Глава №33 "Раду Красивый"
Поздним вечером, перед тем, как погрузиться в сон, Мехмед находился на балконе своих покоев и дышал ночной прохладой. Стоящий позади него главнокомандующий докладывал о новеньких янычаров и прочих делах. Понимая, что султан его не слушает, мужчина вдруг замолк, ожидая, когда падишах заметит молчание. Этого не произошло.
Сжимая руки в кулак, Мехмед задумчиво смотрел вдаль. Прохладный ветерок был лишь облегчением в эти непростые жаркие дни. Перед ним открывался прекраснейший вид на Босфор. Любуясь тем, что принадлежит ему, брюнет усмехнулся.
-Мехмед: Никто мне не верил... Все насмехались надо мной... Теперь же кто смеётся?... Всё это принадлежит мне... Я... Создал эту империю...
Потерянно развернувшись, мужчина собрался было идти, как вдруг заметил стоящего главнокомандующего. Вздрогнув, Мехмед мигом принял непринужденный вид и прокашлявшись, проговорил.
-Мехмед: Я было подумал, что ты уже ушёл.
Почтённо склонив голову, главнокомандующий проговорил.
-Главнокомандующий: Я бы всенепременно оставил вас в покое, мой повелитель. Однако... Есть ещё кое-что, что мне нужно вам рассказать.
-Мехмед:.. Хорошо, я слушаю. Кстати, перед тем, как начать, я бы хотел спросить, как прошло наказание принца Раду?
-Главнокомандующий: Об этом я и хотел поговорить, падишах... Нам... Не удалось наказать мальчишку... Мы не успели.
Сложив руки за спину, взгляд Мехмеда упал вниз.
-Мехмед:.. То есть... не успели?... Только не говори мне, что этот безмозглый глупец сбежал?
Неосознанно сделав шаг назад, мужчина виновато посмотрел в пол, что не оставило без внимания султана.
-Главнокомандующий: Н-нет, повелитель. Малец не сбежал... Но он сотворил нечто более глупое...
Теряя терпение, брюнет повысил голос.
-Мехмед: И что же он натворил? Не тяни!
-Главнокомандующий: Он ещё слишком юн. Глуп и неопытен. Горячая кровь так и кипит, в таком возрасте какая только глупость на ум не придёт...
Поняв, что ещё немного и терпению султана придёт конец, мужчина нашёл в себе смелость и подняв голову, сухо проговорил.
-Главнокомандующий: Джин в него вселился, иначе не объяснить, какой парень бы руки на себя наложить стремился?
Осознав, что только что сказал мужчина, брови Мехмеда с ужасом приподнялись ко лбу, образуя несколько неровных складочек.
-Мехмед: О Аллах... Он что... убился?
-Главнокомандующий:.. Пока рано говорить об этом, лекари сейчас во всю хлопочут, того и гляди оправится дурак, думаю что...
Но не успел мужчина договорить, как султан гневно оборвал его на полуслове, яростно махнув полами своей накидки и быстрым шагом покинул покои, оставляя главнокомандующего в недоумении.
Тем временем в лазарете оживлённо в попыхах копошились лекари. Гневно смотря на лежащего без сознания мальчишку, Мехмед проговорил всем, кто находился рядом.
-Мехмед: Глаз с него не спускать, он не должен умереть. Иначе головой своей поплатитесь, он Раду Дракула - сын княжеский. Не гоже помирать в моём дворце.
Испугавшись слов султана, лекари засуетились лишь быстрее, а мужчина принялся рассматривать Раду. Его и до того светлая кожа казалась теперь такой бледной, что можно было сравнить с цветом повязок, что бинтовали ему на запястья. Одни лишь круги под глазами были пугающе тёмными. Из разбитой губы виднелась засохшая кровь, а по лицу оставались грязные разводы от слёз. На минуту султан даже задумался: что будет, если об этом узнает его брат? Продолжит ли таить безразличие, или же пошлёт за ним?... Чёртовы Дракулы. Сколько от них проблем... Что угодно можно ожидать.
***
Проснувшись в один момент, юноша поморщился от резко бьющего в лицо света. Измученно выдохнув, Раду пытался понять, где находится. Сжимая руки в кулаки, парень почувствовал, как его кожа на запястьях буквально стянута и сжата чем-то плотным... Медленно приподнимая голову, он посмотрел на руки. Перевязаны.
