Проклятая!Майя(связано с ССР АВ)
Мая почувствовала как в неё с силой вонзались множество кулаков. Она должна была дать отпор. Она была носительницей проклятой печати И камня хаоса. Но врагов было слишком много. Бесконечные бои с Воронами и из роботами в течение нескольких часов сказались на ней.
В идеальное время!
Она чувствовала, как кровь вытекает из неё, каждый удар делал её задыхающейся и избитой, но у неё просто не было больше сил, чтобы сражаться.
Вот так она и умрет. Станет гребаным металлическим зомби(если они таковые) в дырявом измерении их вселенной.
Какая отвратительная смерть, и все это будет напрасно.
Никакого нового начала. Никакой переделки того, чего она желала больше всего. Просто скучная дерьмовая бессмысленная смерть.
К черту это!
Её зрение становилось размытым, когда эти ебаны продолжали бить его кулаками. Она начала видеть дерьмо в восьмерках.
С#ка!
Достаточно было бы сделать еще несколько ударов, и ей пришел бы конец.
К черту Волка!
Она чувствовал, что соскальзывает.
БУМ!
БУМ!
БАХ!
«Что за фигня?»
Её зрение, окутанное тьмой, внезапно увидело потоки света луны из-за туч в небе, когда трахботы внезапно выдернулись из её окружения.
Она даже не могла сесть, чтобы понять, что происходит. Ей оставалось только лежать и дышать, что было чертовски больно.
Казалось, она лежала так уже несколько часов, пока наконец не услышала голос.
"Давай, вставай!"
Голос знакомый, Ники.... Что он делал в этом измерении Ворон?
Этот придурок мог бы хотя бы спросить, все ли с ней в порядке. Прямо сейчас, Майя чувствовала достаточно раздражения, чтобы фактически пошевелить мышцами лица.
"Давай живее!"-снова сказал Ники, теперь больше беспокойства было в голосе.
Майя не поняла к чему такой тон сначала, а потом почувствовала удар в рёбра.
Боль пронзила её, видимо Человек-ворон решил призвать подкрепление. Чувство было ужасным, то ли от уже израненного тела, то ли от самого удара, то ли от обоих.
"Отъебись! Просто оставь меня!"-заорала на него Майя, хотя через секунду пожалела об этом, так как напряжение причинило ей еще большую боль и заставило кашлять кровью.
"Пока ты тут лежишь, Вороны пришлют ещё Сватботов, дабы убить тебя. А то и гибридов."-крикнул Ники, тон был мягким. Но явно приказным.
Майя удивилась... Сватботы? Так их звали? Она предпочитала называть их трахботами. Гораздо более подходящее название для уродливых сплавных ублюдков.
Она не хотела умирать от рук этих ебучеботов, но Майя уже давно не чувствовала такой боли. Её тело просто не привыкло к ней. Она не могла просто так приспособиться, даже если её проклятая печать с энергией хаоса заодно, несомненно, исцеляли её, пока они говорили.
Майя резко вздохнула.
"Мне похуй! Ладно, мне, наверное, конец. Эти трахботы меня хорошо достали. Просто посмейся над этим и отвали нахуй!"-вызывающе крикнула она.
Её сжигало желание произнести эти слова. Признать поражение. Быть слабой. Особенно перед человеком, которому всё равно.
"Да вставай уже! Ты же умрёшь иначе!"-произнёс Ники.
Майя сжала зубы, скуля. Долбанный Рот. Бесит так, что описать нельзя. Больше чем кто-либо. Но почему?
Было довольно очевидно, что это было о ней, и он: предпочла быть намеренно невежественной. Почему? Она не была уверен.
Может быть, это была крошечная частичка невинности, которую она засунул глубоко внутрь себя, чтобы произвести впечатление на монстра, который никогда ей не дорожил.
Майя снова закрыла глаза, чувствуя каждую боль, каждый пульс и хрип в своем теле.
Может, если она будет лежать неподвижно эти роботы поверят в то, что она умерла? Не то, чтобы она боровшись с ними раньше. С тех пор как она получила сначала силу хаоса, а следом и печать, хоть это и было рискованно. Но Волк нашёл способ...
Как давно это было.
