AU «СЕВЕР»

Наблюдая за снующими туда-сюда омегами, что не стесняясь громко шептались, совсем распоясавшись в отсутствии Чимина, принц недовольно сжал кулаки. Словно без строгого взгляда персикового омеги он и не достоин был ничьего уважения.

Собрание омег Шаро сегодня начнётся с его праведной злости.

Сидящий рядом Мино, взволнованно укрыл его худые плечи тёплой шкурой, тоже недовольно фырча.

- Тихо!

Вдруг крикнул принц, обращая на себя внимания стариков и молодых.

- Я тут сижу, верно, ради забавы? Коли вы позволяете себя так вести. Собрание создано для обсуждения важных проблем и путей их решения, а на для сплетничества и бесполезного щебета. Или я не прав? Так, значит, омеги Шаро выказывают уважение своему принцу?

Северяне утихли, подняв на него глаза.

- Вы можете ненавидеть меня. Но с моим мнением и моими приказами вам придётся считаться. Я муж вашего Князя. И ничто этого не изменит, как бы не противен был вам этот факт. Теперь я Северянин. Омега волчьего племени. И я говорю вам заткнуться.

Склонив голову, шипя от злости, но все же подчиняясь, омеги Шаро расселись по своим местам, вокруг западного дитя, не издавая ни звука.

- Вы будете молчать, когда я говорю. И высказываться, когда я закончу. Многие из вас старше меня и мудрее. Знают и видели больше. Могут подсказать мне, как лучше и научить. И я хочу вас уважать. Но вы сами тому противитесь, вызывая мой гнев. Сын прошлого Князя изволил остаться в темном лесу. Не ищите в нем больше защиты. И если вы думали, что я позволю и дальше вам так к себе относиться. Что буду молча терпеть или побегу плакаться мужу, то вы ошибались. Я и без власти своего супруга способен вас приструнить, если то будет нужно. Я хочу править по-совести. Не заставляйте меня показывать когти. Нравится вам или нет, я ваш принц. Потому либо уважайте меня, либо покиньте Шаро. Я не стану заботиться о тех, кто плетёт против меня заговор и интриги. Я не так добр, как мой дорогой муж.

Взяв в руки чашу с ягодным напитком, принц оглядел каждого из собравшихся, что молчаливо повторили за ним, с собой борясь, но принимая. Слушаясь.

Сделал глоток, заставляя отпить других и был таков.

- Что ж. Поговорим о делах.

Собрание омег началось.

******

Звонкий смех стоял в Княжеском шатре. Пытаясь уйти от рук мужа, что безжалостно щекотал его ноги, принц вился змеей по мягким шкурам, замерев, когда пальцы заменили горячие губы, оттягивая вверх хлопок ночной рубахи омеги.

- Что ты устроил сегодня в шатре собраний?
- Лишь немного их попустил...

Тихо ответил супруг, губы кусая и из под ресниц наблюдая за тем, как поцелуи альфы опускаются на низ его живота.

- Давно пора. Больно расплясались они в последние зимы. Как альфе, сложно мне говорить строго с омегами. Но теперь есть кому их приструнить.
- Я ведь обещал стать достойным правителем.
- Ах, как бы мне на твоём фоне теперь не померкнуть. А то гляди скоро и альфы перед тобой колени склонят.

Улыбаясь, прошептал он жарко в шею Сокджина, тут же ненужную ткань с тела мужа срывая.

Впиваясь ногтями в сильные плечи любимого, принц облизал губы, ловя своим дыханием новый его поцелуй. Глубокий и влажный.

- Что ж...

Сказал омега, лишь на мгновение его разрывая.

- Я бы хотел взглянуть на то, как вы, Князь, стоите передо мной на коленях.

******

- Как тебе?

Спросил принц у слуги, пяльце с вышивкой к нему повернув.

- Очень похоже! Но я все же не понимаю, от чего вы так этим обеспокоены? Дети в Шаро рождаются часто.
- Но это будет первый ребёнок, которого я приму вместе с Князем. Хочу сделать ему подарок!

Присев рядом, Мино улыбнулся, наблюдая за очень сосредоточенным принцем, старательно вышивающим крестом на небольшом, белом платке.

- Уверен, это будет большой честью для его родителей.
- Твоему сыну я тоже сделаю. Обязательно!
- Я буду этого ждать.