С досадой отведя взгляд, юноша вдруг со страхом заметил, что он не один. Недалеко от него, у окна стоял султан, повёрнутый к нему спиной. Руки его были за спиной и сцеплены в замок. Словно почувствовав, как его спину прожигают взглядом, Мехмед повернулся и выжидающе посмотрел на лежачего. От этого стало не только страшно, но и неловко. Наблюдая за тем, как к нему приближается повелитель, Раду торопливо накрыл свой торс тонкой простынёй и приподнявшись на локти, принялся исподлобья наблюдать за мужчиной. И почему как назло в этот момент никого другого в лазарете не было?... Султан видимо и позаботился об этом.
Подойдя к лежащему парнишке, падишах сел на соседнюю кровать, которая была свободна и идеально застелена. Выжидающе посмотрев на мальчишку, Мехмед отстранённо поинтересовался.
-Мехмед: Зачем ты это сделал?
Горько отведя взгляд от собеседника, Раду устремил свой взгляд на окно, где только что стоял Мехмед. Осевшим голосом он ответил.
-Раду: Мне больше незачем здесь находиться.
Помолчав несколько секунд, султан задумчиво опустил взгляд в пол.
-Мехмед: Ты совершаешь ошибку.
Не стоило позволять себе проявлять слабость.
-Раду: То была не слабость... А свобода.
Не смело ответил Раду, медленно повернувшись к брюнету, останавливая на нём мокрый от подступающих слёз взгляд. Усмехнувшись, Мехмед язвительно произнёс.
-Мехмед: Нет, мальчик мой... Это слабость.
Скорчив гримасу, Раду закрыл глаза и тихо проговорил.
-Раду: Если бы я...
Язык не повернулся сказать трагичное слово, но и без него было понятно, что юноша имел ввиду. Потому он продолжил.
-Раду: Всем было бы намного легче... И мне тоже. Я обрёл бы свободу, которой лишён на этой земле.
Теряя терпение, Мехмед грубо ответил.
-Мехмед: Нет, Раду. Ты до сих пор ошибаешься. Твоя "свобода" принесла бы тебе одни страдания. Всевышний бы не взял тебя к себе... Ты попал бы в руки Шайтана и он испытывал бы тебя на жестокие муки! По твоему это свобода?
Опустив локти на колени, Мехмед поддался чуть вперёд, отчего заставил Раду попятиться назад.
-Мехмед: Самоубийство бы не дало тебе свободу... Страдал бы целую вечность. Неужли мне Тебе это объяснять?!
Стыдливо отвернувшись, парень старался проглотить давящий в горле ком. От него было больно и он не позволял сказать с нужной интонацией. Такое случалось не раз и Раду прекрасно понимает, что если сейчас попытается что-нибудь произнести, то это будут несуразные вопли в перемешку с истерикой и слезами. Яростно сжимая края простыни, юноша максимально напряг брови, будто это поможет ему сдержать неконтролируемые слёзы и напрягая мышцы по всему телу, тихо начал.
-Раду: Можно подумать, вам небезразлична моя жизнь...
Закрыв глаза и судорожно выдохнув, парень понял, что султан стерпел его дерзость. Это придало ему сил и мальчишка продолжил высказываться.
-Раду: Все эти годы пребывания здесь, я жил лишь тем, что однажды вы мне сказали...
Повернувшись к нему вновь, юноша продолжил.
-Раду: Вы видели, что мне не равнодушна ваша культура, что я хочу стать её частью. Вы даже начали мне помогать. Я принял ислам, отказался от своей веры... Янычаром быть хотел...
Немного помолчав, Мехмед задумчиво подытожил.
-Мехмед: Иногда не все получают то, чего хотят.
-Раду: Но вы сами меня вдохновили! Сказали, что я могу...
Понимая, что он больше не может сдерживаться, парень резко отвернулся, чувствуя, как по щекам текут горячие слёзы. Мутная пелена застелала опухшие глаза. Шумно всхлипнув, Раду закрыл лицо одной рукой, второй же до крови сжал кулак. Несколько минут прошли без слов. По лазарету был слышен лишь плохо сдерживаемый плач и едва слышные всхлипы. Глубоко вздохнув, Мехмед поднялся с места и неловко переступая с ноги на ноги, заметил, что ведёт себя неподобающе султану...