Она нашла блестяжку розового цвета в своей комнате, сразу после очередного ужасного дня. Брат срывал свою печаль от смерти матери, отец как всегда ходил с лицом полного отчаяния и безразличия в унынии.
Единственным светом был долбанный Николас Рот. К которому сама девочка уже питала чувства, и была уверена в том, что он испытывает то же самое в ответ.
Она хотела признаться ему в тот день, но перед этим ей нужно было найти свою куклу, которую её любимый братец спрятал, надеясь что она не найдёт её.
Сам счастлив не был, вот и самой до злой к себе мешал. Ни себе, ни людям.
Она нашла её, на крыше дома, и брат в ярости случайно толкнул её вниз... но благо она ухватилась за него, и тот помог ей подняться, однако сам потерял равновесие и упал, разбился на смерть.
Она убила собственного брата...
Она хотела побежать, рассказать всё отцу, но он увидел бездыханное тело сына, и сразу всё понял...
И запер её в подвале их дома.
Майя не была идиоткой, она знала, что ситуацию стянут на несчастный случай. Аарон хоть и случайно, толкнул её, потом помог подняться, и сам потеряв равновесие упал.
Она не была особо при делах в рамках закона. Но отец видимо поехал крышей, хоть и говорил, что это дабы её причастность к смерти Аарона не нашли, а просто считали обоих пропавшими детьми. Но она знала... он просто не хотел сохранить единственное дорогое в его жизни.
И вот она просила в этом подвале год... хотя бы руку не поднимали, но комната...
Была полна картин узоров домов, которые рисовал Аарон, прямо напоминали ей о уже потерянном брате. Она скучала...
Она пыталась вразумить отца, но тот ушёл в себя, веря в том что так он защищает её.
Но она знала одно... была надежда на спасение сверху.
То и дело, она временами слышала как кто-то бегает по дому, и это не был отец... звуки шагов были легче, словно от подростка ребенка. И временами звуки шагов отца также раздавались, он явно преследовал мальца.
Думать долго не стала... она знала, кто это там. Ники...
Видимо он был уверены том, что её отец не чист, и проникал в дом... довольно часто. Она слышал его шаги примерно 2-3 раза в день, и все они происходили в одно время... в случае суббот и воскресений приходов было больше.
Видимо Ники не шибко волновали пропуски в учёбе. Учитывая, его постоянные проникновения.
И это давало надежду, что возможно, он как принц на белом коне придёт и спасёт её в один день.
Но надежда медленно затухала... она знала, Ники не прекращал попыток, постоянные шорохи, да хмурый вид отца давал знать это. Но смысл от этого?
И вот в один день, дверь в подвал открылась, раньше положенного... она была уверена, что это он, особенно увидев в далеко его каштановые волосы.
Но его нёс её отец, Теодор. Видимо Ники поймали.
Бросив мальчика, как мешок картошки в комнату рядом с ней, Ники сначала опешил, увидев её, даже сказал, что считал её мёртвой.
Но радость от воссоединения с ней была сильнее.
И вот они говорили там, а Ники придумывал планы побега... правда каждый терпел неудачу. Он получал удары током, порезы, простые удары от отца, его душили, в общем ляпота. Хотел попасть в подвал? Попал. А выйти не смог.
В один момент, Ники решил пойти внутрь подземного помещения, думая что там может быть что-то полезное, и она пошла с ним.
И вот опять, её отец поймал их, запер её в комнате, а сам уволок Ники куда-то.
Она не знала, что там с ним делали. Но он вернулся иным... бормотал всякую ересь, говорила то это его дом...
Она впервые сильно накинулась на отца с агрессией, требуя ответа на то, что с ним сделали. Но тот молчал.
И вот... даже разговоров больше не было. Её любовь была сломлена и морально и физически. Зашибись...
Она пыталась вразумить его, даже в чувствах призналась, но тот словно в своём мире засел, и почти всегда ходил с мешком на голове, говоря, что так он не увидел какое-то Нечто...
Отец видя все попытки, отделил их.
Проходит месяц. И Ники спасают его друзья, которых Майя знала. Ну всех, кроме одной...
Ники(до ломки) упоминал некую новенькую в городе. Говоря, что та первая, кто поверила ему. Кто была готова помочь ему.
Майя чувствовала, как сердце сжималось в те моменты, но что она могла поделать?