******

Позволив лису покрыть свою голову расписной, тёплой тканью, принц взглянул на себя в отражении маленького, забранного с собой с Запада, овального зеркала, обрамлённого золотом.

- Все равно не нравится...
- Почему? Вы выглядите прекрасно.
- Точно! Сундук! Достань шкатулку из сундука!

******

Встретив мужа у шатра, в котором их уже ждали, как важных гостей, Князь замер, казалось бы, забыв, как дышать. Все больше и больше поражал его муж, что посетив тёмный лес и насмотревшись на пауков, прикипел душой к украшениям и расписным тканям. Облачённый в белые меха и синий, словно небо, платок, с расплывающимися по нему золотыми узорами цветов, омега был прекрасней сияния Севера. Щеки его на морозе красным горели, а губы алели от сока рябины. В мочках ушей сверкали серьги, что достались принцу от папы в наследство.

- Почему Вы молчите?

Расстроено надул губы омега, украшения в ушке касаясь.

- Не нравится? Снять?
- Нет. Очень красиво.
- Тогда Вы должны так и сказать, а не молчать, заставляя меня беспокоиться.

Дотронувшись до его щеки пальцами, Князь улыбнулся.

- Ничто не испортит твоей красоты.

******

Омега в шатре был ещё слишком слаб, чтобы подняться с постели, качая на руках младенца, с любовью и нежностью напевая малышу северную колыбельную. Альфа, с кованым из железа амулетом волка на шее, ждал их у входа, склоняясь в почтении.

Князь снял голову волка, с уважением относясь к этому шатру и семье, позволяя супругу первому пройти к младенцу. Как и требовал того обычай. Немного смущаясь, старательно повторяя про себя наставления лиса, омега подошёл к счастливому родителю, заглядывая в лицо малышу. Причмокивая маленькими губами, он спал, убаюканный пением и тёплом папы, вызывая у принца улыбку.

- Альфа?

Тихо спросил омега у кабана, различив на шее его амулет племени.

- Да...

Аккуратно передав ребёнка в руки правителя, он доверил принцу самое ценное и Сокджин чувствовал, как тяжела эта ноша. Как велика отвественность перед совсем ещё маленькой, хрупкой жизнью.

- Пусть холод Севера укрепит твои кости...

Прошептал омега, касаясь лба младенца губами.

- И бури его зим не дадут огню в твоём сердце угаснуть. Будь для отца своего гордостью, а для папы радостью. И не предай Старых Богов.

Ребёнок в его руках открыл глаза, с интересом блестящие серьги омеги рассматривая и Джин взглянул на мужа, что уже стоял рядом. Опустив два пальца в заранее подготовленную чашу с волчьей кровью. С кровью племени, чьё имя носил отец этого малыша. Князь коснулся ими поцелованного ранее мужем лба новорожденного альфы, рисуя круг.

- Будь защитой для слабых.

Сказал он, тоже любуясь ребёнком.

- Я принимаю тебя, как друга. Как брата и сына. Даю тебе свою руку и крышу под властью союзных племён.

Облизав вдруг пересохшие от волнения губы, принц повторил за мужем слово в слово, то, что он сказал, но чуть тише, нежнее.

- Отныне Север твой дом.

Не удержавшись и коснувшись маленьких пальчиков, омега затаил дыхание, наблюдая за ребёнком в своих руках и вложил в них белый платок.

- Отныне ты...

С вышитым на нем весенним цветком.

- Северянин.

******

Дни в паучьей пещере тянулись неумолимо долго и скучно. Юные омеги, что перевязывали его заживающие уже раны, больше не отвечали на провокации принца, словно немые и не было у Чонгука никаких других развлечений. Не знает он, сколько дней прошло в мучительном заточении, но раны его больше не кровоточили и сломанные кости, казалось, срослись, хоть и не крепко.

Приподнявшись с постели в одну из ночей, дождавшись, пока охраняющий его пещеру паук засопит, принц, хромая и придерживая рукой бок, где ныло сломанное ребро, тихонько направился к выходу.

«На Севере есть лес»

Раздавался голос старого нянечки в его голове.

«А в лесу пещера»

Двинувшись в чащу леса, терпя боль, альфа разглядывал обитель таинственных пауков.

«Волшебная»

- Так. Так. Так.

«Там ты найдёшь своего папу»

Спрыгнув с ветвей, паучий принц предстал перед ним, загородив южанину путь. На плечах его красовался неизменый, длинный, сшитый из перьев плащ, но ступни ног на этот раз были голы и кожа омеги касалась промёрзлой земли.

