AU «СЕВЕР»

Опуская тряпку в холодную воду, Князь выжал ее несколько раз, после обтирая лицо и шею супруга. Принц крепко спал, сломленный жаром. Знахарь, что разводил в котле травы, изредка поглядывал в их сторону, недовольно качая головой.

- Винишь себя, Княже?
- Да.

Честно ответил волк.

- Оно и верно. Привез на Север дитя умирать. Северные болезни для тебя - пустяки. А для него - верная смерть.
- Я думал, что ему нездоровится из-за расцвета.
- И потому тоже. Он слаб. Истощен. Откуда взялись бы силы бороться?

Сняв котел с огня, знахарь налил горячий отвар в чашу.

- Ты, Князь, тоже выпей. Болезнь и в тебе, наверное, уже сидит, пусть для твоей жизни она и не страшна. Не пускай никого больше в шатер, особенно глупого лиса. На сносях к больному лезет! Что за дурак!

Принц закашлял так сильно, будто бы легкие пытался выплюнуть. Альфа сжал руки в кулак, приподнимая голову мужа, чтобы тот в кашле не задохнулся.

- Лекарства все здесь. Скоро буря начнется, так что я Вас оставлю. Коли жар не спадет, холоди его кожу снегом.
- Ему все хуже и хуже...
- Мальчишка юн. Гляди, коли зиму переживет, попривыкнет с годами. Детям перенести северную хворь легче.

Собрав вещи, знахарь помог напоить принца лекарством и после покинул шатер. Мари улегся рядом с омегой на шкуру, мокрым носом тычась в горячую руку и тихо скуля. Погладив волка за ухом, Князь поднялся с постели, чтобы набрать чистой воды. Оставив Шаро на Седжина, уже третью ночь не покидал он супруга.

- Княже...

Голос принца сиплый, почти что не слышный. Сломленный хворью.

- Да, душа моя? Я здесь.
- Пить...

Напоив омегу, альфа помог ему сесть, подложив под спину подушки из меха, набитые перьями. Сокджин сам их отшил, скучая по западным удобствам и мягким перинам.

- Я снова уснул?
- Тебе нужно много спать. Сон лечит болезнь лучше всего.
- Простите за то, что Вам приходится...
- Что за глупости? Выкинь их из своей головы. Ты мой муж и я виновен в том, что не смог тебя уберечь.

Коснувшись губами горячего лба, альфа задержался рядом лишь на мгновение, желая не отпускать, но от близости его тела принцу было лишь еще более жарко и душно.

- В моей болезни нет Вашей вины. Разве виноваты Вы в том, что я, рожденный на Западе, не смог справиться с северной хворью?
- Виноват. Ведь это я забрал тебя из родного дома.
- Перестаньте. Ваша злость на себя причиняет мне боль.

Не сумев побороть слабость, принц снова уснул уже спустя пару минут. Измученный переживаниями, Князь покинул шатер, чтобы осмотреть Шаро перед началом бури с пригорка, на котором он располагался. На улицах были лишь альфы, что укрепляли дома льдом, омеги и дети давно ждали внутри.

Нахмурив брови, альфа недовольно рявкнул, увидев бегущего к нему, сквозь снег, лису.

- Мино! Почему ты не в своем шатре?!
- Не гневайтесь, Княже! Я лишь отдам Вам кое-что и сразу уйду!
- На месте Седжина, я бы тебя уже на цепь посадил.
- Ах, Княже, если бы цепь могла меня остановить, кабан непременно бы уже давно это сделал. Вот, возьмите-ка, а то тяжело.

Забрав из рук омеги тяжелый, теплый котелок, альфа заглянул внутрь.

- Я отварил принцу картошки. Он ее любит.
- Спасибо. А то знахарь сказал, что всему виной порченное болезнью мясо.
- Как он?
- Хуже.
- Ваш побитый взгляд ему поправиться не поможет, так что кончайте скулить.
- Я не должен был ему поддаваться и слушать...
- Я и сам многого не заметил, охваченный свадебными заботами. Не один лишь Вы виноваты.
- Я знал, что что-то не так. И хотел отвести его к знахарю еще тогда, когда мы вернулись из темного леса. Но его расцвет прошел, жар спал и он начал есть то, что ты готовил. Он сказал, что хорошо себя чувствует и даже прибавил в весе... И вот, что случилось.

Положив ладонь на плечо волка, лис грустно улыбнулся.

- Наш принц намного сильнее, чем Вы все считаете. Он не даст оборвать свою жизнь таким способом. Не в эту зиму. Вам нужно лишь в него верить.
- Я обещал себе...

