Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

Марица с Финч вбежали в комнату Тринити, и увидели всех остальных в ней.

Тринити смотрела в окно через бинокль. Ники угрюмо стоял, упираясь на стену. Делрой с заклеенным носом сидел. Энцо с замотанным плечом ходит туда-сюда. Иван сидел в углу, придерживая бок, рядом — аптечка и груда расплавленных ледяных клинков.

"Марица/Энцо!"-брат и сестра бросились друг к другу в объятия, хоть и быстро отстранились, ведь у Энцо заныло плечо.

"Вы ребят не поверите... на нас напала орда зомби, а следом нас как-то нашли два Ворона, Лесли и Герда!"-Финч выпалила.

"Мы могли бы сказать то же самое. На нас в туннелях напали Тэвиш и Отто."-буркнул Иван, вставая.

"Я никак не пойму... Как они узнали, где мы будем? У нас даже монет нет теперь, только у меня, да и гений сумел изменить её."-Делрой вздохнул, держа себя за нос.

"На нас с Энцо не нападали Вороны..."-Тринити добавила. Не нравилось ей это...

Иван однако нашёл этому оправдание:

"Вы были в зоне с самыми сильными искажениями, и по своим же словам, сражались с ведьмой под землёй. Наверное они просто не увидели вас..."-Торре хмыкнул.

Марица лишь огрызалась:

"Но при этом нас с Финч, они в церкви нашли без проблем, хотя мы даже не их искали! Никто из нас сегодня за ними не гнался!"

"...Ники? А что было с тобой?"-обратилась к Роту, что молчал всё время, Финч.

"Ах... на меня напал Волк, и я побежал к Энцо с Тринити, когда прибыл, они стояли на поверхности, и рассказали мне про ситуацию с ведьмой."-Ники дал ответ.

"...Как Волк нашёл тебя? У нас в городе, у всех злодеев есть способность отслеживать своих жертв?"-Делрой задумался.

"Мы пошли в зоны, где мог быть сам Волк, либо его создатель, которым к слову оказалась ведьма. Разумеется, он встретил его."-объяснил Энцо.

Финч однако не угомонилась...

"А когда он напал на тебя?"-Финч снова спросила Ники.

Тот нервно сглотнул, но дал ответ:

"Почти сразу после моего прибытия в зону... и я считай сразу убежал. А что?"

"Но... как за время твоего бега от своей зоны к Энцо с Тринити , они успели сразиться с ведьмой? Ты считай второй по скорости среди нас, быстрее только Марица. Да и город наш не такой большой."-Аллен продолжала давить.

"Господи! По вашему он мне спокойно бежать давал? Он за мной следовал, и временами догонял. Он же телепортироваться умеет!"-Рот хмыкнул, агрессивно...

Тринити однако вспомнила кое-что... время своего визита в тюрьму:

("Засаду? Оу... похоже в ваших рядах завёлся маленький предатель. Настоящая крыса. Интересно, кто из них?"-Теодор усмехнулся шире, и повернулся к Бейлз спиной.

"Я доверяю своим друзьям..."-неуверенно отвечает Тринити.

Она действительно верит каждому из них, даже Делрой после того раза, как он успокоил Ники вызывал чувство доверия.

"Хм... этот робкий мышонок или насекомое с битой?"-продолжал размышлять вслух Теодор.

"А может это Ники?"-он повернулся к Тринити обратно.)-воспоминания.

Её взгляд зациклился на Роте, она не хотела этого признавать... но он ведёт себя странно.

Её сердце билось, говоря ей, что такого быть не может. Но среди всех сейчас... Ники был самым подозрительным. Второй после него была Финч, что внезапно вступила к ним, а помог ей... сам Ники.

"Вы ребят можете успокоиться, мы здесь в безопасности. Да, Тринити?"-Энцо посмотрел на девушку.

"В безопасности? Мы нигде не в безопасности!"-Делрой возразил. Он чуть не умер сегодня, он устал от расследования...

