Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

Уже на следующий день, около двух часов дня, Ники медленно открыл глаза.

Мир был размытым. Белым. Холодным. Пахло антисептиками.
Голова гудела, как после удара колоколом. Всё тело — будто его вывернули наизнанку и обратно.

Он попытался подняться — зря. Мышцы тут же дали понять: полежи ещё.

Ники застонал, глядя в потолок. Боль. Глухая, равномерная. Но... он жив.

Он жив.

Справа пикал аппарат. Слева — занавеска. И где-то на подоконнике — старый радиоприёмник бормотал что-то о восстановлении города.

Ники повернул голову, и наконец увидел зеркало — небольшое, закреплённое на шкафчике.

Он вгляделся в отражение.

Усталое лицо. Под глазами — тени. Волосы растрёпаны. Щетина. И два новых шрама: один тянулся от виска к скуле, чуть ниже глаза. Другой — пересекал щёку, не слишком глубокий, но явно навсегда.

Он коснулся их кончиками пальцев.

"Класс..."-хрипло выдохнул он.

Голос был чужим. Сорванный. Грубее обычного.

Он медленно сел, хрустнув спиной. Простыня соскользнула.
На груди — перевязки. Живот — в синяках. Локти, плечи, шея — всё ссадины, бинты, синяки. А где-то между — старый шрам на ключице. Теперь его никто не пропустит.

Он глубоко вдохнул.

И тут же заметил:

Он чувствует себя иначе. Не физически — внутри. Как будто... в нём стало тише.

Раньше в глубине сознания что-то бурлило. Голос, импульс, второе «я» — Неки, Нечто. Теперь там была... пустота.

Нет — не пустота. Тишина. Спокойная, живая. Но его. Он был один. Впервые за долгое время — по-настоящему один в своей голове.

"Ты... ушёл?"-прошептал он, глядя в потолок.

Ответа не было.

Но он и не ждал.

Он положил руку на грудь.

Там всё ещё горела та самая точка. Не больно. Не страшно. Просто... чувствовалось. Как будто внутри остался след. Пульс. Чужой... но уже не враждебный.

"Или остался. Но не главный."-усмехнулся Ники сам себе.

Он посмотрел в окно.

Солнце было в зените. Лёгкие облака плыли по небу. Где-то вдалеке слышались шаги. И смех.

Он жил.

И у него было слишком много вопросов. Где все? Кто выжил? Как долго он был в отключке?

И главное — почему он всё ещё чувствует чужую силу... но не чуждую?

Как будто она теперь часть его. Как будто Неки — это он. Но очищенный. Или... прирученный?

Ники откинулся на подушку. Внутри было чувство: что-то изменилось.

И не только шрамы.

Он стал кем-то другим. И только предстояло выяснить — кем именно.

И именно в этот момент, в его палату влетает... Аарон?
...
В этот момент снаружи больницы:

Стояли шестеро — как заговорщики перед дворцом. Тринити, Иван, Энцо, Марица, Финч и Делрой.

Вид у всех был примерно одинаковый: руки в карманах, лицо с лёгкой тенью усталости, но глаза — горящие.

"Не пустили."-буркнул Делрой, глядя на охранника у входа.

"«Пациент в реабилитации, доступ ограничен». Что за бред? Это же Ники."

"Протокол."-сухо ответил Иван.

"Слишком много ранений, да и врачи боятся рецидива. Ну и... вид у нас, честно говоря, не как у мирных посетителей."

"Ага, особенно у тебя с этой штукой на плече."-кивнул Энцо на импровизированный генератор у Ивана, вмонтированный в жилет.

"Неважно."-Тринити сделала шаг вперёд, обняв себя руками.

"Просто уйти — не вариант."

"Мы можем... тупо залететь, как Аарон."-хмыкнула Марица, упираясь в бедро ладонью.

"Он вообще на расслабоне, как птица счастья. В окно и в койку."

"И оставить следы?!Они тогда точно охрану усилят. Так ещё и узнают, что у нас силы есть. И нас отправят прямиком на опыты."

"Есть план?"-спросил Делрой, скрестив руки.

Иван выдохнул.

"Есть. Рискованный. Но сработает, если все справятся со своей частью."

