Ялмез: Вода

— Давайте вы меня свяжете, засунете кляп в рот и запрёте в подвале у Кэт? — предложила Оксилия. От такого грубого способа обезопасить нас я не смогла не восхититься подругой. Неужели она и на такое готова пойти? — Что? — девушка не поняла наших взглядов. — Я буду тихой, как мышка, ни себе, ни вам не смогу навредить.

— От метки мы всё равно не избавимся, — повторила Луиза.

Оксилия, казалась, стала ещё ниже, опустив понуро голову. Если до этого хоть какой-то огонёк надежды теплился в ней, то теперь точно потух. Не сказав больше ни слова, она зашагала на второй этаж.

Настоящая я с родителями должны были вернуться лишь к вечеру, так что мы неспеша собирались в путь. Тем не менее время шло предательски медленно. После того, как мы узнали, что Тайный подчинил Оксилию и требовал от нас полного послушания, сна не было ни в одном глазу.

Мы с Луизой обсудили медальон, который дал Тайный. Подругу, казалось, это беспокоило куда сильнее, чем меня, и в итоге она пришла к выводу, что я не так проста и связана с Ялмезом куда сильнее, чем все мы полагали. Это объясняло многое: пожар, решение Королевы Лидии как отправить меня на Ялмез, так и вернуть нас всех обратно, а также связь с Тайным, каким бы нелепым это ни было. Меня, по правде, злило отношения последнего: он поставил проклятую Метку на мою лучшую подругу и угрожал нам, приказывая найти для него могущественную Корону, — и тем не менее ждал от меня непонятного дружелюбия? Я не согласилась с Луизой и, скорее, утвердилась в том, что меня просто нагло использовали. Это злило.

Подруга заметила мою смену настроения, и мы закрыли тему.

Девушки разбрелись кто-куда. Анжелика долго сидела в телефоне, одновременно подключив его к зарядке, а послеприхорашивалась в ванной. Ей больше, чем кому-либо, понравилось, что мы вернулись на Землю, пусть и обстоятельства не радовали. Луиза медитировала на кухне, а я взяла жёлтый рюкзак и закинула в него маленькую бутылку с водой, фонарик, телефон и все сладости, которые Оксилия прихватила с Ялмеза. Она даже не притронулась к ним.

Я бросила рюкзак на пуф возле входной двери и неспешно поднялась на второй этаж. Ступеньки предательски заскрипели. Я тихо подошла к приоткрытой двери, которая вела в мою комнату, и через маленькую щёлку увидела сидящую на кровати Оксилию. Она рассматривала плакаты на стене и время от времени поглаживала левую руку.

Я несмело шагнула. Дверь протяжно скрипнула, но подруга не обратила внимания. Я подошла к столу, опершись на него, и тихо вздохнула, не зная, что сказать, как завести разговор. Я не была уверена даже в том, стоило ли приходить. Может, Оксилия предпочитала оставаться одной, чтобы всё обдумать. Подруга тоже не спешила заводить разговор, поэтому некоторое время мы просто молчали.

— Смотри, — я первая нарушила тишину и стащила с полки самодельную открытку с рисунком скорпиона. Протянула её подруге, и Оксилия молча взяла. — Это ведь ты мне подарила. Что там написано?

На лице девушки промелькнула улыбка, и у меня немного отлегло.

— «Всё будет хорошо, потому что ты крута», — прочитала она написанный вручную жирный чёрный шрифт.

— Именно.

Подруга усмехнулась, некоторое время разглядывала открытку и вернула, а я поставила её на место.

— Простите, — совсем тихо произнесла Оксилия и отвернулась.

Я даже успела подумать, что мне послышалось.

— Не говори глупости, Окс. Ты ни в чём не виновата. Кто ж знал, что этот Тайный задумал? Он мог поставить метку на любую из нас.

— Ну, если это действительно так, то я рада, что он поставил её на меня.

Оксилия не поднимала глаза, как будто действительно провинилась в чём-то серьёзном. Даже перед Грэем она никогда не опускала так голову, когда вытворяла что-то проблемное.

— Мы найдём Корону, и он отпустит тебя...

Я уже хотела было дать обещание, ведь знала, что люди в такие моменты легко произносят их, это ведь отлично поддерживало хороший настрой, но слова так и застряли в горле. Я не собиралась бросать вызов судьбе.

— Ты ему веришь? — подруга наконец подняла голову. В её ореховых глазах затаилась печаль.