Ему неловко.
Раздражённо фыркнув самому себе, мужчина подошёл к месту парня и сев рядом заметил, как Раду мигом отодвинулся, закрыв лицо второй рукой.
Как же Раду хотелось сейчас умереть. Он проявил такую слабость, что сгорает от стыда и безысходности. Он не может остановить потоп слёз и это самое ужасное. Его репутация была испорчена, когда над его провалом в смотре прилюдно посмеивались. Сейчас же он вновь портит о себе впечатление своей слабостью и неумением сдерживать эмоции. Особенно слёзы. Неподобающе для мужчины. Слабак...
Раду - слабак.
-Мехмед: Неужели тебе действительно нужно это место в гвардии?
Успокаивающе всхлипнув, Раду не убрал рук с лица и продолжая прикрывать его, лишь коротко кивнул. Несколько секунд в лазарете вновь наступила тишина. Но вскоре султан, как прежде, резко отчеканил.
-Мехмед: Не могу.
Медленно опустив руки, Раду убийственным взглядом посмотрел на Мехмеда и услышал следующее.
-Мехмед: На самом деле ты не так уж и слаб, не потому тебя не взял.
Бросив взгляд на двери, будто мужчина хотел удостовериться в том, что они действительно одни, Мехмед несмело накрыл рукой колено юноши, заставив его вздрогнуть.
-Мехмед: Хочешь знать истинную причину?... Почему не прошёл?
Неуклюже вытирая слезы, Раду неуверенно кивнул, после чего услышал протяжный вздох Мехмеда. Нахмурив брови, мужчина отвёл от юноши взгляд и ровно проговорил.
-Мехмед: Красивый ты... Не все об этом знают, но для янычар есть некие правила. Видишь ли, твоя внешность...
Девичьеподобна... хотел сказать Мехмед, но умолк, боясь лишний раз обижать парня. Вместо этого он продолжил.
-Мехмед: Такие как ты должны о себе думать... И о том, как передавать красоту своему поколению... С ней на поле боя делать нечего. Будет жаль уродовать столь прекрасное личико.
Завершил султан, слегка сжав коленку Раду и посмотрел ему в глаза.
-Мехмед: Потому не принят.
Успокаивающе вдохнув, Раду продолжал молча смотреть на мужчину. После его слов, он почувствовал, как лицо его начинает гореть, а щёки заливаться свинцовым румянцем. Медленно опустив глаза ниже, парень бросил взгляд на руку султана, сжимающую его ногу. Она была смуглой и особенно мужественной. На каждом пальце сверкали массивные перстни разных цветов и размеров. Печально выдохнув, заплаканные глаза Раду вновь нашли медовые Мехмеда. Тот смотрел внимательно. Изучающе.
-Мехмед: Пленные мальчики, как правило годны для двух деяний... Те, кто преобладает силой и военными действиями годны для янычаров. Других же... Обладающие преимущественной красотой и более мягким характером... Передают в распоряжение гарема... к евнухам.
Испуганно скорчив гримасу, Раду неожиданно попятился назад, отчего вызвал усмешку у султана.
-Мехмед: Не бойся... И к ним ты не пойдёшь... Будет жаль лишать тебя...
Мимолётно бросив взгляд на пах юноши и молниеносно вернув его обратно, Мехмед договорил.
-Мехмед: Возможности... Передавать красоту из поколения в поколение... Ты рождён, чтобы дарить красоту. Став евнухом лишишься... дара.
Смущённо отворачиваясь, Раду краем глаза заметил порыв султана.
-Мехмед: Но ты подумай...
Вдруг проговорил он, потянувшись к парню рукой и взяв за подбородок, заставил повернуться обратно к нему, вызывая у юноши новую волну румянца.
-Мехмед: Ты ведь не простой мальчик... Тебе не обязательно равняться на других рабов... Ты - сын княжеский... и можешь жить здесь, не являясь при этом ни янычаром, ни евнухом... Ты здесь - гость почётный... Почитаемый... Вот только я не пойму, почему ты возишься среди грязи...