Он обернулся к Тринити:

"Ты активируешь полет надежды и делаешь нас неосязаемыми. Неосязаемость держится максимум 30 секунд, так?"

Тринити кивнула.

"С трудом. Но хватит, если не тупить."

"Финч. Ты делаешь нас невидимыми. Одновременно."-повернулся к скаутке Иван.

Финч на секунду напряглась.

"Я могу... но только если между всеми будет физическое касание, или соприкосновение с объектом, что я делаю невидимым."

"Именно."-кивнул Иван и повернулся к Энцо.

"Ты создаёшь энергетические кнуты. Оборачиваешь вокруг запястий, соединяешь всех в одну цепь."

"Подключаю."-Энцо щёлкнул пальцами, и по воздуху уже вспыхивали тонкие ленточки энергии.

"Марица, ты — резерв. Если кто-то выпадет, прикроешь. И займёшься дверью на случай, если придётся бежать."

"Как всегда, в роли огня на случай пожара."-усмехнулась она.

"Делрой... просто будь готов тащить меня, если перегружусь."

"Без проблем, ботан."-кивнул тот.

"Главное — ты не забудь дышать."

Все переглянулись.

В этот момент... как будто снова почувствовали, что они команда. Не просто подростки с силами, а — чёрт побери — герои. Или по крайней мере упрямые идиоты с общим сердцем.

"Всё, работаем. На счёт три. Раз. Два. Три."-сказал Иван

Тринити поднимается на метр в воздух — всплеск света, как от утреннего солнца. Все тела начинают мерцать, частично исчезая.

Энцо активирует кнуты — энергетическая волна сквозь запястья, мягкая, обволакивающая, связующая.

Финч хрипло вдыхает — и тень ложится на всех. Они исчезают. Полностью. Даже собственные руки не видно.

"Тридцать секунд пошло."-тихо бросает Тринити.

В этот момент Марица всё-таки усмехается:

"А Аарон просто залетел, ха-ха."

И вся команда, невидимая, неосязаемая, связанная одним импульсом, проникает в здание.

Через стену. Прямо к Ники.
...
Больничная палата. Тишина, приглушённый свет, тонкий гул аппаратов.

Ники сидит на койке, подперев голову рукой, другой держится за бок. Он выглядит измотанным, но живым. На лице — пара свежих шрамов, а в глазах... что-то новое. Глубже. Тише.

На подоконнике — Аарон, полубоком к нему, что-то чертит в блокноте. Воздух слегка пахнет яблочным соком и дезинфекцией.

И тут... стена рядом вдруг мерцает, проходит рябью — и из воздуха выпрыгивают Тринити, Иван, Марица, Энцо, Делрой и Финч. В один момент. Все в разных позах: кто-то споткнулся, кто-то аккуратно ступил, кто-то чуть не врезался в капельницу.

"Аарон!"-шипит Марица.

"Мы так незаметно шли, ты зачем в окно как голубь любви?!"

"Я что — ждал, пока вы запаритесь с магией и из стены вывалитесь?"-фыркает Аарон, не отрываясь от наброска.

"Вы..."-Ники хрипло выдавливает, обводя всех глазами.

"Вы здесь."

"Конечно, мы здесь."-шепчет Тринити, подходя ближе.

"Мы не могли иначе."

"Как ты себя чувствуешь?"-Энцо уже присаживается рядом на стул.

"Ты в сознании, значит, всё норм?"

"Хреново."-честно говорит Ники.

"Тело будто танк переехал... дважды. Один раз душой, второй — молнией."

Он проводит пальцами по щеке и скулы, касаясь новых шрамов.

"И ещё это. Ну... теперь я как герой боевика, наверное."

"Можем сделать тебе плакат."-ухмыляется Делрой.

Ники слабо улыбается. Потом серьёзнеет.

"Ребята... а как там всё? Вы в порядке? Что с городом? Где мои... родители? Где мистер Мёрто?"

Неловкая тишина.

Иван берёт слово.

"С нами всё нормально. Город тоже... ну, почти. Его склеивают. Как могут."

Он опускает взгляд, а потом медленно продолжает:

"А... родители твои. И Мёрто. Они... дома."

"Дома?"-Ники вскидывает брови.

"Но... их же затянуло. Они же... они пропали."

