AU «СЕВЕР»

Чимин открывает глаза нехотя. В тесной и сырой каюте темно и холодно. Выдохнув пар изо рта, лис выбирается из под вороха шкур, накиданных на деревянное подобие кровати. Они в пути уже почти два дня.

Интересно, как далеко теперь от него север?

Свесив ноги на пол, омега несколько секунд рассматривает свои ступни, обтянутые шерстяными носочками.

У него в груди пусто.

Это дыра. Большая. С ровными краями. Аккурат у солнечного сплетения. Лис чувствует ее как-будто физически. Как-будто на самом деле.

Княжеский сын делает глубокий вдох, до тех пор, пока легкие не начинает жечь и суёт ноги в стоящие рядом сапожки.

Лиса все чаще возвращается мыслями к Шаро. Знакомому с детства диковинному лесу, поднимающемуся к самому небу костру посреди селения, своему шатру и... Князю. Любил ли он Намджуна на самом деле? Или он любил не волка, а саму мысль об этой любви? О том, чтобы быть кому-то нужным и близким.

Толкнув тяжелую дверь, омега выходит в тесный, маленький коридорчик.

Намджун всегда был с ним рядом. С самых первых дней. Оберегал, поддерживал, дарил тепло и ласку. Чимин был уверен в своём будущем и предназначении. Он собирался стать хорошим мужем, воином и мудрым правителем. Каждый в Шаро пророчил лису долгие годы жизни и теплоту семейного очага. Их с Князем. Общего. Быть может, даже несколько ребятишек. Намджун ведь их любит.

Чимин скривился, отгоняя от себя дурные воспоминания.

Может, оно и к лучшему? Хотя бы не придётся рожать.

Значит, вот как это ощущается? Крах всех планов на будущее и надежд?

Пустотой в груди?

Кто он теперь? Сын мертвого правителя? Бывший любовник? Предатель, якшающийся с пауками?

Раньше, открывая глаза поутру, лис знал, кто он есть. Кем он будет. И кем умрет. Теперь же, поднимаясь с постели, омега видит лишь руины и пыль. Все, что принадлежало ему, теперь в руках у другого.

Он должен был стать мужем Князя. А стал никем.

Где-то глубоко в сердце, под густым слоем самообмана и страха быть отвергнутым, Чимин всегда это знал. Намджун никогда его не любил. Быть может, лишь только как друга и брата. Лис убеждал себя в обратном годами. Говорил: нет. Любит. Конечно же, любит. Как же иначе? Они ведь столько зим рядом. Столько зим вместе. Они ведь должны пожениться. Все в Шаро так считают! Они ведь должны...

Чимин обманывал себя каждый день. Потому что правда была горькой и страшной. Правда рушила все его планы на будущее и всякие ожидания.

Но с появлением в их жизни западного принца, омеге пришлось это признать.

Намджун его не любил. Никогда.

Стало ли от этого признания самому себе ему больно? Нисколько. Он ведь и так это знал. Страшно? Ещё бы.

Наверное, Чимин тоже его не любил. По крайней мере, не достаточно сильно. Ведь ему было тяжело отпускать не мужчину, а титул.

Исподтишка наблюдая за тем, как Князь, как бы невзначай и украдкой, касается носом волос своего маленького супруга, лисица вздрагивал, отвернувшись. Волк касался его потому что желал, а не потому что был должен.

Мино говорил, что оно к лучшему. Их расставание. Говорил, что они никогда бы не сделали друг друга счастливей. Чимину на счастье как таковое было глубоко наплевать. Его душу терзала обида и злость.

Ведь принц отнял не его альфу, западный омега забрал и присвоил себе всю его жизнь.

Он был бы не прочь до самой старости оставаться несчастным. Пусть! Нет любви? Как-нибудь переживёт! Намджун мог его даже не нежить - это уже давно было для лиса не важно. Но он не смел забирать у Чимина его законное место.

Место своего супруга, правителя белых земель.

Место, которое он заслужил.

