Привет Сосед: Добро пожаловать в Вороньи Ручьи. Что если?

Темнота...
Потом пульс.
Затем — СМЕХ.

Сначала тихий. Как треск пластиковой обёртки. Потом — громче. Больше. Громоподобный, рваный, будто кто-то хохотал, задыхаясь. И вот — ГРОХОТ.

Глаза открылись. Красные. Алая спираль внутри зрачков.
Из груди вырвался выдох — как будто он не дышал целую вечность.

"Х-х-х-хА! О-о-о БОЖЕ, да ЭТО просто ВОСТОРГ!"-выкрикнул он, глядя в потолок.

Голос — чужой. Механически сбитый, словно сквозь искажённое радио. Но... весёлый. Не просто весёлый — наэлектризованно счастливый.

Его руки — дрожали. Пульсировали алыми прожилками.
Кожа светилась под венами. Волосы — спутанные, словно его только что вытащили из розетки. Он встал, покачнулся... и начал СМЕЯТЬСЯ.

"Ого... ОГО! Это... это ЛУЧШЕЕ, что я пробовал! Ну и плевать, что это было моё первое! Ха-ха-ха! Чёрт, меня ж пёрло меньше, когда я ел 12 конфет на голодный желудок! С КОФЕ! ПРИМЕЧАНИЕ: НЕ ПОВТОРЯТЬ!"

Он обернулся.

"Где я? Кто я? ПОЧЕМУ ТАК ТЕПЛО? Почему моё лицо хрустит, когда я улыбаюсь?!"

Он хлопнул себя по щекам, и из них вспыхнула тёмная энергия. Он лишь засмеялся сильнее.

"НЕ! ПОГОДИ! Я же... как меня звали... Нико? Нити? Никорелла? Э, нет. Это всё слишком грустно."

Он посмотрел в отражение лужи. Лицо — всё ещё его. Но зрачки, улыбка, мимика — нет. Не человеческие. Ни капли.

"Хм... Не-ки?"-он прищурился.

"Типа, не тот Ники... А? АА? Гениально! Ставим галочку на доске с прозвищами!"

И он провёл пальцем в воздухе, будто что-то написал.

Франклин. Всё такой же: рыжеватые волосы, ожоги, глаза острые, цепкие, как шипы. Он был спокоен. Но при виде новой версии Ники — глаза его вспыхнули чем-то почти... отеческим.

"Как себя чувствуешь?"-спросил он ровно.

Ники — нет, Неки — резко обернулся, выпрямился, вскинул руки.

"ПАПОЧКА! Прости, но я точно не помню, делали мы ужин или разносили приют, но это тело — просто ЭПИК!"

Он щёлкнул пальцами — и из его ладони вырвался рваный сгусток тёмной энергии, пересекающийся с мятной молнией.
Они сплелись, как чёрный шипастый кнут с мятными искрами.

"Смотри! Моя мятная ручка... теперь с ИКС-КОСТЮМОМ!"

Он хохотал. К стенам. К полу. К рукам. К самому себе.

Франклин лишь подошёл ближе.

"Ты чувствуешь это, да? Боль уходит. Цель приходит."

Неки — выпрямился. Улыбка затаилась.

"Знаешь, что страшнее всего, пап? Я не хочу возвращаться. Ни на грамм. Тот старый мальчишка... он такой ноющий. Он такой 'ой, дружба, ой, справедливость'. А я... я теперь понял..."

Он приложил руку к сердцу. Оно пульсировало, как граната.

"НЕТ БОЛЕЕ ПРАВИЛ. Только цель. Только я. И ты, конечно, папа. Ты в топе. Прям в моём списке... где-то между 'разрезать врага' и 'найти супер-крутое пальто'."

Франклин кивнул. С одобрением.

"Ты — идеален. Ты больше, чем я мог себе представить."

"Я знаю!"-выкрикнул Неки, вдруг исчезнув с места, только чтобы возникнуть за спиной Франклина.

"Ты меня создал! Я — твоя катастрофа, папуля! Но, честно? Тебе идёт роль архитектора ада. Хочешь, я сделаю тебе кружку с надписью 'лучший культист-папа'?"

Франклин усмехнулся.

"Ты будешь моим глазом. Моей тенью. Моим хаосом."

"А ты — моим благословением. Одним словом — ДИЛА!"-неистовствовал Неки.

