AU «СЕВЕР»

Завешанный красной тканью потолок шатра впервые за долгое время не кажется принцу скучным и тошнотворным. Омега смотрит на него улыбаясь, полностью свободный от тревожных мыслей, забот и печалей. Сокджину радостно и тепло.

Ведь его супруг просыпается рядом с ним этим утром.

Омега не думает ни о поджидающих его за пределами их дома обязанностях, ни о настойчиво требующем еды желудке, ни о чем-либо ещё. Впервые за последние недели в его голове так легко и так пусто, что хочется смеяться, прыгать до потолка и кружится по комнате.

Князь, тоже поддавшейся этой сладкой, ленивой неге, перебирает пальцами его чуть вьющиеся волосы, лишь изредка прерывая абсолютную тишину между ними звуками влажных, обжигающих страстью, словно огонь, поцелуев. Принц тянет воздух носом, довольно жмурясь, будто от яркого солнца. Терпкий, сочный гранат и нежный, приятно щекочущий своей мягкостью, подснежник. Сливаясь в единое целое, их ароматы снова наполнились теплом и уютом. Приобрели краски. Кажется, что и Сокджин тоже вдруг засиял. Заискрился, как бриллиант.

Не в силах убрать с лица блаженной улыбки, юноша захихикал, почувствовав, как нос мужа касается его щеки, щекоча. Каждая близость сейчас казалась сыну западного монарха столь интимной, неповторимой и важной, что он впитывал в себя эти секунды, как тряпка разлитую воду.

Сокджину хотелось так о многом сказать. Так о многом Князю поведать. Где-то пожаловаться. Где-то похвастать. Но он не мог произнести ничего, кроме сиплого: «ещё», требуя от мужа новых касаний и поцелуев.

Доказательств присутствия и любви.

Кричащих: «я рядом».

Я здесь.

Метка на его шеи больше не ныла, отражая тоску по волку. Сердце не сжималось в тиски от волнения и тревоги. Не мучали ночные кошмары. Кажется, этой ночью ему и вовсе ничего не приснилось. Окольцованный руками альфы, прижавшись к его груди, юноша спал, как младенец.

Но эти сладкие минуты супружеской ласки не могли длиться вечно. За пределами тёплого шатра их обоих ждали многочисленные дела и заботы.

Их ждал их народ.

— Уверен, что коле мы не выйдем из шатра через четверть от часа, Мино ворвётся сюда и выдернет нас из него силой.

Улыбаясь, заметил Князь, вопреки своим же словам продолжая нежить омегу в объятиях.

— Неужели мы не можем оставить этот день лишь для нас? Ваш молодой супруг изголодался по любви и ласки.
— Нет, душа моя. Поверь, я бы тоже этого очень хотел.

В знак протеста, понимая, что у него нет права на бунт и настоящее возражение, Сокджин обнял северянина крепче, не желая отпускать. Не желая терять.

— Знаете, Княже, я скучал даже по вашему храпу.

Грудь волка задрожала от смеха. Принц улыбнулся, прижимаясь к горячей коже щекой.

— Каждый новый рассвет в темном лесу, просыпаясь, я искал тебя...

Начал вдруг Князь, от чего-то решившись на откровение. И голос его стал тих. Серьезен. Пропитанный лишь им одним ясной грустью.

— Твой запах. Твое тепло. Я скучал по сладости твоих губ. По ресницам.
— Ресницам?

Удивился принц, отрываюсь от крепкой груди мужа, чтобы взглянуть на его лицо.

— Да. Они дрожат, словно от ветра, когда тебе снятся сны. Я люблю наблюдать за тобой спящим, в первые утренние часы, прежде чем покинуть шатер.
— Сны без вас рядом со мной беспокойны. Полны кошмаров, тоски и грусти. Лишь засыпая, чувствуя ваше тепло, я не... Я не скучаю по покинутому мной дому. По Западу. Когда Вы рядом - он мне не снится.

Вздохнув, принц, наконец, приподнялся с постели, расставаясь с мягкостью и теплом шкур. Гневать Миноари и северян желалось ему сейчас меньше всего. Почувствовав движение на Княжеском ложе, Мари заскулил в своем углу, приподняв уши.