Волк стал Князем лишь благодаря ему и его отцу! Лишь потому что Чимин поддерживал его все эти годы. И что теперь? Он больше не нужен? Выброшен из шатра на снег, как старая шкура? Заменён на новую. Заморскую, да побелей.

Чимин до самого конца стремился сохранять достоинство и гордость. Не показывать ревности. Не показывать боли. Не показывать истинных чувств. Вести себя подобающе мужу Князя.

Но... Какой в этом смысл? Коли никогда ему уже мужем Князя не быть?

Лис любил свой дом. Вечная мерзлота была его сердцем. Пропитывала своим морозом все его естество. Он любил север до последней своей слёзы и истошного крика.

Чимин северянин.

Омега смеётся себе под нос.

Северянин, покинувший север.

Приоткрыв соседнюю дверь, лис просунул голову в темноту чужой каюты, поморщившись, наблюдая за сидящим над ведром пауком.

- Утро доброе.

Издеваясь, сказал он Сину, получая в ответ острый, как нож, взгляд.

После того, как они оказались на судне, выяснилась одна очень интересная и тешущая злорадство Чимина вещица. У приспешника паучьего принца была морская болезнь.

- Сгинь прочь.

Прошипел Син, мучаясь от тошноты и головокружения.

- Ну, зачем же так грубо?

Усмехнувшись, пропел лиса.

- Нам осталось плыть всего ничего, каких-то дней восемь. Неужели так невыносимо терпеть?

И засмеявшись, успел захлопнуть дверь за секунду до того, как в неё прилетел чужой, старательно заточенный кинжал. Все ещё тихонько посмеиваясь, омега поднялся на залитую утренним солнцем палубу, поглубже вдыхая морской воздух. На горизонте больше не было видно северных скал. Со всех сторон маленькое, восточное судно окружала лишь только вода.

Подойдя к деревянному борту, лисица принялся разглядывать отражающиеся в морской глади солнечные лучи, чувствуя, как холодный бриз обдувает непокрытые ничем уши и щеки. С каждым часом, что они отдалялись все дальше от белой земли, становилось теплей.

- Сегодня Вы ещё печальнее, чем вчера.

Раздался за спиной Чимина голос их капитана. Омега не вздрогнул и даже не повёл бровью. Он и до этого чувствовал его присутствие на палубе, потому совсем не удивился. Стоящий за штурвалом паук был немногословен, но если и говорил что-то, то всегда делал это ровно и очень спокойно.

Иногда лису казалось, что Хэсу был абсолютно лишён всяких эмоций.

- Мое настроение тебя заботит?

Обернувшись, спросил у альфы Чимин. Паук на его вопрос ничего не ответил, лишь пожал плечами, выравнивая штурвалом их одному только ему известный курс.

Хэсу, как и все пауки, был мужчиной красивым. Чёртово племя, рождённое «завлекать». Чимин не спрашивал у альфы о его зимах, но был точно уверен, что тот, пусть и ненамного, но старше их Князя. Значит, пауку было чуть больше или чуть меньше тридцати.

- Вчера ночью корабль сильно качало. Был шторм?

Обняв себя руками, спасаясь от зябкого ветра, решил сменить тему лиса.

- Да, но совсем маленький. В восточных морях самые разрушительные цунами и бури. По сравнению со всеми штормами, что я видал на своём веку, вчерашний был легким бризом.
- Расскажи мне про Восток.
- Что именно вы желаете знать?

Чимин недовольно фыркнул, облокотившись спиной о борт.

- Все. Я ведь никогда там до этого не был.
- А я никогда не бывал на белой земле. Потому и не могу знать того, что вы знаете, а что нет.

Подумав несколько секунд, лиса сказал:

- Я знаю, что на востоке сильные воины. И что у них заключен мир с западом. Знаю, что там делают чай и бумагу. А еще зеркала, игральные карты... И шелк, хоть мне и не нравятся восточные ткани. Южный шелк куда красочней и приятней.
- На востоке много что делают.

Оставив штурвал, шагнул к нему альфа.

- Это не очень большое, но сильное королевство.
- Чем ты занимаешься?
- Я рыбак.

