Спутанная нить

— Что, ин­те­рес­но, Се­реб­ря­нов­ла­сая от­ве­тила бы мне, ес­ли бы я к ней пос­ва­тать­ся ре­шил? Я не ко­нунг, ко­неч­но, но...

— Ты ду­рень, Сь­ольв!

Меч­та­тель­ная улыб­ка с ли­ца мо­лодо­го хир­дма­на про­пала. Он не­доволь­но гля­нул на Од­два­ра, сво­его стар­ше­го при­яте­ля.

— По­чему это я ду­рень?

— Был бы ум­ный — о та­ком бол­тать бы не стал! Ес­ли бы хо­тел го­лову на мес­те сох­ра­нить.

— Так ведь...

— Не ве­рит­ся мне, что ко­нунг с же­ной сво­ей рас­ста­нет­ся. Они всю жизнь бра­нят­ся. И ни­чего ведь. Да­же убить друг дру­га гро­зились. Это я сам слы­шал. Да что я — все, кто на том ко­раб­ле тог­да бы­ли. Гут­торн как-то раз ее в по­ход взял, и пос­ле од­ной бит­вы они так раз­ру­гались... из-за кол­довс­тва ее ка­кого-то. Я в этих бабь­их де­лах не раз­би­ра­юсь... Так она ска­зала, что его са­мого и его ко­рабль от­пра­вит пря­миком к Эги­ру на пир. Я, приз­на­юсь, пе­репу­гал­ся да­же. Боль­но убе­дитель­но го­вори­ла. А по­том ни­чего, по­мири­лись, — Од­двар стран­но ус­мехнул­ся. — Как по­мири­лись, на сто­ян­ке ночью то­же не­кото­рые слы­шали.

Сь­ольв не­доволь­но мах­нул в его сто­рону.

— Да ну те­бя, и по­меч­тать не дашь!

— А ты не вслух меч­тай. Чтоб дру­гие не зна­ли. Да и ку­да те­бе... Та­кая же­на с то­бой и счи­тать­ся бы не ста­ла.

— Ты, ви­жу, зна­ешь, о чем го­воришь.

Од­двар удив­ленно обер­нулся. Ря­дом сто­ял Ин­гольв хëвдинг, ве­село ух­мы­ля­ясь.

— А те­бе-то, хëвдинг, что за де­ло?

— Да прос­то лю­бопыт­но. 

— Прос­то? Ты ведь, го­ворят, ни од­ну кра­сивую жен­щи­ну про­пус­тить не мо­жешь.

— Так и есть. Но мне и сво­их жен хва­та­ет. Мне чу­жие ни к че­му.

— Те­бе бы ра­довать­ся сто­ило то­му, что сын твой жив.

— Я и ра­ду­юсь.

Тор­стейн пос­мотрел на мрач­но­го Гут­торна и ус­мехнул­ся.

— Я не мо­гу прос­тить ей, что она прав­ду все эти го­ды от ме­ня скры­вала.

— Нет­рудно те­бя по­нять, ко­нунг. Но пред­ставь, ка­ково тво­ей же­не бы­ло столь­ко вре­мени о та­ком мол­чать?

— Ник­то ее мол­чать не зас­тавлял. Са­ма все при­дума­ла.

Ярл про­мол­чал. По­том вновь за­гово­рил, вре­мя от вре­мени пог­ля­дывая на Гут­торна.

— Ин­те­рес­но мне вот что: кто пер­вым из знат­ных лю­дей к тво­ей Рун­герд пос­ва­та­ет­ся?

— Ты о чем это го­воришь?

Ко­нунг на­конец отор­вался от рас­смат­ри­вания ма­лень­ких лу­жиц под но­гами, ос­тавших­ся пос­ле дож­дя. Не­доволь­ный взгляд его об­ра­тил­ся к Тор­стей­ну. Тот раз­вел ру­ками, как ни в чем не бы­вало. 

— Ну, сам по­суди. Се­реб­ря­нов­ла­сая твоя жен­щи­ной не­замуж­ней те­перь ста­нет. На нее и без то­го мно­гие заг­ля­дыва­ют­ся, а уж те­перь...

Он за­мол­чал. Гут­торн смот­рел на не­го не как на дав­не­го дру­га, а ско­рее как на дав­не­го вра­га. По­ка, опом­нившись, не от­вернул­ся.

Ка­кое-то вре­мя оба мол­ча­ли.

— Ку­да по­едет, она не ска­зала?

Ко­нунг ух­мыль­нул­ся.

— Раз­ве добь­ешь­ся че­го от этой ведь­мы?

— По­гово­рил бы ты с ней, преж­де чем она у­едет. Рун­герд все еще же­на те­бе.

