AU «СЕВЕР»

Ворон осторожно накрыл тёплой шкурой своего мужа, что уснул сразу же, как только разобрал последний сундук, прижимая к груди двух сыновей. В темном лесу теплей, чем в их деревни, но ночи зимой все равно ветрены и морозны.

Сон не идёт к альфе, а мысли то и дело возвращаются в прошлое.

Туда, где рядом двое верных друзей. Вечно хмурый Седжин, все свободное время посвящающий верховой езде, да уходу за лошадьми. Вдумчивый, добродушный Намджун, что пусть и редко возвращался к ним в тёмный лес, но всегда приходил на помощь, когда то было нужно. Прикрывался спину друзей во время охоты.

Куда все это ушло? Когда их судьбы разошлись, треснув по швам? Может быть, когда Седжин, будучи уже восемнадцатилетним, заявил вырастившим его паукам, что хочет стать частью Шаро, как и Намджун? Частью племени кабанов. Будто бы забыв о том, что было для него домом. Словно предав.

И ведь даже тогда не спешил бранить его ворон. Друг хотел примкнуть к племени, чья кровь текла в жилах. Разве можно за это его порицать? Ведь они не навсегда расстаются! Навестят их ещё. На охоту прискачут! Но дни сменяли месяцы, месяцы зимы, а двое друзья все не спешили возвращаться в когда-то родную обитель.

Тёмный лес, охваченный огнём войны, погрузился во тьму.

Мужи Шаро больше не ездили на охоту. Пауки, оставшиеся без альф и защиты, просили у Воронов помощи для детей, стариков и беременных омег, что не могли использовать магию. Не могли себя защищать. Потеряв поддержку альф из Шаро, племя темного леса угасало из-за кровавых набегов. Они не могли охотиться, потому что как только оставляли без защиты слабых омег - возвращались в руины, залитые кровью. И были слишком слабы для того, что бы дать отпор из-за голода и леденящего страха.

Приглядывая за юным Тэхёном в отсутствии брата, Асами жалел лишь о том, что не был рядом в ту ужасную ночь. Никогда он не забудет, как на рассвете, придя к дому юного паука, наткнулся на запертую дверь. Плотно. Так, что даже сильному альфе ее без кувалды не выбить.

Тогда ворон выдохнул. Значит, закрылись! Успели! Ночью был новый набег, а они, вон, внутри. В безопасности.

И хотел было уже уйти, чтобы помочь паукам разобрать завалы и разжечь поминальные костры для убитых, но услышал задушенный всхлип.

- Тэхен.... Ты там? Открой дверь.

Но вместо ответа был лишь тяжёлый удар и крик, угасший в чужой ладони, грубо зажимающей рот.

Асами смог выбить дверь лишь через долгие шесть минут, дробя дерево топором, найденным у бревна, на котором папа Намджуна рубил для печки дрова. Как только дерево поддалось и альфа влетел в пещеру, его оттолкнули к стене, с силой головой о камень прикладывая. Так быстро все было, что альфа ничего и понять не успел. Лишь ужасная, острая боль от удара затуманила его взгляд, навсегда оставляя шрам у виска.

И пока боролся он с болью и звоном в ушах, трусливые ублюдки, облачённые в маски, сбежали. Он их упустил. Позволил уйти. И до сих пор воспоминания об этом заставляют его сжимать кулаки.

Приложив ладонь к кровоточащей ране на голове, ворон через силу поднялся с холодного пола, поворачиваясь на звук. Хрип. Попытку сделать вдох, закашливаясь.

Шесть минут. Ещё бы немного и он бы не успел.

На шеи у омеги расцветали синяки. Следы от пальцев и рук.

- Тэхен...

Паучка в спешке душили.

Нагой, весь покрытый ушибами и грязью, мальчик лежал, свернувшись клубком. Такой маленький, а уже разбитый.

