Темно-оранжевый закат

Хочу предложить вам прочтение этой главы под ту песню которой я вдохновилась. Может быть в моей голове все было на много лучше, чем получилось, но пожалуйста, включите эту песню и только тогда вы помёте, что я хотела донести до вас. Название трека: Lewis Capaldi
- Hold Me While You Wait.
_______________________________

- Что? – удивленно спрашивает она, забираясь вслед за Александром на борт, - Ты сейчас не шутишь?
- ты знаешь, что с моей профессией лучше не шутить, - улыбается Фицджеральд, проводя Денеболу на борт яхты, где для них был накрыт небольшой круглый столик. Белая ткань, устилающая столешницу, чуть не доставала до пола, но колеблемая морским бризом, она легко отлетела в сторону, касаясь холодного металла рубки.
Девушка аккуратно касается леера рукой, смотря на то, как нос яхты рассекает небольшие волны океана, стремясь куда-то ближе к горизонту. Внезапно ее охватывает страх... Киты же такие большие, а что, если они что-то сделают с яхтой? Но ее тревожные мысли разносятся в стороны, когда их пробивает голос Александра.
- Мы плавали сюда с отцом много раз, - рассказывает блондин, опираясь локтями о холодный леер, - помню, как он учил меня плавать. У отца было своеобразное чувство юмора, и он считал это веселым. Я стоял точно так же, как сейчас стоишь ты. Он подошел ко мне и спросил: «как думаешь, вода слишком холодная, Лекси?», на что я ему ответил, что не знаю. У него нашелся способ это проверить. Отец схватил меня и кинул за борт, что вызвало ужасное возмущение у моей мачехи. До сих пор помню, как она отчитывала его, когда я дрожа сидел, закутавшись в полотенце и теплый плед.
Эту историю Алекс рассказывал с улыбкой на лице. Как бы сильно его сердце не болело от воспоминаний об отце и о том, что он сделал с его мамой, Александр все равно любил этого человека и воспоминания о нем были самым дорогим у Алекса. Он всегда хранил у себя в голове.
- о боже, - смеётся Ланжерон, чуть прикрывая глаза, - я бы поддержала твою мачеху.
- она была хорошей женщиной, хоть и не была моей родной матерью.
- а где твоя биологическая мама? – спрашивает брюнетка, обращая свой взгляд в сторону Алекса.
- любишь копаться в душе у человека? – смеётся Алекс, поворачиваясь в сторону столика, - может быть присядем и поужинаем, пока на горизонте не объявились те, кого мы ищем?
Александр просто не мог. Не мог преодолеть себя и рассказать брюнетке о том, где на самом деле его мать, которую он даже не знал и черт возьми даже не помнит. Единственное воспоминание о Розмари Дженсен скрывается в его столе под замком. Маленькая выцветшая фотокарточка, на которой Джеймс аккуратно приобнимает за плечи миниатюрную блондинку, которая счастливо улыбается, держа в руках букет мимоз и маленькую длинную бумажку, на которой красовались две красные полоски...
Денебола надув нижнюю губу присаживается на стул, придвигая его чуть ближе к столику. Она не тот человек, который будет копаться в душе у людей, но не сейчас. Её интересовало, куда же могла деться мать Алекса. Ей было интересно все, что касается его. Но сейчас она оправдывала это лишь чисто рабочим интересом, не более того. Но в глубине души Ланжерон не хотела признавать, что этот блондин добрался до ее сердечка за столь короткий срок. Еще слишком рано...очень рано.
- Прости, что я был груб, - шипит Александр, щелкая пальцами.
из трюма тут же появляется парочка – светловолосая девушка и  парень, одетые в костюмы официантов. Их белые рубашки были аккуратно выглажены, а контрастировали они с коричневой бабочкой, цвет которой больше походил на лазурный янтарь, нежели на какой-то грязный оттенок земли. Их фартучки так же были аккуратно выглажены и в районе сердца на янтарной ткани была вышита фамилия Фицджеральдов. Кажется, что абсолютно каждая вещь в этом городе подписана фамилией Алекса, по внешнему виду которого даже и сказать нельзя, что он владелец целой мафиозной империи. В этом и был фокус, который играл ему на руку. Он был слишком смазлив, чтобы кто-то мог подумать, что он может убивать людей и строить козни.