— Да, — глухо ответила я и пожалела об этом, ведь на самом деле ни грамм не верила. Как обещание давать, так я сразу затыкаюсь, а как лгать — тут как тут. Стало тошно от себя самой. — А если он не сдержит слово, — я поспешила исправиться, — то мы найдём другой способ тебе помочь. Это я гарантирую.

— О, ну раз есть гарантийный талон, то, так и быть, приму к сведению, — заулыбалась подруга, и я хихикнула. Она явно воспряла духом, хотя я так и не поняла, помогла ли ей или она сама себя в чём-то убедила. — Так, комар тебя укуси, что мы сопли тут развели? — Подруга встала, отряхнула руки и глубоко вдохнула, сведя брови к переносице. — Сейчас самое время надрать кое-кому зад за то, что нас недооценивает.

— Узнаю Малькентон, — донеслось со стороны входа, и в комнату вошла Луиза.

У Оксилии глаза на лоб полезли.

— Как давно ты там стоишь? — недовольно спросила она.

— Да я и не стояла, — пожала плечами Луиза. — Услышала конец разговора.

— Ну да, так я тебе и поверила.

— Опять двадцать пять, — закатила глаза Самойлова. — Когда уже ты выучишь, что я вам никогда не вру?

— Ага, про то, что ты на Ялмез тайно бегала пару лет, — это, значит, не ложь была?

— Я просто не говорила и всё. Это не значит, что я вам врала.

— Как раз значит.

В комнату зашла Анжелика, расчёсывая длинные светлые волосы. Она с интересом посмотрела на подруг.

— Опять грызутся?

— Ага, — ответила я, не сдерживая широкую улыбку.

Это, конечно, было очень странно: радоваться очередной ссоре подруг, тем не менее это означало, что Оксилия не поддалась отчаянию. Я знала, как она дорожила нами и боялась причинить какой-то вред, так что новость о том, что она стала опасна, сильно подкосило её.

— А если я не говорю тебе, что подбираю с улицы всё потерянное, это тоже ложь? Или про домашку молчу? Или про нашего классного руководителя, которая отчитывала за то, что никто в столовой не питается?

— Это другое!

— В чём разница?

— Отстань, Самойлова.

На некоторое время зависла тишина. Оксилия и Луиза долго переглядывались, а потом не удержались и рассмеялись. Я с Анжеликой недоумённо переглянулись, но не стали шутить по этому поводу.

— Лу, ты что, и впрямь подбираешь всякий хлам с улицы? — сквозь смех поинтересовалась Оксилия.

— Не хлам, — не согласилась подруга. — Всякие брелочки, колечки, резинки и прочие мелкие и зачастую красивые вещи.

— Ну и тараканы у тебя в голове.

— Твои комары не лучше... Никому не слова об этом.

От этой просьбы мы лишь громче рассмеялись и начали шутить, представляя подругу, подбираемую очередную потеряшку, при самых разных обстоятельств. Луиза была не против. На этом напряжение немного спало, и мы охотнее обсудили варианты, если бы что-то пошло не так. Я всегда любила быть готовой, прокручивая всевозможные варианты в голове, и в то же самое время всё равно что-то шло не по плану, так что предупредила девушек чуть что импровизировать.

Нам стоило подготовиться к варианту, что Тайный не сдержит слова, не отпустит Оксилию и продолжит нас использовать. Малькентон начала выпрашивать с нас обещание, что тогда мы должны будем попытаться остановить её или, как минимум, перестать выполнять прихоти недруга и просто бежать подальше, на тот же Ялмез за помощью. Луиза и Анжелика неохотно согласились, а я лишь грозно отмахнулась, начиная невольно злиться, что тема клятв стала слишком часто вливаться в разговор. Если бы Оксилия продолжила настаивать, мы бы с ней крупно поссорились.

Ближе к полудню мы немного сонные заторопились к выходу. Мы долго обдумывали возможность воспользоваться мостом на Ялмез и попросить помощи у Королевы Лидии, но не знали, когда точно приедет машина и как бы на это отреагировал Тайный. Оксилия настояла на этом варианте, и мы решили им воспользоваться лишь в том случае, если за нами никто так и не приедет и мы будем успевать к переходу.

С одной стороны, мне ужасно хотелось взять за руку Малькентон и затащить в Дикий Лес к мосту, рискнув всем. С другой стороны, цена была слишком высока.

