Спутанная нить

— А о чем ты с же­нихом сво­им го­вори­ла, ког­да на­еди­не ос­та­лась?

Хель­га хит­ро при­щури­ла гла­за. Хиль­дис же над­менно вски­нула го­лову, отор­вавшись от сво­его шитья.

— Он мне не... Да о чем они все го­ворят! О кра­соте мо­ей, ко­неч­но! И о том, что один взгляд мой цен­нее всех сок­ро­вищ Фаф­ни­ра. Или что там еще при­нято...

— А он не пы­тал­ся, ну...

— Что?

— Са­ма по­нима­ешь...

— С че­го вдруг?!

— Ну, все же же­них.

— Об этом по­ка ра­но го­ворить! Пусть вна­чале сва­деб­ные да­ры мне приш­лет, а уж я ре­шу, дос­той­ны ли они ме­ня.

Хель­га не­пони­ма­юще зах­ло­пала гла­зами.

— Раз­ве в да­рах де­ло?

— А в чем?

— От то­го, кто до­рог, ни­чего не нуж­но. Лишь бы ря­дом был.

— Тот, кто му­жем мне ста­нет, по­нимать дол­жен, ко­го в же­ны бе­рет! Мой род...

— Да я раз­ве об этом? Пом­нишь, что же­на ко­нун­га ска­зала? Что лю­бовь...

Хиль­дис вздох­ну­ла.

— Пом­ню...

Скрип­ну­ла дверь. Сван­ла­уг сколь­зну­ла в гор­ни­цу, пря­ча за­гадоч­ную улыб­ку. При­села ря­дом с до­черью яр­ла.

— Где ты все ут­ро про­пада­ешь?

— Про­гулять­ся ре­шила. Кра­сиво здесь сей­час... Зе­леное все!

— Да уж ви­жу!

Хиль­дис хит­ро улыб­ну­лась.

— Вот! — вых­ва­тила из ее во­лос зе­леный сте­белек и шут­ли­во бро­сила на ко­лени. — Ты од­на ли гу­ляла?

Сван­ла­уг над­менно под­ня­ла го­лову.

— Ко­неч­но, од­на! Хо­тела те­бя поз­вать, да ты спа­ла еще. Пой­дем вмес­те в сле­ду­ющий раз?

— До­гово­рились! Ой, да ты, смот­рю, серь­гу по­теря­ла!

Де­вуш­ка схва­тилась за ухо, но пой­ма­ла толь­ко воз­дух.

— Хо­чешь, по­можем те­бе по­ис­кать?

— Нет! Са­ма я быс­трее уп­равлюсь.

Хиль­дис по­жала пле­чами.

— Ну, как зна­ешь.

Не­дол­го поб­ро­див по дво­ру, Сван­ла­уг ос­та­нови­лась воз­ле ко­нюш­ни. Зна­ла ведь, что ис­кать про­пажу в усадь­бе бес­смыс­ленно. А по­том за­мети­ла Тор­валь­да, что по­дошел к ней, хит­ро ух­мы­ля­ясь.

— Сле­дишь за мной?

Он взял за ру­ку мол­ча и по­ложил что-то на ла­донь.

— Ты об­ро­нила.

Де­вуш­ка взгля­нула — и от не­ожи­дан­ности ах­ну­ла, ди­вясь зо­лото­му си­янию.

— Но...

— Я сам ви­дел.

— Я...

— Не ду­май, мне не нуж­но ни­чего от те­бя.

— Я не мо­гу...

— Вот еще! Ко­неч­но, мо­жешь!

Сван­ла­уг опус­ти­ла взгляд, раз­гля­дывая по­дарок.

— Очень кра­сиво...

— ...ни­чего пло­хого нет.

— Я прос­то не хо­чу, что­бы нас вмес­те ви­дели.

Го­лоса за уг­лом по­каза­лись зна­комы­ми. Хиль­дис ос­та­нови­лась, прис­лу­шива­ясь.

— Да­же ес­ли и уви­дят, что с то­го? Мои на­мере­ния ты зна­ешь.

— Но я ведь не да­ла еще от­ве­та. И не обе­щала ни­чего...

— Я бы хо­тел твой от­вет ус­лы­шать. Что бы ты ни ре­шила, я пой­му.

— Этим ве­чером те­бя ус­тро­ит?

Хиль­дис зак­ры­ла гла­за и боль­но впи­лась зу­бами в па­лец. А пос­ле ре­шитель­но нап­ра­вилась к до­му.

Мор­ские ве­ликан­ши по­ют свою пес­ню. И, дол­жно быть, сме­ют­ся над ней.

Сван­ла­уг за­воро­жен­но смот­ре­ла, как раз­би­ва­ют­ся вол­ны о бе­рег. Прос­то смот­ре­ла без­думно. Ка­кое при­нять ре­шение, она не зна­ла.

Она ведь да­ла се­бе клят­ву отом­стить. Да и есть раз­ве что-то важ­нее, чем месть? Толь­ко мстить ста­нови­лось не­зачем и не­кому, ког­да Тор­вальд был ря­дом. И мать — Сван­ла­уг бы­ла уве­рена — же­лала бы ее счас­тли­вой ви­деть. Но смо­жет ли она ду­мать о ма­тери без сты­да, от­ка­жись сей­час от мес­ти?

