его зрачки светятся красным. Он не тот, кто был раньше.

"Ты тронул его. Ты пытался его убить. А значит..."

Он поднимает руку.

"Ты труп."

Майкл развернулся, его щупальца отлетели в стороны, и он взмыл в небо, разрезая воздух с гулом реактивных ботинок. Его адские крылья вырвались за спину тёмно-красные, пульсирующие, с прожилками, как у выжженного металла. Он ушёл вверх, выше деревьев, выше теней.

"Ну давай, Питерсон! Покажи, что ты можешь! Покажи, зачем ты вообще родился!"

Аарон уже был там.

Он не поднимался — он вырвался вверх, как вспышка. Его тело покрыто знаками — языки печати вились по коже. Крылья — когтистые, как у зверя. Его зрачки горели красным, но всё внимание было в глазах.

Глаза, что не моргали. Что не упускали. Что видели сквозь ложь.

Мангекьё Шаринган.

Он поднял руку.

Левый глаз дёрнулся.

"Аматерасу."

Мир дернулся.

Из воздуха, будто из самой черноты, вырвалось чёрное пламя. Оно не вспыхивало — оно существовало. Как приговор. Как гнев. Как закон.

Пламя вцепилось в Майкла. Не загорелось — вцепилось. Его аура вспыхнула, сопротивляясь, но пламя не слушалось.

Оно жгло не плоть. Оно жгло существо.

Майкл завопил. Впервые.

Он рухнул. Из неба — как камень. Ударился о землю в метре от Ники.

Огонь перекинулся.

Он перешёл на Рота. На тело Ники.

"НЕТ!"-Аарон, ещё в небе, замер. Его зрачки сузились, сердце пропустило удар.

Он не раздумывал.

Правый глаз дёрнулся.

Сила потекла. Не наружу — внутрь.

Огонь сжался. Как будто сам вдохнул. И затем — исчез. Погас. Растворился.

Ники больше не горел. Он был жив. Но еле. Пульс — бьётся. Чуть. Но есть.

Аарон опустился, дрожа. Подбежал. Прижал ладонь к груди друга.

"Ты жив... ты жив, брат..."

Сзади — звук шагов.

Майкл. Он полз, шатаясь. Его одежда обуглена. Крылья — дрожат. Щупальца еле держатся. В глазах — злоба. Но и страх.

Он нагибается. Берёт кольца. Его руки дрожат, но он надевает их. Один... второй... третий...

Аура утихает. Его тело снова под контролем.

"Вы... не готовы. Ни ты. Ни он. Ни даже отец. Но... вы будете. О, вы будете."-голос сипит, но жив.

Аарон разворачивается. Медленно. Глаза всё ещё горят.

"Ты бежишь?"

Майкл усмехается, кровь капает с губ.

"Я освобождаю поле."

"Ты ещё вернёшься."

"Я — и есть возвращение."

Он исчезает. Как тень. Как пепел. Как угроза.

Аарон остаётся, хватается за глаза, что непривычно болят. Это кровь из них идёт?

У него нет сил на погоню за клоном своего лучшего друга.

Он сидит на коленях. Рядом с Ники.

Рот живой. Но на грани.

А в глазах Питерсона... всё ещё горит что-то.
...
Тем временем:

Яма зияла перед ними немая, темная, дышащая древностью. И чем дольше они стояли рядом, тем тяжелее становился воздух.

"Чувствуете это?"-Тринити сжала пальцы, и вокруг её руки засверкал тонкий ореол ветра. Он не рассеивал тяжесть. Он только показывал: тяжесть настоящая.

"Там не просто пустота."-Энцо нахмурился. Его ретровидение по-прежнему пульсировало в висках. Что-то... шептало. Или вспоминало?

"Это не просто обрыв. Это как разрез."-пробормотал Иван. Его ладонь светилась ледяным оттенком, в воздухе статика от концентрации телекинеза.

"Я рискну."-сказал Энцо. Его голос был сухой, как щелчок пальцев. Синий хлыст засветился в руке, он метнул его в яму. В то же мгновение Иван активировал телекинетический «захват», тонкие струи энергии потянулись вслед.

На секунду — тишина.

Потом — щёлк.

Что-то зацепилось.

"Поднимаем!"-выдохнул Иван, сдвинув брови. Вместе с Энцо они напряглись, хлыст и телекинез тянули в синхроне. И медленно, что-то вышло из ямы.