Он снова щёлкнул пальцами — и зажёг воздух.

Тёмная энергия вспыхнула по его спине. Из плеч вырвались два полупрозрачных крыла — как у ворона, но из искр и дыма.

Он закрутился, заплясал, заорал:

"ДАВАЙ УСТРОИМ ЦИРК, ПАПА! С МЯСОМ, С ПЫЛЬЦОЙ, С КРИКАМИ! Хочу ЗАНАВЕС из КИШОК и ФИНАЛЬНЫЙ АККОРД в виде ДЕТСКОЙ СЛЕЗЫ!"

Франклин кивнул.

"Пошли. Есть дела."
...
Локация: База Воронов. Уровень Omega. Коридор сектора тренировок.

Гул света. Лёгкое дрожание труб в потолке. Стены дышат — как будто сама база слушает. Или шепчет.

Тяжёлые шаги Франклина звучали размеренно. Спокойно. Как у человека, у которого всё под контролем.

Рядом — шел Неки. Или лучше сказать: скакал.

Он не просто шёл. Он петлял, прыгал, танцевал, как ребёнок, которому разрешили не ложиться спать. Пальцы щёлкали в воздухе, оставляя за собой следы чёрной энергии. Волосы спутаны. Глаза горят. Из-под ног — искры, будто он пританцовывает на минном поле.

"Так, подожди-подожди... ты реально хочешь, чтобы я тренировался?! СЕРЬЁЗНО?! Я только что слился с тенью, получил силу, в башке у меня играет джаз, и мне говорят:
'Пойдем, сынок, покажу, где бить мешок с песком.', Пффф!"-Неки хохотнул и проскользил на коленях вперёд по металлическому полу, будто катался на сцене на рок-концерте.

Франклин даже не вздрогнул.

"Ты не мешок с песком бить будешь..."-сухо сказал он.

"...ты учишься контролировать жажду. И направлять её."

"Жажду?!"-Неки вдруг резко остановился, резко дернувшись головой в сторону Франклина, зрачки прыгнули.

"Папа, я ЗАВТРАКАТЬ ХОЧУ их страхом. Я хочу вырезать имена моих бывших друзей у них на лбах. ПЕРЕД ЗЕРКАЛОМ. А потом спросить: 'Ну что, Финч, как тебе новый фильтр на лицо?'"

Франклин не остановился. Только коротко кивнул:

"Значит, ты готов."

"Готов?!"-завопил Неки, пританцовывая на месте и делая круг.

"ДА Я СОСЛОВАРЬНО ГОТОВ! Я ТАК ГОТОВ, ЧТО МОГУ ВЫРВАТЬ СЕРДЦЕ ИЗ СОСУДОВ И НАПИСАТЬ ИМ СТИХИ! Вот такой я готов. Пример номер один: Марица. Та, что с огоньком. Я ЗАПЕКАЮ ЕЁ В СОБСТВЕННОМ ПЛАМЕНИ, ЗАСТАВЛЮ ЕЁ ПЛАКАТЬ ЛАВОЙ!"

Он шлёпнул себя по щекам, заулыбался.

"Финч? Ха! О, я ЕЙ ПРИДУМАЮ НОВЫЙ ФОТОСЕТ. СЕССИЯ 'ПЕРЕД КОНЦОМ'. Локация: моя клетка. Свет: крики. Реквизит: три болта и одно 'не надо, Неки, не надо'."

Франклин усмехнулся чуть-чуть. Это был тот жуткий случай, когда улыбка означала гордость.

"А Тринити?"-спросил он.

Неки замер.

Потом медленно повернул голову. Глаза дрогнули. Улыбка исчезла.

"...ее... я сохраню."

Тишина. Только шаги.

"Не убью. Пока. Она особенная. Хочу, чтобы она видела. Чтобы... понимала. Что всё, за что она боролась — сгорело. Сама. Собственными руками."

Он повернулся к Франклину и широко улыбнулся.

"Хочу, чтобы она стала моей первой фанаткой. Или... моей первой трагедией. Ну, там видно будет."

Франклин остановился перед дверью. Громадной, с символом ворона. Стальные замки. Свет погас на секунду — как будто база задержала дыхание.

"Ты сломаешь их. Но сначала — ты сломаешь себя."