Мимолётно, как бы невзначай, большой палец Мехмеда слегка пригладил парня по подбородку и убирая руку отвернулся.
-Мехмед: Так делал твой брат, но ты ведь умнее...
Задумчиво опустив взгляд, Раду медленно поднял свою руку и дотронулся до того места, где секунду назад находилась рука султана. Кажись она была всё ещё там. В недоумении нахмурив брови, парень вдруг поднял голову и заметил на себе долгий и изучающий взгляд султана. Мехмед заметил его оценку и раздумывая над этим, отвернулся вновь.
-Мехмед: Можешь молчать, я не прошу ответа... Но если для тебя так важно что то делать... То ты можешь быть художником при моём дворе... Я помню твои рисунки... И обещание.
Медленно вставая с места, Мехмед гордо поднял голову и сложа руки за спину, направился к выходу лазарета.
Раду всё хотелось окликнуть его, но для чего? Зачем?
Наблюдая за тем, как мужчина покинул помещение, юноша потерянно отвёл взгляд от двери и несколько минут смотрел перед собой. Перед глазами всё никак не уходил образ султана. С ужасом для себя Раду заметил, что грустит и что ему бы не хотелось того, чтобы Мехмед уходил...
***
Неделю спустя, султан всё также сидел на удобных креслах на балконе, любуясь уходящим в горизонт солнце. Рядом, у его ног на застеленном коврике игрались детишки. Пятилетний Мустафа и трёхлетняя малышка Гевхерхан. Оба ребёнка были светлыми, видимо кровь матерей оказалась преимущественна для них. Смотря на них, на душе было спокойно. Ему нравилось наблюдать за своими детьми, которые мирно игрались, а порой безудержно смеялись. Однако в этот раз они были очень тихими. Мехмед предположил, что дети устали и кивнув служанкам, дал распоряжение уводить их. Попрощавшись с детьми, мужчина встал с кресел и улыбаясь им вслед вдруг увидел, как у проёма, в коридоре стоял юноша. В руках его был закрытый холст и набор красок с кисточками. С опущенной головой, он ждал, пока его покои окажутся пустыми и Мехмед позволит ему войти.
Уже не для кого не было секретом, что ко дворцу был представлен художник валашской нации, который рисует по приказу султана. Так как с его правлением он позволил изображать людей, вот уже несколько вечеров подряд он звал юношу в свои покои и тот рисовал его лик. Конечно не все могли это принять, не всем и это нравилось, однако никто не смел возразить вслух.
-Мехмед: Раду.
Позволяюще позвал султан, из-за чего вызвал у мальчика улыбку. Подойдя он поклонился и принялся раскладывать инструменты для рисования, параллельно интересуясь.
-Раду: Как вы себя чувствуете?
Усаживаясь обратно в кресла, Мехмед ответил.
-Мехмед: Устал немного.
Застыв в нерешительности, глаза юноши тут же метнулись к мужчине.
-Раду: Если вам нездоровится, мы могли бы перенести рисование?
-Мехмед: Нет-нет, ты можешь рисовать. Мне нравится смотреть.
Разложив кисти, уголки губ парня приподнялись в смущённой улыбке. Продолжая готовиться, он спросил.
-Раду: Тяжёлый день?
Задумчиво кивнув, Мехмед наблюдал за тем, как волосы Раду небрежно лежали на его хрупких плечах и то, как время от времени они лезли ему в лицо, но тот лишь упрямо убирал их за ухо, продолжая судорожно копаться с инструментами.
-Мехмед: Да... Так что я надеюсь, что твоя компания отвлечёт меня от усталости.
Улыбнувшись, Раду наконец-таки завязал волосы в слабый хвост и принялся за дело. Продолжая рисовать султана, парень увлечённо прорисовывал каждую деталь, слегка приоткрыв рот. Обмочив кисточку в воду, юноша вытер её о перевязки на своих запястьях, на что Мехмед сразу же обратил внимание. Усмехнувшись, он проговорил.
-Мехмед: Я вижу ты нашёл им применение.
Ухмыльнувшись, Раду посмотрел на мужчину и продолжил рисовать.