Меня бесила беспомощность. Я терпеть не могла, когда меня нагло использовали, будь на месте Оксилии, точно бы пошла наперекор Тайного. Всё равно, что бы он сделал, лишь бы не потакать приказам. Возможно, будь я немного храбрей, сейчас бы тоже что-нибудь придумала, но от мысли, насколько Тайный могущественный и находится на Земле, потели ладошки.

Я закинула рюкзак на плечо, проверила кинжал за джемпером и переглянулась с подругами: немного потерянные, но решительные. Они были одеты в ту же одежду, в которой и переместились на Ялмез, а мою просто принесли с собой, чтобы не составлять там: всё чистенькое, выглаженное — явно работа кобольда. Поэтому мне пришлось забрать одежду для тренировок, чтобы где-нибудь по пути выкинуть.

Мы вышли из моего дома и зашагали на улицу. На секунду я зависла, разглядывая дом Артёма и вспоминая нашу встречу ночью. Может, мне это приснилось? Жаль, что парня не было сейчас с нами. А может, оно и к лучшему. Не хватало ещё и на него взвалить наши проблемы. Я криво усмехнулась от этой мысли. Бесполезный героизм.

— Идём, Кэт, — Анжелика пробудила от мыслей и повела за руку по дороге.

Она явно хотела сказать что-то ещё, но так и не смогла, а я даже и не попыталась выяснить. Сейчас думала только о предстоящей поездке.

Погода на улице стояла отнюдь не летняя: небо заволокли серо-белые тучи, лёгкий ветер забирался за шиворот и морозил щиколотки, хотя многие люди одели шорты и майки и неслись по делам, обхватив себя руками и дрожа. Мы пошли к стадиону длинным путём, чтобы ненароком не встретить никого знакомого или самих себя.

Вышагивая по тротуару, я осматривала частные дома и магазины со странным чувством, как будто всё это для меня предстало чужим, новым, непривычным. Я смотрела на людей, их одежду, на ларьки и высотки как в первый раз и хмурилась, ощущая себя одинокой. Когда это Ялмез стал мне роднее Земли? Когда это Витэго приобрёл статус дома, а не Лунменск, где я родилась?

Мне очень не понравилось это ощущение, и я поспешила отмахнуться от подобных мыслей и сосредоточиться на Тайном.

В скором времени мы, наконец, вышли к стадиону и притаились у густых деревьев между лавочками, постоянно оглядываясь. Тут и там проходила компания из парней, явно направляясь играть в футбол или, наоборот, возвращаясь. Время от времени они бросали на нас взгляды и даже тыкали пальцами, как будто ломались над идеей познакомиться. Это было бы не вовремя. Я всем своим видом пыталась сказать им, чтобы они даже не пытались. Луиза, учитывая её убийственный взгляд, тоже, а вот Анжелика как будто наоборот заманивала, мягко улыбаясь и накручивая волосы на палец. Только Оксилии не было дела до всего этого.

— Анжи, поубавь свой блеск, пожалуйста, — мягко попросила я.

— Что? — девушка с недопонимаем повернулась ко мне. — Ты это о чём?

— О твоём флирте. Сейчас не до того.

— Я пытаюсь отвлечься, — тихо оправдалась она и отвернулась.

— Рад, что вы не стали усложнять, — вдруг произнесла Оксилия, уперевшись локтями о скамью. — Я уже был готов к тому, что вы захотите убежать на Ялмез.

Луиза тут же демонстративно сложила руки на груди и отошла от подруги подальше, фыркнув, а Анжелика, тихо ойкнув, виновато пристроилась поблизости. Я осталась стоять рядом с Малькентон.

— Приятно больше не скрываться, — снова заговорила Оксилия, даже глазом не моргнув на то, как отреагировали девушки. — Проклятая Метка доставляет уйму хлопот, — она посмотрела на меня.

— Так убери её, — равнодушно предложила я.

В ответ Оксилия лишь усмехнулась и отпрянула от скамьи.

— Твой медальон, — указала она, и я машинально приложила руку к груди, нащупав украшение. — Открой его.

Я не сразу поняла, что она имела в виду, неловко топчась на месте, и даже была не уверена, а хотелось ли мне вообще её слушать. Но в итоге сняла медальон с шеи и попыталась разглядеть, где и как он открывался. Я не нашла ровным счётом ничего.