— Вы так и не поведали мне от чего вчера так надолго задержались в шатре собраний, зная, как сильно я вас здесь ждал.
— Кое-что произошло, пока мы были в темном лесу... От чего нам теперь придется ускориться с празднованием весны, чтобы поскорее отправиться к скалам.

Размяв затекшее тело, омега, абсолютно нагой, поднялся на ноги, подходя к тазу с водой, дабы умыться.

— На ярмарку? Так скоро? Я думал, что у нас с вами есть еще несколько дней...
— Нет. Больше нет. Весну Шаро встретит сегодня.
— Что же такого случилось?

Последовав примеру мужа, Князь тоже поднялся, открывая сундук в поиске чистых одежд.

— За пленником с Юга прибыл старший сын короля.
— Но пленник до сих пор в темном лесу, ведь так? Пауки сами доставят его к скалам?
— Да. Потому нам и нужно явиться на ярмарку раньше них.
— Вы хотите вести переговоры?

Достав из шкатулки, подаренный мужем, деревянный гребень, омега принялся расчесывать волосы.

— Я не силен в дипломатии. А Миноари, пусть и помогал мне в том много лет, сейчас в положении, от чего мне бы и не хотелось его сильно тревожить.

Вдруг замерев, омега несколько раз моргнул, прежде чем неуверенно уточнить:

— Тогда... Вы хотите, чтобы я...
— Да. Кто же умеет общаться с принцами, как не ты?

Поджав губы, не веря своему счастью, Сокджин лишь робко кивнул. Никогда бы на Западе ему того не позволили. Чтобы омега, пусть и при звании, при короне, руководил чем-то кроме организации пира, благотворительности или церковных служений? Да никогда! Рожденный первенцем, но не имеющим права на собственный голос, Сокджин всегда стоял позади своих братьев.

Мило улыбался. Кланялся. И не смел открыть рта.

Чувство предвкушения захватило принца, заставляя что-то внутри дрожать от нетерпения наконец-то себя проявить. Доказать свою значимость.

— И чего же вы хотите добиться от этих переговоров, мой Князь?
— Гарантию мира. Принц в обмен на соглашение между Югом и Севером.
— А как он вообще себя чувствует?
— Принц? Почему тебе то интересно?
— Вряд ли переговоры наши пройдут успешно, если пленник явится на них еле живой.

Альфа задумался, шнуруя свою рубаху.

— Телом он цел.

Поежившись от прохладного ветра, Сокджин поспешил натянуть на ноги штаны.

— Лишь телом? А духом?
— А духом он провел целую зиму подле моего любимого братца.
— Что ж... Будем надеется, что старший принц будет доволен и целостью тела.

Закончив с одеждой, но не спеша обувать сапоги, желая дождаться супруга, альфа присел на скамью, наблюдая за сборами мужа.

— Твой запах стал куда слаще. Совсем скоро ты вновь потечешь.
— Да. И я рад, что вы вернулись до того, как это произошло.

Приложив к груди сначала одну рубаху, а потом вторую, принц спросил:

— Какая красивее?
— Они обе тебе к лицу.

Недовольно насупившись, омега топнул ногой.

— Но не могу же я надеть обе!
— Разве есть разница? Ведь ни одну, ни вторую не будет видно под шубой.

Тяжело вздохнув, Сокджин достал из сундука третью, в конечном итоге не выбирая ни одну из двух предыдущих.

— Ничего вы, Княже, не понимаете!

Волк подпер кулаком подбородок, не в силах сдержать смешка и глупой улыбки. Увлеченный своим отражением в маленьком зеркальце, омега тянул трубочкой губы, прислоняя к мочкам ушей уже третью пару сережек.

В груди волка плавилось золото. Разливалось тепло.

Крепла любовь.

******

Плетя из соломы и веток маленьких человечков, ласка, вместе с близнецами, подвешивали их на стены и окна. Облаченные в яркие кусочки ткани, сшитые омегой на скорую руку, игрушечные куклы заполнили дом за считаные часы.

— Зачем они нужны?

Приподняв одного из малышей на руки, чтобы помочь ему дотянуться до края окна и повесить очередного человека, спросил южанин.

— Так на севере принято. Солома и дерево впитает в себя за этот день все плохое, что затаилось в углах дома или шатра.
— Значит, это... оберег?