Осторожно подойдя ближе и сняв со своих плечь чёрный плащ из длинных и мягких перьев, он накрыл им голое, юное тело, стирая с лица паука слёзы и кровь.

Бледные, худощавые бёдра, живот, шею, плечи, кисти рук... Все покрывали отвратительные, рваные метки.

Они посмели ставить их на ребёнка, который ещё не расцвёл.

Сдерживая крик, болью наполненный, альфа ударил кулаком по полу, вслушиваясь в задушенное всхлипами, тихое дыхание маленького паука.

- Твой папа...

Немного погодя, начал он, но тут же умолк. Поняв все по тому, как дернулся от его слов омега, пуще прежнего в рыданиях заходясь.

- Я отнесу тебя к озеру. Хорошо? Ты только не бойся. Я тебя не оставлю. С собой заберу. Будешь теперь у меня жить.
- Намджун... Где Намджун? Пусть он меня заберёт...

Слова Тэхена еле разборчивы и голос почти что беззвучный, что заставляло ворона волноваться о его состоянии ещё больше. Сильней.

- Тшш. Не разговаривай. Потерпи только немного....

Осторожно взяв мальчика на руки, альфа поднялся с колен.

В тёплой воде, сидя у самого берега, он оттирал запекшуюся кровь с мальчишеской спины, наблюдая за тем, как тёмные синяки сходят с юного тела. Но метки от чужих зубов все равно остаются на месте.

Тэхен не сопротивлялся и, казалось бы, даже не двигался, куклой замерев в чужих руках, смотря куда-то сквозь воздух.

- Ты... Слышал их запах? Может быть, знаешь из какого они племени? Видел лицо?
- Нет...

Очень тихо ответил ему омега, закрывая глаза.

Взяв в руки ладошки паука, смотря на разодранные пальцы и поломанные ногти, которыми мальчик скребся в закрытую дверь, он опустил их в волшебную воду.

Освещающие пещеру тысячи звёзд словно померкли, свет их стал не так ярок, как раньше и не взрывались они больше, у потолка замерев.

- Я бы мог... Помочь тебе вымыться... Там. Но, думаю, лучше попросить кого-нибудь из омег.
- Намджун заберёт меня...

Вдруг начал паук.

- Он придёт за мной. Буду жить с ним Шаро...

Слёзы катились с бледных детских щёк, смешиваясь с озёрной водой.

- Вот увидишь. Он найдёт мне хорошего мужа. Метка... Другого. Это ведь ничего?

Поджав губы, альфа обнял его крепче. Не в силах больше сдерживать чувств.

- Нужно только подождать, пока он придёт...

Наблюдая за тем, как горит поминальный костёр папы, Тэхен кутался в чёрный плащ ворона, замерев у него на руках. Даже спустя несколько дней не стало ему лучше и ноги все ещё не хотели омегу держать.

Волшебная вода не способна вылечить все. Душа ей, увы, не подвластна.

И даже спустя много лет, воспоминания о боли, страхе и отвращении, что пронзали юное тело чужими прикосновениями и укусами, все так же свежи.

Метки закрыты, спрятаны, стёрты с тела паука чёрными, северными узорами.

Светлые волосы отдают синим, пропитанные силой и магией. Тёмной. Древней. Опасной. Изнутри разрушающей. Но такой, что никто больше его тела коснуться не сможет. Не сделает больно, но и не приласкает. Холод одиночества лучше горячих оков любви и привязанности.

- Намджун скоро придёт. Вот увидишь.

Шепчет в воспоминаниях ворона маленький паук. К груди его жмётся и плачет по ночам еле слышно. Брата зовёт.

- Он меня не оставит.

И простить волка альфа не может. Дружбе конец.

Она разбита хрупкими слезами покинутого в темном лесу ребёнка.

******

Сокджин обнимает Мино до хруста. Так крепко и искренне, что лис даже воздух глотнуть не может, смеясь.