Прошло уже примерное количество времени с тех пор, как пришёл Раду. На улице уже заметно стемнело, а у Мехмеда кажись затекло всё тело, сидя в одном положении. Но он без устали разговаривал с мальчиком. В такие моменты он казался таким увлечённым и открытым, что не раз заставлял султана рассматривать его. Он делал это каждый раз, когда ему становилось невыносимо скучно. Мехмеду понравилось за ним наблюдать. За его мимикой, за торопящими движениями, за глазами, снующими туда-сюда и за губами, которые каждый раз поднимались всё шире и шире.
Наконец-таки оторвавшись от полотна, юноша с улыбкой посмотрел на султана и радостно сказал.
-Раду: Торжественно заявляю, что глаза полностью завершены.
Искренне удивившись, Мехмед приподнял брови.
-Мехмед: Только глаза?
Засмеявшись, словно мурчащий кот, Раду ответил.
-Раду: И лоб. Верхняя часть лица.
С улыбкой он поднял свою руку и показал на своём лице "готовое место", после чего услышал глубокий вдох Мехмеда.
-Раду: Если позволите, я продолжу рисовать вашу голову...
Закрыв глаза, султан устало запрокинул голову назад, с облегчением чувствуя, как ему полегчало в шее. Смотря вверх, он устало вздохнул.
-Мехмед: Ну хорошо, давай продолжим.
Однако вернув голову в прежнее положение, Мехмед заметил разочарование на глазах у Раду. Наклонив голову вбок, он вопросительно изогнул бровь.
-Мехмед: В чем дело?
Печально выдохнув, Раду опустил взгляд, вяло вернув кисточку в руки.
-Раду: Ваши волосы... Так красиво лежали...
Недоуменно посмотрев на Раду, султан мотнул головой.
-Мехмед: Хочешь сказать, сейчас уже не то?
Раздражённо выдохнув, мужчина заметил, каким "ребёнком" вдруг он становится в присутствии юноши и растерянно отвёл взгляд. Он разочаровал мальчишку и вдруг заботится об этом? Зажмурившись, он лишь подтвердил свои раздумья и вдруг произнёс.
-Мехмед: Раз так, ты можешь вернуть... их прежнее положение.
Услышав это, глаза Раду сразу же загорелись и с улыбкой подняв голову, мальчишка радостно выскочил с перегородки, которая называлась холстом и радостно подбежал к султану.
Этот мальчишка ведёт себя непозволительно рядом с ним. Но Мехмеда это забавляло. Наблюдая за ним, султану всегда было интересно и с каждым разом наводило на разные мысли.
Присаживаясь на колени, парнишка аккуратно преподнёс руку к лицу Мехмеда.
Посмотрев на острый взгляд мужчины, юноша лишь улыбнулся и аккуратно дотронулся до волос султана, въерашивая их. Слегка наклонив голову набок, Раду заметил какие они у него мягкие. Сосредоточенно "выстраивая" каждую прядь красиво, парень вдруг заметил, как на него смотрит Мехмед. Он же тем временем любовался красотой Раду. Заметив это, краски залили лицо юноши и он смущённо покраснел. Его рука задержалась в тёмных волосах мужчины. Глаза Мехмеда внимательно следили за Раду и тому казалось, что в них разгорается искра. Блеснув глазами на губы парнишки, мужчина задержал на них взгляд. Внизу живота предательски заныло, разгорая в нём аппетит. Как же он красив, подумал Мехмед, отчего на его лице заметно заиграли жевалки.
Он помнит свою нездоровую "любовь" к его брату в юности и это так глупо. Хоть он и ненавидит его сейчас, но всё равно вспомнил, какого это... хотеть запретное. Отчего игра становится интересной. Но нужно ли это ему? У него есть всё. Любая женщина, на которую он покажет пальцем... Есть дети, что делает ситуацию ещё более смешной. У него есть всё, о чем можно только пожелать, но желает он сейчас его... Мальчишку, что уже несколько дней наводит его на извращённые фантазии перед сном, но самое странное... Что он их не стыдится, как это делал раньше. Он понимает, что если сделает это сейчас, то ему ничто не помешает. Никто.