Двери медленно раскрылись, выпуская белый, тяжелый свет. Внутри — тренировочная арена. Голо-аватары, манекены, стены, что можно разносить. Пол весь в метках от предыдущих тренировок.

"Оооо... батя, тут что, ПЕСОЧНИЦА для УБИЙСТВ?"

"Твоя сцена."

Неки зашёл.

И даже свет изменился. Он дрожал. Как будто комната чувствовала, что входит в неё не человек... а нечто, что живёт только ради разрушения.

Он раскинул руки.

"Сценарий — НАЧИНАЕТСЯ! В роли беспомощных жертв — ВСЁ, ЧТО ШЕВЕЛИТСЯ!"

Он щёлкнул пальцами — и тёмная энергия разлетелась в стороны, как чернильные молнии, наложенные на его старую мятную силу.

Гибкие руки из энергии выросли снова — но теперь в них вплетались шипы, красные вспышки, туман.

Первый манекен активировался.

Не успел даже обернуться — как его разрезало на шесть.

Следующий — попытался уклониться. Но Неки уже стоял у него за спиной.

"БУ!"

Удар. Манекен разлетелся, словно пугало.

Он кричал от восторга. Прыгал. Летал. Раскручивался, как смерч, пуская цепи из энергии, что душили и ломали всё, до чего дотрагивались.

"Я — ПЕСНЯ ИЗ ПЕКЛА, И ЭТО МОЙ ПРИПЕВ!"

Франклин смотрел. Молча.

И впервые... он действительно улыбался.

"Вот он. Мой Ворон... Настоящий."

Неки обернулся. Волосы в беспорядке. Руки в дыму. Глаза горели.

"Пап... а можно я потом пойду... поохотиться? Живые цели, эмоции, страх, печеньки..."

Он прикрыл глаза, как гурман...

"Я ЗАСЛУЖИЛ ДЕСЕРТ."

"Скоро. Очень скоро."-Франклин прошёл внутрь.

"Сначала... они должны прийти за тобой."

Неки резко вскочил на стену, обернулся, встал, как ворона на жердочке, и прошептал:

"Пусть приходят. Я их встречу. Всеми руками."

И он засмеялся.

Смех, от которого даже камера в углу дрогнула.

Параллельно этому:

Переулок, куда они забились, был узким и затхлым, как сам Роботополис. Пар от канализации, сваленные ящики, в небе — гудение неоновых дронов. Но герои были здесь. Все, кто остался.

Тринити стояла у стены, пальцы скрещены, глаза сверлили планшет. Финч неподалёку, полускрытая в тени, ковыряла арбалет. Марица сидела на перевёрнутом контейнере, кусала ноготь. Делрой присел у стены, постукивая пальцами по колену. Энцо — слева, трогал амулет, что болтался у него на шее.

Иван стоял в центре, перед ними, с голограммой, выведенной прямо из перчатки.

"Вот всё, что я достал из ядра базы."-начал он.

"Честно? Ничего нового про структуру культа. Всё подтверждает то, что мы знали: Вороны — не спонтанная секта. Это система. Максимум пара новых членов..."

Он пролистал список. На проекции — имена и фото.

"Валерия Абананте. Директор школы. Герда — пекарь. Лесли Корнуэлл — коп. Отто Кинандер — таксидермист. Марвин Тэвиш — мэр."

"Ха, корпоратив с аду, прям как моя первая свадьба."-пробормотал Делрой.

"Какая свадьба?"-Энцо поднял бровь, не выкупив рофла.

"Гордон Клив."-продолжил Иван, и тут Энцо вздрогнул.

"Подожди, повтори!"

"Гордон. Клив. Архивы говорят — был редактором «Баннера Вороньих Ручьёв». Пару лет назад."

Энцо встал.

"Чёрт. Я его знаю. Он работал с моим отцом. И с отцом Ники. С Мигелем и Джеем. Когда газета ещё что-то значила."

"И он теперь Ворон..."-добавила Финч, щурясь.

"Прекрасно. Кто следующий?"

"Гарольд Серен — инженер. Работал на нескольких энергетических станциях."

"Имя знакомое..."-задумалась Тринити.

"Кажется, он фигурировал в деле о фальсификации контрактов по солнечным батареям."

"И... вот."-Иван ткнул в последнее имя.

"Дейл Тэппс. Полицейский. Детектив."

"Твою мать..."-прошипел Делрой.

