ГЛАВА 6: СВЕТОНОСНЫЙ
Лагерь был разбит у подножия Мглистых Утёсов, где костры едва отгоняли холод, принесённый с моря Туманов. Артизава сидел у огня, перебирая обломок кристалла с печатью Люцифера. Отблески пламени играли в его красных глазах, превращая их в кровавые озёра. Каил спал, завернувшись в плащ, а Сирина чистила кинжалы, бросая на принца косые взгляды.
— Ты похож на голодного пса, — проворчала она. — Перестань пялиться на этот камень, а то и правда сойдёшь за одержимого.
Артизава не ответил. Кристалл жёг пальцы, словно взывал к чему-то внутри него. Он закрыл глаза — и мир рухнул.
Он стоял в пустоте.
Не в тьме, а в чём-то за её пределами. Под ногами не было земли, лишь бесконечная зеркальная гладь, отражающая звёзды, которых не должно существовать. И Он.
Люцифер Светоносный парил в метре от Артизавы, но казался бесконечно далёким и одновременно вездесущим. Его крылья, сплетённые из света и пепла, простирались через всё пространство. Лицо — совершенное, словно высеченное из мрамора богами, которые сами забыли его черты. Только глаза выдавали суть: один сиял ослепительной белизной, другой поглощал свет, как чёрная дыра.
— Артизава Д Рил, — голос Люцифера звучал как симфония, в которой смешались крики рождающихся звёзд и стои умирающих миров. — Наконец-то ты пришёл.
Принц попытался шагнуть назад, но тело не слушалось.
— Что ты хочешь?
— Хочу? — Люцифер рассмеялся, и зеркальная гладь затрескалась. — Я не человек, чтобы хотеть. Я — необходимость. Огонь, который сжигает гниль, чтобы на пепле выросло нечто новое. Ты же чувствуешь это, дитя двух кровей.
Крылья демона сомкнулись, и он оказался в сантиметре от Артизавы. Его дыхание пахло гарью и озоном.
— Твоя мать умерла, пытаясь скрыть правду. Твой отец предал тебя из страха. А ведь всё, что они ненавидят в тебе... это мой дар.
Люцифер коснулся пальцем груди Артизавы. В глазах принца вспыхнули видения:
Ночь его рождения. Комета, рассекающая небо. Шепот эльфийских жрецов: «Ребёнок несёт кровь древних». Мать, умирающая на алтаре, её последние слова: «Он не виноват...» И тень с крыльями, склонившаяся над колыбелью.
— Ты — дитя хаоса, — прошептал Люцифер. — Я вплел частицу себя в твою душу, чтобы ты стал факелом в этой гниющей вселенной. Твои красные глаза видят нити реальности? Это моё наследие. Ты можешь переплести их.
Артизава вырвался, но зеркальная гладь под ногами стала жидкостью. Он погружался, а Люцифер парил над ним.
— Зачем? — крикнул принц. — Чтобы я стал твоим рабом?
— Рабом? — Демон склонил голову, будто разглядывая букашку. — Я дам тебе силу стереть тех, кто причинил тебе боль. Империя людей, Альбион, даже этот жалкий полуэльф... Сожги их, и мы создадим мир, где не будет предателей. Где ты станешь богом.
Рука Люцифера простёрлась, и в ней возникло Сердце Рубикона — кристалл, пульсирующий как живой орган. Сквозь грани проглядывали города, горы, моря... весь мир, словно игрушка.
— ОНО МОЖЕТ ВСЁ, — сказал Люцифер. — Даже вернуть мёртвых. Твою мать...
Артизава замер. Образ матери, её улыбка, которой он никогда не видел, пронзил сердце. Но затем он вспомнил другое: Гаэлана, называющего его «демоном», Лирона, крадущего его меч... и Каила, который бросил: «Ты не один».
— Нет, — прошептал он. — Ты не даёшь силу. Ты даёшь петлю. И я не надену её.
Люцифер вздохнул, как взрослый, уставший от капризов ребёнка:
— Ты отказываешься сейчас, но каждый твой шаг ведёт ко мне. Ты будешь убивать, чтобы защитить. Будешь ненавидеть, чтобы выжить. И в конце... ты сам попросишь меня забрать твою душу.
Зеркальный мир начал рушиться. Люцифер растворялся, но его голос гремел в голове Артизавы:
— Найди Сердце, дитя пепла. Принеси его мне... или уничтожь и обреки мир на вечную гниль. Выбор за тобой.
Артизава очнулся, вцепившись в землю. Кристалл в его руке раскалился докрасна, а на груди тлела метка — крыло, обвитое пламенем.
— Ты выл как затравленный волк, — Сирина стояла над ним с луком наготове. — Что это было?
Каил, бледный, протянул флягу с водой:
— Он приходил. Да?
Артизава кивнул, с трудом поднимаясь.
— Он предлагал мне всё... и ничего. — Принц посмотрел на горизонт, где первые лучи солнца резали тучи. — Мы найдём Сердце Рубикона. Но не для него.
— А для чего? — спросил Каил.
— Чтобы раздавить его.
Сирина засмеялась, резко и жёстко:
— Тогда нам нужен корабль. И я знаю, где его взять.
Она указала на море Туманов, где на скале виднелся силуэт пиратской шхуны с алыми парусами.
— «Кровавый Рассвет». Капитан — мой бывший... друг. Он продаст душу за золото, но корабль быстрее ветра.
Артизава взглянул на метку на груди. Она пульсировала в такт его сердцу.
— Плывём. Пока Люцифер не нашёл Сердце первым.
А далеко в пустоте, за гранью реальности, Светоносный наблюдал за ними. Его чёрный глаз поглотил отражение Артизавы, а белый вспыхнул, как сверхновая.
— Спеши, дитя, — прошептал он.— Чем ярче твой свет, тем глубже будет тень.