Воспользовавшись моментом, она сама сбежала, по пути тронув тот розовый камень, и почувствовала прилив сил. Привлекла внимание отца, и убежала.
Следом она наблюдала, как её отца задержала полиция. А на улице, были Ники с его друзьями, все раненые.
Она вздохнула, решив, что всё кончено.
Но тут её увели в лес, сильные, когтистые руки... Волк. И он укусил её.
Она почувствовала жар по всему телу, словно её сжигали, пыталась позвать на помощь, но не вышло.
Разум слегка... изменился, словно её перекосило.
Он сказал, что теперь она будет подчинятся ему, а проклятая печать будет источником её силы. Потом он внезапно закричал, узнав про камень, что она поглотила.
Но решил оставить.
Майя перестал быть собой, её разум изменился, голоса в голове шептали, что старые связи ничто.
Она пыталась цепляться за Ники, твердя себе, что ему есть до неё дело, просто он не знал где она.
Она нашла его... в объятиях той новенькой.
Сердце словно разорвалось внутри, чувства были ранены, она сбежала.
Ему было плевать... он двинулся дальше. Он забыл её, он наплевал на неё.
Она решил стать единственным, чем могла. Монстром, прямо как её хозяин, Волк.
Она срузц узнала свои способности.
Камень дал ей стихию костей. Она могла призывать их, создавать из своего тела, делать острыми. Сама она могла входить в режим скелета, усиляя себя в 5 раз. Также могла создавать бластеры из костей(буквально гастер бластеры Санса)
Следом песни. Она могла петь, подчиняя своей воле животных, давая им усиление.
Потом способность видеть на длительное расстояние.
Она могла отталкивать и притягивать противников, даже создавать чёрную сферу, что притягивала всё в округе.
И наконец стихия песка. Идеально сочетающаяся с её проклятой печатью земли.
Сама проклятая печать давала ей невиданную силу. Во время активации первого уровня печать расширяется и линии распространяются по всему телу, вначале в виде искривлённых, а затем параллельных друг другу линий. Когда активирован второй уровень печати кожа темнееет, принимает внешний вид похожий на динозавра, ко всему прочему еще и с хвостом. Несколько больших костей также торчат из потемневшей кожи.
Вторая стадия устояла её в 5 раз, давая доступ скрываться под землёй.
Она многое переняла от Волка. Выполняя его приказы, пожирая, истерзавшая животных, даже людей. Она не была под полным контролем, но явно слегка не собой.
Она также изменила стиль, слегка. Полосатая сине-белая рубашка была изменена на сине-чёрную. Бирюзовый комбинезон на тёмно-зелёный.
Но её глаза... светло-бирюзовые некогда, теперь были красными. Волосы, раньше ярко оранжевые имбирные, теперь тёмно-оранжевые.
Губы имели чёрную помаду, а также на лице было чёрное, разбитое на двое сердечко.
Она продолжала убивать... в один момент, её нашёл Энцо.
Она атаковала его, попытка была удачной, она успела сильно ранить его ногу ножом, но перед добиванием получила молнией... Ники прибыл. И не один, а с Финч и Иваном.
Она даже спрашивать не стала, с чего он теперь и с Аллен тусуется, просто откинула всех их гравитацией, но Ники сразу вернулся.
Он пытался говорить. Спрашивал в чём дело, а Майю тошнило от его слов, будто ему есть дело.
Но своё получил. Всплеск эмоция сумел вернуть её разум в полный порядок, но она не стала слушать его дальше. Она зашла слишком далеко... пути назад нет.
Она сбежала.
И сейчас она здесь... в этом Робополисе. Волк с#ка видимо испугался того, что та вернула полный контроль, и ушёл, бросив её. Видимо вся причина идти в это измерение была в этом.
Хотя она была верна ему. Но ему было плевать.
...
Свет луны дергался в такт шагам.
Асфальт под ногами хрустел, как скорлупа.
Майя — в сознании. Но не двигается. Не может. Всё тело — натянутая струна боли. Но она уже не лежит. Она чувствует: её несут.
Руки.
Крепкие. Сильные. Обожжённые в нескольких местах. Но не дрожащие.
"...не может быть..."-прошептала она, язык будто ватный.
Голова дёрнулась — ей удалось повернуться, хоть немного. Глаза — мутные, затекшие, но достаточно, чтобы увидеть профиль.