"Я его знал. Он всегда был слишком правильным. Слишком скрытным. Как будто играл в доброго копа на фоне всей грязи."

"А вот это..."-Иван сменил слайд.

На экране — искажённое, затемнённое фото. Силуэт, почти неразборчивый, только имя:

«ФРАНКЛИН ПИТЕРСОН»
Руководитель. Координатор. Стратег. Пропавший. Неизвестен.

Тишина. Лёгкий холод прошёл по спинам.

"Питерсон?.."-тихо повторила Марица.

"Не родственник Теодора?.. Или...?"

"Может быть. Может, просто совпадение. Но инфы — ноль. Его нет в базах, в новостях, даже в старых архивах. Как будто... его вычеркнули."

"Или он сам себя вычеркнул."-пробормотала Тринити.

""Ладно. Дальше."

"Про цели. Они хотят открыть парк. Мы это знали. Вернуть «Золотое Яблоко». Но теперь мы знаем, ЗАЧЕМ."-Иван вывел новую схему.

В центре — странное устройство: жёлтая пятиконечная звезда с зелёным драгоценным камнем.

"Это называется 'Катализатор Эмпатической Статики'. Проще говоря: прибор, который использует взаимосвязь погоды и психоэнергии для управления удачей."

"Что?!"-Финч приподняла бровь.

"Смотри. Погода и хаос в природе связаны с энергетическим фоном. Устройство может не только чувствовать это, но и перенаправлять. Оно может вытягивать удачу у одного — и отдавать другому. Или, что страшнее..."

"..."

"Направлять неудачу. На кого угодно."

Пауза.

"Так вот почему им всё сходит с рук..."-пробормотала Марица.

"Почему у нас всё валится. Всё с самого начала."

"Да. Пока это устройство работает — они всегда будут в плюсе."-подтвердил Иван.

—"А если его сломать?"-резко спросил Делрой.

"Просто взять и долбануть по нему молотом... в моём случае кулаком."

"Нет."-Иван резко махнул рукой.

"Это как перерезать артерию города. Начнётся хаос. Погода сойдёт с ума. Уровень неудачи станет непредсказуемым. Представь, если весь город... станет зоной проклятья."

"Окей."-Тринити взяла слово, оглядела всех.

"Ники похищен. У нас почти нет зацепок. Но теперь мы знаем главное: у них есть то, что делает их непобедимыми. Устройство, которое даёт им преимущество."

"Мы не можем сразу уничтожить его."

"Но мы можем... выкрасть его."

"Или отключить. Или... использовать. Против них."

Финч прищурилась.

"Ты предлагаешь нам стать теми, кого мы ненавидим?"

"Нет."-Тринити сжала кулак.

"Я предлагаю им напомнить, что удача — переменчива."

Они переглянулись.

"Времени мало. Когда мы доберёмся до Ники — он уже может быть не... кхм... живым."-Делрой пробормотал, и получил подзатыльник от Марицы.

"Не говори так. Где бы он ни был... мы всё равно его вернём."

"А если ему мозги промыли... тут типо роботы походят на людей..."-Делрой начал.

"Это просто дизайн."-Иван ответил.

Тринити смотрела в небо.

"Значит, будем сражаться... с ним. Но не против него. А за него."

А в это время, далеко внизу, в другом месте, с искажённым лицом и глазами цвета крови...

Ники уже ждал. И они не знали этого...

Обратно к Неки:

Локация: Зал Изоляции, сектор Beta. Подуровень -9. База Воронов.

Пыль. Камень. Тишина перед бурей.

В центре зала — Неки.

Руки раскинуты, как у кукловода, спина полусогнута, волосы спутаны, на лице — улыбка, от которой замерли бы даже самые опытные убийцы. Его зрачки ало-красные, светятся, как тлеющие угли, а вокруг пальцев — клубится тьма, смешанная с мятной энергией, будто ад раскрасили акварелью.

Он расхаживает кругами, как тигр в клетке:

"Папа сказал — подготовка. Папа сказал — бой. А значит, сегодня... ПРАЗДНИК!"

Он заливается смехом, хлопая в ладоши.

"Давайте! Я знаю, что вы тут! Лесли, Герда, ты, Абананте с лицом будто лимон съела — ВЫХОДИТЕ!"

Двери раздвигаются. В зал входят все Пятеро Воронов.

Франклин стоит чуть выше, на мостике, наблюдая, как дирижёр перед симфонией безумия.