"Они вернулись. Причём... не так давно. Всё это время они были в другой вселенной. Почти полтора года. Но сейчас — здесь. И... с ними всё хорошо. Обещаю."-Иван сказал.

Ники долго молчит. Закрывает глаза. Глубоко вдыхает.

"Я... даже не знаю, как это... Они живы?"-хрипло смеётся он.

"Да. И... сегодня они к тебе придут."-Иван улыбается.

"Серьёзно?.."-голос Ники стал почти ребёнком.

"Прямо сюда?"

"Прямо в палату. Скоро. Они уже в городе. Только вот..."-он усмехается.

"У них с собой сюрприз. Один, который даже мы не знаем."

"Сюрприз?.. Какой ещё сюрприз?"-моргает Ники.

"Сюрприз от твоей семьи."-кивает Делрой.

"Судя по их лицам — ты офигеешь. Возможно, даже вырубишься обратно."

Ники в ответ только фыркает, прижимаясь к подушке.

"Ну что ж... посмотрим. Только если это волшебная сова, я вам всем проколю капельницы."

Все смеются.

Но в этом смехе — облегчение. Он жив. Они вместе.

Хоть и есть неловкость в глазах Ники, Финч, Аарона, Тринити и Марицы.

Ники смотрел на потолок, потом — на друзей, снова на потолок, он не хотел говорить о... своём открытии.

"Ладно... а что случилось после того, как я... вырубился?"

"О, ты многое пропустил."-отозвался Аарон, поднимаясь с подоконника.

"Мы думали, ты умер. Но потом — бах, из тебя вылетел этот твой голубой камень. Прямо как снаряд."

"Чего?!"-Ники приподнялся на локтях, глаза чуть не выскочили.

"Камень вылетел?!"

"Да. Потом стабилизировался. Заискрил, загудел... и снова влетел в тебя. Прямо в грудь. Но уже... другой."-кивнул Иван.

"Что значит «другой»?"

"Ну..."-Аарон почесал шею.

"Похоже, он теперь не жрёт тебя изнутри, понял? Он... адаптировался. Или ты адаптировался. Или вы друг друга. На научный лад — не скажу. На магический — уже не убивает. Звучит неплохо?"

Ники уставился на свои руки.

"Погоди..."

Он глубоко вдохнул. Сосредоточился. Привычное давление в груди — молчало. Он вытянул ладони вперёд.

"Давай, попробуем..."

И вдруг — вспышка голубого света. Не мятный. Не бирюзовый. Не белый, как раньше.

Голубой. Чистый. Спокойный. Мягкий.

Энергетические руки проявились в воздухе. Чёткие. Прочные. Сильные.

Никаких волн боли. Никакого обжигающего жара в венах. Ни спазма в лёгких. Ни дергающейся клетки в теле.

Он двигал пальцами — руки повторяли. Он сжал кулак — они сжали. По его желанию. Не по эмоциям. Без боли.

"...я не врежу себе?.."-выдохнул он, почти шёпотом.

"Я управляю?"

"Похоже, да."-Тринити присела на край койки.

"Ты и сила наконец... в унисон."

"Уаху..."-Ники ухмыльнулся, приподнимаясь.

"Ребята... я теперь реально супергерой. Без ограничений. Без проклятия."

Он снова посмотрел на руки.

"И они такие... красивые. Кто знал, что голубой мне идёт?"

"Мы знали."-улыбнулась Финч.

"Всегда."

Ники посмотрел на него, чуть прищурился.

"Серьёзно?"

"Всегда."-повторил за Финч Аарон.

На миг повисла пауза. Потом энергетические руки отстранились, исчезли в тонком световом следе.

Ники откинулся на подушку.

"Ну, раз я теперь больше не ходячая бомба... давайте, говорите, что за сюрприз."

"Скоро увидишь."-ухмыльнулся Иван.

"И будь готов. Это не суперсила. Но может перевернуть тебе мозг."-Марица нагнала жути.

"Ты даже не знаешь что это мама, Мари..."-Энцо закатил глаза.

"Погоди... что это значит?"-нахмурился Ники.

Все переглянулись.

"Потерпи минут десять."-сказал Делрой.

"И держи свои голубые руки наготове. Но не для боя. А, скажем так... для объятий."

Ники напрягся.

"Объятий?.."