- Куда-то спешишь, закуска?

- Почему это я закуска?!

Подойдя ближе, Тэхен медленно и пренебрежительно его осмотрел, выдавая:

- А кто? Не полноценный обед не тянешь. Мелковат.
- Где это я мелковат?!
- Ой, брось, южанин, мне твои комплексы не интересны.

Ещё раз взглянув на его босые ноги, альфа громко сглотнул, заметив ползущего по обтянутым чёрной кожей коленкам, огромного, волосатого паука.

- Слушай, мне вот интересно. У тебя на меня чуйка какая? Куда не пойду - все то ты знаешь!
- Мальчик, это мой лес. И я могу слышать в нем каждый твой вздох. Видеть каждый твой взгляд. И чувствовать каждый твой шаг.

Приблизившись к альфе в плотную, паук растянул губы в усмешке:

- Видимо, король без короны хочет ещё раз почувствовать остроту моих ноготков?
- Это что получается, я уже и помочиться без твоего надзора права не имею?

Вдруг осмелев, спросил альфа. Разговор с Князем о сохранности его жизни, грел душу, придавая уверенности.

- Да и вообще? Что такого я сделал? Просто хотел прогуляться! Мне ведь куковать в этом лесу до весны!
- Не прикусишь свой язычок и снова будешь ссать под себя, как в темнице. Захотел туда вернуться? Могу это устроить. Ты пленник. Исключительно лишь по доброте душевной я оставил тебя в пещере. Но юный принц, видно, не ценит удобства, предпочитая крыс и кандалы.

Альфа неуверенно коснулся плеча паука указательным пальцем, как бы слегка его от себя отодвигая.

- В любом случае, я просто хотел погулять. На деревья полюбоваться. На небо. Сидеть в четырёх стенах неподвижно - невыносимо. Да и стоит ли Вам волноваться о пленнике, если Вы и так знаете его каждый шаг? Я ведь не пытаюсь сбежать или навредить. Просто дышу свежим воздухом, который чем-то, если честно, воняет...
- Кишками врагов.
- Ещё лучше. Это я к чему. Я всего лишь безобидно прогуливаюсь. Да и мне ли не знать, как тяжело бремя правления? У Вас наверняка много дел. Зачем тратить свои силы на то, чтобы мучить кого-то в темнице? Правильно?

Стряхивая с плаща паука невидимые пылинки, протараторил альфа.

- Но Вы правы, уже поздно. Мне стоит вернуться в пещеру. Пойду на прогулку завтра, когда рассветет. Доброй Вам ночи.

Натянуто улыбнулся юнец, разворачиваясь на пятках, больно резво для того, кто недавно был весь переломан, но не успел сделать и двух шагов, как за спиной раздалось:

- Стоять. Зубы заговорить мне решил? Ещё и на «вы» обращаясь? Откуда вдруг столько уважения?

Схватив южного принца за волосы, сжимая до тех пор, пока не услышал жалобный писк, омега процедил сквозь плотно сжатые зубы:

- Ты что-то скрываешь. Верно?
- Ничего! Я ничего не скрываю! Просто гулял! Отпусти!

Паук резко разжал пальцы и альфа рухнул на землю, прямо на тот бок, где все ещё ныло сломанное ребро, сдерживая крик от невыносимой боли, до крови губы кусая. Взглянув снизу вверх на паука, он увидел, как собираются у его босых ног ужасные твари, один другого больше, по паутине с деревьев спускаясь.

- Возвращайся в пещеру. И не вздумай свернуть с дороги. Мои дети тебя проводят. И учти, мальчик, их лучше не злить.

******

Сдернув с постели принца грязное одеяло, Сухо нахмурился, чувствуя с них ещё не выветрившийся аромат одного из наложников будущего короля. С каждым днём обоняние слуги становилось все лучше и он уже слышал не только запах своего Господина, но и других придворных.

Лучше б не слышал.

- Сухо! Ну чего ты там копаешься?

Подогнал мальчишку взрослый омега, что протирал пыль с мебели в покоях наследника.

- Все уже. Все.

Шмыгнул носом слуга, скидывая шелковые простыни и наволочки в огромный мешок, чтобы отнести их потом прачкам.

- Совсем забыл принести свежих цветов. Я схожу за ними, а ты открой окна, чтобы проветрилось.
- Хорошо.