- Я тоже очень скучал по Вам, мой принц.
- Мне совсем не с кем было поговорить в том лесу! Без тебя так одиноко!

Хныкал в его плечо Княжеский муж.

- Я принёс Вам поесть. Князь очень просил меня приготовить что-нибудь не из Серверных блюд.

Достав из корзинки горшочек с чем-то горячим, лис передал его все ещё сонному омеге, который проснулся лишь пару мгновений назад.

- Что это?
- Картошка. И хлеб.

Присев на колени и принюхавшись к аромату стряпни слуги, Сокджин надкусил кусок только-только испечённой булки.

- Вкусно...
- Знаю, что на Западе едят овощи, но на Севере они растут плохо, да и хранятся не долго.
- Ничего. Мне нравится. Спасибо!

Стянув с себя тёплую шубу и шарф, омега упал рядом, довольно наблюдая за тем, как принц ест, наливая ему в чашу тёплой воды.

- Как Вам тёмный лес?
- Там... жутко. Но удивительно. Все такое...
- Волшебное?
- Да! Но эти пауки... Брр!

Скривился принц, вызывая на губах лиса улыбку.

- Вы познакомились с принцем пауков?
- Точно! Почему ты не сказал мне, что он брат моего мужа?!
- Я думал, что Князь сам захочет Вам это поведать.
- Ага, как же. Если б не Чимин, я бы и не узнал.
- Чимин хорошо относился к Вам в дороге?
- Не плохо... Он... Он остался в темном лесу.
- Знаю.
- Правильно ли это? Я думал, что если он исчезнет, сердце мое успокоится. Ведь не придётся теперь волноваться о том, что мой муж лишь мой. Но... Оставив его там...
- Вы слишком добры. И не будь между Вами Князя, вы бы стали с ним добрыми друзьями. Чимин хороший человек.

Промолчав, омга поднёс к губам горшок с супом, только сейчас вдруг почувствовав, как сильно проголодался.

- Теперь Вы главный омега в Шаро, раз сын прошлого Князя изволил уйти. Справитесь?
- Конечно. У меня ведь есть ты.
- Костёр в диковинном лесу отложили до Вашего возвращения. Сын Цуана, Ендже, залил слезами всю поляну. Сказал, что не станет слушать легенду без принца.
- Ендже? Тот мальчик из медвежьего племени?
- Да. Поэтому Вы ничего не пропустили! Костёр будет сегодня.

Счастливо улыбаясь, Сокджин допил последнюю каплю супа, утирая рот тыльной стороной своего худенького запястья.

- Я рад, что Вы и Князь вернулись целы и невредимы. Слышал, Вы сохранили южанину жизнь?
- Да. До весны. Когда снега растают, мой муж решит, что с ним делать. Точно!

Вдруг воскликнул омега, подбирая под себя ноги и с любопытством смотря на слугу.

- Расскажи мне кое о чем!
- О чем же?
- Когда мы собирались покидать тёмный лес, нас остановил ворон. Он сказал, что раньше был другом Князя. И Седжин его знал!
- Наверное, это был Асами?
- Да! Он! Он! Так вот. Ворон этот говорил что-то про прошлое. Про то, что Седжин пауками воспитан. И про обиду паучьего принца на Князя. Про войну. Я совсем ничего не понял... Паук так сильно злится из-за того, что Князь не был у поминального костра их папы?
- Ох... Это все очень сложно. Видите ли, Север шёл к миру очень и очень долго. Даже сейчас не все его племена заключили союз. Время было тяжелое, страшное. Князь, Седжин и Асами были друзьями и жили в темном лесу. Но в шесть лет Ваш муж покинул его, обернувшись волком на празднике крови.
- Покинул? Его забрал отец?
- Да. Джунен был правой рукой прошлого Князя. Достойным волком. Главным Альфой своего племени. И забрал сына от родившего его паука, как только узнал о его предназначенности к их племени. К сожалению, долго он не прожил. И умер во время одного из сражений. Князю было четырнадцать.