Ники.
Он нес её, будто она весила меньше пустой коробки. Бежал быстро, ровно, будто знал, куда — и не собирался останавливаться.
"...я... что ты..."-пробормотала она.
Никакой реакции. Только плотно сжатая челюсть и взгляд вперёд.
В его зрачках — напряжение. Но не страх. Что-то другое. Как будто он сам не был уверен, делает ли правильно.
Она закашлялась — кровь снова вырвалась на губы. Внутри будто стекло. Всё тело ныло.
"Опусти... меня, долбаный герой..."
"Позже."-ответил он резко. Без тени шутки.
"Мне не нужна помощь... от тебя..."
"Ты чуть не умерла."
"Вот и было бы проще... для всех."
"Не для меня."
Эти слова будто ударили её.
Она открыла глаза пошире. Губы подрагивали — от ярости? От обиды? От чего-то хуже — от памяти?
"Почему ты... здесь?"
"Потому что я был рядом. Потому что чувствовал. Потому что..."-он замолчал.
"Потому что что?"-прошипела она, хрипло, будто царапая язык.
Он остановился.
Смотрел на неё. Слишком долго.
И мягко произнёс:
"Потому что я всё ещё помню тебя. Настоящую."
Сердце сжалось.
Он снова пошёл, крепче перехватив её тело. Как будто боялся, что она рассыплется в руках.
"...и что с того, сучара?"-голос Майи сорвался на крик.
"Нашёл себе другую, пока я гнила в грёбаном подвале?! Пока в лесу выживала?!"
Ники остановился. Настолько резко, что кроссовки об асфальт заскрежетали. Он медленно опустил её, как будто боялся — не уронить, а разрушить ещё сильнее.
"Чё ты сказал?"-продолжила Майя. Глаза горели. И это был не гнев. Это была рана.
Ники стоял, глядя на неё снизу вверх. Он был чуть ниже. Старше, но ниже. И молчал.
Майя, дрожащая, с синяками под глазами, со слипшимися от крови волосами, смотрела, как в нём борются слова. А потом — взорвалась.
"Я ВСЁ ВРЕМЯ НАДЕЯЛАСЬ! Всё ебучее время, Рот! Дни! Месяцы! Я СЛЫШАЛА, КАК ТЫ ХОДИЛ ПО ДОМОЙ, ПРИКИДЫВАЯСЬ ГЕРОЕМ, А ПОТОМ... ПИЗДЕЦ. Пропал! Просто — всё! Ушёл!"
"Я не..."
"Ты знал! Ты чуял, что я там! Ты знал, что он сдурел! Но потом... после получения нашей свободы... ты ничего не сделал. Ноль. Пустота. Я подумала — может умер. Может потерял память. Может пытается что-то... Но хрен там!"
Она ткнула пальцем в грудь.
"А потом я тебя вижу, и ты СУКА С НЕЙ."
Ники будто схлопнулся.
"Тринити... это не так... она просто..."
"НЕ ВРАЛ БЫ! Я СВОИМИ ГЛАЗАМИ ВИДЕЛА, как ты на неё смотришь! Как она на тебя! Ты с ней шепчешься постоянно. Обнимаешь словно жизнь от этого зависит!"
"ДА НЕ ЛЮБЛЮ Я ЕЁ!"-сорвалось с Ники.
Эхо ушло в переулок.
Пауза. Майя застыла. Медленно выпрямилась.
Он тяжело дышал. Взгляд метался.
И вдруг — тихо. Хрипло. Словно изнутри выжали:
"Я люблю тебя..."
Воздух сгустился.
Майя моргнула. Один раз. Второй.
"Повтори это..."
"Я... люблю тебя."
Он осёкся. Осознав, что сказал.
Словно пломбу вырвало.
Словно снова стал тем Ники, который в подвале придумывал спасательные схемы, спал на бетонном полу, чтобы она не мёрзла одна.
"Люблю... всегда любил."
Майя долго смотрела. На него. На его сжавшиеся кулаки. На его растрепанные волосы. На то, как дрожали его губы.
Потом...
ШЛЁП.
Её ладонь врезалась ему по щеке. Не как удар. Как печать.
"Тогда где ты был, а?!"-заорала она.