Помолчав несколько секунд, Чимин снова спросил:

- Но лишь только по твоей осанке я точно могу сказать о том, что ты умеешь управляться с луком и стрелами.
- Я больше предпочитаю копье.

Согласно кивнул омеге паук.

- На востоке военная служба - обязательна. В двенадцать лет каждый альфа обязан вступить в королевскую армию. И имеет право уйти из неё лишь дожив до двадцати пяти лет. После этого возраста альфа либо продолжает служить и добиваться военных высот, либо находит себе другое занятие.
- И ты стал рыбаком.

Приподняв бровь, сделал вывод омега.

- У меня получалось это лучше всего.

Хмыкнув, лис отвел взгляд, стараясь не думать о том, что паук подошел к нему уже совсем близко. Но все-таки сохранял между ними дистанцию, не желая доставлять северянину дискомфорт.

- А что же омеги? Чем занимаются они на востоке?
- Домом. Детьми. Творчеством и медициной.

Раздраженно скривившись, Чимин заглянул Хэсу прямо в глаза:

- Значит, в королевскую армию их не берут? Какой бред. На севере любой, и омега и альфа, имеет право стать воином.
- Но восток - это не север, мой господин.

Вздрогнув, лиса поджал губы, тут же опустив глаза в пол.

- Я тебе не господин.
- На востоке очень жесткая система иерархии. И в этой цепи, вы, сын Князя, стоите куда выше, чем я.
- Я был им на севере. Но не здесь. Не в море и тем более не на востоке. Уж не знаю, что за легенду приготовил для меня Тэхен, но в ней я точно не являюсь северным принцем.

Скрестив руки за спиной, устремив свой взгляд на морской горизонт, альфа ответил:

- Я не многое знаю о том, что приготовил для вас властитель пауков. Лишь то, что мне было позволено знать... Но пусть вы и не будете принцем для всех остальных альф и омег востока, вы все равно останетесь им для меня. Ведь я знаю о том, кто вы на самом деле.

Зажав в кулачке мех своей шубы, уголки губ лисы стремительно поползли вниз, а голос стал тише.

- Не говори так. Даже я сам больше не знаю, кто я...

Грубо перебив омегу, альфа, казалось бы, впервые показал Чимину свои эмоции.

- Вы сын северного Князя. Принц севера. Мой господин.

Что-то внутри лисы из-за слов альфы - сломалось. Треснуло.

Ах, как же он был разбит.

Уверяя самого себя в том, что он в порядке. В том, что он сильный и может встретить все невзгоды достойно. В том, что ему не нужно ничьё одобрение...

Чимин забыл о том, как был юн.

Слаб. И избалован любовью.

Любовью северного народа. Заботливых, хоть уже и покойных родителей. И Князя. Не настоящей и скорей дружеской. Но по-настоящему нежной и доброй.

В открытом море порывистый ветер пронзал его тело, словно тысяча мелких иголок. Здесь не было северного народа. Здесь не было духа его предков и племени. Здесь не было Князя.

За чертой белой земли, Чимин был никем.

Как бы не пытался лисица от этого убежать, как бы не старался переделать себя - это было его естество. Чимин был таким с самого первого крика. Как он считал сам - жалким.

Нуждающимся.

Зависящим от чужой любви.

Он льстил, обманывал и притворялся другим. Только бы расположить к себе побольше доверчивых душ.

Чимину было необходимо, чтобы его любили.

Он должен был быть нужным. Важным. Хоть кому-нибудь. Хоть одному человеку. Потому что без этого... Разбивался, словно тающий лёд.

Но теперь каждый, кто любил его, остался далеко позади. И поэтому лис ощущал один лишь холод и пустоту.

Вот, значит, как ее начинают? Новую жизнь? С руин, сметённых рукой со стола, чтобы освободить поверхность для новой постройки. С чистого, выбеленного до боли в глазах, листа.

Без старых привязанностей. Обязательств. Чувств. Надежд.

И без старой любви.

- Холодно...

Выдохнув пар, признался омега.

- Я заварю для вас чай.