Потупив взгляд в пол, принц поджал губы, рассуждая о том, как же жилось его мужу в то время.

- Отец Чимина взял его под опеку. Седжин тоже вскоре пришёл в Шаро, вслед за Намджуном. Его, в отличии от Князя, никто не забрал в племя, когда тот стал кабаном, потому что его отец почил ещё до его рождения.
- И он жил среди пауков?
- Да. Но... Война страшное время. Повсюду огонь и боль. И защита нужна каждому и везде. Седжин показал себя достойно перед главным альфой кабанов, что тогда только-только вступили в союз племён. Добился его расположения. И покинул тёмный лес.
- Он не хотел там оставаться?
- Мы редко говорим с ним про тёмный лес. И он его, правда, не любит. Но дело было в другом.
- В тебе? Он к тебе сбежал, верно? Чтобы тебя защищать?
- Не то чтобы мне нужна была защита... Но да.

Достав из корзины ещё одну буханку и протянув ее принцу, Мино погрузился в воспоминания.

- Такой юный и глупый, явился в Шаро по среди ночи, встал у моего шатра и сказал: «теперь ничего не бойся». А я и не боялся, вообще-то. Но альфам попробуй докажи, что мы не хрупкие цветочки.
- Он любил тебя так много лет?
- Тогда я был юн и не искал чувств. Стремился доказать всем в Шаро, что достоин Севера, учился и мотал на ус мудрость шаманов. Мне было не до него.
- Но зато сейчас ты носишь под сердцем его сына!
- И как только это произошло? Сам не знаю.
- Но я все равно не пойму... Мой муж оставил тёмный лес, потому что хотел быть рядом с отцом. Седжин уехал из-за тебя. Но они ведь все равно туда возвращались, так?
- Да. На охоту. Тэхен был ещё совсем мальчиком и с детства цеплялся за брата изо всех сил. Видите ли, мой принц, как я уже говорил, пауки очень сильные. Их магия по-настоящему страшна, а красота способна очаровать любого. Природа наградила их чудесными ароматами и прекрасными лицами, чтобы заманивать жертву в свой смертельный капкан.
- Они, правда, красивы. Рядом с ними я даже чувствовал себя неуютно... Но Князь поклялся, что на Севере нет никого прекрасней меня!

Улыбнувшись, лис потрепал юного правителя по волосам.

- Да. Князь Вам не соврал.
- Пауки не любят связывать себя браком.

Вдруг продолжил он.