Пригладив взъерошенные волосы на макушке одного из сыновей ладонью, Юта кивнул.

— Вечером, когда зажгутся костры, мы соберем их всех и сожжем. Чтобы следующая зима была счастливой и доброй к нашей семье.
— А это обязательно? Сжигать их? Пусть подольше повисят! Побольше грязи соберут!

Сказал южанин, взяв одного человечка из плетенной корзины и вешая его по выше на дверь. Ласка рассмеялся.

— Обязательно. Если не сжечь всех кукол, то все плохое, что они успели собрать, останется в доме. И тогда может случиться беда.
— Тогда нужно их пересчитать! Чтобы точно ни одной не забыть.

Ответственно подошел к этому альфа, тут же начав считать глазами маленьких кукол.

— Думаю...

Наблюдая за бегающими друг за дружкой близнецами, сказал ласка чуть тише.

— Асами позволит тебе пойти с нами на костер. Праздник ведь.
— На костер? К паукам?

Не скрывая блеска в глазах, в надежде переспросил Чонгук.

— Да. Сегодня там и вороны будут. Темный лес празднует вместе. Весна объединяет север и племена. Это праздник жизни, тепла и мира.
— Мне уже нравится этот праздник, коли он позволит мне встретиться с тем, кого я люблю.

Сжимая кулаки в нетерпении, прошептал принц.

******

Княже оказывается прав, не успевает принц до конца одеться, как в их шатер входит недовольно фырчащий лис. Поглаживая живот через толстую шубу, Мино старался выглядеть сердито и грозно, но своим комичным видом вызывал на лицах принца и волка лишь снисходительные улыбки.

- Солнце уже давно встало!

Укоризненно заворчала южная ведьма.

— Вы, Княже, перед общим собранием еще должны проверить с мастерами все шатры в Шаро на прочность! Не забыли? Скоро снег начнет таить, нужно знать, что ни один из шатров не развалился за зиму. А вы, принц!
— А что я?
— Вы уже подготовили речь для общего собрания?

Не понимающе хлопнув ресницами, Сокджин вопросительно взглянул на мужа.

— Общее собрания? Разве сегодня полная луна, чтобы проводить собранье омег?
— Нет, не омег, а всех вместе. Ох, точно! Я ведь совсем забыл Вам сказать.

Не став терять времени зря, волк поднялся со скамьи, завязывая поясом шубу.

— Я пойду. Дело и, правда, не терпит ожидания.
— Ступайте, Княже. Я обо всем позабочусь.

Уверил альфу лиса, подавая юному принцу теплый, вязанный свитер.

Оставляя мужа в надежных руках, северянин покинул шатер. Сокджин недовольно надулся, смотря покидающему жилище супругу вслед, не желая прощаться.

— Я пойду в рубахе и шубе! Сегодня тепло!
— Ничего подобного. Если солнце светит — это не значит, что морозы север оставили.

Строго впихивая в руки принца свитер, зашипел лис.

— Но в нем я буду огромный, словно бочонок! Ни шеи, ни талии!
— Зато в тепле. А ну одевайте, столько дел еще, столько дел! Вы северу нужны здоровым и сильным, а не дрожащим от холода.

По опыту зная, что спорить с заботливым лисом бесполезно и чревато, западный принц послушно натянул на себя мягкий, уже слегка изношенный за зиму свитер.

— Так что там с собранием?
— Ох, точно. Я не сказал, потому что думал, что у нас еще есть пара дней, но раз уж Княже принял решение провести праздник весны так скоро...
— Не торопись и объясни все по порядку.
— Собрание альф и омег объединяется лишь один раз за двенадцать лун, перед праздником нового года. Чтобы подвести итоги и обсудить важные для Шаро вопросы.
— Вот как. Значит, это очень важное собрание...
— Да. Иногда бывают и исключения, когда собрания объединяются, чтобы обсудить что-то очень серьезное или случившиеся неожиданно. Например, летом Князь созывал альф и омег, чтобы объявить о помолвке с Вами.
— Ох! Значит, мне нужно успеть подготовиться к нему до вечера?
— Нет, вечером будет общий костер. У нас всего пара часов, пока Княже обходит Шаро. Эти собрания долгие. Тянутся до темноты. Потому, обычно, пока главы племен совещаются, северяне готовят все к празднику.
— Пара часов?!