Кристалл. Но не просто кристалл.

Он был размером с футбольный мяч, но углы — острые, зазубренные, как будто он сам разрывает пространство.

Цвета внутри — хаос: зелёный, оранжевый, пурпур, ультрамарин. Но в то же время — ничего. Он не отражал свет. Он поглощал его.

"Это..."-прошептала Тринити.

"Парадокс Призмы."-голос Квентина был ровный, как будто он заранее готовил этот момент.

Все повернулись к нему.

"Ты знал?"

"Вчера с Аароном вычитали. Его бабушка и дедушка вели исследования на почве этого, энергию называли нестабильной."

Энцо, не отрывая взгляда от артефакта, произнёс:

"Он... пуст. Он разряжен."

"Разряжен?"-уточнил Иван.

"Силы в нём нет. Почти нет. Марица... она активировала его, не зная об этом. Или он активировался через неё. Но сейчас- это будто аккумулятор, что выжат досуха."

Тринити протянула руку к призме, но не коснулась. Даже на сантиметре от поверхности воздух дрожал.

"И что теперь?"

"Теперь..."-начал Квентин.

Призма вспыхнула.

На долю секунды. Свет неяркий. Но не этого мира.

Все отшатнулись.

"Она... реагирует."-выдохнул Иван.

Энцо сжал кулак.

"Это не просто обломок. Это якорь. Или маяк. Или... сигнал. Мы забрали его, и кто-то теперь знает."

"Что забрали?"-прошептала Тринити. Глядя в глубину ямы, откуда больше ничего не шло.

Именно в этот момент, снаружи, сквозь трещину в потолке здания, прошёл слабый порыв ветра.

И в этом ветре нечто промелькнуло. Словно чья-то тень наблюдала. Не вмешиваясь. Но запоминая.

Тринити держала дистанцию, но внутри уже чувствовала, как всё сжимается. Слишком много тайн, слишком мало времени. Энцо всё ещё глядел на артефакт — почти как в транс вошёл, и Иван тихо следил за его дыханием, готовый в любой момент подхватить.

И тогда вибрация.

Карман в юбке Тринити завибрировал. Она выхватила коммуникатор. Имя на экране: Аарон.

"Аарон, приём. Что случилось?"

Голос на другом конце был хриплый. Непривычно напряжённый.

"Ники... Он... Чёрт, он еле дышит. Майкл чуть не убил его. Я пытался... пытался сдержать, но..."

Тишина.

Потом снова голос, дрожащий.

"Ты знаешь кого-нибудь, кто может его вытащить? Лечить? Что угодно? Он..."-голос оборвался.

Он не мог сказать "умирает".

Тринити выпрямилась. Все мышцы натянулись. Сердце — в горле. Взгляд — как лезвие.

"Нет, не знаю. Но я попробую."

Квентин посмотрел на неё.

"Что ты задумала?"

"Есть заклинание. Я его учила. Никогда не использовала. Исцеление души. Но это... нестабильно. Может не сработать. Или сработать... не так."

"А если не сработает?"

"Тогда он умрёт."

Иван посмотрел на неё — хотел что-то сказать, но замолчал. Он видел в её глазах: решения уже не изменить.

Тринити повернулась к остальным.

"Вы остаётесь. Может, ретровидение снова сработает, если с Призмой что-то случится. Но я лечу к нему."

"Как ты..."-начал Энцо, но она уже отступила на шаг.

Тон её голоса стал другим. Почти шепот, но вибрация от слов будто гром.

"Полёт надежды."

Фиолетовая энергия вспыхнула на её руках и ногах. Четыре ярких сгустка — пульсирующие, как маленькие звёзды. Ветер поднялся под её ногами. Волосы сорвались с плеч, лицо озарилось мягким, но решительным светом.

Она не поднялась, она вырвалась в небо. Взмывая, как искра вверх по фитилю. Словно вся её воля превратилась в траекторию.

Ветер за ней шёл следом. Пыль сорвалась с пола. Квентин прикрыл глаза, но увидел её — летящую. Не как боец. Как последняя надежда.

Через минуту.

Небо разорвано. Сумрак леса уступает трассе, и она падает откуда-то сверху, в гравитационном манёвре, приземляясь рядом с Аароном и...

Ники.