"Вы знаете, зачем вы здесь. Сегодня — проверка. Не на смерть. Но близко. Он должен выглядеть... сломанным. И только вы сможете убедительно это устроить."

Он смотрит на каждого:

"Лесли — дерись жёстко, как раньше. Абананте — твоя хитрость нам не нужна, только боль. Тэвиш — ты любишь быть звездой, покажи шоу. Герда — добавь своего... яда. Отто — удиви. Как тогда, в лесу. Помнишь, как тот мальчик... визжал?"

Все кивают. Один за другим... начинают преображаться.

Шелест перьев. Трещание костей. Гул, как от чёрных крыльев, заполняет воздух.

Пять Воронов. Пять чудовищ.

Ники — вернее, Неки — лишь хлопает в ладоши. Безумно. Восторженно.

"ДА! ДА! Вот это я понимаю — вход! Посмотрите на вас!"

Он поворачивается к Абананте, глядя с искривлённой ухмылкой:
"Ты — как будто школу провалила, а не трансформировалась. Ну, ничего. Сейчас тебя утешу УДАРОМ В ЛИЦО!"

Франклин даёт сигнал:

"Начать."

Лесли — первым врывается. Его когтистые лапы бьют в пол, перья трещат от энергии. Он бросается прямо на Ники, атакуя с резким гортанным рыком.

Неки в восторге:

"Ты снова с твоими скрипучими костями, старик! Танцуй со мной!"

Он ловит первый удар — специально. Рёбра трещат, кровь изо рта. Он кашляет... и смеётся.

"АЙ, СЛАДОСТЬ! ЕЩЁ РАЗ!"

Лесли замахивается — но Неки уходит в тень, появляется за спиной, наносит обратный удар мятной рукой, покрытой тьмой.

Лесли отлетает в стену, но быстро встаёт.

Абананте подкрадывается с другой стороны, выпуская ядовитое облако. Вся площадка заполняется кислым зелёным туманом.

Неки вдыхает... и снова смеётся. Громко. И противоестественно.

"ПЕЧЬ МОЗГИ — ВКУСНЯТИНА!"

Он подскакивает, пробегает по стене, кидается в Герду(та была ближе), но её бумажная ловушка срабатывает — взрыв прямо у него под ногами.

Он падает. Обожжён. Из уха — кровь. Но... он встаёт.

"Мама, я снова упал, но мне ТАК ПОНРАВИЛОСЬ!"

Абананте появляется сбоку. В её руке — магма. Она швыряет ею, расплавляя пол.

Огненный шар взрывается рядом с Неки, прижигает его плечо — мясо трещит, дымится. Он не отшатывается. Он смотрит на рану. Лижет пальцы.

"ТВОЯ МАГМА — КАК САЛСА НА РАНУ. ОСТРО! ДАВАЙ ЕЩЁ!"

Тэвиш выходит из тени. Его крылья, как из чернил и дыма, разворачиваются. Он создаёт монстра из чернильных щупалец, тот бросается на Ники.

На секунду Неки замирает. Смотрит... широко, безумно.

"Ты привёл МЕНЯ НА УЖИН?! О, ты настоящий друг, Тэвиш!"

Он прыгает прямо в пасть монстра. Внутри — взрыв. Манекен-монстр разрывается изнутри, и Неки выходит из дыма... обугленный, кровавый... И РАДОСТНЫЙ.

Он идет, спотыкаясь, истекая кровью. Ржёт. Его рука висит, как тряпка. Но он не останавливается.

"ДАЖЕ ЕСЛИ ВЫ МЕНЯ УБЬЁТЕ — Я ВАС ЗАПОМНЮ. ПОКА НЕ ЗАБУДУ СНОВА, ХА!"

Отто выпускает пауков, марионеток, паутины — всё летит в Ники, тот застревает. Его валит наземь. На грудь падает чучело лисы с когтями.

Неки бьётся, кричит, смеётся:

"МНЕ НРАВИТСЯ! ПРИДАВИТЕ МЕНЯ ЕЩЁ! МНЕ НРАВИТСЯ ТЯЖЕСТЬ!"

Он вызывает взрыв тёмной энергии, покрывая свои мятные руки тьмой и разносит всё вокруг ударом. Отто отлетает.

Ники... хромает. Его одежда разорвана. Его тело — в крови, ожогах, синяках. Он едва стоит.