Воскликнул принц, подскакивая со скамьи.

— Как же мне все успеть? Ведь, получается, всего один раз в году смогу я донести что-то до собрания альф! Это же нужно столько всего припомнить, столько всего сказать...
— Для этого я и здесь. Чтобы помочь.

Не смотря на ворчания Мино под ухом, к собранию юный принц вновь меняет свои одежды. Шелковую рубаху, покрытую сверху белым мехом, украшает плетенный из кожи пояс и серебряные драгоценности, что, словно искрящийся водопад, спадают вниз с шеи и кистей его рук, сверкая и отражая свет. Подбирая на пальцы самые подходящие из многочисленных своих колец, Сокджин тихонько повторяет себе под нос речь для собрания, что он придумал куда быстрее, чем собирался.

— И не забудьте напомнить о школе.
— Я помню, Миноари, помню.

Изучая свое личико в зеркале, юноша еще раз прошелся по губам ягодным соком, делая их алее.

— Нам уже пора выходить, а вы еще не обуты!
— До шатра альф идти всего ничего, успеем. Не суетись.

Отложив все в сторону, уже не успевая убрать в сундуки, Сокджин поднялся со скамьи у печи, доставая из шкатулки последнее из украшений, но самое важное - диадему. Ту самую, что подарил ему принц пауков.

— А нам и не к альфам в шатер, а к омегам. Общие собрания всегда проходят именно там.
— Правда? Почему так? Из уважения к своим мужьям?
— Ага, как же.

Фыркнул лис, усмехнувшись.

— В шатре омег чисто и строго. Все устроено для того, чтобы обсуждать важные дела и не отвлекаться.
— А в шатре альф?

Практически на бегу ныряя ножками в свои сапоги, спросил Сокджин, позволяя лису накинуть на его плечи теплый платок. С вышитыми на нем красными и оранжевыми цветами.

— А в шатре альф все устроено лишь для того, чтобы пить.

Шагая по Шаро в сопровождении южной ведьмы, сын короля с интересом разглядывает северян, что украшают селение в преддверии праздника. Даже дети не сидят без дела, помогая отцам и папам.

— Будут ли на костре обряды, о которых я ещё не знаю?
— Да, но о них Вам расскажет и Князь.

Перед входом в шатер, Сокджин замирает. Поправляет платок на плечах, диадему вплетенную в черные, словно северная ночь, волосы и делает глубокий, медленный вдох.

— Вы справитесь, мой принц.
— Конечно же, справлюсь. Иначе и быть не может.

Уверенно отвечает омега, пряча дрожащие от волнения руки в рукавах шубы.

Никто не должен разглядеть его слабости.

— Я принц Запада и супруг Князя. Я не имею права на страх или ошибку.
— Не говорите так. Даже Боги иногда ошибаются. Не взваливайте на свои плечи столь много.
— Ты слишком добр ко мне, Мино.
— Вам кажется. Ругаю я вас куда больше, чем хвалю.

Выправив плечи и подняв подбородок, юный принц распахнул полы шатра собраний, делая первый шаг. Разговоры собравшихся внутри стихли. Лицо юноши обдало теплом. Все ждали только его. Войдя внутрь вместе с лисом, Сокджин устремил свой взгляд к мужу, что сидел на мягкой подушке в другом конце шатра.

— Мой Князь.

Склонил принц в поклоне свою голову, не замечая никого вокруг, кроме супруга. В ответ, альфа снял волчью голову со своей головы, тем самым позволяя юноше продолжить свой путь, мимо сидящих северян и сесть с ним рядом.

Закрыв за ними тяжелые ткани, дабы не выпускать из шатра тепла и не впускать ветра, Миноари прошел к остальным омегам.

Собрание главных, пусть и стало сегодня едино, все равно было разделено незримой чертой. По правую руку от Князя устроились на мягких и теплых шкурах альфы. По левую от северного принца - омеги.

Борясь с желанием коснуться супруга, по которому уже успел соскучиться за эти часы, Сокджин занял свое место во главе шатра, рядом с ним и осмотрел всех присутствующих острым и строгим взглядом.