"И наши родители тоже!"-добавила Марица, посмотрел на Энцо. Оба вспомнили инцидент с белками.

"И питомцы..."-Делрой достал золотую монету, что была частью ошейника его пса.

Тринит вернулась в реальность:

"Ты должен выбросить это, Вороны насылают на нас неудачу используя их как маятники."

"Я уже защитил монету Делроя от этого. Эта монета единственная вещь, что осталась ему от его пса «Пса», не смей говорить ему это!"-огрызнулся Иван, но сразу схватился за бок от резкой боли.

"ИВАН!"-крикнули Энцо с Делроем, и бросились к гению, дабы проверить его.

Торре лишь слегка харкал... и сказал:

"Я в норме... на нас быстро всё заживает."

"Это не значит, что мы должны игнорировать раны."-Энцо хмыкнул.

"Да. Ты вполне мог умереть, ботан."-Шмидт покачал головой, и бросил взгляд на Ники.

Он не шибко общался с клубом зануд до начала расследования, но знал, что Рот был для Ивана с Энцо лучшим другом/братом, частью их ботанского трио. Но он даже не двинулся проверить Ивана...

"Да похрен на эти монеты, главное то, что эти уроды гоняются за нами по всему городу."-говорит Ники.

"Тогда мы должны разобраться с ним так, как Питерсон разбирался с нами. Мы устроим ловушку."-Тринити привлекла внимание всех новым планом.

И тут же у команды возникло негодование:

"Ты серьёзно? Мы чуть не умерли сегодня! Мы должны чательнее обдумать всё."-Финч сказала.

"Да. Если эти Вороны узнали, где мы будет, они наверняка будут знать и про ловушку."-логически сообразил Иван.

"И как мы вообще её сделаем? Что будет им нужно, один из нас?"-Делрой хмыкнул.

"Например... это."-Тринити достала из кармана чёрную книгу Питерсона.

Глаза Ники сразу оживились, он стал слушать внимательнее...

"Я уверена, она нужна им. Поэтому они попытаются забрать её. В тот день, Ворон не просто так ходил в его доме. Он наверняка искал её. И он, или они «найдут» её там, где ожидают найти."-Бейлз сделала цепочку.

Все ребята переглянулись... Они не были уверены в этом.

"Кому как, а я погнал. Мои родители наверняка волнуются... всем чао-какао."-зевнул Ники, и помогал всем рукой на прощанье.

Марица хотела броситься за ним, и рассказать ему про её с Финч открытие, но Аллен схватила её за руку, взглядом говоря, что не стоит говорить это... пока что.
...
Комната Ники погружена в полумрак. Фонарь за окном мигает, будто перегоревший глаз города. На стене — тень мальчика, почти не шевелящаяся. Он держит в руках гарнитуру и говорит в рацию:

"Змея вызывает Чёрного. Повторяю: Змея вызывает Чёрного. Завтра они планируют установить ловушку в доме Питерсона. Приманка — книга. Та самая."

Пауза.

"И ещё... Волк мёртв. Мягкий внутри. И перед смертью — признался. У него была хозяйка. Ведьма. Та, что дала ему силу. Думаю, мы нашли следующую."

Ответа не последовало. Только лёгкий треск — и резкий порыв воздуха, словно кто-то открыл дверь в другое измерение.

В стене — зазубренный портал. Как будто ткань мира прорвали чернильной когтёй. Изнутри — мрак, в котором плыли очертания перьев и шептали голоса.

Из портала вышел он.

Франклин Питерсон. Тот, кто никогда не выходит «просто так».

Плащ струится, как дым в водовороте. Лицо — маска черепа, глаза — два затаённых костра. Он смотрит на Ники... как на сына, которому действительно гордится.

"Ты справился, мальчик. Волк мёртв. Книга почти у нас. Время награды."

Ники приподнял бровь.