Он лежал на боку, грудь чуть поднимается. Всё тело — синяки, ожоги, ожоги от хаос-копья, ударов. Волосы — мокрые, прилипшие к лбу. Губы — в крови. Один глаз не открывается. Он не шевелится.

Аарон, стоя рядом, с пеплом на пальцах, просто шепчет:

"Я не знал, куда ещё. Прости... Прости, брат."

Тринити опустилась на колени. Легко, как будто боялась дотронуться.

"Ники... Ты ещё со мной?"

Он не ответил. Только слабый звук, почти вдох, почти стон.

"Неважно. Не отвечай. Просто... позволь мне."

Она закрыла глаза. Вспомнила формулу. Дни чтений, одно единственное упоминание в записке от будущего Ники. Риск. Но он стоит этого.

"Vita ex anima... per me revertatur."

Руки вспыхнули.

Фиолетовое свечение не было мягким. Оно было яростным. Оно било как ток — но не снаружи, а внутрь. Свет начал входить в грудь Ники, в его шею, заполняя, словно вдыхаемая жизнь. Его тело дёрнулось.

Аарон замер.

"Он...?"

Тринити не отвечала. Она вся ушла в поток. Энергия шла сквозь неё. И пока её собственные пальцы уже дрожали, пока кровь пошла из носа, она не останавливалась.

"Vita ex anima... per me revertatur."

Свет пульсировал. Равномерно. Становясь слабее.

И наконец... Ники вдохнул. Резко, как будто вынырнул из-под воды. Открыл один глаз. С трудом.

"...на... хрен... твою... магию..."-прошептал он.

Аарон закрыл глаза. Только чтобы скрыть, что они влажные.

Тринити рухнула рядом. Сил не осталось.

"Не смей... снова так пугать. Никогда."

Ники улыбнулся сквозь кровь.

"Ты... улетела как... атомная Ева..."

"Ты всё-таки жив."

"Я же обещал... пока вы есть... я буду вставать."

Аарон сел рядом. Голос срывался.

"Ты ублюдок. Ты живой ублюдок. Но ты мой."

И в этот момент... где-то далеко... в метеостанции, Призма вспыхнула ещё раз.

Тринити не стала думать. Она просто обняла его.

Сил хватило едва-едва, руки дрожали, но сжались вокруг него с искренней заботой. Тепло разлилось по телу. Контакт с кожей, ещё горячей после ожогов, почти обжигал. Но она не отпускала.

"Ты идиот."-выдохнула она у него на плече.

"Но живой идиот."

Ники попытался усмехнуться, но вместо этого хрипло закашлялся.

"Аккуратнее... я... вроде бы внутренности ещё на месте, но если ты обнимешь сильнее, я ими поделюсь."

Тринити фыркнула. И сразу же отступила, испуганно, но с мягкой ухмылкой.

"Прости-прости. Я... забыла..."

Она присела рядом, опираясь на локти, и взгляд её скользнул по его телу. Он лежал полураздетый, футболка в клочья, бока обожжены, но...

Тело Ники... на удивление хорошо сложено.

Не громоздко. Не как у бодибилдера. Но точно — подтянутое. Чёткие очертания пресса, даже сквозь синяки. Спина — сухожильная, выточенная. Рёбра просматриваются, но это не худоба — это контроль.

Тринити замерла. На секунду.

Кровь бросилась в лицо.

"Чёрт. Я... не собиралась пялиться."-пробормотала она.

Ники приподнял бровь, даже сквозь боль.

"Пялилась?"

"Нет! В смысле, просто... анатомически ты... Ладно, молчи, пока я окончательно не сгорела."

Сбоку послышалось покашливание. Аарон. Он отвёл взгляд. Не потому что смутился, он точно тоже посмотрел.

"Ну, вообще... респект, брат."-он кивнул в сторону живота Ники, и, будто поняв, что ляпнул, добавил:

"В смысле — хорошо держишь форму. Не то, чтобы я прямо сейчас оценивал... но..."

Ники, даже лёжа, прищурился:

"Аарон. Это звучит подозрительно."

"Я просто..."-он развёл руками.

"...оценил. Профессионально. Соревновательно. Без подтекста."

Тринити вскинула бровь:

"Ага. Конечно. Просто два боевых товарища, страдающие от недостатка рубашек."

"Ты сама на него пялилась!"-вскинулся Аарон.

"Я хотя бы не озвучивала!"

"Я честен!"

"Ты румянец гаси, честный!"

