Ялмез: Вода

Я медленно поднялась и затаила дыхание, как будто это всё ещё могло помочь. Корни достаточно быстро увлекли под землю лже-Кэтрин и пардуса, как будто только и ждали, когда я отвлекусь. От девушки и дикой кошки не осталось и следа.

Фергус следил за каждым моим движением. Я нервно вздохнула и попыталась сосредоточиться. Он ведь ничего мне не сделает? Он ведь не может. Или может? Почему он меня так пугал? Может, потому что в его глазах я не видела ничего, кроме тьмы? Может, потому что он умел обращаться в летучую мышь? А может, потому что зачем-то напугал меня до той степени, что я ненароком поранила подруг, когда мы застряли в темнице под замком?

Я попыталась унять дрожь. Как жаль, что здесь не было подруг! Или даже Эрнеста. Я понимала, что он не смог бы мне помочь, но мне было бы достаточно одного взгляда поддержки, просто чтобы я знала, что не одна. Отчего-то вспомнила Артёма. Он не дал бы меня в обиду. Как жаль, что его не было и не могло быть рядом!

— Ну, что? — подал голос Фергус, и я невольно вздрогнула. — Понравилось? Признайся, что понравилось. Такое просто не может не нравиться!

— Что? — аккуратно спросила я.

— Да не строй из себя глупышку, — раздражённо махнул мужчина и поправил очки. — Мы оба знаем, на что ты способна. Этот кинжал столько магии впитывал, и всё благодаря тебе. Он безумно скучал! Так и слышу его урчание. Как же долго он томился один, даже подзабыл свою истинную натуру.

Фергус коварно усмехнулся, поправил очки, и они блеснули на солнце. Я глянула на кинжал. Страшное оружие продолжало парить в невесомости под едва заметным куполом. Жжение в ладонях уже прошло, и остались лишь покраснения. Отчего-то захотелось снова ощутить могущество кинжала и покалывание в пальцах. В каком-то роде это было приятно.

— Он тебя манит, — понял Фергус, и я отвернулась, с лёгкостью игнорируя желание. — И почему бы тебе не ответить на зов? — Мужчина шагнул ближе. — Или ты так и будешь следовать несуществующим правилам? — Фергус неумолимо приближался, и я невольно отшатнулась, но тут же замерла и стиснула зубы. Ни шагу назад. — Нет ничего неправильного, Кэтти. Всё это придумали лишённые. Однажды я уже предложил тебе помощь...

— Не подходите.

— ... Тогда ты всерьёз задумалась. Что если я предложу тебе то, от чего ты не сможешь отказаться?

Фергус замер в метре от меня, и я невольно сглотнула. Тьма его глаз стала намного ближе, страшнее, и бездна словно жадно обволакивала меня и тащила вглубь. Я потеряла дар речи.

— Память, — сладко пропел Фергус и протянул ко мне руку, но тут уже я не удержалась и отшатнулась. Его костлявая бледная рука с длинными тонкими пальцами не вызывала ничего, кроме отвращения. — Бедное дитя не помнит, кто она, — продолжил мужчина и заговорщицки прошептал: — Ты узнаешь правду, и это будет наш секрет. — Фергус миролюбиво убрал руку, заметив, как я её сторонилась. — Только ты и я. Что скажешь?

Мужчина оскалился и посмотрел так пронзительно, что я на коже ощутила холодную тьму его глаз. По телу побежали мурашки. Что мне следовало ответить? Точнее, как правильно послать его ко всем крохоморкам? Я не верила ни единому слову. Каждая его реплика так и сочилась неприкрытым ядом, но мне не стоило бросаться словами. Я не в том положении, чтобы дерзить.

— С-спасибо за предложение, но мне надо подумать, — я попыталась улыбнуться, но эта попытка с треском провалилась.

Фергус сделал лишь шаг, а я уже дёрнулась, словно меня ударили током.

— Похоже, ты не поняла, — холодно произнёс мужчина, — у тебя нет выбора.

