Видящий Победу

Сначала ты, громко топая ногами, скандируешь не тобой придуманные лозунги и борешься за свободу, а потом пожинаешь плоды, свалившейся как космический лифт на голову, личной независимости. Ощупывая набитую шишку на затылке, благодаришь удачное стечение обстоятельств, что остался жив, а не впечатался в землю, дополнив своей тушкой останки вымерших млекопитающих. Озираешься по сторонам, а вокруг тебя нет никого. Никого, кто бы объяснил тебе что делать, куда идти и какие мысли думать. Нервно усмехаешься, понимая, что свобода — это не тот сказочный мир, о котором тебе рассказывали. Оказывается, это ответственность за принятие решений, обязательство действовать обдуманно, осознавая возможные, а порой даже маловероятные, последствия и, что самое смешное, свобода — это умение выбирать правила, которым следовать.

Организовав себе удобное место для изучения упущенного из-за пребывания в Раю материала, Никанор спроецировал список задач на специально созданную им для этого стену. Ему ещё не выдали персональный электронный браслет и приходилось пользоваться экраном в доме. Он добавил в свой куб несколько окон, из которых открывался вид на бескрайнее поле, где появлялось всё больше новых серых контейнеров, и даже запросил установку освежителя воздуха. Но всё равно находиться в помещении, когда на улице солнечная тёплая осень, было мучительно. Особенно когда перед тобой нескончаемая простыня текста с непонятными словами. Ники отвлекся от зубрёжки биологии и сделал круговое движение головой. Позвонки хрустнули и он вытянул руки в стороны, разминая лопатки. Пока читал, туловище сползло по стулу вниз и Ники плавно вернулся в положение сидя.

— А Вы знали, — раздался счастливый голос помощницы с очередным советом, — что можете выбрать любой удобный формат обучения?

Мальчик свёл брови и поднял голову, взглянув на экран.

— Если бы была инструкция по пользованию системой, — проворчал он, — было бы куда проще.

— Я нашла во всемирной базе сто тридцать три миллиарда девятьсот пятьдесят семь миллионов триста семьдесят тысяч...

— Мне не нужны данные из базы! — воскликнул Ники, понимая, что сейчас девушка сменит изображение и придётся искать место в тексте, где закончил читать биологию, а это опять лишняя трата драгоценных минут.

— Но Вы сказали «инструкция»... — по-человечески надул губки искусственный интеллект.

— Кибернетика б на тебя гениального... — цокнул Ники

Вряд ли система будет улучшена в ближайшие двадцать-тридцать лет, спорить с ней бесполезно, надо привыкать взаимодействовать. Он вернулся в полулежачее состояние и запросил у девушки объяснение, что означает «любой формат обучения». Оказалось, можно было, исходя из своих личных особенностей и желаний, смотреть обучающее видео, проходить игру, слушать и даже погружаться в виртуальную реальность, подключая сенсорику. А он-то, «дугак», как сказал бы старый учитель, выбрал самое сложное — чтение и зубрёжку. «Учёба — это весело!» — говорили хором Изида с Галзаном, когда Ники жаловался на невероятные объемы информации, ненужные, по его мнению, будущему биоинженеру. Только вот о том, что можно по виртуалке бродить и обучаться, они сказать не удосужились.

После не самой приятной первой встречи, Никанор спрятался в свой тёмный куб, стараясь поговорить с воображаемыми личностями. А они, как назло, куда-то запропастились в самый неподходящий момент! Пришлось мальчику разбираться с собственными чувствами и планами на жизнь самостоятельно. Ники всего передергивало, едва он вспоминал, как разрыдался в объятьях Изиды будто шестилетняя девчонка. С другой стороны, в области груди становилось теплее едва в памяти появлялась темноволосая женщина. На второй день своего пребывания в городке Министерства, он вернулся в пирамиду, которая сменила цвет с жёлтого на светло-зелёный. Когда дверь мягко приземлилась внутрь помещения, Ники, после тяжелого вдоха-выдоха, попросил женщину помочь во всем разобраться. Ну а что? Других возможностей у него нет. Старик-спаситель вряд ли ещё когда-то выйдет на связь, его задача состоит в том, чтобы предоставить миру больше гениев, а не в том, чтобы возиться с ними, как Мама в раю.