- Почему? Им нравится растить детей в одиночестве?
- Нет. Кому же понравится? Но так им проще. Легче. Другие Северные альфы не могут быть для них такими, каких бы они желали. А альф-пауков слишком мало на всех омег темного леса. Они рождаются очень редко. Хорошо, если за несколько десятков зим родится хотя бы один. Да и слабы они в детстве, уязвимы перед холодом и болезнью.
- Что ты имел ввиду, говоря, что альфы Шаро не могут быть такими, каких бы пауки желали?
- Магия любит, когда ее ценят. Пауки разрушительны в своей любви. Никто больше не способен так безумно любить, даже мы с Вами. Они привязываются сильно. Раз и навсегда. Тэхен тоже оказался крепко привязан к самому родному и любимому альфе.
- К Князю?
- К Князю. Брат был для него главной защитой. И паук не желал даже думать о том, что Князь не ставит его в приоритет. Все должно было быть для него и только. Намджун понимал это ещё с малых лет, потому старался держаться подальше. Потому и оставил темный лес без сомнений. Ведь иначе Тэхен, повзрослев, никогда его бы не отпустил. Намджун был уверен, что так будет лучше. И что чем реже он появляется, тем слабее будет привязанность брата. Но Князь ошибся. Конечно же, не из-за этого решения он не прибыл в тёмный лес в ту роковую зиму. Было много других причин.
- Каких?
- Тогда... Прошлый Князь сильно ослаб. В Шаро была очень тяжёлая зима и многие умирали прямо в своих шатрах. От голода и болезни. Союз состоял лишь из четырёх племён. Лис, волков, медведей и кабанов. Остальные были врагами. Убивали за кусок хлеба и тёплую шкуру. Медведи и кабаны... Видите ли, эти племена так сильно когда-то страдали из-за магии пауков, что ненавидели тёмный лес до дрожи в руках. Седжин из-за этого многое пережил, разрываясь в разные стороны, между Шаро и темным лесом. Но поддавшись молениям прошлого Князя - Чисока, отца Чимина, кабаны вступили в союз. Но с условием. И медведи их поддержали.
- Каким условием?
- Никакой больше охоты в темном лесу. И никакой помощи паукам с добычей еды. Князь так сильно жаждал мира, что не мог не согласиться. Ведь его отказ разрушил бы только-только возникший союз. И это было ошибкой. Голод захлестнул столицу без этой охоты. Ласки всегда были нейтральны и никогда не славились силой. Они не убивали и не сражались. Видите ли, это слабое племя. Хрупкое. Ласок на Севере, в отличии от пауков, оберегают. Многие верят, что убив ласку - накличешь на себя и своих детей беду. В те страшные зимы междоусобной войны, они были под защитой медведей и имели достаточно причин ненавидеть пауков так же сильно, как и кабаны. Потому, как только Князь заключил договор с медведями, согласившись игнорировать пауков, ласки тоже примкнули к союзу. Это очень обрадовало отца Чимина... Но не надолго. Я помню те зимы. И не хотел бы пережить это вновь. Конечно же, все мы слышали о том, что творится в темном лесу. Набеги. Голод. Льющаяся кровь детей... Намджун хотел вернуться к семье, но понимал, что не сможет остаться. И взять с собой в столицу брата и папу он тоже не мог. В Шаро пауков бы убили в ту же секунду. Все это случилось из-за старых обид. Никто из племён не мог друг друга простить, заставляя страдать невинных и страдая от этого сам.
- Как в той легенде. Про паука и лису.
- Да. Прямо как там. На третью зиму без охоты, голод стал невыносим. Князь умер. И Намджун был избран собранием Шаро.
- И заключил союз с пауками, отдав брату тёмный лес?
- Да. Первым же делом, после клятвы старым Богам, Намджун отправился в тёмный лес, чтобы повидать родных. И заключить союз, конечно же, дабы снова иметь возможность охотиться, да знать, кто пересекает Северные границы. В лесу тогда все было ужасно. Пауки умирали каждую ночь и не могли больше терпеть набегов. А племена союза были все так же упрямы! Даже измученные голодом и собственной глупостью, они никак не желали соглашаться на мир. И лишь тогда, когда Намджун, будучи новым Князем Севера, хлопнул кулаком по полу шатра собраний, поставив всех перед фактом того, что ещё одну голодную зиму Шаро не сможет перенести, племена наконец-то перестали противиться. О смерти папы Намджун узнал уже в темном лесу. Но не мог даже отомстить за потерю. Ведь он стал Князем. И обязан был подавать всем пример.
- Теперь он отвечал за союз племён и жизни людей...
- Да, волку рано пришлось повзрослеть и познать ответственность. Когда Намджун прибыл в тёмный лес с предложением вступить в союз... Шестнадцатилетний Тэхен встретил его стрелой в сердце.

Вздрогнув, принц с удивлением уставился на омегу, не веря.