Фергус схватил меня за шею, и я от испуга выпучила глаза и зажала руку мужчины. Я начала быстро задыхаться, и голова пошла кругом. Перед глазами побежали тёмные точки — и Фергус вдруг зарычал. Хватка ослабла. Мужчина отдёрнул руку, и я с облегчением вдохнула столь любимый лесной воздух. От руки Фергуса шёл чёрный дым, и сама ладонь потемнела, как будто что-то причинило ему адскую боль. Мужчина посмотрел на меня совсем иначе. Если до этого его оскал играл роль усмешки, то сейчас он ясно говорил о желании разорвать меня на кусочки.

Я отошла от Фергуса подальше, придерживая рукой горло. В какой-то миг мне казалось, что всё кончено.

— Когда ты успела вернуть метку?! — взревел мужчина. Моё сердце билось так быстро и громко, словно хотело поскорее убраться из этого хрупкого тела. — Ты не могла о ней вспомнить! Кто тебе сказал?! Отвечай!

Фергус потянулся схватить меня. Я машинально отбросила его руку, и моё прикосновение принесло ему новую порцию боли. Мужчина взревел. От его руки ещё гуще поплелись клубы дыма — и это придало храбрости. Что бы это ни было, но он не мог ко мне прикоснуться.

— Чтоб вас всех! — злобно закричал Фергус. — К чёрту! — Он посмотрел на меня со страшной решительностью, и я приготовилась крепко обнять его. — В этот раз ты меня не запрёшь! Я сдеру эту метку с твоей кожи и отведу тебя к Великим! Ты поплатишься за всё, что сделала!

Фергус вскинул руку. Из его ладони вырвался сгусток чёрного дыма. Тёмная энергия стремительно влетела в воду, и на какое-то время застыла тишина. Мне пришлось лишь гадать, что сделал мужчина, пока ответ, наконец, не пришёл: из реки выскочил ещё один водный пардус. По цвету он был тёмно-зелёным и по размерам чуть меньше, чем первый, а вместо глаз стояла пелена тьмы, как у Фергуса. Кошка замяукала и зарычала, оскалившись.

Твоего ж комара!

Я подскочила к кинжалу и, не задумываясь, крепко сжала рукоять. В ладонях слегка закололо, а на шее сзади появилось лёгкое жжение. Интересно, о какой метке говорил Фергус? И откуда она взялась?

— Думаю, силы неравны, — пугающе тихо произнёс Фергус и отправил в реку ещё один сгусток чёрного дыма.

Почти сразу из воды выскочил очередной пардус, мяукнул и оскалился. Вместо глаз у кошки плескалась та же необъятная тьма. У меня сердце ушло в пятки.

— У тебя ещё есть шанс пойти со мной добровольно, — заметил Фергус. Я открыла было рот, но он перебил: — Хотя нет. Нету. Содрать метку с её шеи!

Кошки набросились на меня одновременно. Я попыталась отбежать, но одна из них оказалась слишком близко и царапнула за ногу. Я безжалостно ударила её по морде кинжалом — и почувствовала трепет оружия, ощутила силу, а жжение на шее сзади усилилось. Не метка ли так реагировала на кинжал? Может, о ней говорил Фергус? Но откуда она у меня?

Раненый пардус болезненно заурчал. Я не успела прийти в себя и успокоить дрожащий в руках кинжал, как набросилась вторая кошка и повалила меня на спину. Я схватила её за шею и пыталась удерживать клыкастую пасть. Каждый её зуб походил на заточенный нож, а слюни падали и ручьями стекали по щекам. Пока я удерживала его, пардус зацепил когтями заднюю часть шеи. Я закричала от боли. Зажмурившись, я собралась с силами и сбросила с себя водного пардуса. Напоследок полоснула по груди кинжалом.

