Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

Приземляться было... сложно.

Очень.

"Так... ветра нет... деревья невысокие... вроде нормально..."-пробормотал Ники, взгляд напряжённый, руки слегка дрожат.

"Ты ж вроде говорил, что проблемы только с координацией?"-Финч чуть приподняла бровь, всё ещё находясь в его руках.

"Ну... да. Координация... приземления... вертикальная устойчивость... баланс... торможение..."

"Ты вообще умеешь садиться?!"

"Технически... иногда."

Следующее, что произошло — они рухнули в кусты.

Не со всей силы. Но достаточно, чтобы ветки хрустнули, листья зашипели, а Финч заорала:

"НИКИИИИ!"

"Ай-ай-ай, подожди, это было мягко! Я рассчитал!"

"Ты рассчитал? Это ты "рассчитал"?! Мы в ёлке!"

"Это кедр."

"Да хоть мангровое дерево! У меня в волосах шишка!"

Ники откинулся на спину, громко выдохнул, уставившись в небо сквозь кроны.

"...Но мы не разбились."

Финч тоже растянулась рядом, ворча, но уже без злости. Листья торчали у неё в капюшоне, нос чуть в грязи, волосы растрепались.

"Допустим, не разбились."-сказала она, отплёвываясь от мха.

"Но ты мне должен новый шарф."

"Ты буквально имеешь способность создавать вещи."

Финч приподняла бровь, мол повтори это. Ники на это уже язвить не стал.

"Сделаю из кроны дерева. Свежий, ароматный."

Пауза.

И вдруг — оба рассмеялись. Спонтанно. Искренне. Наконец отпустило. Всё напряжение — сдулось с этим полётом и глупым падением. И там, в этой заросшей полянке, среди веток и запаха хвои, они были просто двумя подростками, не обременёнными войной, пророчествами или Человеком-Вороном.

Просто Ники. Просто Финч.

"Честно?"-сказал он, всё ещё глядя в небо.

"М?"-отозвалась она, лежа рядом.

"Я бы... ещё раз так. Даже с падением. Даже если снова в ёлку."

Финч перевела взгляд на него. Улыбнулась краем губ.

"В следующий раз я поведу. У меня права на велик есть — значит, почти лётчица."

Ники хмыкнул.

"Справедливо."

И на мгновение — всё было хорошо. На полянке стало тише — только ветер шевелил верхушки деревьев, да где-то далеко каркнула ворона. Ники лежал на спине, усталый, растрёпанный, но с лёгкой полуулыбкой — он давно не чувствовал себя настолько живым.

Финч, по-прежнему рядом, посмотрела на него сбоку, прищурившись, как будто задумалась... или выискивала момент для чего-то.

"Слушай..."-сказала она вдруг.

"...а ты хочешь... позаниматься йогой? Или гимнастикой?»

Ники поперхнулся воздухом.

"Чё?"-он резко повернул голову.

"Ты сейчас серьёзно?"

"Ага."-Финч хмыкнула.

"Разомнёмся. Ты ведь гибкий."

"...Гибкий?"-он сел, моргая.

"Ты вообще знаешь, через что я прошёл ради этой гибкости?"

Она вскинула бровь.

"Не. Но уже интересно."

Ники глубоко вдохнул и откинулся назад.

"Это всё мать. Луанна Рот. Купон на два месяца бесплатных занятий. Йога. Гимнастика. Я туда попёрся, как зомби на убой."

"Звучит... вдохновляюще."-усмехнулась Финч.

"Вдохновляюще? Я ненавидел каждую минуту. Майя — единственная, кто делала это терпимым. Она смотрела мои тренировки, поддерживала, хвалила. Хотя я вечно заваливал шпагаты и падал на морду. Но она... она верила, что у меня получится."

Он на секунду замолчал, будто вспомнив лицо Майи в толпе, аплодирующее даже его падениям.