Вдруг начал Князь тихо, будто тайной делясь.

- Когда впервые его увидел. Там, возле умирающей лошади, в центре начинающейся бури... Такого юного и хрупкого. Я обещал его защищать. Пусть не любить, но заботиться. Я лишил его родительской ласки. Дома. И выбора... Потому что хотел объединить Север. Заставил выйти за нелюбимого на другом конце света. Я пообещал себе заботиться о его жизни. Но даже с этим не справился.
- У него никогда его не было, Княже. Выбора.

Убрав руку, Мино оглядел взглядом Шаро. Снег заметал крыши шатров, предвещая сильную бурю.

- Не вышел бы за Вас, был бы отдан другому.
- Я чувствую, как сердце болит.
- Вы его любите. Сам того не зная и не желая - полюбили.
- Я думал, что мои чувства к нему - это ложь. Меня поразила его красота. И ум. Но я думал, что все это лишь долг. Обещание, которое я дал. Ответственность. Забота и ласка виделись мне извинением.
- Когда извиняются, Княже, дарят подарки. А не целуют и прижимают к груди. Принц тоже хорош. Вы оба - запутавшиеся дети. Даже метка не способна заставить любить. А вы свято в это уверовали. Клеймо лишь принадлежность, мнимое собственничество и ничего нет в нем, кроме боли и обязательства быть с помеченным. Вы с принцем так боитесь признаться в искренности своих чувств, но в то же время и так их желаете, что прикрываетесь выдуманными вещами. Вы хотите, чтобы был шанс уйти. Путь для побега. Чтобы, коли любовь причинит боль - оправдаться. Сказать, что все это было не правда. Вы внушаете себе, что это лишь долг. Обещания. Метка. А он, что любит не Вас, а само чувство любви. Он одинок. И хочет быть нужным. Хочет быть любимым. Потому и придумал себе влюбленность, твердо себя в ней убедив... Но я ведь вижу... Принц любит Вас по-настоящему. Но так сильно боится предательства, что не позволяет себе в это поверить. Я не всегда буду рядом, Княже, чтобы учить. Не тратьте драгоценное время, что отмерит Вам Север на побег от любви. Он не подарит Вам счастья. Я то знаю. Не тратьте жизнь на обиду. Тэхен отдал ей душу и посмотрите, что вышло. Не убегайте от правды и не бойтесь признавать чувства. Хотя бы рядом с тем, кто Вам обещан Богами.
- Как много ты еще знаешь? Сколько всего видишь?
- Я вижу лишь то, что мне позволяют увидеть, мой Князь. И не всегда это что-то хорошее. Не может быть счастья без горя и жизни без смерти. Но принц будет дарить Вам радость еще не одну зиму... Он - часть Вашей души. Вы рождены друг для друга.
- Я никогда не верил в судьбу.
- Но любовались северными цветами, коими он пахнет с самого детства. И если когда-нибудь отправитесь Вы на Запад, то увидите во дворе его замка цветущий сад с гранатовыми деревьями. Знаете, Княже, я рожден на Юге. И все в Шаро за это меня не любили. Мне всегда казалось, что это не справедливо. И сейчас я чувствую облегчение. Ведь если я лишь чья-то ошибка, гость, которого не приглашали, то Вашего супруга сюда позвали старые боги. Сами. Они раскрыли перед чужаком парадные двери.
- Значит, Северяне всегда ошибались? В том, что остальные королевства и люди в них - враги. Об этом ты хочешь сказать?
- Это не я о том говорю, Намджун. Сам Север об этом кричит.

******

Гладя огромного паука, что устроился на острых коленях, наслаждаясь мягкими прикосновениями принца, Тэхен возвышался над южанином, сидя на троне.

- Так-так-так... Значит, снова не слушаешься?

Альфа, стоящий перед синеволосым на коленях, поморщился, чувствуя остроту ножа, приставленного слугой к его горлу.

- Я лишь хотел подышать воздухом. Даже от пещеры далеко не ушел.
- Надо было дать лихорадке тебя убить. Мертвым ты бы точно никуда не ушел.
- Мертвым - я бы не смог тебя развлекать. Признай! Без меня тебе скучно.

Самодовольно улыбнулся нахал, вызывая у Сина смешок. Но заметив грозный взгляд правителя темного леса, слуга тут же сделал каменное лицо.

Жестом приказав пауку отпустить пленника, принц откинулся на костлявую спинку трона, вздыхая.