Лишь наедине с мужем мог он позволить себе капризы и слабость. Перед главными альфами и омегами севера же Сокджин был натянут, словно струна. Величественен и серьезен. И все в нем, от жестов рук до наклона головы, говорило о текущей по его венам королевской, особенной крови.

— Зима для всех нас была не простой.

Начал Князь, наконец, дав общему собранию ход.

— Но мы пережили ее без страшных потерь, сохранив мир и жизни наших детей. Как главный альфа волчьего племени и как Князь, я благодарен каждому из вас за труд и преданность союзу племен.

Альфы закивали головами, одобряя слова и похвалу избранного ими когда-то правителя.

— Прежде, чем обсудить все, что касается Шаро и деревень близ него, будет правильно сначала рассказать всем о том, что происходит в темном лесу. И почему мы так торопимся с праздником.

Сокджин нахмурился, внимательно слушая мужа.

— Как всем вам известно, в начале зимы принц темного леса поймал у граничных скал юношу, что представился одним из сыновей короля Юга. И все эти луны он находился под его присмотром, среди пауков. Когда мы были там на охоте, Седжин из племени кабанов, которого я отправил к граничным скалам, следить за подготовкой к ярмарке, прискакал в темный лес, чтобы сообщить мне срочную весть. Ему даже пришлось прервать ради этого паучью свадьбу.
— Тэхен наверняка пришел в ярость.

Позволил себе высказаться в слух главный альфа медвежьего племени. Пропустив это мимо ушей, Князь продолжил:

— Седжин сказал, что к граничным скалам, вместе с торговцами, прибыл второй принц Юга. Старший наследник.
— За братом или за войной?

Подал голос один из старых, уважаемых советом омег. Муж главного альфы племени ласк.

— За братом. Но, коли брата он не увидит, то, думаю, он захочет обнажить меч. Я этого не допущу. Потому и тороплю праздник, дабы обмен случился как можно скорее.
— Обмен?

Переспросил ласка.

— Младший принц в обмен на мир. Мы поставим наследнику трона условие, чтобы защитить Север от войны с Югом в будущем.
— Разве принц может принимать такие решения? Он ведь еще не король.
— Может.

Ответил за мужа Сокджин.

— Он старший альфа, имеющий приоритет в праве наследования. И, насколько мне известно, уже достиг возраста зрелости. Любое подписанное слово совершеннолетнего наследника имеет вес и такое же право, как и указ Короля.
— А если он не согласится?

Сузив глаза, Сокджин поправил на плечах шубу, ослепляя всех собравшихся блеском одетого на нем серебра.

— Согласится. Коли хочет вернуть брата живым.

С гордостью в голосе, Князь продолжил за супругом, не дожидаясь новых вопросов:

— Переговоры с принцем будет вести мой муж. Его с малых лет учили грамоте и мастерству дипломатии. Но, во избежание опасности, к скалам с нами отправятся сильнейшие из воинов Шаро. Если южанин захочет обнажить меч - я снесу с плеч его голову. Как и голову его брата.

В шатре собраний повисла недолгая тишина, главы племен обдумывали сказанное Князем, не зная, как относится к внезапно возникшей угрозе.

— А что же принц пауков?

Спросил вожак кабанов.

— Альфы, что вернулись с охоты, поговаривают всякое. О том, что Тэхен южанина околдовал.
— Южанин влюблен в паучьего принца. Это чистая правда. Я и сам стал тому свидетелем. Но это ничего не меняет. Он отправится назад, на Юг. Вместе со со своим братом.
— И Тэхен его отпустит?
— Отпустит. Коли нет - я заставлю его отпустить. Но это не то, что должно волновать вас относительно темного леса. Есть куда более тревожные вещи. Прибыв туда на охоту, пауки сказали, что Чимин из лисьего племени покинул Север вместе с одним из пауков.
— Чимин? Оставил Севере? Он бы никогда так не поступил.

Возмутился главный альфа лисьего племени, что когда-то перенял это звание у бывшего Князя - отца хитрой и уважаемой всем Шаро лисы.

— Мне бы тоже не хотелось в это верить, но Асами и его вороны все подтвердили.
— Не мог же он... Не мог же он поступить так лишь из-за злости и ревности? Не верю!