"А потом... тренер решила, что я "перспективный". Подсунула мне допинг. Типа, "ускорить рост". Я ж подросток — не понимал. Хорошо, что это быстро вскрыли. Её посадили. А я... сдал всё к чёрту. Забросил. Только навыки остались."

Финч помолчала, потом осторожно, почти тихо:

"Слушай..."

Ники посмотрел на неё. Она смотрела искренне, без издёвки. Это была уже не та девчонка, что смеялась с друзьями, пока он пытался сделать мостик в зале. Это была Финч. Сейчас. Серьёзная. Настоящая.

"Я ведь была одной из тех, кто ржал. Кто фоткал на старый телефон, как ты падал. Кто врал, что ты "выгибаешься как кальмар"."

"Помню."-тихо кивнул он, без упрёка, просто факт.

"Если бы ты сказал мне полгода назад, что мы будем сидеть вместе, ржать в кустах и обсуждать гимнастику — я бы в рожу дала. А теперь..."

Она качнула головой.

"Ты изменился. Но и я тоже."

Он чуть улыбнулся.

"Значит, теперь ты внезапно фанатка спорта?"

"Я скаут. Мы тренируем ловкость. А ещё..."-она вдруг сделала плавный прогиб назад, легко коснувшись пола руками и замирая в мостике.

"У меня способность от камня — гибкость. Меня можно узлом завязать — не почувствую."

Ники фыркнул, подняв бровь:

"Показуха."

"Факт."-она выровнялась.

"А ты, между прочим, сам довольно гибкий. Так что чего бы не потянуться вместе? Может, даже понравится. Без купонов. Без тренеров-дур."

"...Ты сейчас пытаешься заманить меня в лесную йогу, Финч?"

"Ага."

"Это звучит как начало комедийного ужастика."

"Но ты не ушёл."

Он кивнул. И правда, не ушёл.

"Ладно. Один раз. Только без фоток. И если ты начнёшь стоять на голове — я просто улечу."

"Договорились. А если я упаду — ты снова поймаешь меня на руки, да?"

Он покраснел, но не отвернулся.

"Может.»

"Снова "может"?"-она хихикнула.

"Ты раздражающе убедительна."

"Ты ужасно сдержанный."

"И всё равно, мы оба тут. И я почему-то снова согласился."

"Ну, так встань. Покажем деревьям, что такое синхронное растяжение."

Ники встал, потянулся, хрустнув плечами.

"Я всё равно завтра не смогу ходить."

"Зато сегодня будешь летать... снова. Если не сломаешься от шпагата."
...
Ники, наблюдая, как Финч играючи выгибается в мостик, хмыкнул:

"Да ты у нас просто Эластика... только конечности не вытягиваешь."

Финч в ответ только ухмыльнулась и, без особого усилия, подняла ногу над плечом, словно в её суставах вовсе не было ограничений.

"Я могу сгибаться... как захочу. Без боли. Без травм. Я, по сути, сверхпластичная."

Ники присвистнул:

"Звучит... странно полезно."

"О, ещё как. Я могу пролезать в вентиляцию, уворачиваться от атак, подстраиваться под любые поверхности. И даже делать удержания в бою — не хуже всяких борцов. А если добавить силу захвата..."

"Окей, всё понял, понял."-поднял руки Ники.

"Гибкость у тебя — как у чертовой резинки. Только с мозгами."

Финч рассмеялась:

"Ты просто ревнуешь. Потому что если ты промахнёшься с молнией — можно обжечь друзей. А я максимум могу обнять их... в узел, и задушить."

"Ха-ха."-Ники скривился.

"Очень смешно. Моя способность вообще-то опасна."

"Я знаю. Я видела. И всё равно доверяю тебе. А ты спасибо скажи, если я тебя снова не завяжу в узел. А теперь давай — на коврик. Или прямо на траву. Йога не терпит нытиков."

"Я тебя слышал. Но предупреждаю — если я не встану утром, ты меня понесёшь в школу на спине."

"Сделаю. Прямо в свадебной позе. Чтобы все подумали, что у нас утро после..."