"Не нервничай. Это будет мило. Наверное."-хихикнула Марица.

"Господи...Я только проснулся, а уже боюсь больше, чем в битве с Воронами."простонал Ники

За дверью в коридоре послышались шаги. Лёгкие. Уверенные. И... ещё одни. Маленькие. Быстрые.

Сюрприз был совсем рядом.

Или не сюрприз, а персонал.

Раздавался уже не только топот, но и писк рации, кашель, чей-то бодрый голос:

"Пациент 415, проверка стабилизации, бригада медиков, 2 этаж."

Персонал.

"Ох черт... Это точно не сюрприз."-выдохнул Иван.

"Мы ж, блин, тут по-тихому!"-прошипела Тринити.

"Взлет, кнуты, невидимость, вся эта хрень — и ради чего?"

"Ладно, время делать ноги."-отрезал Энцо, уже развязывая энергетическую плеть.

"Было приятно, Ники, но я ещё не готов отчитываться перед заведующей."-пробормотал Делрой, прыгая в сторону окна.

"Чао, приятель!"-помахал ему рукой Иван, и последовал за друзьями.

В комнате остались только Ники, Тринити, Марица, Финч и Аарон...

Неловкость выросла до максимума.

Пять человек. Четыре пары глаз, от которых невозможно скрыться.

Тишина. Слишком плотная. Слишком тяжёлая. Слишком откровенная.

Ники молчал. Но в голове — истерический оркестр.

"Я решил отпустить Майю."

Он сам это сказал себе. Убедил себя. Она была первой. Больной, но яркой страницей. Он перевернул её. Но чёрт... не так же!

Теперь он сидит в палате. В пижаме. Со шрамами.
С новой силой. И с четырьмя людьми, которые, судя по всему... Любят его.

«Отлично. Просто охренительно.»

Он скользит взглядом по каждому.

Тринити. Лучшая подруга. Роднее сестры. Он бы соврал, если бы сказал, что не вспоминал, каково это — обниматься с ней. Как она держала его, когда он плакал. Как её руки не дрожали, когда весь мир рушился.

Он не мог её потерять. Он не хотел быть причиной её боли.

Аарон. Лучший друг. Брат. Тот, кто всегда был рядом. Тот, кто даже сейчас... молчит, но смотрит так, будто готов стереть все свои чувства, лишь бы Ники не чувствовал вины.

И в голове всплывает голос Майи, что сказала ему передать то, что она не держит зла на брата.

Ники сглотнул. Он даже не знал, чего хотел. Но знал, чего не хотел — рушить то, что между ними.

Финч. Новая. Дерзкая. Бывшая "враг номер один". Когда-то называла его "больным Ником", "фриком"... А теперь была самой тихой, самой внимательной. Она поддержала его, когда он не знал, кто он вообще. Она помогла ему стать им. И теперь она смотрела на него, как будто без него мир бы снова рухнул.

Марица. Огонь. Щит. Яд в обёртке преданности. Никогда не уходила. Мстила за него. Поддерживала. Швырялась в бой, даже когда у неё был шанс отступить. И, блин... она была красива, даже если скрывала это за маской пацанки. А её связь с его родителями — вообще отдельный уровень хаоса.

Ники моргнул. Оглядел их всех.

«Я в жопе.»

Он знал, что если останется здесь — хоть ещё минуту — кто-то что-то скажет. Или он сам сорвётся. А сейчас он не был готов. Ни выбирать. Ни ранить. Ни обещать.

Он тяжело вдохнул. Пальцы сжались в простыню.

"Послушайте..."-начал он тихо.

Четверо сразу напряглись. Один — даже не дышал.

"Я... рад, что вы здесь. Правда."-он с трудом подобрал слова.

"Но... я только проснулся. У меня два шрама, возможно, сотрясение, и... на мне лежит эмоциональный авианосец чувств."

Неловкая улыбка.

"А ещё я только что понял, что вы, возможно, все меня... э-э, слегка, ну..."-он покрутил рукой в воздухе.

"Ну вы поняли."

Тишина. Никто не опроверг.

"И... я вас всех ценю."-он акцентировал это слово.

"Больше, чем могу сказать. Но сейчас... Мне нужно разобраться. В себе. В камне. В этой новой тишине в голове. В своей жизни."