— Ах, да, — Оксилия как будто только сейчас вспомнила что-то. — Ты так и не поняла. Позволишь? — Она протянула руку.

Я нахмурилась, тихо фыркнула и с силой припечатал медальон ей на ладошку. Был бы на месте подруги сам Тайный во плоти, я бы бросила в него украшение, не желая, чтобы он его возвращал.

Оксилия сжала золотое солнце и тихо произнесла:

— Memoria[1].

Выпуклая часть медальона слегка засияла у основания, и раздался тихий щелчок, как будто что-то открылось. Оксилия легко откинула крышку большим пальцем, и я увидела крохотный прозрачный шарик с разноцветным дымом внутри. Подруга бросила шарик на ладошку, взяла двумя пальцами, раскатала и поднесла поближе ко мне. На свету дым внутри приобрёл куда более яркие цвета, скорее, это были неконтролируемые всплески магии, между которыми проявлялись силуэты.

— Это воспоминание, — объяснила Оксилия и положила шарик обратно в медальон. — Именно его я хотел, чтобы ты увидела. Но сейчас...

Подруга захлопнула крышку. Лёгкое сияние у основания выпуклой части солнца говорило о том, что без надлежащего слова на живом языке я не смогу снова открыть его.

— Зачем мне твоё воспоминание? — нахмурилась я.

— Оно не только моё, — Оксилия посмотрела на меня странно, и я невольно вздрогнула. Она быстро поменялась в лице. — Но это уже неважно. Пусть всё останется так, как есть. Возможно, оно и к лучшему.

Странный и чересчур громкий звук двигателя машины невольно привлёк внимание. Оксилия обернулась.

— Это за вами, — ответила она и снова как-то странно посмотрела на меня. — Продолжайте быть послушными.

Я скрипнула зубами от недовольства, и уже моя настоящая подруга отшатнулась, нахмурилась и схватилась за голову.

— Я... опять? — не уверена спросила она, и я постаралась смягчить своё выражение лица и слегка кивнула. — Твоего ж комара.

Она с удивлением посмотрела на медальон, который сжимала в руках, протянула мне, и я неохотно забрала. Отрадно знать, что я носила на шее воспоминание нашего врага. Может, в нём хранилась его слабость? Тогда бы он не отдал медальон просто так. В любом случае меня разрывало любопытство. Надо будет при случае узнать у Луизы, что за слово он сказал на живом языке.

Возле тротуара остановился большой чёрный джип с тонированными стёклами. От его вида мне стало ещё больше не по себе. Я указала подругам на него:

— Это как раз за нами.

— Откуда ты знаешь? — спросила Луиза.

— Тайный... сказал.

Луиза без лишних слов поняла, слегка кивнув, а Анжелика ещё сильнее съёжилась. Если уж мне было страшно идти к джипу и ехать в неизвестном направлении, то каково же было ей, самой пугливой из нас. Если подумать, знание, что кто-то боялся куда сильнее меня, прибавляло эгоистичной храбрости.

Ноги словно стали ватными. Каждый шаг приходилось делать нехотя, заставляя себя, да ещё и Анжелика повисла на руке, так и норовя утащить нас в землю. Только Луиза шагала уверенно впереди, надвинув маску серьёзности. Порой я удивлялась её решимости.

Спустя скоротечную вечность мы встали возле джипа. Окно передней двери нарочито медленно опустилось, и мы с изумлением уставились на двух мужчин. Быть того не может!

— Вы?! — одновременно воскликнули я и Оксилия.

— Ну, мы, — улыбнулся мужчина по имени Николай, который погнался за мной, когда мы с Грэем пытались помочь Оксилии. Симпатичный мужчина с пушистыми ресницами, русыми волосами и ярыми скулами. — А вы, я так понимаю, груз, который мы должны доставить к порталу?

— Да я не сяду к ним в машину! — истерично закричала Оксилия, прекрасно помня длительную погоню в будущем. — Ни за какие коврижки!

Спустя пару минут мы все вчетвером теснились на задних сидениях, а Оксилия сидела надутая и крайне злая.

— Когда же это ещё в нашу машину добровольно садились, — усмехнулся тот, который сидел за рулём: широкоплечий, высокий и с короткостриженными тёмными волосами Тимофей, от одного вида которого у меня подкашивались колени.

— Будем рады знакомству, — повернулся к нам Николай, каждую внимательно разглядывая. — М-м, четверо девушек, и одна милее другой. Да у нас тут джек-пот!