"ФИНЧ!"-покраснел Ники.

Финч расхохоталась.

И пока солнце клонилось к закату, в лесу снова было тихо — если не считать смеха двух подростков, что наконец позволили себе просто жить.
...
Примерно под конец вечера.

Ники решил проводить Финч до дома. Сказав ей об этом, он увидел на её лице на секунду... что-то типо волнения. Он не придал этому особого значения, наверное дома грязно. Видела бы она его комнату... Там беспорядку похлеще мусорок.

И вот теперь, Ники стоял на крыльце, когда запах алкоголя ударил в нос — резкий, дешевый, тяжёлый. Он скривился. Уже тогда нутром понял: что-то не так.

Финч улыбалась. Тихо. Сдержанно. И даже не глядя в сторону двери, просто сказала:

"Можешь не заходить. Я сама..."

Но было поздно.

Дверь открылась — и на пороге стоял он. Джек Аллен.

Невысокий, сутулый, но плотный. Рубашка небрежно расстёгнута, пузо на свободе, лицо багровое от перегрева и перегара, глаза — мутные. В одной руке — бутылка. В другой — пульт от телевизора.

"Ты где шлялась?!"-рявкнул он с порога, даже не заметив Ники.

"Я гуляла. Всё норм-"-начала было Финч.

"Гуляла?! Воскресенье! Уроки делать не пробовала?! И с кем это ты, а?"

Только теперь взгляд Джека упал на Ники.

Подозрение. Агрессия. Алкогольная дерзость. Всё смешалось в одном полупьяном взгляде.

"Ты кто такой вообще?"

Ники молчал. Пальцы сжались. Икра подёрнулась. Он видел таких. Пьяных взрослых, что считают, будто голосом можно убить.

Он чувствовал, как его аура откликается на раздражение. Словно молнии внутри шептали: «Дай ему».

Но он не двинулся.

Он посмотрел на Финч. Та молчала. Лицо стеклянное. Привычное.

И тогда он шагнул вперёд. Ровно, спокойно, голос — ледяной. Тёмный...

"Я её друг. И провёл домой. Потому что ты, как видно, этого не делаешь."

Джек моргнул. На мгновение потерял равновесие. Но нашёл опору в злобе.

"Ты мне что, лекции читать будешь, щенок?!"

"Нет. Просто скажу одну вещь."

Ники подошёл ближе. Его голос не повысился, но в нём было что-то такое, что заставило даже пьяного мужчину чуть отшатнуться.

"Когда тебе дали дочь — это был не предмет. Не долг. Не кара. Это была ответственность. Возможность быть человеком. Но ты просрал её. И если ещё раз поднимешь голос на неё, или скажешь ей что-то, что сломает хоть часть того, что она собирала по кускам — я лично позабочусь, чтобы ты навсегда понял, что значит реально быть сломанным."

Он не угрожал. Он говорил, как ставил диагноз.(ну ладно... угрожал)

Джек ничего не ответил. Просто отступил, уставившись на Ники, будто тот был не подростком, а теневой зверь, вышедший из ночи.

Ники повернулся к Финч:

"Если что — пиши. Звони. Кричи. Я рядом."

Финч стояла с приоткрытым ртом. На секунду — будто вернулась девочка, что ждала, что кто-то скажет эти слова раньше. Но никто не сказал. До него.

Она кивнула. Молча. Быстро. Как будто боялась, что эмоции сорвутся раньше, чем закроется дверь.

Ники отошёл. Медленно. Но прежде чем свернуть за угол, он бросил последний взгляд на дом. И внутри — на Джека, который молча стоял в коридоре, смотря в пол. И да. Ники не ударил его. Но этот взгляд — бил сильнее кулака.

Ники шёл домой с каменным лицом, но внутри всё крутилось. Молнии будто до сих пор шептали под кожей, напряжение не уходило, хоть он и не был уже в том доме, не стоял перед этим типом. Джек Аллен. Он сжал кулак в кармане худи. Всё ещё хотелось дать тому по лицу. Просто — врезать.