Он глянул на каждого.

"И я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за меня. Вы заслуживаете ясности. А я — не могу её дать. Сейчас — точно."

Он выдохнул.

"Так что... пожалуйста. Уйдите. Пока не пришёл персонал. Пока не стало ещё хуже. Пока я не сказал что-то, о чём пожалею. Это... не отказ. Это... пауза. Честная. Без лжи. Без боли."

Он опустил взгляд.

"Простите меня."

Молчание снова повисло.

Первой встала Финч.

"Пауза — лучше, чем ложь."-тихо сказала она. И ушла.

Следом — Марица. Без слов. Только взглянула — тепло. Как бы говоря: я подожду.

Тринити подошла. Остановилась рядом. Ненадолго обняла. Легко. Почти дружески.

"Мы друзья. Это не меняется."

И ушла.

Остался Аарон.

Он медленно подошёл. Встал у кровати. Молча смотрел.

"Аарон..."-начал Ники.

Аарон поднял руку.

"Не надо слов."-тихо.

Потом наклонился. Легко ткнулся лбом в лоб.

"Я всё понял."

И тоже ушёл.

Окно закрылась. Ники остался один.

Он выдохнул. И прошептал:

"Господи, пусть сюрприз — это что-то тупое. Типа котёнка в пижаме. Только не... Ещё один человек, который любит меня."

И тут снаружи разносится крик:

"Вы серьёзно решили здесь весь день шататься? И без меня?"-был голос Аарона.

Ладно... видимо это надолго.

И в этот момент вошли медсёстры... и Ники вспомнил, почему он ненавидит больницы...
...
Прошло три часа. Адских часа.

Медсёстры осмотрели Ники, сменили повязки, проверили зрение, чувствительность, провели пару лёгких тестов — он все прошёл.

"Пульс стабильный. Давление — отличное. А температура у тебя, парень, вообще как у ящерицы в отпуске."-сказала одна из них с улыбкой.

Ники даже засмеялся. Смех отозвался лёгкой болью в боку, но — он уже стоял. Ходил. Руки не дрожали. Голова — ясная.

Регенерация.

Он вспомнил, как раньше приходилось лежать неделями. Сейчас — три часа, и он уже чувствует себя, будто просто переночевал с мигренью. Сила изменилась. Он изменился.

Он сидел на подоконнике, смотрел в окно, когда дверь за его спиной открылась.

"О, персонал опять забыл постучать..."

Он обернулся — и замер.

На пороге стояли они.

Джей — с широкой, но усталой улыбкой. Глаза блестят, рубашка слегка мятая, будто только с дороги.
Луанна — крепко держит на руках маленький свёрток в одеяле. Чёрные волосы, тёплые нефритовые глаза, лёгкая ползучая ухмылка, в которой читается: "Ты даже не представляешь, что тебя ждёт, сынуля."

И самое главное...

Ребёнок.

Маленькая. Живая. Смотрит ему прямо в глаза. Карие глаза. Глубокие. Не по-детски серьёзные. Чёрные волосы. Как у мамы. И она... уже не совсем грудничок.

Она — сидит у Луанны на руке. Махает кулачками. И улыбается.

"...Что?"-выдохнул Ники.

Он резко спрыгнул с подоконника.

"Погодите... это... это кто?.."

"Сюрприз!"-сказал Джей.

"Ну, почти. Зовут — Алисия."

"Подожди..."-он поднял руку, будто отталкивая мысль.

"Вы хотите сказать... это... моя..."

"Младшая сестра."-подтвердила Луанна, подходя ближе.

"Родилась девять месяцев назад. Примерно когда мы впервые вернулись из другой вселенной."

Ники моргнул.

"Но... что?.. Как?.. Когда?.."

"Ну, когда два человека любят друг друга, Ники..."-начал Джей с ухмылкой.

"О, БОЖЕ, НЕ НАДО!"-Ники прикрыл уши.

"Не сейчас! Не в палате! Я не просил TED Talk о деторождении!"

Луанна рассмеялась, и Алисия — будто почувствовав настроение — хихикнула.

Да. Прямо засмеялась.

Ники застыл.

Маленькое создание. Серьёзное. Доброе. Улыбающееся. Смотрело на него — узнавая.