- расскажи немного о себе, - предлагает блондин, наблюдая за тем, как парочка, которая только что вылезла из трюма, расставляет перед ними блюда с крабами, рыбой и креветками.
- я думала, что ты и так все знаешь, - улыбается Дена, с интересом рассматривая три тарелки, которые только что появились перед ними, - разве нет?
- нет, - пожимает плечами Фицджеральд, - я совсем ничего о тебе не знаю. Если тебе интересно, то твоё дело, как ты выразилась в прошлый раз, не лежало у меня на столе через пять минут. Все по честному.
- Я не хочу тебе ничего рассказывать о себе, - хмурится брюнетка, накладывая себе в тарелку форель, - Ровно так же, как и ты.
- о как, - удивляется тот, вставая из-за стола и откупоривая бутылку с розовым шампанским, - Значит давай сделаем так. Ты рассказываешь о себе и отвечаешь на все мои вопросы, которые я тебе задам, только отвечаешь честно, а после я отвечаю на почти все твои вопросы, так же честно как это сделаешь и ты. Идет?
- прости, на «почти» все? – переспрашивает Денебола, беря в руки наполненный бокал, пузырьки в котором спешат по стеклянной стенке вверх.
- ты не ослышалась, - хмурится парень, поправляя салфетку у себя на коленях, - соглашайся. Это даже больше, чем я могу тебе предложить.
- Ладно, - закатывает глаза брюнетка и протягивает бокал Алексу, - за вашу спасенную руку, мистер Фицджеральд.
- За вашу отличную стрельбу и умение накладывать швы, - отшучивается он и наклоняет свой бокал в сторону Ланжерон, после чего слышится тихий стук стекла.
- что ж, и с чего мне начать?
- пожалуй стоит начать с того, почему ты выбрала для себя прошлую профессию. Что сподвигло тебя начать торговать своим телом?
- Это довольно долгая история, и я не думаю, что...
- Мы куда-то торопимся? – перебивает девушку Александр, отправляя в рот креветку. – Продолжай, пожалуйста.
- У моих родителей есть небольшая пекарня в центре города. Она всегда была мечтой моего отца, а после того, как он встретил маму, она тоже загорелась его грёзой. После рождения меня они взяли кредит в «Фицджеральд бэнкс» на покупку помещения и для первых нужд. Все шло неплохо, пока они не посчитали первую выручку. Её хватило только для того, чтобы погасить ежемесячный взнос в банк. Дальше дела шли чуть лучше, но у каждого дела иногда бывают черные дни. Именно такие дни настали тогда, когда мне исполнилось 16 лет. В нашу пекарню вломились просто огромные люди и начали требовать от отца деньги за весь кредит сразу... они обчистили кассу, вынесли кое-что из кухни и ушли. Мои родители лишились выручки за почти два месяца и чуть ли не сводили концы с концами. Именно тогда я решила, что должна им помочь. Я бросила школу и пошла работать на местную улицу Красных фонарей лишь бы помочь своим родителям. Первое время я говорила им, что деньги у меня появляются от того, что я помогаю людям по дому. Ну, убираю их вещи, делаю ремонт и прочее. Но однажды мама увидела меня. Она шла домой после смены и увидела, как я залажу в машину к какому-то незнакомцу. Этот день одновременно стал для меня и самым лучшим и самым худшим. Лучшим потому что я встретила мистера Ромеро, а худшим потому что мама и отец узнали источник моего заработка.
Весь рассказ Александр слушал брюнетку не отрываясь. Он даже не пил из бокала, в котором шампанское уже перестало так интенсивно играть, он просто слушал ее и слушал. Будто бы ее голос стал центром его вселенной и если он сейчас оторвется от него, то все будет потеряно.