Ответил паук, согревая заботой его бедное, разбито сердце. Пустое и полое. Нараспашку открытое и жаждущее новой любви.

Наверное, это было нечестно. Лис был так отвратительно жаден. Он питался любовью других, но никогда не дарил свою им в ответ. Не доверял до конца даже Намджуну и... Оказался прав.

Чимин хотел, чтобы его любили. Жаждал чужого тепла, объятий и ласки. Коллекционировал восхищенные вздохи, признания, похвалу и искренность других, словно драгоценные камушки. Складывая их глубоко внутри себя, будто в шкатулку.

Но не собираясь дарить кому-то свои камни в ответ.

Эгоистично? Возможно.

Зато безопасно.

С самого детства омега боялся, что останется без этих камней. Много он уже таких повидал. Тех, кто раздарил кому попало свои драгоценности и остался ни с чем. Беден и одинок. И ничто больше не могло заставить глаза таких людей сиять, ведь блестящих камней в их душе не осталось.

Но все те вздохи и привязанности, что он всю жизнь собирал, вдруг рассыпались. Испарились. Исчезли.

В ту же секунду, как только он пересёк границу белой земли.

Подняв глаза к небу, щурясь от яркого солнца, лис представил себе пустой стол. Гладкий и чистый.
А на нем шкатулку. Большую и новую.

Открытую, в ожидании новых камней.

Чимин знает себе цену. Он сын Князя. Принц севера. Один из сильнейших омег вечной, необузданной мерзлоты.

Он рыжая, хитрая лиса.

Чимин способен заполучить столько любви, сколько захочет. Способен склонить к своим ногам любого, кого пожелает. Заставить каждого смотреть ему в след. Восхищённо вздыхая и мечтая коснуться.

И не важно теперь ему, где их собирать, эти драгоценные камни. Не важно, будет ли ему дарить их правитель белой земли, волк, медведь, паук или человек. На севере или на востоке.

Он наполнит свою шкатулку до самых краев, чтобы наверняка. Чтобы никогда больше не остаться пустым.

Чтобы глаза его прекрасные. Хищные, с вертикальным зрачком.

Сияли даже в ночной темноте.

******

Князь остановил жеребца на безопасном расстоянии от густой стены из деревьев темного леса. Последовав его примеру, позади его спины встали повозки и альфы шаро. Поправив на голове волчью голову, привычным молчаливым приказом, Намджун попросил двух сильнейших воинов слезть со своих лошадей и выйти вперёд, обращаясь в огромных медведей.

В ожидании пауков замерли они, не сводя глаз с поднимающейся на двадцать метров вверх стены.

Спустя четверть часа, наконец, показались вдали огни фонарей. Четверо пауков, доверенных принца темного леса, шагали к ним из темноты. Магией раздвинули они перед собой колючие ветви, ступая на снег.

Осмотрев собравшихся северян, самый старший из них стукнул по земле своей палкой, похожей на посох, да произнёс громко и внятно. Так, чтобы даже с такого расстояния мог его Князь услышать.

- Зачем союз пожаловал в тёмный лес?

Расправив плечи, Намджун так же четко ответил:

- Я - Князь белых земель, привёл к вам своих воинов на первую весеннюю охоту.

Осмотрев всех собравшихся, паук снова спросил:

- Сколько всего северян ты привёл в тёмный лес?
- Семь дюжин.

Сосчитав голову каждого, паук вновь стукнул по снегу посохом, заключая:

- Хорошо. Восемьдесят четыре северянина войдёт в тёмный лес сегодня. Не больше. А сколько выйдет из него решат Боги.

Вытянув вперёд ладонь, жестом отозвал Намджун обратившихся воинов. Опасность миновала. Перевернувшись в людей, мужи вскочили на лошадей и последовали за жеребцом Князя прямиком в обитель пауков.

На душе у волка было не спокойно.