Оставив юношу, омега вышел за двери комнаты принца. Она была скоромных размеров. Хосок не любил большие пространства, чувствуя себя уютнее в маленьких помещениях. Покои же принца Чонгука были раза в три больше, чем у старшего брата. Для их уборки обычно требовалось сразу четверо или пятеро слуг.

Открыв ставни, впуская в комнату свежий воздух, омега осмотрелся по сторонам. И замер, когда за спиной скрипнула дверь.

Апельсины заполнили легкие, кружа голову мальчишки и даже в глазах у него потемнело, пусть и всего на пару секунд.

- Доброе утро, Ваше Высочество. Простите, я должен был закончить с уборкой до Вашего возвращения.
- Тебе не за что извиняться.

Развернувшись и посмотрев на принца, который, очевидно, только вернулся с завтрака с отцом и теперь стоял у своего рабочего стола, расстёгивая запонки на манжетах белой сорочки, омега поджал губы.

- Не мог бы ты подать мне красный камзол?
- Да, конечно, Господин.

Оставляя хлопоты с постелью, что до сих пор не была застелена свежим бельём, омега обтер вспотевшие вдруг ладошки о штаны, подходя к гардеробу принца и выискивая нужную вещь. Любимый Хосоком, уже немного протертый от частой носки, парадный камзол, который был сшит папой Сухо.

Почему-то то, как принц отдавал предпочтение работам родителя слуги, грело душу юного омеги. Конечно же, Сонми - его папа, не просто так был назначен портным монаршей семьи, он заслужил это усердной и кропотливой работой, а так же глубокой преданностью Королю Чону!

Принц развел руки в стороны, позволяя юноше помочь ему облачиться. Застегивая пуговицы на груди господина, омега был так близко, что щеки алели.

- Может быть, мне стоит попросить папу сшить для Вас новый? Точно такой же?
- Нет. Мне нравится этот. Ты не здоров?

Нахмурив брови, альфа взглянул на его пылающие от стыда собственных мыслей щеки.

- Нет-нет, все хорошо!

Затараторил, словно пойманный с поличным омега, но не смотря на его слова, принц все равно коснулся ладонью чуть тёплого лба.

- Кажется, у тебя жар.
- Нет, все хорошо... Это...

Прикусив от стыда и неловкости нижнюю губку, слуга аккуратно отстранился от руки Господина, добавляя почти что шепотом:

- Это из-за скорого расцвета...
- О!

Вдруг удивленно вскинул брови наследник, часто моргая и, казалось бы, не зная, что и ответить.

- Я вернусь к уборке.

Поклонившись альфе, Сухо вновь подошел к кровати с роскошным балдахином, изо всех сил стараясь не вдыхать запах л ю б и м о г о.

******

Указав пальцем на самую яркую из звёзд, что покрывали ночное небо, Сокджин откинулся назад, плотнее прижимаясь спиной к груди мужа.

- Это моя.
- Твоя?
- Да. Я ее себе забираю.

Улыбнувшись в макушку супруга, Князь взял его ладони в свои, грея замёрзшую на морозе кожу.

- Тогда моя вон та.
- Но она совсем не яркая!

Сидя на снегу у их шатра, который располагался на холме, чтобы Князь мог видеть все Шаро, как на ладони, омега, насупившись, выдохнул изо рта пар.

- Зато она рядом с твоей.
- Умеете Вы заставлять сердца омег выскакиввть из груди, Князь.
- Только твоё.

Закатив глаза, принц фыркнул, нежась в тепле тела супруга.

- Мино рассказал мне все о Ваших прошлых интрижках.
- Я был очень молод и сам не знал, чего хотел.
- Судя по тому, что я слышал, ещё как знали.

Потеревшись носом за его ушком, вдыхая запах подснежников, что приобрёл нотки граната, Князь горячо выдохнул, заставляя мужа дрожать.

- Идём в Шатёр. Ты замёрз.
- Ещё немного... Пожалуйста. Мы так редко с Вами проводим время вдвоём.
- Когда начнутся бури... И мы будем пережидать их в Шатре. Вдвоем. Ты ещё умолять меня будешь вернуться к делам Шаро и дать тебе отдохнуть.
- Как самонадеянно с Вашей стороны...

Резко развернулся в его руках омега, улыбаясь в самые губы.

- Думать, что рядом с Вами я захочу отдыхать.

—ПАМЯТКА—

ПЕРСОНАЖИ