Но он улыбается.

Смотрит наверх. На Франклина.

"Пап... СПАСИБО ТЕБЕ. Это был... ЛУЧШИЙ ДЕНЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ... хотя технически он первый... или не первый?"

Франклин, глядя сверху, медленно кивает.

"Хорошо. Достаточно. Отойдите."

Вороны выходят из второй формы. Кто-то тяжело дышит. Кто-то выглядит потрясённым. Но только Неки смеётся.

Он падает на колени.

И шепчет:

"...а теперь... пусть они приходят. Пусть увидят, как 'бедный Ники' страдал... И пусть узнают... что он уже НЕ ОН."

Он кашляет кровью. Ржёт.

Снова падает.

Снова улыбается.

"Шоу начинается."
И — темнота.

Обратно к героям:

"Постойте..."-вдруг произнёс Иван, листая схемы на голограмме.

Он застыл. Потом резко махнул рукой, отобразив на экране изображение знакомого предмета: монеты.
Те самые — гладкие, блестящие, с символом яблока, которые были у них у всех с самого начала расследования.

"Эти штуки..."-его голос дрогнул.

"Это не просто жетоны. Это пассивные передатчики. Датчики удачи."

Финч нахмурилась.

"Чего?!"

"Они работают как маячки. Привязаны к полю этого устройства. Оно отслеживает, кто рядом, и буквально высасывает удачу у владельца, чтобы передать её 'избранным'."

Он повернулся к остальным.

"Ребята... все эти месяцы мы сами кормили их оружие. Каждой ошибкой. Каждым провалом."

"Скидываем их. Сейчас же."-жёстко сказала Тринити.
Она тут же выдернула монету, отбросив её на землю. Остальные последовали за ней:
Марица сплюнула и швырнула её в стену. Иван — в мусорный бак.

Все — кроме Делроя.

Он стоял, глядя на свою монету в ладони. На ней — затёртая гравировка, уже почти не читаемая. Он вздохнул, крепче сжав её пальцами.

"Я... не могу."

Тишина.

"Ты чего?"-спросил Энцо, прищурившись.

Делрой посмотрел на них. Без дураков. Без понтов.

"Это не просто монета. Это... ошейник моего пса. Я переделал его в кулон. Единственное, что осталось от Пса."

Он провёл большим пальцем по металлической поверхности.

"Когда он умер... я клялся, что всегда буду его помнить. Даже если весь мир сгорит. Даже если я сам сгорю."

Финч отвела глаза. Марица сжала зубы.

Иван опустил планшет.

"Тогда... я попробую другое. Дай мне его."

"Ты уверен?"

"Если это больше, чем просто кусок металла — я не заставлю тебя выбросить. Но я могу заглушить его."

Он достал из сумки маленький прибор — блестящий, как обломок дрона.

"Вот. Глушилка на ультракоротких волнах. Обернёт сигнал и создаст ложное эхо."

"Типа звук, который говорит 'я не здесь'?"

"Типа этого."

Иван присоединил устройство прямо к ошейнику. Щёлк. Небольшой импульс пробежал по металлу. Лазурный огонёк мигнул — и погас.

"Всё. Теперь твой Пёс не будет кормить монстров."

Делрой выдохнул.

"Спасибо, брат. Честно."

"Не за что."

Тринити кивнула.

"Ладно. Одной проблемой меньше. Что там ещ-"

И тут в голове у всех пронеслось одно имя.

Ники. Который до сих пор непонятно где.

Тринити сжала кулак.

"Мы должны найти его.

"Тогда надо идти."-твёрдо сказала Марица.

"Плевать на схемы, планы и предсказания. Мы вернём его. Иван есть идеи, как найти его?"-Финч посмотрела на гения.

"Конечно. Если они не находятся в подавляющей или маскирующем энергию месте, то я смогу отыскать Ники по энергии искажённого хаоса от него."

Обратно к Ники:

Пыль постепенно оседает. Воздух в тренировочном зале тяжёлый от гари, яда и крови. Металл пола пропитан ожогами, следами когтей, слюной, чёрной жидкостью и... радостью Неки.

Он сидит на полу. Облокотился на стену, качаясь взад-вперёд, как ребёнок после долгого дня в парке аттракционов. Тело в изуродованных следах, но лицо — сияет. Глаза светятся жутким огоньком.