Кошка громко и противно заурчала. Второй пардус опять прыгнул на меня. Я каким-то чудом оттолкнула его в сторону воды. Однако он успел зацепить меня когтями, и я упала вместе с ним. На моих глазах вода перед кинжалом расступилась, словно стихия испугалась его, а земля мгновенно почернела и образовала небольшую яму. Другой рукой я коснулась воды и почувствовала очередное покалывание, но немного другое. Это тоже было из-за силы, энергии, но она не причиняла боль, а наоборот избавляла от неё. На секунду мне почудилось, что я посмотрела на мир чужими глазами: глазами водных существ, не различающих оттенки. Передо мной барахталось безобидное и прекрасное создание, сумевшее найти жизнь как на суше, так и в воде. Это был не монстр, а обычное животное, разум которого оказался под контролем тьмы. Водный пардус зарычал, и в этот раз я услышала жалобный крик о помощи, а не яростное предупреждение.

В это время вторая кошка пришла в себя и приготовилась к прыжку. В следующее мгновение я действовала, скорее, на рефлексах. Я зачерпнула рукой воду и бросила в кошку, находившуюся в прыжке, — из реки вырвалась целая волна и отбросила водного пардуса прямо к лесу.

Я от изумления растерялась. Фергус недовольно зарычал.

Другой пардус замурчал и ударил мненя хвостом. Я не ожидала этого и упала. Перед глазами снова заплясали чёрные точки. Я сжала руку, но не почувствовала рукоятку кинжала. Оружие парило рядом. Я уже потянулась к нему, но раздался противный голос Фергуса:

— Ну, нет. Давай-ка без него!

Водный пардус прижал когтистой лапой протянутую руку. Я закричала. Кошка отбросила хвостом кинжал в реку. Вокруг клинка образовался пузырь, и на моих глазах он неспешно погружался под водную гладь.

Только не это.

Зверь продолжал прижимать руку, а другой лапой потянулся к задней части моей шеи. Я попыталась отбросить его, но он зарычал громче, угрожающе приблизил клыкастую пасть и вдавил когти сильнее.

— Кэт! — до меня совершенно неожиданно донёсся до боли знакомый голос. — Кэт!

Хозяин голос неумолимо приближался, и мне захотелось расплакаться от счастья. Вся боль от царапин, жжения, покалываний после кинжала и страх одновременно свалились на меня, как лавина, и я как никогда ощутила себя слабой и беспомощной. Больше мне не нужно было бороться самой. Теперь я не одна!

— Кэт! Боже, — голос Луизы предательски задрожал. — А ну прочь от неё, чудище!

Кошка отпустила мою руку, злобно зарычала на приближающуюся девушку — и поднявшийся ветер отбросил зверя обратно в реку. Напоследок он лишь испуганно замяукал. Я с облегчением выдохнула, и в глазах защипало. Сейчас мне больше всего хотелось обнять подруг и громко разрыдаться.

— Чтоб вас! — донеслось от Фергуса.

Скатертью ему дорожка!

— Кэт! — снова позвала Луиза и села рядом, разглядывая. — Ты как?

Я зажмурилась, пытаясь удержать поток слёз. Наверное, со стороны я выглядела ужасно: вся потрёпанная, грязная, раненная и напуганная до чёртиков. Если бы я только знала, что такое будет, ни за что бы не пошла за Эрнестом! Ну, нашли бы Стражи лже-Кэтрин, задали бы пару вопросов — на этом бы всё и закончилось. Ясное дело, что я не была причастна к её гибели. А если бы на этом фоне раскрылась правда об Артефакте, то так тому и быть. Сердцевина не стоила жизни! Даже если это опасный и могущественный Артефакт, который не должен попасть не в те руки...

Что-то внутри меня не согласилось с этим заявлением.

— Кэт, — Анжелика тоже присела рядом.

На её глазах блестели слёзы. Я могла её понять и поспешила заверить:

— Всё в порядке.

Только я это сказала, как за спиной Анжелики оставшийся пардус уже приготовился к прыжку. Я подскочила и оттолкнула подругу. Зверь прыгнул на меня, прижав к земле.

— Глупец! — раздался голос Оксилии.

Краем глаза я увидела её и Джона. Они оба обступили Фергуса, не давая возможности улизнуть, но и не атакуя бездумно. Как вовремя вернулся парень!