Сердцебиение участилось, а дыхание стало заметно тяжёлым. Это же было и у мальчишки. Мехмед заметил, как у него расширились зрачки и как тот изнутри закусил щеку. Всё, что он сейчас делает начинает сводить его с ума. Ему хочется попробовать...
Он хочет его.
Рука Раду, что была у него в волосах, вдруг медленно перенеслась к щеке мужчины и едва касаясь подушечками пальцев, медленно спустилась вниз, вызывая у Мехмеда неописуемую волну мурашек.
Не желая больше терпеть, султан вдруг резко взялся за хрупкое запястье юноши одной рукой, а другой отзеркаливая его и ухватив за голову вдруг приблизился.
Наклонившись к парню, он услышал шумный вдох Раду, который замерев, испуганно смотрел ему в глаза. Каким невинным он тогда казался, что понравилось Мехмеду ещё больше. Сжимая руку в тонких и вьющихся волосах парня, султан не теряя ни минуты, порывисто накрыл его губы своими. Услышав полувсхлип - полустон, мужчина требовательно и почти грубо принялся целовать мальчишку, который в то время удивлённо окаменел, не смыкая глаз. Схватив Раду за затылок, второй рукой он взял его за подбородок, силой поворачивая ближе к себе. Совсем скоро, Мехмед почувствовал, как дрожащие губы Раду медленно разомкнулись, позволяя языку мужчины проникнуть ему в рот. Как только их языки соприкоснулись, Раду вздрогнул и блаженно закрыл глаза. С ума сойти. Никогда ещё обычный поцелуй не приносил Мехмеду столько удовольствия...
Стало быть... не такой уж он и обычный? Правильно. Запретный.
Поддавшись в сторону Раду, Мехмед схватил парнишку и сжимая всё крепче начал замечать, как они оба опускаются всё ниже и ниже. Чтобы они не упали, Мехмед одним рывком приподнял юношу и посадив на диван вдруг посмотрел на него. Глаза Раду были широко раскрыты, а сам он глубоко дышал. Его растрёпанные волосы распустились и руки были сомкнуты на груди. Тяжело дыша друг на друга, Мехмед медленно приблизился к нему и чем ближе был султан, тем жалостливее был взгляд Раду, который смотрел ему в губы. Поцеловав его вновь, парень несмело обвил мужчину своими руками, медленно опускаясь на спину. Ложась сверху на юношу, Мехмед хищно посмотрел на него.
Большие глаза Раду смотрели то на глаза, то на губы, ожидая дальнейшего. Вдруг рука Мехмеда вновь оказалась в волосах парня. Медленно сжимая их на затылке, султан вдруг резко сомкнул руку и взяв его за волосы грубо потянул назад, вынуждая Раду мимолётно вскрикнуть и запрокинуть голову, оголяя перед ним шею. Хищно улыбнувшись, Мехмед прильнул к скуле парня, оставляя на ней нежный поцелуй, который тонко контрастировал с недавней грубостью. Открыв рот, султан высунул язык и прильнул им уже к шее Раду, заставляя того шумно вдохнуть и задержать дыхание. Горячим языком он оставил влажный след дорожкой до ключицы юноши.
Блаженно закрыв глаза, Раду сщурился от накатывающего чувства удовольствия. Почувствовав, как одной рукой Мехмед расстёгивал ему кафтан и оголил плечо, Раду в предвкушении затаил дыхание. Долго ждать не пришлось. Горячие губы мужчины вновь опусились к его шее и медленно спускались всё ниже и ниже. И вот они остановились у груди. Оставляя там поцелуй, султан вновь раскрыл рот и круговыми движениями обвёл языком его грудь, горячо присосавшись к соску, отчего и до того судорожное дыхание Раду сбилось и тот захныкав, лишь беспомощно открывал и закрывал рот. Грудь его бешено вздымалась, а тело ныло от невероятной ласки, что дарил ему султан. Одной рукой, парень крепко вцепился в спинку кресел, другой же умоляюще сжимал руку султана, что сжимала его волосы. Наслаждаясь каждым сантиметром юноши, Мехмед отпустил волосы Раду и этой же рукой принялся гладить его по лицу. Тихо простонав, парень нашёл ладонь султана и потеревшись о неё, принялся покрывать поцелуями. Большой палец Мехмеда обвёл контур его пухлых губ. Раскрыв рот и закрыв глаза, Раду облизнул палец султана, извиваясь языком так горячо, что внизу он чувствует возбуждение Мехмеда.