Анжелика тихонько ойкнула, а Луиза резко наклонилась к нему и тихо предупредила:

— Даже не думай.

— А красавицы-то с зубками, — усмехнулся Николай. — А имена у столь прелестных созданий есть?

— А это к делу не относится, — заметила я, скрывая дрожь в голосе. — Везите нас к порталу.

— Я хочу выйти! — закричала Оксилия. — Они живодёры!

Луиза, сидящая рядом с подругой, молча попросила её помолчать, ведь у нас и без того хлопот хватало. Не стоило злить их, хотя мы вполне могли за себя постоять.

Наконец всё стало на свои места. Теперь стало ясно, чего именно хотели Тимофей и Николай и о чём они тогда говорили! Они увидели нас в будущем и решили заранее отвести к Тайному. Как же всё запутано...

Мы тронулись в путь. К счастью, Николай потерял к нам интерес.

— Плохо дело, — прошептала Луиза.

— Почему? — спросила я также шёпотом.

— Мы меняем будущее. Это очень плохо.

— Нет, они уже знали нас тогда.

— То есть они потому и погнались за мной? — наклонилась к нам Оксилия.

— Именно.

— Комара им в рот, — ругнулась она и припала к сидению, глянув на пробегающие за окном пейзажи.

— У нас же есть план? — шёпотом спросила Анжелика.

— Угу, — кивнула я. — Что бы ни случилось, держаться вместе и не умирать.

— О, чудесный план, — саркастично заметила Луиза.

Я бы усмехнулась, если бы не вся эта напряжённая ситуация. Анжелика схватила себя за плечи двумя руками и печально провожала убегающие деревья. Нас явно везли куда-то за город. В горле застрял ком.

В какой-то момент Луиза не выдержала, всё это время сверля глазами дырку на теле Оксилии, и позвала подругу:

— Окс?

Та повернулась и нахмурилась:

— Что?

— Не молчи, пожалуйста, а то тебя в любой момент могут взять под контроль.

— О, замечательно! — тут же всплеснула она руками. — То вы заставляете меня молчать оттого, что я много болтаю, то теперь вам не нравится тишина. Определитесь уже!

— А ну тихо там, сзади! — гневно бросил Тимофей. — Как мухи жужжите! А я терпеть их не могу. Не замолчите — я вам рты заклею, руки свяжу и брошу вас в багажник!

— Лучше помолчи, Окс, — решила я и сглотнула.

Оксилия на это недовольно фыркнула и отвернулась. Через какое-то время подруга с задумчивостью провела по подбородку и тихо произнесла:

— Всегда восхищался этими обычными пейзажами. Ваш мир так прост и незатейлив.

— Ну, вот, — вздохнула Анжелика. — Оксилия — не Оксилия.

Луиза невольно попыталась отодвинуться от Оксилии, нервно закусив нижнюю губу, а я уставилась на дорогу, размышляя о том, что это, скорее всего, будет самое долгое путешествие в неизвестность.

Мы выехали за город и проезжали лес, пока не повернули на грунтовую дорогу. Всё время я боролась с желанием поговорить с Луизой по поводу медальона, но сидящая рядом Оксилия сильно нагнетала. Вела она себя тихо. Непонятно, то ли Тайный вместо неё, то ли нет, так что я не осмеливалась при ней начинать разговор.

Проезжая по дороге, я увидела знак, запрещающий дальнейший проезд без разрешения. Вскоре деревья остались позади и перед нами предстало трёхэтажное, длинное, посеревшее здание с редкими окнами, окружённое высоким забором с колючей проволокой. Оно ничего хорошего не внушало. На въезде нас встретили люди с равнодушными лицами. Тимофей поздоровался с одним из них, и нас пропустили. Машина остановилась.

Неуверенные и напуганные, мы нехотя вылезли из джипа. Я невольно разглядывала местность, как будто пыталась найти спасение или заметить чудо, и наткнулась на стоящего возле главного входа юношу в чёрных одеждах и с чёлкой, прикрывающей правый глаз.

— Следуйте за нами, — весело произнёс Николай, пока Тимофей курил сигарету.

Мы смиренно зашагали за мужчинами, когда из здания выскочил высокий человек с сединой в чёрных волосах и в длинном белом халате. Его крысиное лицо приобрело красные оттенки из-за ярости. Он недовольно осмотрел нас.