- Ах, у меня сегодня нет настроение даже на то, чтобы с тобой поиграть.

Поднявшись с колен, альфа отряхнулся от пыли и паутины.

- Что-то случилось? Кто испортил тебе настроение?

Надув губки, Тэхен опустил реснички, смотря на млеющего от его поглаживаний паучка. Син поклонился правителю и удалился, оставляя принцев одних.

- Видишь ли, закусочка, меня никогда не приглашают на свадьбы.
- Почему?
- Даже не знаю. Может быть, им не нравятся мои подарки?
- Не грусти, принц...

Сделав пару смелых шагов ближе к трону, сказал южанин.

- Обещаю. На моей свадьбе ты будешь самым главным гостем.
- Самым главным? Это как?
- Разве может быть жених не главным на свадьбе?

Цокнув, паук закатил глаза.

- Ты наглеешь не по дням, а по часам, мальчишка.
- Я смело говорю о своих желаниях.
- Твои желания мне мало интересны, южанин.
- Почему? Не нравлюсь?
- Я омега Севера. А Север жесток даже к своим, что уж говорить про чужаков.
- Но все же... Ты не отрицаешь того, что я тебе нравлюсь.
- Любишь придираться к словам?
- Люблю быть прав.

Позволив южанину подойти еще ближе, принц выпустил из рук паука. Тот явно был недоволен и фыркнул, грозно взглянув на альфу. Южанин удивленно вскинул бровями. Разве пауки умеют фырчать?

- Какой толк мне выходить за короля без короны?
- Король или нет - я все еще принц.
- И что же? Готов даже принять моих деток?
- Твоих деток?

Принц скривил губы в нервной улыбке.

- Позволь уточнить... Это тех, что на лапках и с паутиной?
- Да. У меня их очень много. Не уверен, что звезд на небе больше, чем их.
- Оу, ну...
- Что? Передумал? Слышали, дети?

Засмеялся омега, смотря на то как с потолка один за другим спускаются огромные пауки.

- Вы ему не нравитесь. Что же ты за отец, южанин? Такой жестокий!
- Вовсе нет! Я... Я считаю их довольно милыми. Когда они меня не трогают.
- Полно.

Сказал принц пауков, резко поднимаясь со своего трона. От неожиданности, Чонгук, что почти забрался к нему по ступеням из костей и черепов, отшатнулся и, не сумев удержать равновесие, упал.

- Я голоден.

С гордо поднятой головой прошагав весь путь от трона до дверей, цокая каблучками на кожаных сапогах, паук остановился и обернулся, поправив на плечах плащ из перьев. Южанин распластался на полу, потирая ушибленный при падении зад.

- Ну?

Спросил правитель темного леса.

- Идешь? Или хочешь остаться и поближе познакомиться с моими милыми детками?
- Не-не-не! Как-нибудь в другой раз! Я иду!

Усмехнувшись, паук вновь отвернулся и, не дожидаясь южанина, продолжил свой путь, тихо шепча под нос:

- Глупая закусочка...

******

- Давай же, не упрямься, тебе нужно поесть.
- Не хочу... Не то снова стошнит.
- Не стошнит. Жар ведь немного спал.

Сокджин воротил нос от миски с картошкой, прикрываясь подушкой. Буря почти отступила. Четыре дня и ночи Князь выхаживал его не выходя из шатра.

- Все равно...
- Ешь!

Сдавшись, принц все же убрал подушку, послушно протянув ладошки к миске с едой, но есть так и не начал.

- Что такое?
- А ложку? Я не Вы, Княже, так картошку есть не могу!
- Все эти дни с моих рук ел и не жаловался.
-Я был в бреду! И ничего не помню! Дайте ложку!

Усмехнувшись, Князь поднялся с постели, открывая сундук принца в поиске приборов, кои специально для него еще давно отлили из серебра.

- Чего это Вы улыбаетесь?
- Раз капризничаешь, значит, тебе уже лучше. Вот и улыбаюсь.

Достав ложку, Князь на мгновение пригляделся, увидев, как в сундуке что-то блестнуло, но принц вдруг снова зашелся кашлем, выронив из рук миску. В одно мгновение оказавшись рядом, альфа утер кровь с уголков его губ, когда приступ омегу, наконец, отпустил. Убрав с постели испачканный едой мех и миску, Князь укрыл принца своей собственной шубой.

- Дать воды?
- Нет... Уже прошло...

Поцеловав омегу в лоб, волк хотел снова отойти к сундуку, но принц обнял его, тихонько прося:

- Не уходите. Полежите рядом со мной.