—"Метка? Усиление? Бессмертие?"

Франклин рассмеялся.

"Ха. Это — дешёвка. Это дают всем."

Он подошёл ближе, положив ладонь на плечо Ники.

"Я дам тебе то, что не давал никому. Свободу. И настоящую... охоту."

"Охоту?"

"Ты поедешь в один город. Большой. Гнилой. Район — как мясорубка. Там всё ложь, всё продажно, всё хищно. Сами копы там хуже преступников. Ты — будешь моим хаосом в этом аду. Там можно ломать, убивать, поджигать, насмехаться — и никто не придёт. Потому что они все хуже тебя."

"Ты... хочешь сводить меня погулять?"-Ники усмехнулся.

Франклин склонил голову.

"Это будет... семейная поездка. Подарок от отца — сыну."

"Может, я возьму кого-то с собой?"

"Нет. Это твой пир. Это для тебя. Чтобы оторваться. Чтобы забыть. Чтобы стать тем, кем ты и должен быть."

Он подошёл к порталу, который всё ещё ждал, шевелясь, как живой.

"Отдохни. Через пару часов — я заберу тебя. И ты получишь свою... арену."

Портал схлопнулся. Тишина повисла.

Ники остался один. Он смотрел в пустое пространство. Потом присел на край кровати. Уголки рта дрогнули.

"Город, где можно быть собой..."

Он тихо рассмеялся.

"Спасибо, папа."

И лёг на кровать, сложив руки за головой. Взгляд в потолок. Он думал — не о книге, не о ловушке, не о ведьме.

Он думал, как же сладко будет ломать тех, кто даже не знает, кто он такой.
...
Через час:
Комната снова затихла. Только пыль кружится в луче фонаря. Ники уже почти задремал... когда воздух снова дрогнул.

На потолке — появилась трещина, тонкая, как царапина на стекле. Она расширилась, раскрыв портал, словно открыли крышку от мира.

Изнутри — сине-фиолетовый туман, и перья, что летали против всех законов физики.

Из портала вышел Франклин. На этот раз — не с отчётами, не с приказами. Он был в чёрном пальто, застёгнутом, как на прогулку. Только глаза всё те же — жёлтые, как горящие лампы в морге.

Он посмотрел на сына.

"Время."

Ники встал. Без слов. Просто щёлкнул шеей и натянул куртку.

"Ты уверен, что город готов?"

"Город давно гниёт. Мы просто вырвем кусок, и посмотрим, что потечёт."

Они шагнули в портал.

...И вышли в другой реальности.

На улицу, где воздух был плотный, как сигаретный дым в заброшенной забегаловке.

Город казался вечно мокрым. Везде — неон, исписанные стены, потёки ржавчины, фиолетовые граффити в виде глаз. Здания давились друг на друга. На перекрёстке стояла машина без колёс, в луже отражался человек без лица.

"Добро пожаловать в Девятый сектор, как мы его называем. Альтернативное измерение."-сказал Франклин.

"Район, где законы не писаны. Где даже вороны не летают без разрешения."

Ники посмотрел по сторонам. В его зрачках отражались мутные окна, закрытые роллеты, голограммы "SALE" на испорченных витринах.

"Выглядит... обещающе."

"Это город, где добро испарилось. Здесь ты не чужой. Здесь ты — среда."

Франклин провёл рукой по воздуху — и портал закрылся. Он достал из-под плаща маску — белую, как хирургическая. Протянул сыну.

"На случай, если захочешь остаться анонимным."

"А если не захочу?"

"Тогда пусть запоминают твоё лицо. Кто выживет."

Они пошли по улице, как две тени, гуляющие по мясной лавке.

Прошли мимо стайки подростков с неон-цепями, которые шептались. Один свистнул — но сразу отшатнулся, увидев Франклина. Даже здесь — его знали. Или чувствовали.

"Чего хочешь первым? Поджечь клуб? Сломать бордель? Или хочешь бойцовскую арену — там берут любого, кто выглядит... ненормально."