"Она..."-он прошептал.

"Она меня знает?"

"С первого фото."-Джей кивнул.

"Мы показывали ей, рассказывали. Её первое слово было — «Ники»."

Он чувствовал, как что-то подступает к горлу. Он даже не знал, что терял, пока не увидел её.

"Можно... можно подержать?.."

"Естественно."-Луанна аккуратно передала Алисию ему в руки.

Ники, пусть и трясущимися пальцами, принял её.

Она была тёплой. Живой. Мягкой.

И смотрела на него, как будто уже знала, что это её брат. Словно чувствовала.

Ники не выдержал. Слёзы — медленно, но пошли.

"Привет, Алис..."-прошептал он.

"Ты... ну ты прям неожиданность."

Она прижалась к нему лбом. Маленькая. Настоящая. Его семья.

"Я... у меня теперь сестра..."-он усмехнулся сквозь слёзы.

"И ты уже круче меня. Ну офигеть."

И за дверью — тишина. А потом чьё-то шептание:

"Говорила же, сюрприз его вырубит."

"Нет, он держится. Смотри, держит как профи."

"Он плачет — значит, всё ок."

"Тихо, мать вашу, он нас услышит."

Ники, не оборачиваясь:

"Ребят, я всё слышу."

"Блин."-сказал Иван за дверью. И шаги дали понять, что их прогнали.

Ники посмотрел на Алисию и добавил:

"Добро пожаловать в семейку Рот. Тут все немного... странные. Но ты не одна."

Алисия хихикнула снова. И это был лучший звук, который он слышал за всё своё новое рождение.

Ники стоял, держа Алисию в руках — и чем дольше держал, тем сильнее внутри нарастал хаос.

А он правильно держит? Может, подголовник нужен? Она так к плечу прижимается, это нормально? А вдруг ей неудобно? Может, он прижал её слишком крепко? А если слишком слабо — вдруг уронит?

Алисия мирно посапывала, держа его за край больничной пижамы, и всё равно ему казалось — он всё делает не так.

«А может, она голодна?.. Или хочет спать?.. Или наоборот — проснулась и ей скучно?.. А может — я не так пахну?.. Мылом. Я ж только в сознание пришёл, какой из меня вообще брат сейчас?..»

Он зажал губу, с трудом сдерживая тревожный монолог, который разрастался в голове.

Девять месяцев.

Целых девять месяцев её жизни он пропустил.

Он не был рядом. Не видел, как она росла. Не знал её первого смеха, первого поворота, первого кашля, даже чёрт побери — первой пелёнки. И пусть он был в коме...

...он чувствовал себя виноватым.

"Может, я вообще не готов к этому. Что если я стану тем самым «отстранённым братом», который появляется на фотках раз в год и всех пугает своими шрамами?.. Что если она вырастет и решит, что я был просто каким-то незнакомцем?.. А я просто..."

"Николас Рот."-раздался голос Луанны, твёрдый, как команда.

Он вскинул глаза. Она стояла в полуметре. Руки на бёдрах. Взгляд — насквозь.

"Хватит загоняться. Ты держишь её нормально. Она тебя не боится. Она даже к тебе прилипла. И нет, ты не плохой брат. Потому что плохие братья не переживают, что делают что-то не так."

Ники только открыл рот, но прежде чем он успел возразить...

Алисия вдруг подняла голову. Глянула на маму. Потом на него. Потом снова на маму. И заявила с такой уверенностью, будто ставила точку в споре:

"Мама — бооооссс."

Ники ошарашенно моргнул. А Луанна прыснула от смеха:

"Вот. Даже она в курсе, кто тут главный."

Алисия тем временем снова посмотрела на Ники и, склонившись к его плечу, пробормотала:

"Бра... бра..."

Он замер.

Это было... Глупое, корявое, неуверенное слово.

Но оно ударило сильнее, чем вся магия, с которой он сталкивался за последние недели.

Она пыталась сказать "брат." И сказала.

Ники опустил подбородок ей на макушку. Глаза закрыл.

И больше не думал ни о том, как держит, ни о том, чего не успел. Просто обнял её чуть крепче.

"Бра бра с тобой, Алисия. Как бы ты это ни понимала."-тихо сказал он.

И впервые за долгое время... почувствовал себя нужным.