В прошлый раз они покинули тёмный лес в спешке. Тэхен прогнал их, охваченный яростью из-за смерти одного из пауков. И пусть виноваты в этом были вороны, а не альфы Шаро, не мог Намджун отрицать, что есть в той трагедии и частичка его собственной вины. Никак не мог он предугадать, чего ожидать от младшего брата на этот раз. Злится ли он до сих пор из-за смерти того бедного юноши? Наверняка, да. Но захочет ли мстить? Вот, в чем главный вопрос.

К тому же, очень уж волновался Намджун о пленнике и Чимине. Особенно о Чимине. Большую часть зимы не видал он лису и не мог знать, как поживает здесь, среди пауков, его друг и бывший любовник.

Знай милый принц о том, как сильно на самом деле волнуется о лисице Намджун - точно бы устроил скандал.

Мысли о муже заставили уголки губ Князя невольно поползти вверх. На сердце стало теплее и слаще. Всего лишь несколько дней были они в разлуке, но уже чувствовал волк по супругу тоску.

Цуан, глава медвежьего племени, что ехал от него на корпус лошади позади, неожиданно подал голос:

- Воняет.

Сказал он, сморщившись и Князь прекрасно понял о чем тот толкует. В воздухе, среди деревьев, покрытых паутиной, было скоплено столько магии, что, казалось, можно было ее потрогать.

- Не нравится мне это, Княже.

Намджун нахмурил густые брови и поджал губы, но ничего не ответил, терпеливо следуя за идущими впереди омегами прямиком в поселение пауков, ведя за собой северян.

Самое главное сейчас - это по прибытию найти Асами и Чимина, да обо всем происходящим их расспросить.

******

Нанося уголь на глаза, паучий принц осмотрел себя в тусклое, старое зеркало. Косу, занятый чисткой пёрышек на его любимом чёрном плаще, лишь изредка бросал на правителя скромный взгляд.

Один из дремлющих до этого на потолке пауков, вдруг встрепенулся и спустился вниз по паутине, причисляясь лапками прямо на плечо синеволосого омеги.

- Вот как...

Сказал Тэхен вслух, в последний раз проводя углём по нижнему веку.

- Значит, Князь уже прибыл.

Закончив с доверенной ему работой, мальчишка бережно накинул плащ на плечи правителя, поправляя особо привередливые, некрасиво торчащие пёрышки.

- Ко.

Позвал его Тэхен, облачая свои пальцы в серебренные кольца разных размеров.

- Да, мой принц?
- Позови южанина в тронный зал.

С того разговора у костра минуло уже несколько дней, но ни разу ещё не виделись они, несмотря на все попытки альфы любимого разыскать. Заранее зная, благодаря своим паукам, куда направляется Чонгук, Тэхен менял свой маршрут в противоположную от юноши сторону.

На ужасно раздражающие - потому что задевающие - вопросы Косу, паук отмахивался и, смеясь, отвечал, мол, избеганием своим он подогревает чужой интерес! Пусть с нетерпением жаждет их встречи, что б совсем голову от паука потерять!

Самому же себе, со стыдом, омега мог честно признаться - боялся. Глаз его. Голоса. Запаха. Чувств.

И того, что сам по отношению к южанину испытывает.

Он сказал ему, что все это не имеет никакого значения. Что все, что между ними было, нужно оставить в мире теней. Позабыть. Но понимал, что и сам того сделать не сможет. Разве что память себе же стереть! Какой стыд.

Ах, как же мог он так неосторожно и глупо влюбиться в этого до ужаса смешного мальчишку?!

Наивного. Открытого на распашку перед всем миром. Чистого настолько, что в глазах рябит.

Усмехнувшись своему отражению, Тэхен поднялся с табурета, выйдя из своей тесной спаленки и по узкому коридору зашагал к тронному залу.

Прав был Син. Насквозь его, как и всегда, увидел. Сразу распознал те еще не окрепшие, но уже начинающие зарождаться чувства в его груди.

Тэхен был пауком. И это было его главным проклятием.

Никто, кроме детей темного леса, не знает, как важна она для их жизни и силы. Любовь. Как влюбчивы они и хрупки перед ее светом и зовом.

Ведь именно от неё и рождается их такая ужасная, пугающая даже для северян, магия.

Она питается их любовью.

