Глава 36: Су Лин защищает свою женщину. Часть 4/5
Янь Хун Тянь медленно подошел к Гу Юнь. Су Лин держал ее за руку, и она почувствовала, как он слегка ее сжимает. Она также применила небольшую силу и сжала руку Су Лина, желая его успокоить.
* * *
― Итак, у тебя есть план спасения?
Глубокий мужской голос не звучал сурово. Гу Юнь в своем сердце еще раз выразила восхищение Цин Фэн. Такие простые слова заставляют людей пугаться, не все могут такое вынести. Так это и есть ци (энергия) монарха?
Лицо Гу Юнь сохраняло спокойное выражение:
― У меня есть идея, которую мы можем обсудить вместе, вместо того, чтобы препираться тут.
Ее ум размышлял о контрасте двух топографических особенностей рисунков, она думала о возможностях и шансах для нападения.
Янь Хун Тянь внезапно скривил губы и рассмеялся:
― Хорошо, сегодня я буду рассчитывать на тебя, и если ты сможешь спасти Гао Хуна, я дам тебе возможность официально вступить в брак. Также дарую тебе наивысший титул в государстве, «Госпожи». А если ты не справишься со спасением заложников, тогда это будет считаться преступлением.
Янь Хун Тянь чувствовал себя немного неловко, Гу Юнь и Су Лин собрались заговорить одновременно, но она опередила его:
― Значит ли это, что с данного момента Министерство наказаний и дом Су будут прислушиваться к моим стратегиям?
Су Лин, по ее мыслям, открыто шел против императрицы. Янь Хун Тянь, очевидно, попытается придраться к Су Лину, поэтому она не может позволить ему пойти против Янь Хун Тяня. Провокация императора будет иметь гораздо более серьезные последствия.
Гу Юнь дала быстрый ответ, и это было не тем, чего ожидал Янь Хун Тянь, он был доволен:
― Ха-ха-ха-ха!
Он взволнованно рассмеялся.
Император позволил Цин Мо спасти заложников, но как она может это сделать? Услышав, что монарх сказал нечто подобное, чтобы та бросила ему вызов, императрица в уме пришла в восторг. Хм… Как она может кого-то спасти? Тем не менее, Министерство наказаний и генерал Су должны будут прислушиваться к ее словам, тогда дядя не будет спасен! Синь Юэ Нин теперь быстро запаниковала:
― Ваше Величество! Нет! Нет! Как вы можете верить в ложь этой девушки, может ли император еще раз подумать?
Янь Хун Тянь уже решил, и никто не сможет изменить его мнение, даже императрица. Слова Синь Юэ Нин уже начали раздражать императора, и выражение его лица показало это. Гу Юнь могла понять мысли императрицы и ее нетерпение, поэтому она направилась к ней, чтобы тайком все объяснить.
― Императрица, даже если я пойду, что, если они не освободят заложников? Разве вы не видели, как они мастерски убивают? Они никого не отпустят, потому что знают, что не могут отпустить господина Гао. Министерство наказаний не может позволить обмен жизнями, и даже если меня отдадут, это просто заставит ваших родственников умирать быстрее.
― Замолчи!
Янь Хун Тянь просто проигнорировал сердитую женщину. Су Лин все еще защищал Гу Юнь. Император уже был раздражен Синь Юэ Нин, и все, что говорила Гу Юнь, только сделает ее более злой.
Гу Юнь пожала плечами и закрыла рот, ее хорошее намерение не принесло пользы, тогда, если императрица захочет быть шумной, пусть будет так!
― Император…
Синь Юэ Нин снова разразилась рыданиями. Янь Хун Тянь был очень необоснован.
Идя по направлению к палатке император заговорил:
― Цин Мо, я полагаю, ты должна рассказать нам о методе спасения заложников, правильно?
Он уже говорил, что Цин Мо возглавит спасательную операцию! Он был тверд в этом.
Люди, окружающие Янь Хун Тяня, уже ушли. Чжо Цин бросила Гу Юнь взгляд «поступай на свое усмотрение», потому что выражение лица Су Лина стало недовольным.
Когда все шли к палатке, Су Лин с мрачным лицом в гневе возразил:
― Ты не должна была соглашаться!
Министерство наказаний несет ответственность за этот вопрос, даже если они не смогут спасти Гао Хуна, она никак не будет виновата в этом. Но она согласилась, и если не спасет заложников, император и императрица могут начать на нее атаку!
Гу Юнь в первый раз нашла этот злобный взгляд настолько привлекательным, что немного приблизилась к нему, и прошептала ему на ухо:
― Ты выглядишь очень круто.
Су Лин не понимал так называемого слова «крутой», что это значит? Но ее выражение лица было похоже на восхищение и не скрывало ее высокой оценки. Он никогда не видел ее такой. У Су Лина всегда было впечатление, что он ничего не может с ней поделать.
У этого человека нет чувства юмора, Гу Юнь улыбнулась:
― Су Лин, ты должен быть уверен в себе, верно?
Она понимала, что он собирается защищать ее. Она признала, что заявление, которое он сделал, заставило ее сердце биться быстрее. Но она не тот человек, который будет прятаться за мужчиной, у нее есть способности принимать и решать проблемы.
Она казалась уверенной. Су Лин покачал головой и несколько неохотно ответил:
― Иди, иди.
Он решил дать ей попробовать. Если спасение не удастся, он не оставит ее.
Су Лин тянул Гу Юнь за руку туда-сюда, и ей было неловко:
― Можешь ли ты отпустить мою руку?
Орлиные глаза ненадолго взглянули на крепко переплетенные руки, но Су Лин все еще не отпускал ее. Гу Юнь зарычала:
― Отпусти! Я хотела бы дать Су Жэню несколько важных инструкций!
Недалеко от них шел Су Жэнь, он видел их, но делал вид, будто ничего не видит.
Чувствуя себя смущенным под взглядом Гу Юнь Су Лин отпустил ее руку. Он по-прежнему выглядел так, словно не хотел ее отпускать. Гу Юнь была мрачной от гнева, она похлопала Су Жэня по плечу и сказала:
― Не притворяйся и не сбегай. Возвращайся в усадьбу и возьми Юй Ши Цзюня сюда вместе с Особым Отрядом. Поменяй их оружие на новое, которые мы недавно им дали. Через полчаса я хочу видеть их уже здесь.
Не имея возможности проигнорировать свое плечо, которое начало болеть, он повернулся и произнес:
― Через полчаса? Отсюда до поместья и обратно уже полчаса, как же целый отряд с подготовкой оружия может успеть за полчаса, может немного увеличить время?
После его слов Гу Юнь что-то вспомнила и добавила:
― Да! Заставь их бегать до сюда, без лошадей! Иди, не задерживайся, а то их отбытие растянется еще сильнее.
Без лошадей?
Су Жэнь не мог поверить в это и уставился на Гу Юнь и Су Лина, чьи глаза тоже не были озадачены. Гу Юнь проигнорировала его. Су Лин, думая о ее команде, решил, что это немного странно, но не стал спрашивать, и двое пошли к палатке вместе.