Франклин идёт к нему, шаг за шагом. Его плащ колышется, ботинки стучат, словно отсчитывают последние секунды для рассудка.

Он смотрит на Неки. Тот глядит в ответ, щурясь от боли и счастья одновременно.

"Ну как, доволен?"

Неки закидывает голову назад, ухмыляясь до ушей:

"Это было как... как день рождения, Рождество и конец света в одном лице!"

Потом резко меняется в лице, обиженно:

"...НО ТЫ ОБЕЩАЛ, что я их всех порву! Почему я не могу разорвать их? ПОЖАЛУЙСТА! Я уже придумал, как сделать из Энцо музыкальный инструмент! А Тринити я хотел показать её печень — как открытку!"

Франклин приподнимает бровь, качает головой:

"Ты разорвёшь их. Позже. Всё по плану, мой мальчик."

Он подходит ближе, опускаясь перед Неки на одно колено.

"Слушай внимательно. Это твоя первая настоящая миссия. И она требует... игры. Ты должен стать Ротом. Снова. Таким, каким они тебя помнят. Слабым. Надломленным. Добрым. Глупым."

Неки сразу дёргается, как будто ему в душу плюнули.

"Фууу! Опять ныть, рефлексировать, 'доверяй, команда', 'я боюсь тьмы', 'Тринити, ты мне как семья', 'Майя, я так сильно скучаю'— Э-ЭКХХХХХ!"

Он делает вид, что его тошнит, сплёвывает кровь на пол и хрипло смеётся:

"Ну ладно... будет весело. Типа маска. Я люблю маски. Особенно, если потом можно их сжечь... вместе с лицами."

Франклин продолжает спокойно, но с ледяной точностью:

"Ты должен узнать всё, что они знают. Их цели. Их местоположение. Но главное — где Тринити держит книгу Питерсона."

Он смотрит Неки в глаза.

"Она из надежда, и наше разоблачение в массу. Если ты добудешь её — я разрешу тебе всё, что хочешь. Убивать. Жечь. Разорвать их на цитаты."

Неки застывает. Потом... медленно поднимается. Его тело трясёт, словно изнутри бурлит энергия, которая рвётся наружу, как смех через кляп.

"Ты говоришь... я смогу... устроить конец?!"

Франклин:

"Да. Но сначала — ты будешь началом. Ты будешь ложью. Они будут тебя жалеть. Ты будешь их раной. А потом — станешь их гробом."

Неки делает шаг вперёд, упирается лбом в грудь Франклина, почти шепчет:

"Папочка... ты лучший. Я люблю тебя... почти так же, как люблю резать."

Франклин кладёт руку на голову мутировавшего Ники, будто благословляя.

"Тогда вперёд. Через пару часов — мы отпустим тебя. Побитого. Обессиленного. Брошенного. Пусть они найдут тебя... и пожалеют."

Неки... выпрямляется. Трясётся. Потом делает несколько прыжков на месте, захохотав:

"Оооо, я уже чувствую, как Финч будет гладить моё чело и говорить: 'Бедный Ники! Кто это с тобой сделал?!' — А Я СКАЖУ: 'ТЫ!' — в конце!"

Он резко замирает. И с пафосом выкрикивает, кидая руки вверх:

"И пусть начнётся ПЬЕСА! Акт первый: Предательство с привкусом крови!"

Ники захохотал. Дико. Высоко. Слишком громко. Он закинул голову назад, словно этот смех вырывался не из рта — из его сущности.

"Вот это... вот это я понимаю! Работа с перспективой! Инвестиции в будущее! А сейчас, что ж..."

Он остановился, и вдруг — мгновенно сменил выражение лица.

Карие глаза. Опущенные плечи. Взгляд побитого пса.

Он дрожащим голосом прошептал:

"Ребята... это вы?.. Я... не знал, где я... Он сделал что-то... Я не знал куда бегу... я еле удрал."

И моргнул. Снова стал Неки.

"Как я?!"-спросил с довольной ухмылкой.

Франклин кивнул.

"Ты готов."

Неки ухмыляется.

И он уходит по коридору.

Всё ещё хромая. Всё ещё истекая кровью. Но в голове — праздник.

И в сердце — только хаос.

Франклин лишь запомнил одно предложение Неки...

"Майя, я так по тебе скучаю."

У него появилась идея.