Водный пардус вдруг взглянул по-другому. Чернота в его глазах постепенно ушла, и уже кошачьи зрачки глянули на меня со смятением. Зверь замер. Я поспешно сбросила его с себя. Но кошка не успела прийти в себя, как её лапу проткнул острый кусок льда. Она жалостливо замяукала и, хромая, нырнула в реку.

— Порядок? — подошёл Эрик. — О, Кэтрин, выглядишь... лучше не бывает.

Я криво улыбнулась и снова ощутила покалывание в пальцах: желание коснуться рукоятки кинжала. Клинок звал меня, едва слышно, но так настойчиво, как будто стоял вопрос жизни и смерти. Я могла проигнорировать шёпот, но стоило ли? Этот кинжал спас меня и не один раз. С ним я чувствовала себя в безопасности — нельзя было это отрицать. А может, я уже оказалась в его власти? Может, за меня говорил проклятый кинжал? Не зря же Фергус назвал его проклятым. Может, пусть лучше навсегда будет погребён в реке? Уж там его точно никто не найдёт.

Вдруг из воды снова выскочил пардус и безжалостно воткнул когти в мою разорванную одежду. Он зарычал.

— Тебе мало?! — закричала Луиза и прежде, чем я сказала ей не делать этого, она отбросила пардуса ветром обратно в реку. Но в этот раз я полетела в воду вместе с ним. — Кэт!.. Анжи!

Холодная река обдала холодом, и я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. Озноб сдавил горло, и я машинально раскрыла рот в поисках воздуха, как рыба на суше, но лишь сглотнула воды. В тот же миг я мысленно закричала от страха. Сердце ухнуло. Я забарахталась и потянулась к свету, позабыв обо всём остальном. Сейчас я лишь хотела вдохнуть воздуха, хотела просто выжить!

Неожиданно вода расступилась и невесомость исчезла. Я с широкими от ужаса глазами закашляла, выплёвывая воду, и упала на дно реки. Яркие краски жизни заиграли новыми оттенками: трава, деревья, кусты стали зеленее, а небо как будто приобрело немыслимый ярко-голубой оттенок. Я ещё никогда с таким облегчением не смотрела на чудные облака и едва заметные силуэты улетающих птиц.

С берега на меня смотрели Анжелика, Луиза и Эрик. Первая виновато ойкнула, и с её лица не сходило напряжение. Окончательно придя в себя и убедившись, что я всё ещё жива, огляделась. Вода расступилась в две стороны аж до самого дня, где я и лежала. Водный пардус удивился не меньше и потому отпустил и быстро нырнул в воду, едва не задев меня напоследок хвостом.

— Я не смогу долго держать! — закричала Анжелика.

Я сразу поняла о чём говорила подруга, и быстро подскочила, набрав побольше воздуха, чтобы в этот раз не сглотнуть воды. От этой мысли стало дурно. Но очередное лёгкое покалывание в пальцах отвлекло. Я повернулась прямо к кинжалу, парившему в метре от меня. Всё такой же прекрасный и опасный. Шёпот лишь усиливался.

— Кэт! — отчаянно закричала Анжелики.

Я увидела плывущую в мою сторону тень пардуса, прыгнула и схватила кинжал, крепко сжав рукоятку. Знакомая энергия с довольным урчанием побежала по руке.

Холодная вода хлынула со всех сторон. Я вдохнула побольше воздуха, зажмурилась и выставила кинжал вперёд. Волны бросали меня то в одну сторону, то в другую, и я едва сдерживалась, чтобы опять не открыть рот. Когда же всё более-менее успокоилось, я открыла глаза и с ужасом увидела над собой раскрытую пасть, полную опасных клыков.

Не раздумывая, я ударила кинжалом по открытой груди пардуса. Лезвие вошло легко, и от этого стало дурно. Но я не успела об этом подумать — необъяснимая мощь сорвалась с лезвия и жадно окутала меня, как будто пыталась защитить. Я ощутила разряд по всему телу и закричала вместе с кошкой, забывая о воде. Ужасная боль на шее сзади на миг ослепила меня. От невозможности терпеть её я угодила во тьму — и тогда всё резко прекратилось.