- Паук промахнулся. Лишь поэтому Ваш муж сейчас рядом.
- Он стал принцем в шестнадцать?
- Тэхен всегда был сильнее других пауков. Его магия пробудилась очень рано. Когда Князь прибыл, тот уже был вне гласно избран омегами темного леса, как самый умелый их маг. Тэхен отказался вступать в союз. Но обещал мир, в обмен на независимость и корону.
- Но раз теперь все хорошо, зачем он снова и снова продолжает пытаться убить моего мужа?
- Тэхен умён и полон ненависти. И не стал добивать Князя тогда, потому что знал, что ослабленные омеги темного леса не выстоят против воинов Шаро.
- А теперь он накопил сил...
- Хотите ещё супа?
- Нет. Не понимаю. Как не стараюсь - не понимаю! Они ведь братья. И паучий принц его так сильно любил! И мой муж тоже любит! Я ведь вижу. Почему они не могут просто забыть все это, как страшный сон? Когда на Севере больше нет войны?
- Смерть папы и... Другие страшные события оставили на его сердце глубокую рану. Такую, что залечить ее очень трудно. Но вы должны верить в мудрость Вашего мужа. Он не допустит новой войны, как бы паук этого не желал. Самое сложное - это не заключить договор. А забыть обиды. Племена Шаро до сих пор пытается жить, не вспоминая. Мы вместе празднуем рождение детей. Свадьбы. Гуляем на пирах. И доверяем друг другу жизни, забывая, как когда-то волки отрывали головы лисам. А барсы разрывали на части кабанов. Вот она - цена мира.
- А пауки помнят и забывать не хотят?
- Да. Как и вороны. Олени. Моржи... Все так же старики задыхаются от прошлого, которого давно уже нет. И не дают своим детям жить по-другому. Ваш муж всем сердцем желает это изменить.
- Теперь я понял...
- Поняли?
- Наша свадьба. Это не мост к миру. Это... Поиск другого врага.

Поджав губы, лис отвёл взгляд, зная, о чем догадался юный омега.

- Он нагнал страх. Распустил слух о возможной войне с другими королевствами, чтобы Север объединился. Запад никогда не искал войны. Потому я и не мог понять... Я думал, что просто чего-то не знаю! Что король не посчитал важным что-то мне рассказать. Думал, может быть, и правда, мой отец претендует на Северные богатства? Как и говорил Князь? Может быть, и правда, три королевства мечтают подчинить себе белые земли? Но... Ничего этого и не было вовсе.
- Ваш отец сам согласился на предложение Князя. Он хотел, чтобы Север стал Западу другом. Чтобы мы могли торговать.
- Я знаю это. Знаю, но... Чувствую себя обманутым. Князь хотел не мира между королевствами. Он хотел объединить племена. С помощью меня.
- Разве так важно, ради чего была эта свадьба? Мир есть мир. И Вы помогаете его мечтам о нем стать явью.
- Он назвал меня первым столпом. Дорогой к процветанию Севера. К миру между четырьмя королевствами. Но он соврал. Привез в белые земли просто, чтобы показать остальным. Забрал из родительского дома, чтобы... Как зверушку на базаре северянам представить! Вот он. Запад. Существует и может напасть! Смотрите, северяне и бойтесь! Когда мой отец и не думали о войне! Никогда ее не желал! Князь сам все это выдумал, ради того лишь, чтобы северяне испугались и поджали хвосты, в страхе перед тремя королевствами.
- Пусть так.

Строго сказал лис, за щеки принца ладонями хватая, заставляя смотреть в глаза.

- Да. Он соврал об угрозе войны. Да, Вы были приманкой. И что? Разве это важно сейчас? Разве его причины для этого не были вески?
- Были, но...
- Он любит Вас. А Вы его. И только это теперь важно.
- Я всегда знал, что не мне выбирать себе мужа. Знал и потому, не смея возражать, поехал на Север по приказу отца. Потому отдал себя Князю навечно. Как мне и сказали. Но все равно... От чего-то так больно. Я считал себя вестником мира четырёх королевств. Гордился своей жертвой! А оказался... Просто игрушкой.
- Какая же вы игрушка? Разве Князь отказался от Вас? Разве бросил, попугав народ? Он принял Вас в свой шатёр. Провозгласил Княжеским мужем. Он отдал Вам Север. И себя. Разве... Не познали Вы друг друга в темном лесу?