— К че­му мне с ней го­ворить? Ни о чем ее про­сить я не ста­ну.

— Про­сить и не на­до. Но по­гово­рить мож­но. 

— Знаю я, чем это за­кон­чится! Раз­ру­га­ем­ся еще боль­ше! Хо­тя... — Гут­торн вдруг хит­ро при­щурил­ся. — Со­вету тво­ему я пос­ле­дую, по­жалуй. А го­ворить мне с ней вов­се не обя­затель­но.

Тор­стейн ус­та­вил­ся на не­го не­пони­ма­юще.

— Как так?

Гут­торн не от­ве­тил. Толь­ко ус­мехнул­ся сво­им мыс­лям.

Из-за уг­ла вдруг выс­ко­чила де­вуш­ка. Она хо­тела бы­ло уб­рать­ся с его до­роги, но, по­думав, за­мер­ла на мес­те. 

— Поз­воль по­гово­рить с то­бой, ко­нунг?

Гут­торн пос­мотрел на нее не­доволь­но.

— Что те­бе на­до?

— Пос­ледние дни я за­мечаю пе­чаль в тво­ем взгля­де. Но те­бе сто­ит по­радо­вать­ся. Раз­ве не чу­дес­но, что эта жен­щи­на са­ма ре­шила от­пустить те­бя? Те­перь ты ос­во­бодишь­ся от ее чар! 

— Не­уже­ли?

Эр­на схва­тила его за ру­кав, не за­мечая уг­ро­зы в го­лосе.

— Без них не про­жить столь­ко зим с та­кой же­ной. Раз­ве по­хожа она на обыч­ную жен­щи­ну? Она ведь слов­но не­живая. Как ру­чей, ско­ван­ный ль­дом. Да она са­ма слов­но лед! И ее объ­ятья спо­соб­ны за­моро­зить лю­бого. Но ты ведь не за­меча­ешь да­же...

— Жаль, что эта жен­щи­на сде­лала те­бя сво­бод­ной. Те­перь я не мо­гу те­бя про­дать. 

Де­вуш­ка удив­ленно шаг­ну­ла на­зад.

— Про­дать?.. 

— Те­бе я уже го­ворил, что бол­тать та­кое о мо­ей же­не ник­то не сме­ет. И раз слу­шать ты не же­ла­ешь, зав­тра я отош­лю те­бя в усадь­бу к Ка­ри Бо­рода­тому. Бу­дешь жить те­перь там. И ра­дуй­ся, что но­сишь мо­его ре­бен­ка. Ина­че выр­вать те­бе язык сто­ило за твою не­дос­той­ную бол­товню.

Ко­нунг уже ушел, а она так и сто­яла, прис­ло­нив­шись к сте­не, без­думно гля­дя пе­ред со­бой.

— Те­бе не­хоро­шо?

Эр­на вздрог­ну­ла от не­ожи­дан­ности, ког­да кто-то тро­нул ее за ру­ку. Ее гла­за тут же удив­ленно ок­ругли­лись.

— Ты... Ты мо­жешь го­ворить?

Пе­ред ней сто­яла Мол­чунья. Нас­то­яще­го име­ни этой ра­быни ник­то не знал. С тех пор, как ее при­вез­ли сю­да этой зи­мой, она и сло­ва не про­рони­ла.

— Са­ма ви­дишь.

Де­вуш­ка щуп­лая, не­высо­кая, но так гля­нула, что не по се­бе ста­ло.

— Так что, по­мочь те­бе?

— Не нуж­но.

Мол­чунья нап­ра­вилась бы­ло даль­ше, но Эр­на удер­жа­ла ее, схва­тив за пле­чо.

— Пос­той! А как те­бя звать? На са­мом де­ле...

— У ме­ня нет име­ни, по­ка я... здесь.

— Ты бы­ла знат­ной де­вуш­кой, вер­но?

— Я и сей­час...

— Как ты сю­да по­пала?

Она опус­ти­ла го­лову.

— Мой отец от­ка­зал­ся пла­тить дань. И его...

— Я по­нимаю те­бя. Я то­же ведь не всег­да бы­ла... здесь. Но со вре­менем ты при­вык­нешь.

Мол­чунья вски­нула го­лову.

— А я не хо­чу при­выкать! Луч­ше смерть!

Со злостью она вы­дер­ну­ла ру­ку и пос­пе­шила прочь.

***

— Да ты, я гля­жу, толь­ко прос­ну­лась. Я уж ду­мала, ты го­това дав­но.

Бер­гдис по­дош­ла к сес­тре поб­ли­же. Та си­дела на кро­вати, сон­ны­ми гла­зами гля­дя пе­ред со­бой. Ста­руха вни­матель­ным взо­ром оки­нула раз­бро­сан­ную на по­лу одеж­ду. И ус­мехну­лась.