Вместе с тьмой меня обволокла и вода, укрыла от боли и страха, как укрывает мать своё дитя: нежно, бережно, заботливо. Мне казалось, что я лежала на мягком воздушном облаке где-то очень далеко от мирских проблем. Перед глазами проплыли нимфы, лишь отдалённо напоминающие человека, и разнообразные рыбы, поглядывая с интересом. Пучеглазые, одноглазые, цветные, большие и совсем крохотные, одинокие или целым косяком — каждый из них бросал на меня взгляд и уплывал дальше по своим морским делам. Никогда бы не подумала, что таким существам, как рыбы, могло быть не чуждо любопытство. Даже если они сами не понимали, что это.

Мои ноги и руки щекотали водоросли, тут и там прорастали необычные кривые кораллы всевозможных цветов, а недалёкое дно украшали удивительной красоты камешки, поблёскивая от несуществующего света. Из-за украшенного морскими растениями каменного холма выплыла нимфа, очень похожая на Анжелику. Я бы даже сказала, что это Анжелика, похожая на нимфу, но что-то мне подсказывало, что это не так. Она остановилась рядом со мной и дала разглядеть себя получше: вдоль всего её тела блестела нежно-голубая чешуя, на месте ушей прорастали плавники, да и пальцев не было, а глаза были такими большими и тёмными, что невольно не можешь отвести взгляд. Хотя расположены они были немного забавно, ближе к бокам, как у рыб.

Помимо глаз очаровывали её длинные, светлые волосы, которые под водой извивались в чудесные кольца и казались шелковистыми, лёгкими. Я следила за их прекрасным танцем и невольно позавидовала, что у меня они были не такими. Я потянулась к ним. Прядь волос легко проскользнула через пальцы, как вода через сито.

— Огонь, — вдруг услышала я эхо мелодичного голоса и невольно огляделась по сторонам в поисках его хозяина.

Лишь потом до меня дошло, что со мной говорила нимфа. Я вопросительно наклонила голову. Нимфа просто смотрела на меня, как будто ждала ответа, но я не знала, что говорить. Впрочем, мне и не хотелось.

— Огонь питается страхом, — произнесла нимфа, и её мягкий голос ни с чем и ни с кем нельзя было сравнить. Я невольно прислушалась. — Не дай ему освободиться.

Косяк ярко-желтых рыб с длинными плавниками проплывали мимо, и я игриво коснулась одной из них. Та испуганно дёрнулась, бросилась прочь, и все её сородичи поплыли следом за ней. Один за всех...

— Помни, — снова заговорила нимфа, и в этот раз её голос как никогда походил на Анжелику. Я с интересом повернулась к ней. Она едва коснулась меня. — Твоё сердце — не тюрьма. Выпусти страх.

Я хотела спросить у неё, как мне это сделать, но не успела: меня вдруг притянуло дно, да так жадно, что я невольно затаила дыхание. Нимфа в облике Анжелики равнодушно провожала меня, смотря сверху вниз. Рыбы, другие нимфы, кораллы — всё это неохотно исчезало, сливалось в одно тёмное пятно.

Мне почему-то было мягко и комфортно.

Я повертела головой, пробуждаясь. Первое, что я заметила, это воздух: он больше не был лёгким и приятным, скорее стал тяжёлым, как если приехать из леса в бетонный город. Я нащупала подушку, вдохнула запах свежего белья, невольно улыбнулась — и открыла глаза. Темно. Несмотря на это, я разглядела коробки, стол, стул, шкаф и заполненные рисунками стены.

Я медленно поднялась, пытаясь осознать происходящее, и уставилась на комнату с глубоким изумлением, не сразу вспомнив, что это за место и где я находилась. Увидев на столе плюшевого красного дракончика, я окончательно убедилась в своём местоположении.

Я проснулась в своей комнате в старом доме на Земле.