— Какого чёрта тут делается? Кто они такие? Новенькие? Почему меня не предупредили?!

— Это приказ Рафела, — холодно и властно произнёс Тимофей, точно как скала надвинувшись на мужчину.

Кого? Рафела?!

Луиза так резко и больно схватила меня за руку, что я невольно ойкнула и тут же увидела, как перекосилось её лицо от страха. Никогда не видела, чтобы подруга чего-то настолько испугалась. Моё сердце сжалось. Я потеряла дар речи и готова была вот-вот свалиться без памяти.

— Однако, Марат Олегович имеет представление о том, что вы тут делаете? — несмело спросил тот.

— Вот у него и спроси, Юрий.

Мужчина ещё что-то пробурчал себе под нос, хотя я уже особо не следила за диалогом, напуганная поведением Луизы. Подруга продолжала крепко держать меня за руку. Как странно, наверное, мы выглядели со стороны: все зашуганные, как будто полезли в логово гидры. Кто такой этот Рафел? Почему это имя казалось знакомым? И что же так напугало Луизу?

Когда мы уже шли по узкому белому коридору, я услышала ругань позади и обернулась. В дверь ломился тот самый Юрий.

— Немедленно открой эту дверь, мальчишка, — бросил он тому юноше, что стоял возле входа.

Как странно...

Тимофей и Николай шли впереди и постоянно оглядывались по сторонам, как будто ожидали кого-то встретить. Второй почесал затылок и тихо обратился к товарищу:

— Ты помнишь, что он нам сказал?

— Он сказал, что будет на месте и что...

— ... буду в теле одной из девушек, — договорила Оксилия, и оба мужчин ошарашенно отшатнулись и с недоверием нахмурились.

Где-то в стороне пискнула Анжелика и резко оказалась за моей спиной.

— Это и вправду вы? — неуверенно спросил Николай, выглядя при этом максимально глупо, как будто боролся с мыслью, что нужно вроде как учесть формальный тон, но при этом думал, а вдруг девушка просто обманывала.

— Не сомневайтесь, — равнодушно бросила Оксилия и быстро зашагала вперёд. — И не мешкайте. Я и так ждал слишком долго.

Стуки её уверенных шагов эхом разнеслись по полупустому коридору.

— Он и такое провернуть может? — шёпотом спросил Николай у Тимофея.

— К чёрту, — сплюнул здоровяк. — Пошевеливайтесь, — последнее уже адресовалось нам.

Анжелика шла последней, а мы с Луизой не отставали от мужчин. Если до этого на мне висела первая подруга, то сейчас не отпускала последняя. Чувствовала себя мамой, хотя боялась, как мне казалось, куда больше их.

Мы вошли в просторное пустое помещение с зеркалом во всю стену, и я услышала тихое и немного неприятное гудение, да и воздух здесь стоял тяжёлый, чем-то похожий на тот, что возле моста в Диком Лесу. А ещё показалось, что стена впереди вдруг неестественно задвигалась и странно скрутилась — лишь на миг.

Оксилия подошла к стене и нажала на кнопку. Ничего не произошло, но подруга как ни в чём не бывало вышла ближе к центру и подозвала нас. Николай и Тимофей теперь стояли позади. Странный звук усилился. Я подняла глаза и, кажется, нашла источник гудения: в четырёх углах находились странные механизмы. Они едва заметно засветились, и воздух в центре как будто стал более густой и заметный, точно полупрозрачный кисель.

— Перед вами мост, — утолила наше любопытство Оксилия. — Вам подобное более известно как «аномалия». Лишённые — удивительные созидатели, но им не хватает терпения.

— Это, конечно интересно, — я сглотнула, — но куда интересней, насколько процедура перехода болезненна.

Анжелика едва заметно кивнула, тоже интересуясь этим.

— Ни насколько, — последовал ответ. — Этот мост не в другой мир, а в ваш же, только на другую часть Земли. Для других он был бы крайне неприятен, но вам не впервой перемещаться, так что я уверен, что справитесь вы на отлично.

— А куда мы попадём? — тихо спросила Анжелика.

— На Трафальгарскую площадь.

Я удержала удивлённый выдох и уточнила:

— Но ведь там полно людей.

— Именно, — загадочно улыбнулась Оксилия и шагнула в полупрозрачную брешь в пространстве, затянутую некой энергией, напоследок добавив: — Держитесь крепче на ногах.

__________

[1] Memoria (лат.) — память.