Большая часть северян устремили свои взгляды к Сокджину, словно лишь он виноват в том, что персиковый омега оставил свой дом. Супруг Князя сомкнул зубы крепче, сжимая в кулаках мех своей шубы.

— Уверен, что у него были причины, чтобы так поступить. Обращаясь сейчас к вам, как к собранию союзного племени, я хотел бы попросить вас быть благосклонными. И принять его обратно в Шаро, коли он однажды захочет вернуться.
— Правила для всех одни, Князь.

Нахмурив седые брови, сказал главный альфа племени ласк.

— Вы правы. Но, как Князь, я очень прошу вас об этой милости. Хотя бы в благодарность за все то, что Чимин делал для северного народа все эти годы.

Чувствуя, как где-то внутри него, у самого сердца, что-то больно скребёт, Сокджин сжал мех между пальцев ещё сильней. Так, что костяшки его побелели.

Он злился.

И на Чимина. И не себя. И на Князя.

Внутри него все дрожало от отвращения и обиды.

В огромном котле его чувств кипело множество противоречивых эмоций.

Как же сильно его раздражало то, что сделал сейчас его любимый супруг. Князь севера. Главный альфа волчьего племени... Просил милости для своего бывшего любовника. Унижался сам, ради его прощения.

Но при этом, чувствовал он и восхищение. Как же добр был его супруг. Как же заботлив и справедлив.

Но перевешивало, сминая все в ком и взбираясь на самый вверх всей этой бури внутри него, лишь одно чувство. Знакомое омеге слишком уж хорошо.

Ненависть. К самому себе.

Ведь как бы не старался, не мог принц задушить в себе эту ревность. Как бы не доказывал ему Князь свою любовь, не мог Сокджин до конца ей поверить.

Боялся предательства. Измены и боли.

И за это сам себе был противен.

Семья, о которой он всегда в тайне мечтал, была убежищем. В ней цвели доверие, ласка, поддержка и сила.

Сможет ли их с Князем семья стать такой?

Если понадобиться, то Сокджин на собственное горло наступит, чтобы так все и было.

Ласка. Поддержка. Сила.

Д о в е р и е.

— Предлагаю проголосовать.

Разрушив тишину, промолвил принц немного хрипя. Будто бы через силу.

Взглянув на мужа, Намджун вдруг очень сильно захотел его коснуться. Поблагодарить за поддержку. Но вовремя отдернул себя.

— Пусть поднимут руки те, кто согласен простить Чимину этот проступок.

Разжимая одну из ладоней, юный принц первый потянул руку к украшенному разноцветными тканями потолку.

Вслед за ним поднял руку Князь.

Потом Миноари.

И весь общий совет.

— Полно. Так и подступим, коли лис воротится домой.

Сказал Князь, опуская свою ладонь, полностью довольный решением северян.

— Это ещё не все, что я должен рассказать относительно темного леса. Тэхен окутал владения пауков своей силой.
— Окутал?
— Поставил какой-то барьер, внутри которого никто не может перекинуться в зверя.
— Но магия у пауков при этом никуда не исчезла?

Спросил вожак племени лис.

— Да. Нам пришлось охотится, не используя силу. Это было опасно для молодых альф.
— Это уже не похоже на детские игры!

Возмутился глава племени кабанов.

— Если все так, как вы говорите, то следующая охота в темном лесу может закончиться для всех альф смертью! Зачем ещё он такое сотворил, если не для убийства воинов союзных племён?!
— Принц тёмного леса уверил меня в том, что все это лишь для защиты его пауков.
— И вы верите ему, Княже?
— Нет.

Не думая, честно ответил вожаку лисиц волк.

— Но и обвинить ни в чем не могу. Охота пусть и была сложна, но прошла без потерь. И пауки никак ей не мешали.
— Тёмный лес кишит ядовитыми, жуткими тварями. Охота в нем всегда была не легка. А теперь, не имея возможности перекинуться в зверя, наши сыновья будут открыты им, словно плод зимнего клена на белом снегу.
— Я понимаю это. Но такого решение Тэхена, как вожака.
— И как же нам тогда быть?

Вмешался в диалог новый голос - муж главы медвежьего племени, папа столь любимого принцем Ендже.