Щеки принца вдруг заалели от воспоминаний. И вырвался он из рук слуги, стыдливо закрывая лицо ладонями.

- При чем же здесь... Это?
- Вы наконец-то повязаны. Разве не чувствуете, как тепло разливается по телу от метки? Потому что Вы им любимы. Искренне.
- Я понял... Хватит...
- Ах, как засмущались! Что же такого постыдного вытворял с Вами Князь?
- Н.. Ничего! Все было очень скромно! И обычно! И...
- И?
- Ты хочешь, чтобы твой Господин сгорел со стыда? Этого добиваешься? Моей смерти?
- Конечно, нет. Мое сердце обольётся кровью, если Вы умрете... Но все же...

Продвинувшись ближе, лис хитро усмехнулся.

- Вам ведь понравилось?
- Да... Мой муж был.. Очень нежен со мной.
- Ох, чуть не забыл! Сейчас-сейчас...

Засуетился вдруг слуга, ища что-то в корзине. Протянув юноше мешочек с травами, лис указал на кувшин с водой, что грелся на печи.

- Заварите и пейте раз в два дня.
- Для чего?
- Чтобы не понести. Раз Вы с Князем уже повязаны, вряд ли теперь сможете удержаться перед друг другом ночами. А ребёнка Вам рожать ещё рано.

******

С пренебрежением и отвращением осмотрев костлявый трон, персиковый омега дернул носом, желая лишиться обоняния хоть на мгновение. Настолько сильно был пропитан кровью «тронный зал» правителя темного леса, на деле же просто пустая, полная костей и пауков пещера.

- Тебе что-то нужно?

Ничуть не удивленно сказал Тэхен, цокая каблуками кожаных высокий сапог, что доходили ему аккурат до бедра, проходя прямиком к трону.

- Хотел узнать о твоих планах. Князь уехал - я остался. Теперь ты можешь мне все рассказать.
- Ишь какой любопытный. Волнуешься за шкуру Князя? Или за свою?
- За твою, если быть честным. Но мы это опустим. Зачем я был тебе нужен? Ты бы не стал рисковать и переманивать меня на свою сторону, не придумав какой-то план. Так вот, я здесь. И хочу его услышать.
- Ты пахнешь персиками.
- Тебя волнует мой запах?
- Кажется, это южный фрукт. Или Восточный?
- Какая разница?
- Во дворце восточного принца есть кое что особенное. То, что я хочу.
- Восточного? Хочешь, чтобы я поехал туда?
- Тебя устроят слугой во дворец. Это уже оговорено.
- Кем? Слугой? Меня?
- А что? Думал, корона достанется тебе так легко? Придётся поработать руками.
- Тебя греет мысль о том, что я буду стирать чужие портки?
- Честно?

Усмехнулся паук, наливая себе вина.

- Очень.

Сплюнув на каменный пол, лис фыркнул, обозлившись.

- А другой работенки там нет?
- Думаешь, у меня на востоке так много власти, чтобы ещё и выбирать? Может, сразу и золотую карету тебе наколдовать и титул выдать?
- Да. Было бы не плохо.
- Довольствуйся тем, что есть.
- Говори себе это почаще.
- Ах, ты...
- А чем будет заниматься ты? Дурить голову юнцу с юга?
- Этот юнец - принц.
- Он глупый мальчишка, который уже по тебе слюни пускает. Не равноценный какой-то обмен, не находишь?
- Слабо? Так и скажи.
- Кому это слабо? Мне? Что тебе нужно на востоке? Безделушка какая?
- Я скажу тебе позже. Все равно до весны с Севера тебе дороги нет.
- Я никогда не был за границами Севера. Допустим, до востока я доберусь. Но что дальше?
- Найдёшь дворец. А там тебя уже встретят. И легенда уже готова.
- Легенда?
- Ты - сын рыбака с Юга. Бежал на Восток, чтобы избежать рабства. Ищешь работу. Ничего необычного.
- Сын рыбака? Мой отец Князь!
- Мёртвый.