Потеряв папу, долгие годы питал свою силу он чувством противоположным, но настолько же сильным и разрушительным. Ненавистью. К брату. К северу. К альфам.

Он ненавидел Намджуна так же сильно, как и любил.

Тэхен был беспощаден и жесток к каждому, кто не носил в себе паучью кровь. Топил в крови чужаков и других племён своё подземелье. При этом вплетая в косы детей леса ленты, с щемящей нежностью наблюдая за их улыбками и слушая смех.

Принц пауков не позволял себе даже мысли о иной любви. О любви к альфе. До дрожи ему было от таких мыслей противно. До тошноты.

Каждый северянин, которого встречал он в своём лесу, вызывал в нем только лишь злость и отвращение. Принц пауков думал, что так будет всегда. До последнего его вздоха. Не сможет он никого больше полюбить и принять. И это омегу устраивало.

Тэхёна пугала сама мысль стать к кому-то привязанным.

А потом в его лесу зацвела хвоя.

Прогнав из головы ненужные мысли, омега вздохнул, поудобней устраиваясь на костлявом троне.

Как бы не желал он избавиться от зародившихся внутри чувств - пока этого делать было нельзя. Не мог Тэхен полностью оттолкнуть от себя южанина. Не мог он его и убить.

Ведь было у него то, что омега страстно желал.

Слёзы.

Ах, кто бы мог подумать, что так будет. Бесполезный мальчишка. Король без короны.

Зато слёзы искреннее, полные сострадания и любви. Людские.

Прикрыв глаза, откинувшись на костлявую спинку, принц пауков прислушался к чужим шагам. Быстрым. Нетерпеливым.

К дыханию. Сбитому. Полного волнения и жажды.

И сердцу. Стучащему в чужой груди. Бешено.

В одном ритме с его.

Альфа остановился у подножья каменной лестницы, ведущей к принцу пауков, не смея без разрешения ступить выше.

Тэхен приоткрыл очи, рассматривая румяного из-за бега юношу сквозь ресницы.

Будучи совсем маленьким, омега любил всех вокруг. Каждого. Так отчаянно желало детское сердечко нежности и тепла. Желало его дарить и получать. Папа и брат были его главной отрадой. Акио любил над младшим сыном посмеиваться, мол, волю дай, даже чужака полюбит.

Да уж.

Как говорят, шутки шутками.

- Тэ...

Нетерпеливо выдохнул южанин, жадно рассматривая возвышающегося на троне омегу. Тэхен склонил голову к плечу, открывая его взгляду тонкую шею и сверкающие в ушах украшения.

Смотри лучше. Наслаждайся. Запоминай.

Влюбляйся сильней.

- Князь изволил прибыть.

Холодно и сухо начал омега, в то время как альфа шумно проглотил накопившуюся во рту слюну.

- Будет на тебя смотреть. О всяком расспрашивать...
- Не волнуйся.

Перебил паука Чонгук.

- Ничего ему не скажу.

Выдержав паузу, обдумывая чужие слова, Тэхен прищурился, нервно постукивая по подлокотнику ноготками.

- Будешь молчать - он ещё больше начнёт сомневаться.
- Я скажу, что пауки хорошо заботились обо мне. И что дни свои в темном лесу я коротал скучно и однообразно.

Поднявшись с трона, омега начал медленно спускаться вниз. Стук каблучков на его кожаных сапогах эхом ударялся о стены пещеры.

- Ты не должен говорить даже о магии. Иначе Князь потребует, чтобы я стёр твою память.
- Я ничего не скажу!

Тут же заволновался альфа.

- Только не стирай...

Остановившись прямо напротив южанина, паук протянул к нему руку, подушечками пальцев касаясь правой скулы.

- Будь хорошим мальчиком, закуска. И тогда я тебя награжу.

Шумно выдохнув, Чонгук прикрыл глаза, наслаждаясь его теплом. И вслед за касанием прижался щекой к ладони Тэхёна.

- Я не дурак... И понимаю, что мне нельзя говорить обо всем, что я видел... Я обещаю. Поэтому будь спокоен.
- Вот и хорошо.