Ники закрыл глаза. И пробормотал:

"Серьёзно? Меня чуть не убили, и вы сейчас обсуждаете... это? Если вам нужен мускулистый человек, ищите Делроя."

И всё трое... на секунду просто рассмеялись.

Это был неуместный момент. Глупый. Но смех был настоящий. И он спасал.

Потому что за шутками — было другое. Был страх. Боль. Потеря. И этот миг, пусть даже короткий, был передышкой.
...
Метеостанция дрогнула. Потолочные лампы мигнули, одна из них взорвалась, разлив жёлтое стекло на пыльный пол.

Квентин резко поднял голову:

"Вы это тоже чувствуете?.."

Иван уже отступал. Его телекинез рефлекторно сдвигал ящики и трубы на пути, защищая троих от неизвестного. Энцо замер. Его рука на кнуте — но пальцы дрожат не от страха. Он видит.

Видение хлынуло, как кровь.

Они стоят у той самой ямы.

Двое взрослых. Мужчина и женщина. На вид шестидесятники. Пыльные ботинки. Куртки. В руках мешок. В нём осколок. Тот самый, что сейчас у ног Энцо.

Мужчина Роджер Питерсон. Женщина Адель. Бабушка и дедушка Аарона.

"Это не просто артефакт. Это якорь. Если его кто-то найдёт может случиться сдвиг. Призма всё ещё жива."-сказал Роджер, всматриваясь в тень ямы.

"Значит, закапываем. Пока ещё есть шанс."-Адель кивнула. Но... в её голосе — что-то не так. Слишком холодно. Слишком спокойно.

Роджер бросает мешок. Взрыв цвета. Яма вспыхивает, но не взрывается — она впитывает.

И тут удар света. Луч пробивает облака над ними. Роджера подбрасывает, он падает на спину. Свет охватывает Адель. Она не кричит. Только медленно поднимает голову.

И меняется.

Кожа будто выцветает. Волосы — становятся серебряными.

Глаза чернеют. Одежда — сгорает, сменяясь тканью, что не касается тела, а парит рядом.

Это она. Ведьма.

И в этот момент в метеостанции всё становится ледяным.

Энцо резко вырывается из видения. Пот катится по виску. Он смотрит на остальных.

"...Она. Это она. Адель. Бабушка Аарона. Ведьма — это она."

Иван отступает на шаг.

"Ты уверен?.."

"Я видел. Яма. Призма. Свет. Она не умерла. Она... стала чем-то другим."

Квентин побледнел. Его голос — сухой:

"Парадокс Призмы. Это... не артефакт. Это живой фрагмент. То, что меняет. И тот, кто взаимодействует с ним может..."

Он не договорил.

Появился запах. Не дыма. Не сырости.

Старости. Пыли библиотек. Перепрелых трав. Гнилых фолиантов.

И потом голос.

"Я не хотела, чтобы вы нашли это. Но вы всё равно пришли."

Фигура вышла из темноты метеостанции.

Высокая. Лицо под капюшоном. Плавные движения. Как будто она не идёт, она скользит.

Ведьма. Она здесь.

И никто не шевелится. Потому что всё в воздухе словно застыло. Как внутри замкнутого маятника перед ударом.

Энцо сжал зубы.

"Ты не должна быть здесь."

"Я везде, где есть ошибки. А это место — одна большая ошибка. Ошибка Роджера. Ошибка Франклина. Ошибка... Теодора."

Квентин держит артефакт в руках, он греется, почти обжигает.

"Это... это то, что превратило тебя?"

"Нет. Это то, что я позволила себе принять. Потому что иначе погиб бы мой род. А теперь... я забираю его обратно."

Она протягивает руку.

Но прежде чем артефакт отдают, вибрация проходит по полу.

"Не так быстро!"-кричит Иван, поднимая весь пол телекинезом, опрокидывая женщину.

Он выхватывает артефакт из рук Квентина, и открывает жёлтый портал в иное измерение, куда забрасывает его.

"Вы с Энцо и Тринити уже встречались под фермой. И тогда оба сумели пережить все твои трюки."-Иван создаёт ледяную кувалду в руках.

"Мы так просто не сдадимся."-Квентин покрывает свой кулак сталью.

"...у меня нет эпичной фразы."-вздыхает Энцо, но создаёт сферы воды на руках.

"...так уж и быть."-бормочет Ведьма.

Бой вот-вот начнётся.