Закатывая глаза процедил паук.

- Мёртвый Князь. Какой тебе теперь от него толк? Ты хотел узнать мой план - ты его узнал. Что ещё тебе нужно?
- Ты на все готов, да? Ради своей мести.
- Моя месть тебя не касается. Ты хочешь корону. Я ее дам. Остальное тебя волновать не должно.
- Я просто не могу понять...

Дерзко смотря пауку в глаза, прошептал лис.

- Что?
- Представь... Север твой. Юг твой. Запад и Восток тоже твои. И Намджун у твоих ног. Мёртвый. Что дальше?
- Как что? Все будет моим!
- И? Тебе станет легче? Это сотрёт метки с твоего тела? Вернёт тебе честь?
- Да...

Сжимая ладонями костлявые подлокотники, прошипел паук.

- Правда? Что-то мне так не кажется.
- Ты меня абсолютно не знаешь.
- Я знаю, как сильно ты любишь свои страдания. Упиваешься ими. Все вокруг предатели. А ты самый бедный, самый несчастный. Словно только ты один чего-то лишился.
- Замолчи.
- Бедный, маленький Тэхен. Его папу убили. А знаешь? Моего тоже. Братик его одного бросил. Мой брат умер, не прожив и дня.
- Замолчи!
- Очернили. Взяли без согласия... Оглянись вокруг, Тэхен. Ты каждый день видишь омег, которых хотя бы раз ставили на колени. Весь темный лес семенем ублюдков запятнан. А плохо лишь тебе одному? Почему остальные пытаются жить? А ты тянешь нас всех на дно?
- Тоесть...

Выпрямил Тэхен спину, пронзая лиса стеклянным взглядом, словно души внутри паука и не было никогда. Лишь оболочка.

- Ты отказываешься от своего мне обещания? Все ещё верен Намджуну?
- Князь не достоин больше моей верности.
- Но твои слова говорят обратное.
- Я сказал, что пойду за тобой. Что помогу. Ради короны. Но не соглашался терпеть твоё безумство. Я не один из твоих ручных пауков. Со мной так не получится, Тэхен-а. У меня есть голова на плечах и я буду говорить тебе в лицо все, что думаю. И делать буду то, что сам нужным считаю.
- Показываешь мне зубы?
- О, нет. Если бы я решил показать тебе свои зубы - ты бы уже о многом жалел. Я не стану лизать твои ноги и поддакивать. Ты хотел союзника? Вот он! А коли тебе нужна ручная, безмолвная, выполняющая любой приказ игрушка, лучше попроси отправиться на восток Сина.

Закинув ногу на ногу, подперев украшенной в серебро рукой подбородок, паук выгнул бровь, безразлично изрекая:

- Закончил?
- Да.
- Что ж. Я тебя услышал. И готов развязать тебе руки. Но сделаешь хоть что-то против меня... Я вырву твой язык и сожру его у тебя на глазах.
- Сначала попробуй вырвать и не обломать ноготки.
- Нравишься ты мне. Всегда нравился. Жаль, что так получилось, конечно, с твоим отцом. Не умри он, мой брат, может, и не стал бы Князем. И замуж бы взял тогда тебя, а не заграничного принца.
- Намджун и его муж больше меня не волнуют.
- Правда?

Усмехнувшись, растягивая губы в хищной улыбке, спросил принц.

Большой, чёрный паук пополз по его щеке, в волосах исчезая.

И полностью копируя интонацию персикового омеги, принц темного леса добавил:

- Что-то мне так не кажется.

—ПАМЯТКА—

ПЕРСОНАЖИ