Послушно выполнив просьбу молодого супруга, Князь позволил омеге устроиться головой на его руке, носиком уткнувшись в крепкую грудь.

- Когда Вы рядом - боль отступает. Расскажите мне что-нибудь, как вчера.
- Понравились мои охотничьи истории?
- Очень. Ваш голос... Он успокаивает.

Альфа любовно коснулся губами чуть горячего виска, поглаживая омегу по худенькой спине. Метка омеги приятно заныла, гранат заполнил пораженные болезнью легкие, будто бы исцеляя.

- На одной охоте, когда мне было пятнадцать зим...

Начал свой рассказ Князь.

- Пятнадцать? Вы были лишь на две зимы младше меня сейчас. Интересно, как Вы тогда выглядели?
- Завидным женихом я тогда не был.

Засмеялся альфа, заставляя улыбнуться и мужа.

- Так вот... Я и еще трое альф Шаро...

Принц засопел спустя всего пару минут.

Князь осторожно убрал с его лица длинную челку, любуясь подрагивающими во сне длинными ресничками мужа.

- Выздоравливай скорее, мой принц...

Прошептал волк, крепче обнимая супруга.

- Без тебя мне этот мир будет уже не мил.

******

Наблюдая за тем, как Тэхен магией сплетает ветви между собой плотнее, делая темный лес еще неприступнее, Син поджал губы, подавая принцу перчатки. Израненные силой ладони кровоточили, будто бы обожженные.

- Вы себя совсем не жалеете.
- Хочу скорее закончить барьер.
- Зачем?
- Зима наконец-то вступила в свои права.
- Да. И потому бояться нечего. Никто не заявится в темный лес во время бури. Барьер можно закончить весной.
- Нет. Так мне будет спокойнее. Вскоре я покину темный лес.

Шокировано распахнув глаза, паук засеменил вслед за правителям по тропинке.

- Как? Куда? В бурю?!
- Не волнуйся, Син. Я не покину северных границ.

Застыв на месте, вдруг что-то осознав, слуга ухватился за плащ принца, чуть ли не плача:

- Вы, верно, с ума сошли!
- Отпусти. Я знаю, что делаю.
- Нет! Не знаете! Все это лишь глупые сказки! Вы там ничего не найдете!Да даже если и найдете, то что будете делать?! Прошу.... Тэхен, одумайся. Хватит...
- Хватит?! Ты забыл? Забыл, что Север сделал с тобой? Со мной? Не смей просить меня прекратить!

Вырвав свой плащ из рук верного друга, Тэхен отвернулся, до крови прикусывая губу.

- Я столько лет копил силы... Не для того, чтобы остановиться. Наконец-то все идет так, как нужно...
- Позвольте хотя бы... Отправиться с Вами.
- Нет. Ты останешься, чтобы защищать темный лес.

******

- Что ты делаешь, южанин?

Интересуется омега, поставив руку на подлокотник трона и подперев ей лицо. Альфа сидит у его ног, что-то упорно рисуя на полу куском природного мела.

- Это эскиз. Я рисую браслет.
- Ты умеешь делать украшения?
- Да. Меня и брата с малых лет обучали ювелирному делу. Мастера уверяли отца, что это тонкое искусство воспитает в нас терпение и точность к деталям.
- И как? Воспитали?
- В брате - да. Он ужасно дотошный! А вот со мной что-то не получилось...
- Какой он? Юг?

Отложив мел, Чонгук сел поудобнее, на секунду задумавшись.

- Он... разный. Для богачей Юг подобен раю. Но для бедных... Там жизни нет.
- На Севере выживает не богатый, а сильный.
- Но золота и серебра у Вас, как я вижу, в достатке.

Улыбнулся южанин, оглядев паука с ног до головы, цепляясь взглядом за многочисленные цепи, браслеты, брошки и кольца.

- Мы на него ничего не меняем. Это для Вас золото - деньги. Для Северян - это лишь украшение. Красота.
- Но, окажись ты на Юге, то с таким количеством красоты, был бы очень богат. И почитаем. Там людей встречают по звону монет, а не уму.
- Что ж, я это запомню... Но разве был бы я на Юге свободен? Ваши омеги сродни рабам. Не в моем характере кого-либо слушать.
- Да, это я уже понял. На юге омег воспитывают послушными...
- Чтобы угождать. Жить для мужа, а не для себя.
- Разве это так плохо? Ведь предназначение омеги в семье и в рождении детей. Наши омеги счастливы.
- Правда?

Язвительно усмехнулся паук.