Но почему?

Он знал Воронов. Бился с ними. Видел, как Герда сжигала, как Лесли калечил. Он видел зло в чистом виде. Но с Джеком... это было что-то иное. Более... личное.

Он дошёл до своего дома, открыл дверь, и буквально прошёл мимо Джей, что крикнул «Йо!» с кухни. Ники ответил машинально, больше мимикой, чем словами. В голове был хаос.

На диване — Луанна. С чашкой кофе, в уютном свитере, бумаги на коленях. Биолог, мать, человек, переживший немало. Она посмотрела на сына — и сразу отложила всё.

"Что-то случилось?"

Ники не отвечал сразу. Просто сел рядом, как будто тяжёлый мешок сбросил с плеч.

"Мм... да."-он почесал щёку.

"Я провожал Финч. И встретил её отца. Он... ну, бухой. Кричал на неё. Словами бил. Не руками, но..."-он замолчал, потом выдохнул.

"...я едва себя сдержал, мама. Я почти ударил его."

Луанна не выглядела шокированной. Она внимательно смотрела на него, словно пыталась сложить внутреннюю картину.

"Почти?"

"Да. Я не сделал этого. Просто сказал... жёстко. Но всё внутри горело. Не как с Воронами. И... почему так?"

Луанна кивнула, прищурилась, слегка прикусила губу, потом мягко заговорила:

"Ты когда-нибудь замечал, как травмы вызывают отклик? Не свои — чужие. Ты видел, как на кого-то кричат, и это задевает тебя сильнее, чем должно?"

"Да."

"Это называется эмоциональная эхо-травма."-она положила ладонь ему на плечо.

"Мы инстинктивно реагируем на чужую боль, особенно когда она напоминает нашу. Или кого-то, кто нам дорог."

Ники посмотрел в сторону. Образ Майи всплыл мгновенно. Теодор. Крики. Камера. Её слёзы.

Луанна продолжила:

"Финч... в чём-то напомнила тебе Майю. Возможно, не буквально. Но её ситуация — отец, крики, беспомощность. Всё это — как рана, в которую тебе не хочется смотреть снова. А ты уже потерял кого-то."-она сделала паузу, потом тихо добавила.

"...ты не хочешь потерять ещё кого-то похожего."

Он молчал. Потом прошептал:

"Я даже не знал, что она так жила... ну... я знал, что у неё проблемы. Но такие..."

Луанна сжала его руку:

"Мы часто не знаем. Потому и важно вникать в слушанное, а не просто слушать и смотреть."

В этот момент в комнату вбежала Алисия.

"Бра! Браааа!-закричала она, цепляясь ему за колено. Её щёки — в варенье, волосы спутаны, но взгляд сияющий.

Следом вошёл Джей, подгузник в руке и абсолютно измученное выражение лица:

"У неё атомная бомба там была. Не благодари."

Ники рассмеялся. Искренне. Усталость чуть спала. Он поднял Алисию на руки, прижал к себе. Она сразу ткнулась лбом ему в подбородок, будто в поисках уюта.

И тогда он понял. Пронеслось как молния.

У него есть это.

Да, его родители были частью «Воронов». Но сделали всё, чтобы он был в безопасности. Всё, чтобы у него была семья. Они любят его. Они не идеальны, но они рядом. Всегда были.

А у Финч не было никого. Её отец — просто оболочка. Мать — тень. И это не честно. Мир не честен.

Но Ники мог быть рядом. И будет. Как брат. Как друг. Как щит, если потребуется.

Он поцеловал Алисию в макушку, и прошептал:

"Повезло мне с вами, да?.."

Джей хмыкнул:

"Не с нами. А с мамой. Мы просто бонусом шли."

Луанна рассмеялась. Алисия заулыбалась.

А Ники — наконец выдохнул. Не потому что стало легче. А потому что знал — теперь он держит равновесие.
...
Парк. Вечер. Жёлтое солнце тонет за горизонтом, воздух пахнет жареными орешками, травой и теплом лета. Где-то бегают дети, кто-то выгуливает собаку, а на скамейке под огромным вязом двое...

