Видящий Победу

Многие наивно предполагают, что быть взрослым — это умение справляться со сложными ситуациями. Но нет. Быть взрослым — значит уметь видеть простое там, где, казалось бы, все слишком трудно. Зрелость не возрастная характеристика, а черта характера, уровень развития сознания. Ты видишь то же самое, что и раньше, но теперь можешь с этим жить, мастерски разделяя имеющуюся информацию на составные части и работая с ней. Быть взрослым — значит принять себя в окружающем мире и иметь силы что-то менять, ведь реальность никогда не будет тебя устраивать полностью.

Первое, что услышал Никанор, когда вошел в своё скромное жилище — фанфары и поздравления синеволосой электронной помощницы. Сначала он подумал, что таким образом персональное устройство приветствует его после долгого отсутствия, но взглянув ближе, Ники понял, что дело в другом. В золотистой окантовке почти на весь экран пульсировало сообщение о профессиональном достижении и получении награды. Теперь он не просто лаборант Министерства Здравоохранения, а почетный гражданин общества с виртуальной медалью за заслуги перед миром.

Закатив глаза, Никанор пролистал список открывшихся для его нового статуса возможностей и ухмыльнулся. Теперь он имел право выполнять не только задачи принеси-подай, а более важные, например, анализ результатов экспериментов с помощью программной обработки данных, настройка и отладка автоматических измерительных приборов и даже документирование результатов во время экспериментов повышенной сложности. С прочтением каждой новой строки текста, улыбка Никанора становилась всё шире. Он получил возможность выбора, с единственным условием — за день должно быть выполнено задач виртуальной стоимостью не меньше, чем на десять монеток. То есть, 2-3 простых или одна сложная. Некоторые из новооткрывшихся работ оценивались в семьдесят, а то и сто баллов, которые делились в разных пропорциях на участников выполнения задачи. Но увидев следующий пункт, Ники даже прикусил язык от радости. Ему открылся второй уровень доступа ко всемирной базе данных. Это значит, что теперь можно смотреть информацию о любом человеке во всём мире, а не только о тех, кто приписан к министерству, как это было раньше.

— Включить музыку? — наивно спросила виртуальная леди, увидев, что Никанор поочередно крутит поднятыми руками возле головы и ритмично притоптывает на месте.

— А, — махнул он на неё рукой и оглядел жилище.

Санитарная обработка, видимо, проводилась согласно расписанию. Всё выглядит точно так, как в его последнее пребывание дома. Никанор посмотрел на большой серый круглый стол, стоящий посередине комнаты и так отчётливо напоминающий ему о первой встрече со «Знамением Разума». Он ведь даже в своём подсознании для общения с виртуальными личностями создал такой же. Нет, пора избавляться от прошлого, ничего хорошего там нет. Ники подошел к пульту управления строительным полимером и, озираясь на комнату, начал подбирать новый вид мебели. Одно дело 3Д модель на экране и совсем другое то, как предмет будет выглядеть в реальности. Он сделал кровать шире почти вдвое, сменил покрытие пола на мягкий, чуть зеленоватый ковёр с ворсинками толщиной в один кубик, заказал новый матрас и новый костюм для виртуалки, из старого уже вырос. Для нового стола он выбрал форму капли и нежный голубой цвет. Вода, падающая с неба, вызывала приятные эмоции и, глядя на новую мебель, он будто погружался в тот день, когда из идеально-солнечного Рая внезапно попал на волшебную дождливую поляну. «Все слёзы остались там» — подумал Никанор и прикусил щеку, исподлобья глядя в окно.