Ответил паук, собираясь убрать руку и поскорее покинуть тронный зал, но был пойман южанином за запястье. Альфа держал его не сильно, так, чтобы омеге не было больно, но крепко. Давая понять, что просто так не отпустит.

- Что ты делаешь?

Тут же напрягся Тэхен, готовясь выпустить яд и шипы.

В груди у него все сжалось и заболело. Быть пойманным альфой для него было не приятно и страшно.

И не важно, кем этот альфа был.

Незнакомцем или возлюбленным.

- Аванс.

Облизав пересохшие губы, уверенно ответил сын короля.

- Я хочу получить свой аванс. Раз уж за хорошие поведение ты обещаешь дать мне награду.

Застыв на месте, абсолютно поражённый не ясно откуда взявшейся наглости, Тэхен захлопал глазами.

- Я даже не сказал тебе, что это за награда.
- Это не важно.

Подойдя к омеге вплотную, выпалил юноша.

- Важно лишь то, что ты знаешь... Какой я хочу аванс.

Заглянув в глаза южанина, Тэхен почувствовал, как быстро вдруг забилось в груди его собственное сердце.

- Да ты наглеешь не по дням, а по часам! Давно ничего не ломал? Ещё хоть шаг и я...

Затараторил омега, опуская взгляд в пол, только бы не видеть больше в чужих очах всего это трепета, нежности и желания.

- Прошу тебя...

Прошептал южанин, сжимая его ладонь в своей.

Тэхен замолчал. И дыхание его так непозволительно и предательски сбилось.

Выдавая паука с головой.

Коснувшись лба омеги своим, Чонгук ждал разрешения. Поглаживая его пальцы в своей руке, альфа наблюдал за сменой эмоций на чужом лице и наконец-то...

Чувствовал себя живым.

Эти несколько дней были пыткой. Самой настоящей. Даже то, как истязал его когда-то в подземелье паук больше не казалось таким страшным, как это. Телесную боль Чонгук переносил куда лучше, чем его безразличие.

Выждав несколько секунд, наслаждаясь теплом омеги, альфа снова зашептал:

- Тэ...

Шумно выдохнув, будто решаясь, паук поднял голову, скользя своим носом по чужому - так близко были они к друг другу сейчас.

И первый припал к его губам.

Поцелуй омеги казался невесомым и мягким. Будто прикосновение кисточки или пудры. Сухие губы Тэхёна были тёплыми и упругими.

Сердце Чонгука забилось о рёбра от счастья.

Запах жженого сахара стал отчётливей. Слаще. Мешаясь в воздухе с хвоей.

Неуверенно, изо всех сил надеясь на то, что не разозлит этим возлюбленного, Чонгук притянул паука ближе за талию, не давая тому отстраниться и целуя настойчивей.

- Ммх...

Не ожидая такого напора, издал тихий стон паук, цепляясь пальцами за мех накинутой на плечи альфы шубы.

Чонгук сминал его губы своими, изредка проводя по ним горячим языком, явно надеясь на то, что омега поймёт и откроет для него рот, но Тэхен не поддавался.

- Все...

Зашипел он спустя несколько минут, когда почувствовал, что дыхание его стало тяжёлым. И когда воздух вокруг них начал казаться ему уже не холодным и свежим, а горячим и плотным.

- Хватит.

Уперевшись ладонями в грудь мужчины, разорвал Тэхен их поцелуй.

- Ещё хотя бы...
- Нет.

Строго и жестко отверг южанина омега.

- Это ведь аванс. А не награда.

—ПАМЯТКА—

! Обязательно посмотрите FMV "North 2.0". Я потратила на его создание почти полгода. В видео вы сможете найти визуализацию четырёх королевств.

! Важно знать перед просмотром. В этом FMV, в отличии от первого, я не стала мешать все королевства в одну дорожку, а разделила их. В видео (помимо коротеньких вставок перед каждым из них), королевства идут в следующем порядке:

1. Юг
2. Север
3. Восток
4. Запад+Север

[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]