Ники хмыкнул:

"А можно всё сразу? Пока не надоест?"

"Это твой вечер, сын. Сегодня — ты не инструмент. Сегодня — ты хищник. Без цепей."

"Пап."-Ники остановился и повернулся к нему.

"...Спасибо. За всё. Даже за это. Особенно за это."

Франклин просто кивнул. И впервые, может быть, за всю свою изломанную жизнь(после инцидента конечно) — улыбнулся по-настоящему.

"Давай начнём с самого гнилого места. Там, где даже ты почувствуешь себя приличным."

И они свернули в переулок, где не было фонарей. Только музыка. Громкая, грязная, без слов. Как будто кто-то выбивал ритм по черепу.

Семейный вечер начался.
...
Отрывки:

1. Бойцовская яма. Без масок. Без правил.

Полукруглый подвал, забитый телами и криками. Пол — из бетона, стены — в цепях. На потолке — вентиляторы, рвущие воздух.

Ники спрыгивает в яму. Кто-то кричит:

"НОВЕНЬКИЙ! ЭЙ, У НЕГО ДАЖЕ ИМЕНИ НЕТ!"

Он улыбается. Потом ломает челюсть первому, кто подбежал.

На четвёртом сопернике — у него уже пылают щупальца. Организатор орёт в микрофон:

"СТОП, СТОП! ЭТО НЕ ПО ПРА—"

Микрофон влетает ему в глаз.

Франклин наблюдает с балкона, попивая чёрный кофе.
...
2. Бар «Семь ножей»

Пропахший перегаром и злостью. На стенах — пушки, на полу — окурки, на столах — грехи.

Неки врывается внутрь, как ураган. Один из бугаёв поднимается:

"Мальчишка, ты где, б—"

Вспышка. Щупальце пробивает ему живот и кидает на дартс-доску.

"Кто ещё хочет драться за бесплатную выпивку? Ах да... у вас уже всё на мне."

Бар сгорает не полностью. Только на треть. Зато весело.
...
3. Переулок без окон

Франклин ведёт сына в тупик. Там — трое. Перевязанные. Один — пытал детей неделю назад. Второй — продавал людей. Третий... сам не помнит, что сделал.

"Твои."-говорит Франклин.

Ники долго не бьёт. Он рисует их лица на стене, специальным маркером. Затем эти рисунки становятся живыми. Портреты сползают вниз — и съедают оригиналы.

Он стоит, с обугленными пальцами.

"Искусство — моё любимое насилие."
...
4. Мост, где исчезают дети

Заброшенный виадук. Никто туда не ходит. Потому что оттуда не возвращаются.

Франклин говорит:

"Здесь собираются культисты этого мира. Фальшивые. Верят, что тьма придёт за ними."

"Хех. Повезло. Сегодня — пришёл я."

Неки прыгает с перил, щупальца как крылья. Он не летит. Он падает. Как баллистическая ракета.

Секунда — и внутри убежища всё вспыхивает бирюзовым. Кто-то даже успевает прошептать "Госпо—", прежде чем его превращает в пыль.
...
5. Завод «Костяной сахар»

Старый завод. Его закрыли после того, как нашли труп в смесителе.

Франклин даёт сыну задание:

"Здесь прячется старый химик. Создатель одной из ядовитых монет. Хочешь узнать, как пахнет расплавленная совесть?"

Неки находит его через двадцать минут.

"Ты ведь думал, что смерть — это избавление. Но я не смерть. Я — рецидив."

Он запирает его в ванне с кислотой. Не до конца. Чтобы успел понять, что он растворяется заживо.
...
6. Рынок с органами. Буквально.

Они выходят на площадь. Там — шатры. В них — живые органы в банках. Глаза. Лёгкие. Сердца.

"Сынок, хочешь сделать пожертвование?"усмехается Франклин.