"Где ты был, когда мне было ХУЖЕ ВСЕГО?!"
"Я был сломан! Я видел Нечто! Я бежал от себя! Я считал, что не достоин жить, Майя!"
"А я считала, что не достойна ЛЮБВИ!"
Тишина. Только дыхание. Только тяжесть слов.
Майя сжала кулаки. Её плечи тряслись.
"Ты... говорил, что я тебе дорога... а потом... ничего. Словно время решило, что я просто отрезанный файл. Стерта. И ты просто — пошёл дальше."
Ники опустил голову.
"Я искал тебя. Поздно. Но искал. Я был уверен, что ты..."
Он не смог договорить.
"Что? Мертва? Ха. Ну поздравляю. Вот она я. Смотри."
Она раскинула руки. Костяные прожилки мелькнули в воздухе. Камень на шее мигнул буро-красным. Она — в своей худшей форме. Почти чудовище.
"Это ты сделал. Ты. Не Волк. Не Вороны. ТЫ. И да, может, ты не знал. Может, ты пытался. Может, у тебя был ад в голове. Но знаешь что?"
Она шагнула ближе. Глаза в глаза.
"Мне было плевать на твой ад. Я хотела, чтобы ты пришёл. Хоть раз. Хоть одна грёбаная попытка. И её не было."
Пауза.
"А теперь поздно, Рот. Ты сказал, что любишь? Прекрасно. Запомни это, пока я тебе глотку не вырвала за то, что ты меня забыл."
И с этими словами она пошла мимо него.
Но через пару шагов...
"Я... всё ещё люблю тебя. Именно поэтому мне сейчас так больно..."
Ники хотел что-то сказать. Но не смог.
Майя стояла, спиной к нему. Трясущиеся пальцы сжаты в кулаки. Губы дрожат. Душа уже устала выбирать между гневом и тоской. Внутри неё пульсировала проклятая печать, будто сама не знала — защищать или разрушать.
"Майя... пожалуйста..."-голос Ники дрожал.
"Я знаю, что всё провалил. Я не прошу прощения, я прошу шанс. Просто... выслушай. Я не хочу терять тебя снова."
Пауза.
Она медленно обернулась. Свет фонаря мигнул, выхватывая отблеск в её глазах. Там был и лёд, и огонь.
"Ты правда думаешь, что мы просто... сядем и поговорим? Что всё это можно обсуждать, как будто это... школьная ссора?"-её голос почти сорвался.
"Ты разрушил всё, Ник. Всё, что я хранила. Всё, чем мы были."
"Значит, дай мне разрушить и себя ради этого. Но не нас."
Он сделал шаг. Медленно. Без защиты. С открытым сердцем.
"Дай мне быть плохим. Дай мне быть сломанным. Но рядом. Я буду падать, кричать, страдать — если только это даст нам шанс хотя бы попробовать... просто говорить."
Майя смотрела. Что-то внутри неё дрогнуло. Очень глубоко.
"Хорошо."-тихо. С надрывом.
"Говори."
Но в этот момент — мгновение. Её тело дёрнулось вперёд, как будто кто-то схватил её.
Нет.
Это он.
Ники. Рванул. Без слова. Без предупреждения.
"Ники, что ты—?!"
Он врезался в неё, оттолкнув в сторону — резко, сильно, больно. Она упала на спину, ударившись плечом об угол бетонной плиты.
И тут она услышала это.
Звук, который не спутать ни с чем.
ПЛАВЛЕНИЕ.
Пульсирующий вжжзззз... и ШШШПППППХХХХ — как будто воздух сам прогорел.
Она обернулась — и закричала.
Ники стоял... нет, пошатывался на том месте, где она стояла секунду назад.
И в его груди... Дыра.
Сквозная, обугленная, дымящаяся. Лазер прошёл прямо сквозь сердце.
Он издал тихий звук. Не крик. Не стоны.
Просто: "...ах..."
Кровь капнула с губ.
Майя поползла к нему, дрожа, ноги подкашивались. Но он уже падал.
"НИКИ!"-она рванулась вперёд, ловя его на руки.
"НЕ СМЕЙ! НЕ СМЕЙ!"
Его руки — холодели. Глаза — стекленели, но держались. Смотрели на неё. Только на неё.