Аарон Питерсон и Квентин, его опекун, выглядят так, будто они сбежали с концерта, на котором выступал только один человек — их внутренний рок-н-ролл.

"БОЖЕ, СПАСИ КОРОЛЕВУУУУ!!"-ревёт Квентин, выкинув руку в воздух, качая головой, будто у него грива до пят.

Аарон подхватывает, подвывая хриплым, но абсолютно счастливым голосом:

"ОНА НЕ ЧЕЛОВЕК, А МАШИНААА!"

Прохожие останавливаются. Один парень на роликах чуть не падает. Женщина с коляской обходит их по широкой дуге. Маленький мальчик кидает им "козу" рукой. Мужик в кепке с недоверием шепчет жене:

"Они точно трезвые?"

И правда, со стороны это выглядит как мини-фестиваль:
Аарон в футболке с выцветшим логотипом Iron Maiden, Квентин в рубашке с ядовито-лимонным принтом, оба в кедах, оба с мороженым и бутылкой лимонада, от которого на третий глоток уже хочется заорать хором с Брайаном Мэем.

"НА-С-ВСЕ-ГДА!!!"-орут они, закончив куплет, и хлопают друг друга по плечам, почти падая со скамейки от смеха.

"Чувак..."-запыхавшись, выдыхает Аарон.

"...если ты и дальше будешь так себя вести, тебя не в опекуны, а в клуб рок-пенсионеров запишут."

Квентин смеётся, облизывает капающее мороженое и отвечает:

"Ну и пусть! Я первый буду с баяном на входе! "Добро пожаловать, ублюдки, мы тут не стареем, мы созреваем!""

Они оба взрываются от смеха.

"Знаешь."-говорит Аарон, наконец отдышавшись.

"Это... это было нужно. После всего. После туннелей. После того, что с Марицей. После Франклина..."

Квентин становится чуть тише. Глядит на закат.

"Я знаю. Именно поэтому мы тут. Кричим, едим сахар, и поём хиты, которым лет больше, чем мне. Потому что, если не дать себе жить — ты просто сломаешься."

Аарон молча кивает.

"...ты иногда ведёшь себя как идиот, пап."

"Но я твой идиот. Так что заткнись и пой. Дальше идёт «We Will Rock You»."

И снова хлопки, топоты, пение. Скамейка качается. У прохожих начинается второй круг подозрений на алкоголь.

Но им плевать. Потому что сегодня — они живы. И поют.
...
...Ники лежал в кровати, уставившись в потолок. Комната тихо гудела от лёгкого шума вентилятора, где-то тикали часы, но он их не слышал. Внутри — будто пульсировал отголосок прожитого дня.

Он перевернулся на бок. Подушка холодная. В памяти — её голос, смех, свет, движения. И тогда — всё нахлынуло.
...
Флэшбек: Лес. Ровная поляна. Солнце сквозь кроны. Пахнет хвоей.

Финч стояла в самом центре поляны, босая, в спортивных леггинсах и майке без рукавов(что она создала и надела). Её волосы были стянуты в небрежный хвост, пара прядей спадала на лицо, и каждый её жест — будто танец.

"Смотри и повторяй, Рот. Если где-то тянет — не ори, просто упади. Я тебя подниму."-усмехнулась она, делая плавный наклон назад, и касаясь земли ладонями.

Ники пытался повторить. Через пару секунд — шлёпнулся.

"Да я, вообще-то, давно этим не занимался..."-пробурчал он, поднимаясь. Но Финч уже крутилась, как кошка, и снова ушла в мостик.

Он замер.

Вот она делает стойку. Легко. Как будто гравитация — это миф. Её живот напрягается, плечи чёткие, спина выгибается, а лицо спокойно, даже игриво. Каждое движение в ней — уверенность. И красота. Настоящая. Без усилий.