"Пожалуй, отберу парочку себе."

Через пять минут — рынок закрыт. Навсегда.

Некоторые сердца — всё ещё бьются, но уже на щупальцах. И он играет с ними, как с марионетками.
...
7. На крыше небоскрёба. Конец ночи.

Город — под ногами. Огни мигают, как умирающие пульсы.

"Ну что, неплохо провели вечер, пап?"

"Ты переплюнул все мои ожидания, сын."

"И теперь ты точно знаешь, что я не игрушка."

"Ты — не игрушка. Ты — инъекция. Ты — сыворотка для этого умирающего мира."

Неки смеётся. Медленно. Улыбаясь небу.

"Давай посетим ещё места! Это суперская ночь, стоила всего притворства этим идиотом!"
...
Ночной город. Крыша.

Пульс мегаполиса замирает. Город под ногами — это мясной пирог, где фонари — косточки, улицы — шрамы, а дым — дыхание.

Ники сидит на краю крыши, ноги свешены. Он весь в крови, на лице — ожоги от бирюзовой энергии, но ухмылка — как у ребёнка после парка аттракционов.

Франклин стоит за ним. Молчит. Курит, но почти не тянет. Просто держит.

"Старый район. Полный отбросов. Я думал, ты свалишь уже на третьем трупе."

"Ты втираешь мне, что не гордишься? Да я из этого бара сделал арт-объект. Из живых тел."

"Да уж. Только один момент..."-Франклин смотрит на него сбоку, будто не в лицо.

"...Ты слишком быстро в себя вживаешься. Даже я так не умел в твоём возрасте."

Ники поворачивается, уже без ухмылки.

"Я не ты. Я хуже. Гораздо хуже. Но спасибо, пап."

"Не называй меня так."-Франклин отводит взгляд. Слишком быстро. Странно, раньше проблема с этим не было...

"Почему нет? Ты же всё делаешь как отец, да и я всегда так называл тебя. Знаешь, я думал, будет неловко. Типа, ну, чужой мужик, говорит мне, что я ему дорог. Но нет. Ни капли."

Тишина. Только ветер. И дальний вой сирены, где-то внизу.

Франклин молчит долго. Потом гасит сигарету об ладонь. Не вздрагивает.

"Я не планировал никого... принимать. Ни в семью, ни в душу. Не думал, что умею."

"Но?"

"Но когда ты стоял против Волка... Когда я увидел, как ты сожрал боль, выплюнул страх и рассмеялся... я понял одну вещь."

Он поворачивается к Неки, но всё ещё держится строго.

"Питерсоны своих не бросают."

Ники замирает. В глазах — что-то меняется. Бирюзовое пламя утихает.

"Ты это уже говорил. Своему младшему брату."

"Я тогда упал. И выжил. А ты... ты сейчас стоишь, и делаешь то, чего я боялся всю жизнь — живёшь без тормозов. Потому что можешь. Потому что не дрожишь, как я дрожал."

Он подходит ближе, кладёт руку Ники на плечо — сдержанно, почти механически. Но крепко.

"Ты чудовище. Я это знаю. Но теперь ты — моё чудовище. И если кто-то посмеет поднять на тебя руку..."

"...я вырву ему позвоночник. И кость за костью, разберу его, как конструктор."

"Ну вот и звучишь как отец."-Ники усмехается.

"Не обольщайся. Завтра снова будешь один."-Франклин выпрямляется, и уже разворачивается к порталу.

"Это была ночь. Только ночь. Не больше."

"И всё же, это была лучшая ночь в моей чёртовой жизни."

""..."

Франклин вздыхает, почти незаметно. Потом открывает портал.

Перед тем как Неки в него шагнёт, Франклин всё же говорит — уже тише:

"Береги себя, сынок. Хотя... нет. Ломай. Жги. Сжирай. Просто... живи."

Ники оборачивается — и впервые не усмехается. Просто кивает. Потом исчезает в портале.