— Не ска­жешь ли, сес­три­ца, с кем эту ночь про­вела?

Рун­герд тут же над­менно под­ня­ла го­лову.

— Я все еще за­мужем.

— Так что же, мо­жет, мы и не едем ни­куда?

Бер­гдис то­роп­ли­во при­села ря­дом. Кол­дунья хо­лод­но ус­мехну­лась.

— И не на­дей­ся.

— Ой, толь­ко не строй ви­да та­кого не­доволь­но­го...

— Мне сон стран­ный прис­нился.

Рун­герд вновь сде­лалась рас­те­рян­ной. Ста­руха ус­та­вилась на нее с лю­бопытс­твом.

— Что за сон?

— Я ре­бен­ка ба­юка­ла. Зва­ла се­бя ма­терью его. А его сво­им сы­ном.

— По­дума­ешь, вспом­ни­лось что...

— Нет. Это­го не бы­ло. Я... Я се­бя слов­но со сто­роны ви­дела. И бы­ла я не та­кой мо­лодой, как... как всег­да.

Бер­гдис по­жала пле­чами.

— Не знаю, что тут ска­зать.

— А я не знаю, что ду­мать. Еще де­вуш­ка...

— Что? Де­вуш­ка?

— Да. Со зме­ей в ру­ках.

— Что еще за де­вуш­ка?

— Я не уз­на­ла ее.

Кол­дунья вдруг гля­нула на сес­тру тре­бова­тель­но.

— По­дай мне платье.

— Ка­кое?

— Мне все рав­но.

Ря­дом ти­хо за­шур­ша­ло, мель­кну­ло что-то го­лубое, но Рун­герд не по­вер­ну­лась.

— Те­перь иди. Я сей­час.

В се­нях тем­но. Она толь­ко про­тяну­ла ру­ку, но дверь са­ма рас­пахну­лась. Гут­торн ос­та­новил­ся в две­рях, мол­ча гля­дя на нее. Рун­герд от­ве­ла взгляд.

— Поз­воль мне прой­ти.

— Да­же не прос­тишь­ся со мной?

— Я ду­мала, мы уже прос­ти­лись.

Он ус­мехнул­ся.

— Вот как по­луча­ет­ся. Го­ворить со мной ты не же­ла­ешь, са­ма же ночью так ме­ня об­ни­мала...

— Про­шу те­бя! — Рун­герд гля­нула на му­жа умо­ля­юще. — Я то­роп­люсь.

— А ина­че что? Пе­реду­ма­ешь?

Взгляд кол­дуньи сде­лал­ся уп­ря­мым. Ко­нунг же ед­ва за­мет­но улыб­нулся. 

— Это ведь толь­ко твое ре­шение.

— Гут­торн...

Она вновь опус­ти­ла гла­за.

— Ес­ли ты быть мне же­ной не хо­чешь, я удер­жи­вать те­бя не ста­ну.

Он от­сту­пил в сто­рону. Рун­герд пос­пешно выс­ко­чила за дверь.

— ...а ко­рабль... В тво­ей усадь­бе ведь най­дет­ся для не­го мес­то? С со­бой я его взять не мо­гу.

Тор­стейн мол­ча кив­нул.

— Ес­ли мне по­надо­бит­ся, я смо­гу на­нять для не­го ко­ман­ду.

— Я, ко­неч­но, прось­бу твою ис­полню. Но по­думай вот о чем: вер­ное ли ты ре­шение при­няла? И не пос­пе­шила ли?

Рун­герд по­вер­ну­лась к ло­шади и ка­кое-то вре­мя мол­ча гла­дила бе­лую гри­ву.

— Это мое ре­шение. И я не хо­чу боль­ше го­ворить о нем.

— Пла­мень вод не све­тит скаль­ду,
Иг­га пи­во мной за­быто.
Ловн ко­лец жес­то­кой во­лей
Фрей­ра ко­пий ра­дость гу­бит.

Она гля­нула на скаль­да, что сто­ял вмес­те с Тор­стей­ном яр­лом и улыб­ну­лась.

— Боль­ше все­го не­дос­та­вать мне бу­дет тво­их сти­хов, Скаф­ти.

Скальд ух­мыль­нул­ся хит­ро.

— Так ос­та­вай­ся и слу­шай сколь­ко угод­но.

— И ты ту­да же! Мне по­ра...

Кол­дунья заб­ра­лась на ло­шадь и нап­ра­вила ее в сто­рону во­рот. Там уже жда­ли Бер­гдис в по­воз­ке, Уль­вар и еще нес­коль­ко че­ловек.