Прикусив тонкую кожицу на груди юноши, султан мокро распрощался с ней и приподнявшись, принялся проводить руками по всему хрупкому телу парня. Бесстыдно сжимая изгибы тела Раду, Мехмед не церемонясь опустил руку на живот и спустившись вниз, залез под штаны, схватив его твёрдую плоть. Сщурившись, Раду вдруг прикусил большой палец Мехмеда, при этом шумно зашипев и страстно изогнувшись.
Такое уже делали с ним и не раз. Махмуд водил Раду по всяким барделям и тавернам, где знакомил его с искусными соблазнительницами, однако ни одна из них не делала это так, как делает сейчас Он. Эти движения, ласки и поглаживания вызывают в Раду такой тайфун, что другим и не снилось.
Тоже самое думал и Мехмед. Никогда ещё, ни одна девушка не вызывала в нём такую бурю эмоций и желание делать приятно, как это делает Он. Видеть под собой его хрупкое, горячее тело это уже подарок.
Не сдержавшись, Раду смело привстает и схватив Мехмеда за ворот кафтана, мигом притягивает к себе, прильнув к нему страстным поцелуем. Терзая друг друга, словно голодные звери, они целовали друг друга, позволяя рукам блуждать по телам и бесцеремонно трогать. Перевернувшись, султан сел, опустившись на спинку кресел. Раду же сел сверху. Прижимая мальчишку к себе, Мехмед не мог насытиться его любовью. Точно так же, как и Раду. Переняв инициативу, он принялся покрывать его тело поцелуями и спускаясь всё ниже и ниже, вдруг остановился у паха. Выжидающе посмотрев на юношу Мехмед увидел в его взгляде желание. Прерывисто дыша, оба избавились от верхней одежды. Расстегнув рубаху Мехмеда и спустив штаны, парень ненасытно вцепился в него руками, продолжая целовать и облизывать живот султана. Его напряжённый и горячий торс бурно вздымался, как это было с Раду. Медленно перейдя вниз, парня вдруг отвлекла одна делать на бедре султана.
-Раду: Шрам...
Впервые вдруг произнёс юноша, смотря на глубокий порез у Мехмеда. Усмехнувшись, мужчина нетерпеливо сказал.
-Мехмеда: Твой подарок.
Вспоминая, как Раду, будучи ребёнком вонзил в него нож, парень вздрогнул. Грустно посмотрев на Мехмеда снизу вверх, юноша закрывает глаза и медленно опускается к бедру и нежно прогладив шрам, вдруг накрывает его трепетным, лёгким поцелуем, заставляя султана вновь блаженно вздохнуть. Искупив свою вину, постепенно дорожка поцелуев Раду переместилась к паху мужчины. Обхватив одной рукой твёрдую плоть султана, юноша вновь одарил его нежным взглядом и закрыв глаза медленно накрыл его ртом.
Блаженно закрыв глаза, Мехмед окинул голову назад и шумно выдохнув, тихо простонал. Ощущение твёрдой и горячей плоти под своими губами сводило с ума. От нежного и податливого рта Раду сводило ноги. Какое же Мехмед сейчас получал удовольствие, как ему было приятно! От такого блаженства аж заложило уши и он не слышал ничего, кроме смачных посасываний мальчика, что сидел у него ног. Прикусив губу от удовольствия, Мехмед опустил руку на голову старающегося Раду и нежно погладив по волосам, увидел прекрасное зрелище. Его плоть, медленно двигающая между плотно сжатыми губами юноши. Вновь погладив его по голове, Мехмед убрал с лица Раду прилипшие пряди мокрых волос. На секунду он злорадно усмехнулся, когда представил лицо Влада, который бы увидел всё это. Но мысль вновь была прервана из-за новой порции головокружительных ласк.
К чёрту Влада. Он не стоит того, чтобы о нём думали. Среди Дракулы есть и более прекрасный принц. Горячий... Нежный... Красивый...
Этот вечер просто так не закончится, Раду будет его.