— Мы сократим количество охот в лесу. Оставим лишь три. Одну в начале зимы, одну в конце и одну летом.
— Но тогда Шаро не хватит запасов!
— Хватит, если этой весной мы посадим больше семян и вырастим больше скота. К тому же, мы можем сделать упор на ловлю рыбы. И увеличить продолжительность охоты на территории вне темного леса в тёплое время.

Ответил за Князя Сокджин.

— К разговору о урожае и скоте мы ещё вернёмся.

Обратился к мужу волк.

— Но мой супруг прав. Нам пора перестать надеяться лишь на охоту в тёмном лесу. Я понимаю ваши страхи и недовольство, но... Не будет ли для союза так даже лучше?

Обдумывая слова Князя, северяне в шатре притихли. Воспользовавшись этим, Намджун снова заговорил.

— Хватит об обители пауков. Поговорим о том, что имеем. За эту зиму в Шаро прибавилось молодых воинов. Это достойно гордости и хвастовства. Так же, обойдя сегодня с мастерами все шатры и амбары, я остался доволен. Было правильным решением укрепить их железом в прошлую зиму. В кузницах, если верить словам Якито, тоже дела идут хорошо. Новые мечи для молодых воинов готовы, как и товар для Ярмарки. Хворь, что подкосила многих щенков на псарне в начале зимы, прошла. И новый помет родился здоровым. Шаман выхаживает больных щенков отдельно, говорит, что многих ещё можно спасти. Хорошо, если так. Мне бы хотелось сколотить весной побольше упряжек.
— Гонец из ледяных пещер ещё не прибыл с вестями?
— Нет. Зима была холодная, думаю, нам ждать его ещё пол луны, если не больше. Конечно, хотелось бы узнать, как пережили метели живущие там племена.
— Главный альфа барсов собирался наведаться к ярмарке, насколько я помню.

Почёсывая бороду, задумчиво сказал вожак ласк.

— Да вы оба ели на ногах стояли, когда он это говорил!

Зафырчал на старого мужа супруг с другого конца шатра.

— Мало ли что он тебе обещал на пьяную голову.
— Хорошо, если так. Брасам, как и остальным племенам союза, в Шаро всегда рады.

Прервал перепалку Намджун, обращаясь к юному принцу.

— Был ли ты в деревнях близ Шаро, пока мужи севера охотились?
— Да, Княже. Был.

Собравшись с мыслями, припоминая все, что репетировал вместе с Мино в шатре, Сокджин продолжил уверенно и громко:

— Во всех трёх деревнях, что я посетил, все главы желают Вам здоровья, а союзу племён процветания. Зиму селения снесли без потерь. И караваны с рыбой и мехом, что вы направили в разгар холодов, добрались до всех трёх деревень. Я был счастлив услышать, что в каждой из них есть хотя бы один омега, что сейчас на сносях.
— Это чудесно. Они хорошо себя чувствуют?
— Да. Но я позволил себе выделить для них немного еды и скромных подарков.
— Как дела с их ремеслом?
— Главы селения кузнецов уварили меня в том, что к ярмарке готовят множество хороших товаров. Как из дерева, так и из железа. К тому же, в подмастерье у одного из них, появился талантливый ювелир. Я бы хотел пригласить его в Шаро, чтобы он мог показать свои работы и порадовать украшениями омег.
— Добро. Что насчёт скота? Готовы ли лошади, что я обещал твоему отцу в качестве свадебного подарка?
— Да, мой Князь. Жеребцы молодые и крепкие. Главный альфа деревни так же показал мне их амбары с коровами, свиньями и курами. Сейчас голов там не много, они плохо плодятся в условиях столь холодной зимы. Но после повторного утепления всех построек, их здоровье заметно улучшилось.
— Хм... Честно признаться, когда пару зим назад мы купили в Западной деревушке у граничных скал несколько этих животных, я многого не ожидал. Что ж, это приятные вести. А что насчёт урожая?
— В деревне земледелов все надеются на тёплое лето. Главный альфа планирует расширить поля и теплицы. Но для этого им нужно больше рабочих рук, я обещал, что поговорю с Вами и советом об этом.
— Сколько северян ему нужно?
— Хотя бы с десяток.
— Не проблема, отправим к ним молодых воинов. Тренировать мышцы в поле лучше всего. К слову, о них. Много ли альф и омег изъявило желание обучаться мечу и охоте?
— По одному или несколько с каждой деревни. Но... Мне бы хотелось поднять один важный вопрос на этом совете.
— Какой же?