- А ты хоть раз об этом их спрашивал?
- Нет, но...
- Я про Юг однажды уже слышал. И меня, честно говоря, чуть не вырвало. Так мерзко мне было. На Севере нет рабов и хозяев. А на юге, по-мимо настоящего рабства, каждый омега расценивается альфой, как вещь.
- У нас свои порядки и правила. У Вас - свои.
- Но... Ты предлагаешь мне стать твоим мужем, закуска. Так по каким же правилам мы будем жить? По моим? Или твоим? Ты всего лишь глупый мальчишка, который даже не знает цены своих предложений и слов. Ты эгоистичен и думаешь лишь о собственных желаниях. Тебя не волнуют жизни других. Будь то твои подданные, друзья или даже возлюбленный.
- Ты плохо меня знаешь...
- Скажи, у тебя есть гарем? Есть ведь? И что же ты будешь делать с ним, женившись на мне?
- Нет. У меня его нет.

Начиная злиться, прошипел альфа. Правда колола глаза.

- Но у твоего брата наверняка есть. Значит, у тебя тоже будет. Ведь знатные южани считают это признаком роскоши. Для Вас это, как букет цветов. Сорвали прекрасные бутоны, убив их и в воду поставили.
- Мы позволяем себе иметь несколько мужей и гарем, только тогда, когда точно знаем, что сможем уделить одинаковое внимание каждому.
- Да-да... Подарил подарок одному - дай его и остальным.
- Омеги в гареме моего брата всегда одеты, сыты и чем-то увлечены! Они любят его, а он любит их!
- Любят? Правда? Что же это за любовь такая, когда ты делишь своего альфу с другим? Никто из них его не любит. Они довольны тем, что могут от него получить. И только. Твой брат расценивает этих омег, как вещи. Они же в ответ, расценивают как вещь - его. Ах, этот великолепный Юг.
- А чем лучше Север? Убийствами? Невежественностью?
- Свободой. Но... Спорить не стану. Север ужасен не меньше. Как и Запад. Как и Восток.
- Тогда к чему этот разговор?
- Хочу узнать твое мнение. Что же со всем этим делать?
- Со всем этим?
- Видишь ли, мой брат хочет мира. И когда наступит весна, он отправит твоему дорогому отцу письмо. С требованием.
- Я в обмен на мир между севером и югом. Так?
- Так. Недавно он женился на западном принце. Ну, ты его уже видел. Тот, что тебя спас.
- Да. Видел...

Поморщился альфа, видимо вспомнив, сколько увечий нанес ему когда-то паук. И как вынужден был бороться за жизнь.

- Остается только восток. Но, думаю, найти предлог заключить мир будет не сложно. Так... Что дальше?
- В каком смысле? Мир. Что же еще?
- Четыре королевства. Разные традиции. Вера. Обычаи. Когда-то все ходили под одними богами. Старыми. Но три королевства решили, что у каждого из них будет свой собственный Бог. Как думаешь... Хотя бы на примере нашего с тобой союза, коли я решу за тебя выйти.... Пожениться не долго. Но разве стану я мириться с правилами южан? А ты с характером Северян? Конечно же, нет. Так, как скоро это произойдет, принц Чонгук?
- Что?

Спросил альфа, смотря пауку прямо в глаза.

- Как скоро мы друг друга убьем?

******

Князь ставит рядом с постелью чашу с чистой водой, вновь спрашивая супруга:

- Уверен?
- Конечно. Мне уже лучше, буря закончилась и Вам обязательно нужно быть на собрание, Княже. Идите, ничего со мной не случится.

Мари, чувствуя, что принцу нужна поддержка и ласка, улегся рядом с омегой на шкуры, пристраиваясь под боком. Альфа погладил волка за белым ушком, наказывая:

- Заботься о принце.

Сокджин улыбнулся, удобнее устраиваясь на подушках. Сильнее накрыв мужа шкурой, чтоб не замерз, Князь потянулся к его губам, но омега остановил северянина, приставив к устам альфы ладошку.

- Нельзя. Знахарь ведь сказал, что пока я не поправлюсь, Вам не стоит меня целовать. Не хочу, чтобы Вы заболели.
- Что за глупости?

Фыркнул альфа, возмущаясь, словно ребенок.

- Ни одна болезнь не заставит меня отказаться от твоих поцелуев.
- Но все же...

Не дав омеге договорить, Князь прижал его к себе крепче, сладким прикосновением припадая к устам.

—ПАМЯТКА—

ПЕРСОНАЖИ