Изида с Галзаном зла на него не держали и в итоге всё время, когда Никанор не учился, он проводил в разноцветной пирамиде. Они рассказывали удивительные истории из своей жизни, углубляясь в детали профессии хирурга. Как проводили операции в невесомости, в горах и даже на дне океана. Иногда говорили о своём сыне, который совершил очень серьёзное преступление, украл бесценный чип. Конечно, затрагивая эту тему, они делали вид, что не знают где он и что с ним произошло. А Никанору даже нравилось играть в эту «догадайку», когда приходилось домысливать и предполагать, что мужчина с женщиной имели в виду на самом деле. Иногда он понимал, что Тимур, находясь где-то в рядах «Знамения Разума», передаёт привет другу, а иногда был твёрдо уверен, что его уже записали в ряды «своих».

«Вот только я не ваш» — подумал Ники, почесав лоб. Он потер уставшие от чтения глаза и встал, поворачиваясь к экрану. Костюм для виртуалки, кажется, можно заказать в том же меню, где и еду. После недолгих поисков, он выбрал самую последнюю модель из мягкой эластичной ткани, которая не должна сжимать чувствительные места, вышел из своего импровизированного учебного кабинета и сел за круглый стол, задумчиво глядя в окно. Солнце за окном становилось с каждой минутой всё мягче, скрываясь за горизонтом. Стремительно бегущие облака-барашки, как и дневное светило, торопятся отправиться спать и отдать бразды управления небом миллиардам звёзд. Положив голову на руку, Никанор скучающе провёл взглядом несколько серых тучек. Пятнадцать лет — тот возраст, когда ты уже обязан знать где твоё место в мире. Конечно, есть такие кому сканер потенциала говорит начинать работать в двадцать пять или в тридцать лет, но это скорее исключение, чем правило. Обычно до двадцати все уже находятся там, где принесут большую пользу миру. Никанор подковырнул под ногтями, будто убирая грязь. Руки давно чистые, ногти аккуратно острижены, а привычка выковыривать что-то из-под ногтей осталась.

Он прикрыл глаза, погружаясь в собственное сознание. Яркие точки мерцают, пульсируют, будто он находится в космосе. Они объединяются в круги и плавно расходятся, открывая внутреннему взору пустое пространство с открытой дверью, за которой кромешная тьма. Ники представил, как приближается ко входу. Он заглядывает внутрь, рассчитывая увидеть комнату для совета воображаемых личностей, но за дверью нет ничего. Если вы когда-нибудь сталкивались с «ничем», вы никогда не спутаете его с чем-то иным. Это всепоглощающий мрак, это чёрный туман, в котором растворяется всё, что имеет форму и цвет. Ники постучал по открытой двери, но не услышал ни единого звука. «Мама! Папа!» — крикнул он в пространство, но не получил ответа. Никого. Ни Рины, ни Тимура, ни даже старого учителя. Мальчик замер перед выходом в иное пространство, а он почему-то знал, что параллельные личности отправились куда-то, куда обычным людям нет хода. Они ушли, чтобы принести с собой какие-то важные для него знания. Информацию, которую не получишь во всемирной базе данных даже с высшим уровнем доступа. Наверняка так и есть. Мальчик не верил, что его внутренние личности могли исчезнуть насовсем вот так, не попрощавшись.

— ...рыть дверь? — услышал Никанор отдаленный голос и оглянулся.

Никого.

— Открыть дверь? — будто над ухом произнесла девушка и мальчик подпрыгнул от неожиданности.