С интересом взглянул на супруга северный Князь.

— Я забрал из этих деревень всех беспризорных детей. Их родители отошли к старым Богам, а жители селений, хоть и помогают, чем могут, но не успевают следить за ними или заботится.
— Ты забрал их в Шаро?
— Да. Поселил в шатре, что принадлежал сыну бывшего Князя. Чимину. Но лишь на время, пока не решу их судьбы.
— И что же вы хотите делать с этими сиротами?

Подал голос омега из племени кабанов.

— Я предлагаю отстроить для них несколько крупных Шатров у края диковинного леса. В Шаро, насколько мне известно, тоже есть дети, лишенные родительской ласки. А ещё, я уверен, что среди союза племён найдутся и старики, о которых тоже некому позаботиться. Пусть старики и дети живут в этих шатрах вместе. Молодые станут ухаживать за старыми, а старые следить за молодыми. На Западе существует много подобных сиротских приютов.
— Но мы не на Западе. Это Север. И здесь лишь твоя воля и сила решает жить тебе или умереть.

Рявкнул на принца вожак племени лис. Взглянув на него, Сокджин сузил глаза, возвращая своему взгляду надменную холодность и стальную уверенность.

— Мне казалось, что Север и так уже потерял достаточно своих детей, чтобы продолжать совершать те же ошибки.
— Полно.

Остановил их пререкания Князь.

— Забота о тех, кому это нужно - дело достойное. Но сможем ли мы давать им достаточно еды и вещей? Твоя доброта меня утешает, но, прежде чем решать нечто столь важное, нужно было обсудить все проблемы.
— Я понимаю это, Княже, и прошу прощения за подобную вольность. Но как же я мог, видя этих детей, просто пройти мимо и не подать им руки нашей помощи? К тому же, никто и не говорит о том, что они просто сядут Шаро на шею. Мы дадим им работу, с которой они смогут справляться.
— С какой же работой справятся дети и старики?
— Да мало ли работы в Шаро?!

Возмутился молчавший до этого Мино, поглаживая свой живот.

— Старики могли бы помогать молодым папам с младенцами, кто же знает все про это, как не они? Готовить детям еду, шить одежду! А дети? Да их хоть куда! Пусть с омегами по весне ягоды, да плоды собирают. Стирают вещи, помогают в кузнецах! Были бы руки, да желание. А работа найдётся.
— Хорошо. Идею я одобряю. Есть ли среди альф и омег Шаро не согласные?

Если главные альфы и были явно не довольны придуманным принцем, то омеги восприняли предложение с интересом и теплотой, тут же принявшись между собой обсуждать, как все лучше устроить.

— Добро. Тогда завтра я поговорю с мастерами и велю им возвести несколько больших шатров.

Довольный исходом юный принц не стал скрывать лёгкой улыбки, что коснулась его губ от радости и облегчения.

— Есть ли у собрания Шаро что-то важное или срочное, что требует нашего обсуждения? Все ли хорошо в племенах?

Вопрос Князя был встречен молчанием.

— Тогда на этом общее собрание завершено. Северяне наверняка уже подготовили все к пиру и празднику. Давайте же встретим весну.

Вожак волков уже хотел было подняться со своего места, дабы дать обсуждению прошедшей зимы официальный конец, но тут, сидящий с ним рядом юный супруг громко «ойкнул».

— Что такое?

Спросил волк, полустоя согнувшись.

— Я... я про школу сказать забыл.

Краснея щеками от повисшего в воздухе напряжения и неловкости, вымолвил принц.

— Ну, как же ты так, душа моя...

С нежностью смотря на вмиг растерявшего всю свою холодность и уверенность омегу, прошептал Князь.

Шатёр собраний наполнился смехом.

С наступающим вас, маи харошие 💖💖💖
Надеюсь, что Новый год будет в миллион раз лучше, чем предыдущий!  Всем шампанского, мандаринов и вкусных салатиков!

С любовью, Обер.