"А ты неплохо держался, кстати."-сказала она, встав и потянувшись вверх, грудь поднялась, майка слегка задралась, обнажая узкую линию талии.

"Хоть и бухтел, как старик."

"Я не бухтел..."-выдавил он.

"Это просто... ты гнёшься, как пластилин, я не могу так."

"Потому что у тебя не пластилин, а комплексы."-засмеялась Финч. И села, скрестив ноги.

"Садись. Дышим."

Ники сел напротив. Она смотрела прямо ему в глаза. Дыхание ровное. Спокойное.

"Знаешь..."-сказала она тише.

"Ты странный, Ники Рот."

"Спасибо?"

"Не за что. Но в этом вся фишка. Ты думаешь, что тебе не место ни в гимнастике, ни в скаутах, ни в этом месте... а потом просто берёшь и летишь, продолжаешь. Не смотря ни на что, на... буллинг, потери, травмы, страхи."-Она закрыла глаза.

"А я... я бы сдалась, если бы не видела тебя. Там, в туннеле. Ты не отступил. Помнишь..."

Он хотел ответить. Но не мог. Просто... смотрел. На её ресницы. На то, как солнце касалось её щёк. На губы, чуть приоткрытые.

И тогда она открыла глаза и прошептала:

"Ладно. Хватит йоги. Летим?"

Конец флэшбека.
...
Ники резко выдохнул. Сердце — будто на взводе. Он уткнулся лицом в подушку.

«Просто йога, да?..»-мысленно пробурчал он.

А перед глазами — снова она. Вся. Уверенная. Сильная. Улыбающаяся. Живая.

Он закрыл глаза. И на миг... позволил себе улыбнуться.
...
Кухня была уютной, как и всегда вечером. Солнце уже наполовину ушло за горизонт, мягкий свет ложился на стены, а запах свежих трав и томатного соуса тянулся от кастрюли. Эйприл Торре сидела напротив Мёрто, тонко улыбаясь, а он, как ни пытался держать учительскую сдержанность, всё чаще позволял себе чуть больше... обычности. Почеловечнее.

"Ты так и не перестаёшь удивлять, знаешь?"-Эйприл говорила с легкой полуулыбкой.

"Сначала ты преподаёшь детям, потом строишь электромагнитный катапульт из деталей пылесоса, теперь вот... ужинаешь с бывшими одноклассницами в их кухне."

Мёрто хмыкнул, глядя на неё поверх стакана с вином:

"Ну, скажем так... некоторые бывшие одноклассницы выглядят так, что хочется повторить школу заново."

Она чуть закатила глаза, но без раздражения — напротив, с теплом.

Иван, сидевший чуть поодаль, за своей порцией макарон с сыром, незаметно наблюдал за ними, покручивая вилку. Он не вмешивался. И не фыркал. Впервые — ему просто было спокойно. Удивительно спокойно. Его мама не улыбалась вот так давно. Слишком давно.

"И правда, будто сцена из романтической комедии..."-пробормотал он себе под нос. Но с улыбкой.

Мёрто обернулся к нему, услышав, но не придал значения.

"Кстати, Иван..."-голос у него стал чуть бодрее.

"Тут мысль появилась. Мы с твоей мамой, если ты не против, хотим кое-что пособирать вместе. Она же у нас гений в структурных полимерах, я — слегка в безумной инженерии. Думаю, если скомбинировать..."

Эйприл перехватила:

"...мы сможем создать устройство, которое будет не просто работать, но и не взорвётся в первые пять минут."-в шутку сказала она. Зная, что когда дело касается изобретений, то у её сына дух захватывает.

"Да ну, так скучно!"-с деланным разочарованием выдал Мёрто.

"Но, может, мы найдём компромисс. Например, взорвётся, но красиво."

Иван не сдержал улыбку. Глаза чуть расширились от радости.

Он кивнул, будто разрешал не просто проект — а что-то большее. Он знал, что это не просто «пособирать». Это было важно. Для них обоих.

И это... ему нравилось.