Где-то там раньше стояла солнечная просторная пирамида Изиды. Узнать бы, почему они играли по обе стороны. Никанор откинул голову и рассмеялся. Какие там стороны! То, что вверху, подобно тому, что внизу. Он посмотрел на запястье, где красовался шрам в форме граней взорвавшегося электронного устройства. Теперь браслет будет с ним навечно. Некрасивый дефект, разумеется, можно удалить. Но Ники этого делать не станет. Полосы обожжённой кожи будут ему всегда напоминать, что тот, кого он считал другом, чуть его не убил, даже не попробовал поговорить, а сразу поверил в ложь. И ладно уже, когда тебе пытаются причинить вред какие-то неизвестные силы, но тот, с кем ты имеешь какие-то общие ценности, идеалы... Видимо, не имеешь. Видимо, придумал общность, поддался каким-то подростковым чувствам брошенного всеми ребёнка и теперь расплатился за свои утраченные иллюзии.

Приподняв рубашку, Никанор посмотрел на грудь. Ничего, кроме нескольких красных едва заметных царапин, а ведь внутри искусственные лёгкие и рёбра. Он сделал глубокий вдох, наблюдая как втягивается живот. В ощущениях разницы никакой, только в мыслях. Ники передернулся всем телом и посмотрел на новую комнату. Значительно позитивнее. А, как говорила Рина, любое занятие нужно делать весёлым.

Вместо браслета ему выдали миниатюрное раскладывающееся устройство и мешочек для его ношения. Электронный прямоугольник толщиной с фалангу пальца в одно касание становился размером с экран наруча, а коснувшись два раза, его можно было преобразовать в планшет. Никанор присел за новый стол и достал устройство. Пока список задач формировался, парень уставился на дверь, где на небольшом крючке он подвесил жёлтый платок Рины. Если бы не этот кусочек ткани, многое пошло бы совершенно иначе. Он протёр глаза и закинул ногу на ногу, вернувшись к экрану, который радостно сообщил, что можно выбирать дела на день.

Проглядывая заголовки всех, примерно пятидесяти, элементов, Никанор то и дело открывал расширенное описание. Раньше он и подумать не мог, что в Министерстве Здравоохранения сконцентрировано столько различных направлений. Тут и химия, и биология, и инженерия, и медицина, и микроэлектроника, и генетика, и нейронауки, в общем, всё, что так или иначе может быть связано с живыми организмами или с их улучшением. Несколько раз ему встретились задания с докторым Степновым и Ники решил отложить изучение списка, чтобы немного подумать. Мысли об открытом доступе к важной для него информации не давали сконцентрироваться. Он кликнул на иконку всемирной базы данных и по буквам произнёс имя Изиды. Голосовая помощница отказалась показывать найденную информацию пока Никанор не выполнит хотя бы одно задание.

— Бездушная машина, — пробурчал парень, возвращаясь к списку.

Видимо, размышления и рассуждения стоит отложить на потом. Прикрыв глаза, Ники постарался расслабиться. Переводя внимание от кончиков пальцев ног к голове, он сбрасывал лишнее, накопленное напряжение в мышцах и суставах, так долго бывших обездвиженными. «Я знаю ответы на любые вопросы, — подумал он, — для этого мне не нужна база». Сделав глубокий вдох, Никанор начал ловить неугомонные точки перед глазами. Только он фокусировался на горстке звёздочек, как они отбегали в сторону. Мысленно гонясь за точками, образующими тонкие паутинки, Никанор очутился в коричневом, почти бронзовом пространстве. Откуда-то тянулся сладкий запах шоколада с лёгким оттенком терпких кофейных зёрен. Ароматные облака развеялись и мягкий туман бережно окутал его тело. Через долю секунды появилась видимость и Ники оказался в центре плотного круга незнакомых людей. Мужчины и женщины разного роста и возраста, со всевозможным цветом волос, глаз и формой лица, исподлобья смотрели на парня. Крутясь на одном месте, Никанор всматривался в них, не понимая кто они и почему он их видит. Между низенькой, меньше, чем Лепрекон, женщиной и худощавым мужчиной в пестрой рубашке с цветами, парень увидел доктора Степнова. Того самого противного старикана, которому он дал палкой по голове.

— Я знаю кто вы. — обратился Ники к нему.