- Черт, мне ужасно жаль, - все же произносит Алекс и внезапно понимает, что его горло ужасно пересохло. Он осушает бокал в один миг и продолжает сверлить Денеболу взглядом своих голубых глаз.
- А что вас связывает с Ромеро? Вы... любовники?
- что? – удивляется Ланжерон и закрывает рот рукой, и вдруг слышится ее звонкий смех.. такой живой что ужасно поражает Алекса, - Нет, что ты. Мистер Ромеро просто замечательный человек. В тот вечер я села к нему в машину. Обычно всем клиентам было плевать на мой возраст, но только не ему. Он расспросил, как именно я начала работать здесь и он пожалел меня. Это был первый человек, которому я смогла выговориться. По счастливой случайности он оказался тем, кто смог договорится с банком и выкупить кредит моих родителей. Он осыпал меня различными подарками, отправлял деньги и мне, и родителям. Из-за его влияния я перестала работать. Именно так я и смогла накопить себе на квартирку. Я всегда мечтала о своём уголке, так что после ее покупки я стала ещё счастливее.
- Получается, что Ромеро был тебе как второй отец? – делает вывод Алекс, - Но вы никогда не...
- нет, - вскрикивает Денебола, понимая к чему клонит блондин, - У нас с ним и вправду отношения как у отца и дочери. Не более того, правда.
- а что насчет других мужчин?
- Кит! – внезапно кричит брюнетка и соскакивает из-за стола, подбегая к лееру яхты и хватаясь за него своими тонкими пальчиками.
Александр встает вслед за ней, все еще недовольный тем, что девушка так и не дала ответ на его вопрос. Но он так рад видеть ее детскую живость и блеск в глазах. Это выглядит чересчур мило. Эта картина просто заставляла серьезного и вечно ворчливого Лекси размягчить стенки своего сердца. Огромный синий кит разрезал своим телом темную воду океана, в которой сейчас отражался розовый закат. Его огромная туша поднималась из воды и чуть опускалась, а после вновь показывалась на поверхности. За всем этим Денебола наблюдала не отрываясь. Её завораживали огромные и почти не четкие линии этого существа, что чуть выныривало, разрушая ровную поверхность океана. Внезапно на своих плечах она чувствует тяжелый пиджак и чьи-то руки. Невольно повернувшись, Ден встретилась глазами со взглядом Александра, который заботливо накинул ей на плечи свой пиджак.
- я подумал, что тебе может быть холодно, - внезапно начинает бубнить тот, отводя взгляд на воду.
Девушка улыбнулась некой робости Фицджеральда, мысленно поправив свою корону. Это даже как-то странно и мило, что именно она может ввести в ступор и стеснение такого человека, как Алекс.
Он проводит рукой по своим волосам, взъерошивая их еще больше. Денебола даже представить не могла, каким сексуальным в этот момент был мужчина, который привез ее сюда, полюбоваться на это захватывающее дух зрелище. Лучи розового солнышка играли в его волосах, создавая причудливую игру света. Один волосок закрывал другой и из-за цвета заката волосы казались цвета клубничного блонда, а не такими, какими были раньше. Его глаза были устремлены в воду, где только что вновь исчез кит. Четко очерченные скулы то сжимались, то разжимались, выдавая явное волнение. Идеалом красоты и воплощение всей грации были греческие боги, но к черту их, когда рядом Александр Джеймс Фицджеральд. Ланжерон нервно сглатывает, вновь обращая своё внимание в воду, где уже было спокойствие.
- и как тебе? – спрашивает блондин, возвращаясь на своё место.
«Если такова ваша благодарность, то для меня её можно считать пыткой.» - мысленно произносит брюнетка, но на действиях лишь сильнее закутывается в пиджак и ничего не говоря, улыбается во весь рот.
- будем считать, что вам понравилось, - отвечает тот без намека на хоть какую-нибудь теплоту и вновь разливает шампанское в два бокала, наполняя их меньше чем на половину.