Не­хоро­шее тре­вож­ное чувс­тво зас­та­вило ог­ля­деть­ся. Лишь пус­тынный бе­рег вок­руг. Но бес­по­кой­ство не про­ходи­ло. Очень зна­комое бес­по­кой­ство. И тут она вспом­ни­ла. А за­тем уви­дела...

Ни­каких мер­тве­цов и ок­ро­вав­ленных рук. Бо­гатый на­ряд, мер­ца­ние зо­лота, се­реб­ря­ные ко­сы на пле­чах. Ка­мень в ру­ке лу­чит­ся теп­лым све­том.

Ду­мала, не уз­на­ет ее. Но уз­на­ла. Сра­зу, как уви­дела, по­няла, кто это.

— Что ты хо­чешь, Рун­герд? Приш­ла ме­ня убить?

— Нет. Я не за тем здесь, — ед­ва за­мет­но улыб­ну­лась. — Ви­жу, те­бе из­вес­тно, кто я. Это хо­рошо.

Го­ворит спо­кой­но. Взгляд пусть и нас­то­рожен­ный, но зло­бы в нем нет. Сван­ла­уг же хоть и пы­талась удив­ле­ния не по­казать, вы­ходи­ло пло­хо.

— За­чем же тог­да яви­лась?

— По­гово­рить с то­бой хо­чу.

— О чем нам го­ворить?

— Знаю, мно­гое нас разъ­еди­ня­ет, но мы с то­бой род­ня, Сван­ла­уг. И это­го не из­ме­нишь.

Де­вуш­ка воз­му­щен­но вски­нула го­лову.

— Хо­роша род­ня!

Рун­герд ус­мехну­лась.

— Да, я мно­го че­го со­вер­ши­ла, за что ты не­нави­деть ме­ня дол­жна. Толь­ко вот вы­хода у ме­ня не бы­ло. Хо­тя в чем-то я, мо­жет, и оши­балась.

— Уж не про­щения ли ты про­сить приш­ла?

Ка­кое-то вре­мя она мол­ча гля­дела на Сван­ла­уг. Прис­таль­но, изу­ча­юще.

— Ду­маю, я толь­ко ра­да бы­ла бы, ес­ли бы мы при­мирить­ся смог­ли.

— При­мирить­ся... с то­бой?

— Зна­ешь, имен­но я ведь по­мог­ла те­бе на свет по­явить­ся. И не­мало вре­мени про­вела, нян­чась с то­бой, слов­но с род­ной до­черью.

— И что с то­го?

— Ты мог­ла бы... вер­нуть­ся до­мой. И за­нять по­ложе­ние, дос­той­ное тво­его про­ис­хожде­ния.

Сван­ла­уг не­веря­ще пос­мотре­ла на кол­дунью.

— До­мой?

— Вер­но. Я мог­ла бы стать вмес­то ма­тери те­бе.

— А что же ко­нунг на это ска­жет?

Де­вуш­ка ядо­вито ус­мехну­лась. Рун­герд же гля­дела на нее серь­ез­но.

— Ты его пле­мян­ни­ца. Он был бы рад это­му. По­думай, Сван­ла­уг. Ты... Ты из­ме­нилась с прош­лой на­шей встре­чи. В те­бе по­яви­лись та­кие си­лы, ко­торых рань­ше не бы­ло. Не знаю, как у те­бя по­лучи­лось, но об­ра­щать­ся с ни­ми на­до уметь, ина­че... А я мог­ла бы мно­гому на­учить те­бя.

— Мне бы­ло у ко­го по­учить­ся!

— Всем тон­костям кол­довс­тва так быс­тро не на­учишь­ся. Нуж­но по­нимать, что де­ла­ешь. И ка­кие пос­ледс­твия мо­гут быть. Так что ты ска­жешь?

Сван­ла­уг не­кото­рое вре­мя мол­ча­ла, сжав зу­бы.

— Ду­ма­ешь, я ста­ну жить под од­ной кры­шей с те­ми, кто убил мо­их от­ца, мать и сес­тру?

— Смер­ти тво­ей ма­тери я ни­ког­да не же­лала! Она всег­да по­нима­ла ме­ня луч­ше, чем род­ная сес­тра... мог­ла бы по­нять. Но так уж выш­ло, — со­жале­ние во взгля­де Рун­герд сме­нилось вне­зап­но злоб­ным блес­ком. — А твой отец сам во всем ви­новат!

— И я по­верить те­бе дол­жна?

— Де­ло твое. 

Сван­ла­уг дер­зко вски­нула го­лову.

— С то­бой ря­дом я ока­жусь лишь для то­го, что­бы с но­жом сво­им бли­же поз­на­комить!

Рун­герд улыб­ну­лась хо­лод­но и шаг­ну­ла впе­ред.