Вместо ответа старик расхохотался и складки на лице запрыгали вместе с дёргающейся от смеха головой. Поджав губы, парень подождал пока приступ мужчины закончится и сказал:

— Вы стёпик и я вам нужен.

— Правда. — ехидно наклонил голову старик, вглядываясь в Никанора, — Но зачем?

Хмыкнув, парень пожал плечами.

— Может тогда ты сам у меня спросишь? — самодовольно прокряхтел старик.

Один за другим люди, вместе с доктором Степновым, вдруг лопнули, как воздушные шарики, оставляя после себя лишь облачко быстро рассеивающегося пара. Никанор ошарашенно открыл глаза и схватился за электронное устройство на столе. Он стремительно нашел одно из заданий в подземной лаборатории, не глядя на его оценку в баллах, и принял. Выскочило окно с деталями и планом движения. Путь был точно таким же, как в прошлый раз. «Жди меня, Себастьян Степнов» — подумал Ники, свернул устройство в исходное состояние, положил в мягкий замшевый мешочек и повесил на шею.

Транспорт прибыл не позже, чем через пятнадцать минут. Парень вышел раньше и, стоя у двери, рассматривал неожиданно появившиеся винно-кровавые цветы, напоминающие морды хищников. Толстые плотные листья торчали из-под коробки дома, явно желая выбраться на поверхность как можно дальше. Над ухом прожужжал шмель, едва не зацепив Никанора за ухо. На дворе было лето и каждый микроэлемент природы радовался этой долгожданной благодати. Издалека доносилось приглушённое ржание и человеческие голоса. Ники помнил осеннюю свежесть, но пока он был без сознания, пришло лето. Игривое солнце то выскакивало из-за туч, то, скрывшись в облаках, насыщало воздух духотой, в которой каждое дуновение ветра воспринималось как пик блаженства. Небольшая коробчёнка на горизонте с тарахтящим жужжанием превратилась в обычную двухместную машину и остановилась в нескольких метрах от Никанора.

Уверенно пройдя все извилистые коридоры Министерства, парень опустился на лифте в обитель доктора Степнова. Старик, судя по всему, был готов к его визиту. Он стоял прямо возле дверей так, что сделай Никанор на автомате шаг вперед, столкнулся бы с крепким стёпиком лоб в лоб. Когда створки кабины открылись, Степнов заулыбался, хихикая с мерзким кряхтением. Насупившись и плотно сжав губы, Ники озадаченно взглянул на старика. Наверное, его как-то неправильно починили. Или ещё больше поломали...

— А здорово ты меня приложил! — радостно вздёрнул руки Степнов, — мог же и убить!

Никанор уставился в пол, топчась на месте. Старик перегородил дорогу и из лифта не выйти если тот не сдвинется.

— Да ладно! Я не обижаюсь, я хотел проверить подружимся мы с тобой или нет.

Доктор похлопал парня по плечу. Никанор, сморщив нос, искоса посмотрел на морщинистую, будто с неё сначала сняли, а потом неправильно натянули кожу, руку, которая отдавала холодом при каждом прикосновении. Степнов наконец-то отошел от двери лифта и, шоркая, поплёлся ко входу в лабораторию. В этот раз первая комната была абсолютно пустой и выглядела точно так же, как сотни других помещений Министерства. Никанор всматривался в горб старика и думал об ученом, который создал такого удивительного робота, ничем не отличающегося от человека. Когда они зашли в рабочее помещение, доктор Степнов указал на пёстренький леопардовый диванчик. Ники сел и сложил руки на коленях, стараясь держать спину ровной.

— Крысы твои, ну которые люди, — начал старикан и хихикнул, — в целости и сохранности. Вообще, — он почесал голову и задумчиво скривился, отчего лицо его стало ещё более уродливым, — не предусмотрел я, что ты меня поломаешь. Ну, думаю, малька проверю, хорошим человеком вырос мой будущий заместитель или нет. Знаешь, я хоть и не настоящий человек, но хочется правильно поступать, по совести, так, как Рытвинов завещал.