Дернувшись, Ники ударился коленом о крышку стола и понял, что заснул. Голосовая помощница на экране показывала руками на маленькое окошко, где он увидел Изиду и Галзана.

— Открой.

Строительный полимер зашипел и дверь отогнулась наружу.

— Ты заснул что ли? — ласково спросила Изида.

— А ты что, не видишь? — рассмеялся Гал, вытягивая лицо и кривляя заспанного Ники.

Голова мальчика гудела так, что он слышал их слова будто откуда-то издалека. После недолгого звона в ушах, слух восстановился и мальчик потряс головой, приводя себя в нормальное состояние.

— Пойдем, — мотнула головой высокая женщина, — у нас было немного баллов, мы смогли взять сутки отдыха, покажем тебе кое-что.

— Сейчас? — насупился Никанор, но тут же спохватился, ведь что может быть интереснее путешествия под покровом ночи, — Иду.

Мальчик приказал электронной помощнице вести себя хорошо и с чужими не разговаривать, быстро накинул серую ветровку, заказанную утром, и вышел вместе с родителями Тимура на улицу. Неторопливо шагая за парой, Ники потягивался и зевал, ещё не до конца вернувшись в реальность. Голые щиколотки замёрзли от мокрой травы и он подумал, что надо бы заказать брюки подлиннее.

— Вернёмся, — строго сказал Галзан, — сделай тут дорогу.

Пожав плечами, Никанор промолчал, поглядывая на блестящую в свете луны лысину мужчины. Прохладный ночной воздух слегка щипал ноздри, а изо рта вырывалось едва заметное облачко пара. Мужчина с женщиной всё ускорялись и Ники пришлось подбежать к ним ближе, чтобы сильно не отставать. Метров через пятьсот от жилища мальчика, они остановились и вдруг оба присели. «Да неужто?! — изумлённо озадачился мальчик, всматриваясь как они водят руками по траве, — Прямо под Министерством?». Через несколько секунд Изида остановила руки и протяжно шикнула. Галзан огляделся по сторонам и из внутреннего кармана достал какой-то предмет, шириной с ладонь. Мужчина покрутил его в руках, рассматривая в лунном свете, и затем развернул в тонкую палку, которую вставил точно там, где Изида держала руки. Женщина шепотом сосчитала до десяти и квадрат земли вместе с травой откинулся как крышка. Никанора отправила вниз первым. Мальчик осторожно спускался по едва видимой в темноте холодной железной лестнице и вспоминал, как ему пришлось ползти вниз по качающемуся тросу колодца в школе. Тогда было страшно. Сейчас просто любопытно. Он хотя бы знает чего ожидать и не боится ни теней, ни своего будущего.

Едва Ники ступил на ровную, немного рыхлую поверхность, как услышал знакомый голос.

— Бельчонок! — окликнула его Рыжая из длинного круглого туннеля.

Закатив глаза, Никанор развернулся к ней, быстро изображая на лице радушную улыбку.

— Здравствуй, Рыжая, — со всей возможной доброжелательностью, поздоровался он и, сцепив зубы, добавил, — давно не виделись.

— Нииииик! — оттуда же, из-за спины девушки, с громким топотом мчался темноволосый крупный парень.

Много раз Никанор представлял себе их встречу. Думал, что выскажет товарищу всё, что думает. Особенно про то, что его родители оказались участниками «Знамения Разума», организации, которой он поверил и где его самым паршивым образом обманули и чуть не убили. Воображал, что даже повалит его на землю и изо всех сил врежет по лицу так, чтобы друг почувствовал самую настоящую боль, какую Никанор почувствовал тогда, во время его побега. Но вопреки всем представлениям Ники, едва мелькнула черная макушка Тимура, его лицо невольно растянулось в улыбке, сердце радостно ёкнуло и ноги сами понесли его вперёд.

— Тим, — Никанор сделал несколько шагов и понёсся навстречу другу.