"Ты жива?"-прошептал он. Голос будто прорывался сквозь воду.
"ДА! Да, я жива! А ты, БЛЯДЬ, нет! НЕЛЬЗЯ ТАК!"
"Я... должен был... Ты важнее... всегда... была..."
Он захрипел.
Майя прижалась к нему. Как та, что снова осталась одна.
"НЕТ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СНОВА СДЕЛАТЬ ЭТО!"
"Прости... за всё... даже за..."
Он дернулся. Слёзы с её лица упали ему на щёку.
"Ники... пожалуйста... нет..."
"Майя... я..."
И всё. Глаза его открыты. Но в них... тишина.
Пальцы дрожат. Мозг трясётся. Сердце не верит.
Майя прижала его к себе. Её руки — в крови. Его крови. Горячей. Реальной. Уже не пульсирующей.
Она смотрела на дыру в его груди. Она... звенела. Как будто сквозь неё уходило всё: звук, цвет, время.
"Ники..."
Он не двигался. И тут она почувствовала.
Треск. Внутри.
Печать, спавшая на костях, взорвалась. Она вспыхнула алыми линиями по её шее, плечам, лицу. Глаза сверкнули ярко-красным, волосы взвились, а голос — пропал в рёве.
Она завыла.
Те, кто стрелял — гибриды, охранные дроны, вороновские твари — уже собирались уходить. Цель была достигнута. Всё чисто. Но они просчитались.
Майя встала. Тело — трещит. Кости — выламываются наружу. Плечи, рёбра, позвоночник — вытягиваются, становясь бронированной чёрно-костяной бронёй. Хвост вырос, с хлыстообразным концом. Когти из пальцев — загнулись, как лезвия.
Её рот перекосился. Она больше не говорила — рычала.
Она исчезла с места.
Появилась перед ближайшим дроном — рука в голову, вырвала процессор.
Следующий — кости-лезвия вышли из плеч, как гарпун, пробили сразу троих.
"ЗА НИКИ."
Песок поднялся с асфальта. Образовалась воронка, как чёрная дыра. Всех, кто стоял в радиусе 10 метров — втянуло и размазало.
"ЭТО ВАМ ЗА МОЮ ЖИЗНЬ. ЗА МОЮ БОЛЬ. ЗА ВСЁ."
Она пела.
Низким, искажённым голосом, как у погибшей души. От звука — птицы падали с неба, технобыки взрывались, камеры трещали.
Животные из теней — волки, вороны, шакалы — появились вокруг. Не призванные. Подчинённые. Их глаза светились, как её.
"РЕЖЬТЕ."
Сотни существ понеслись на врагов, пока Майя прыгала по стенам, швыряла кости, взрывала землю. Один из дронов запустил мини-ракету — она схватила её на лету и ВЕРНУЛА ЕМУ В ГЛАЗ.
И тишина. Всё.
Все мертвы.
Она вернулась к нему. Туда, где лежал он.
Он никуда не делся. Но... был холоднее.
Майя опустилась на колени. Вся в крови. Даже не знала — чья. Уже не важно.
Она сняла перчатку, провела по его щеке.
"Ты сделал это... ты спас меня..."
Тишина.
"Какого хрена, Ники... Я ведь..."
Она выдохнула. Потом — рассмеялась.
Тихо.
Слезами.
"А ведь я всё ещё тебя люблю... И, наверное, всегда буду. Дурак. Сука. Мой дурак."
Она наклонилась.
"Спасибо... что ты был. Что ты всё ещё — есть."
И поцеловала его.
Тепло. Медленно. По-настоящему.
Губы к губам.
Живое — к угасающему.
Она не отрывалась, пока не почувствовала... всё.
Пустоту. Без остатка.
И тогда только... отпустила его.
Прижала к груди.
"Никогда тебя не забуду."
И раздался глухой хруст.
Она выломала из себя свою собственную печать.
И отдала ему.
"Ты был последним, кто этого стоил."
Камень засветился на мгновение... и потух.
Тело Ники больше не дышало.
Но в его лице... что-то осталось.
Тепло. Как будто он улыбнулся.
Майя осталась сидеть.
Долго. Молча.
...
Господи... она хотела вернуть его. Вернуть Аарона. Маму. Нормального отца. Может друзей...
Но как?