— Как зна­ешь. Вновь пред­ла­гать не ста­ну. Я мог­ла убить те­бя еще в детс­тве, ког­да с но­жом над тво­ей ко­лыбелью сто­яла. Да по­жале­ла. Те­перь на жа­лость мою мо­жешь не рас­счи­тывать.

Де­вуш­ка сот­во­рила в воз­ду­хе за­щит­ный знак и за­шеп­та­ла сло­ва не так дав­но изу­чен­но­го зак­ли­нания. Кол­дунья удив­ленно рас­пахну­ла гла­за.

— Кто те­бя это­му на­учил?

Сван­ла­уг рас­сме­ялась са­модо­воль­но.

— Да шла как-то по ле­су и встре­тила гос­тя из Ас­гарда. Дай, го­ворит, с пре­муд­ростя­ми кол­дов­ски­ми те­бя поз­на­ком­лю! А к че­му мне от­ка­зывать, раз пред­ла­га­ют?

Рун­герд ух­мыль­ну­лась не­довер­чи­во.

— И кто же это был? Отец Кол­довс­тва? Всад­ни­ца Ко­шек? Или, мо­жет, Куз­нец Лжи?*

— К че­му те­бе знать? Это ме­ня лишь ка­са­ет­ся! А я вот смот­рю, ожог твой слиш­ком быс­тро за­жил. Мо­жет, еще хо­чешь?

— Ты пу­гать ме­ня взду­мала, возь­ми те­бя Хель? Да я од­ной ру­кой те­бя прих­лопну!

Кол­дунья так вце­пилась в свой ка­мень, что паль­цы по­беле­ли. Сван­ла­уг же схва­тилась за ру­ко­ять кин­жа­ла.

— Так да­вай, че­го зря бол­тать!

Рун­герд хо­тела бы­ло что-то ска­зать, да так и за­мер­ла с от­кры­тым ртом, оша­рашен­но гля­дя за спи­ну сво­ей про­тив­ни­це. Толь­ко ру­ку вски­нула к поб­леднев­ше­му ли­цу.

А че­рез миг на ее мес­те уже ни­кого не бы­ло.

Сван­ла­уг по­чувс­тво­вала, что кто-то под­хва­тил ее под ру­ки. Она и не по­няла, как но­ги под­ко­сились. Раз­вернув­шись, встре­тилась с встре­вожен­ны­ми се­рыми гла­зами.

— Что здесь та­кое бы­ло?

— Не спра­шивай, Снер­рир...

— Я все же спро­шу. Чье это кол­довс­тво? Кто там с то­бой был?

— Там?

— Не знаю, в ка­ком из ми­ров ты бы­ла, но я сквозь те­бя мо­ре ви­дел. И ча­рами вок­руг все сплошь опу­тано бы­ло. Я их до сих пор чую. И что-то еще... ко­го-то.

— Ты... чувс­тву­ешь это?

— Ну да!

Сван­ла­уг вздох­ну­ла тя­жело.

— Я не знаю, как это объ­яс­нить. Есть од­на ведь­ма, она убить ме­ня хо­чет. Ее ча­ры и бы­ли.

— Ведь­ма? Убить? Но за­чем?

— Я рас­ска­жу те­бе. Но в дру­гой раз, лад­но? Сей­час я что-то...

Снер­рир улыб­нулся ус­по­ка­ива­юще и по­ложил ру­ку ей на пле­чо.

— Да... По­нимаю.

Вхо­дя в во­рота усадь­бы, она на­руши­ла мол­ча­ние:

— Я вот толь­ко од­но­го по­нять не мо­гу — че­го она вдруг ис­чезла. Уж не те­бя ли ис­пу­галась?

Снер­рир ус­мехнул­ся.

— Ме­ня? Мо­жет, и ме­ня. Я ког­да к мес­тной ведь­ме хо­дил, она ме­ня, ка­жет­ся, то­же ис­пу­галась. Уж не знаю, чем я ей так не пон­ра­вил­ся.

— Ес­ли бы так все прос­то бы­ло...

Не обер­нувшись, она поб­ре­ла даль­ше, гля­дя пе­ред со­бой, но ни­чего не ви­дя. Толь­ко по­чувс­тво­вала, ког­да ей прег­ра­дили до­рогу.

— Ви­жу, слу­чилось что-то.

Взгляд ос­трый, уве­рен­ность в го­лосе. 

Сван­ла­уг кив­ну­ла.

— Встре­тилась кое с кем.

Раг­нвальд мол­чал, ожи­дая объ­яс­не­ний.

— Рун­герд. В гос­ти зва­ла.

— Что это зна­чит?

— Улов­ка, вид­но. А еще го­вори­ла, что в по­кое не ос­та­вит.

— В этом ей мож­но ве­рить.

Вски­нула го­лову, встре­тилась с вни­матель­ным взгля­дом.

— Хо­рошо, ярл, что я сей­час с то­бой стол­кну­лась. Ты пред­ла­гал мне же­ной тво­ей стать. Я сог­ла­шусь с ра­достью.

Пос­ле не­дол­го­го мол­ча­ния он кив­нул.

— Тог­да ве­чером и объ­явим. К че­му тя­нуть.

Примечания:

* Хейти Одина, Фрейи и Локи.