На тре­ниро­воч­ной пло­щад­ке Рун­герд за­мети­ла Гут­торна, ко­торый сра­жал­ся на ме­чах с кем-то из хир­дма­нов. Она при­дер­жа­ла ло­шадь, гля­дя, как он щи­том от­бил удар. По­том за­мах­нулся сам. Про­тив­ник его вы­пус­тил меч из рук, и ко­нунг ус­мехнул­ся, что-то го­воря ему. А по­том пос­мотрел на Рун­герд.

Ка­кое-то вре­мя они гля­дели друг на дру­га. За­тем кол­дунья тро­нула по­водья и от­верну­лась.

— Что это с то­бой?

Рун­герд не за­мети­ла, как подъ­еха­ла к во­ротам. И что ря­дом ока­зал­ся Уль­вар на сво­ем ко­не.

— Я не знаю...

Она встре­вожен­но ози­ралась по сто­ронам.

— Не хо­чет­ся дом свой по­кидать?

— Мол­чал бы ты луч­ше! Я чую опас­ность. 

— Дай мне во­ды.

То­щая ра­быня быс­тро на­пол­ни­ла ковш и по­дала Гут­торну. 

Он по­чу­ял на се­бе взгляд. Рун­герд смот­ре­ла удив­ленно и ис­пу­ган­но. Ко­нунг не слы­шал зак­ли­нания, что про­из­но­сила его же­на, а она не за­меча­ла, как гля­дят на нее на­ходя­щи­еся ря­дом лю­ди. На­конец она вски­нула ру­ку и сот­во­рила в воз­ду­хе ка­кой-то знак. Ед­ва за­мет­но за­мер­ца­ли зна­комые очер­та­ния ру­ны На­уд.

Кол­дунья тут же спрыг­ну­ла с ло­шади.

Ковш в ру­ках Гут­торна рас­ко­лол­ся. Во­да вып­лесну­лась на зем­лю. Он пе­ревел взгляд на ра­быню, ко­торая по­пяти­лась на­зад.

Рун­герд, ока­зав­ша­яся ря­дом, схва­тила ее за шею.

— Что ты ту­да до­бави­ла? От­ве­чай!

— Гос­по­жа... — Один из хир­дма­нов приб­ли­зил­ся не­уве­рен­но. — Она не­мая.

— Ложь! 

Кол­дунья за­мах­ну­лась и уда­рила ра­быню по ли­цу. Брыз­ну­ла кровь, и Рун­герд силь­нее вце­пилась ей в гор­ло.

— Ты все мне рас­ска­жешь!

— Я доп­ро­шу ее сам!

Ко­нунг схва­тил же­ну за ру­ку. Де­вуш­ку тут же уве­ли. А кол­дунья слов­но сра­зу за­была о ней, рас­те­рян­но гля­дя пе­ред со­бой.

Гут­торн вгля­дел­ся вни­матель­но в ее блед­ное ли­цо и быс­тро по­тащил в дом.

— Что ты тво­ришь?

Рун­герд не от­ве­тила. Она, ка­залось, его и не слы­шит.

— Так ведь нель­зя! На гла­зах у всех...

— Пусть! Я не сде­лала ни­чего осо­бен­но­го.

Кол­дунья на­конец пог­ля­дела на му­жа. Он по-преж­не­му креп­ко дер­жал ее за ру­ку, слов­но бо­ясь, что она упа­дет.

— Толь­ко вновь по­каза­ла всем, что мо­жешь.

— Не так мно­го... Я бы и не то сде­лала!

— Ес­ли кто-то проз­на­ет, кто ты...

— К че­му мне жить, ес­ли с то­бой что слу­чит­ся?

Рун­герд вып­ря­милась, бе­зум­но свер­кая гла­зами.

— О чем ты толь­ко ду­ма­ешь?

Гут­торн уса­дил ее на кро­вать и при­жал к се­бе креп­ко.

— Ты ни­куда не по­едешь. А ес­ли ста­нешь воз­ра­жать, я под за­мок те­бя по­сажу. И мне все рав­но, что ты ска­жешь.

Кол­дунья ус­мехну­лась ти­хо.

— Раз­ве мо­гу я у­ехать? Я и за во­рота­ми не ус­пе­ла ока­зать­ся, как с то­бой тут же бе­да прик­лю­чилась. А без ме­ня что ты де­лать бу­дешь?

— Вот уж не знаю!

Гут­торн про­вел ру­кой по ее во­лосам.

— Мне нуж­но ид­ти. Ра­зоб­рать­ся там... Обе­щай, что ког­да я вер­нусь, ты не бу­дешь тряс­тись, как лист на вет­ру.

Рун­герд по­кива­ла мол­ча и улыб­ну­лась ему.