Дело-Призрак
В казармах Вай встретили криками и улюлюканьем.
- Детектив Хардстил, какая честь! – воскликнул один из старых знакомых, наигранно кланяясь ей в одних штанах.
- Что привело вас к нам? Дело о вонючих обмотках!? – зашелся следом его приятель.
Вай прошла мимо, пихнув плечом сначала одного, потом второго, так что он врезался в свой шкафчик и его смех затерялся в грохоте. Остальные, кто видел эту сцену, проводили ее любопытными взглядами, и она не стала отводить глаза, посмотрела в лицо каждому. Да, она не справилась с ролью следователя. И поэтому она снова здесь.
Больше никто не задевал ее, но в этом не было необходимости: она сама мысленно напоминала себе о провале при каждом удобном случае.
«Одно из трех, Вай: эти носки стали жертвами ионийских ассасинов, или их распылили демоны, или ты просто слепая тупица» - обидные шуточки проносились в ее голове каждый раз, когда она не могла что-то найти или соображала не так быстро. Самым жестоким своим судьей была она сама, а от себя нигде не спрячешься.
- Читала, что в Зауне стряслось? – спросила Линда, пока они прочесывали вечерние улицы Пилтовера.
В последние дни у Вай не было никакого желания читать газеты и гадать, которое из убийств в Зауне совершила ее спятившая сестрица. Но некоторые новости, хочешь или нет, все равно дойдут до твоих ушей через коллег, особенно если работаешь с миротворцами. Линда рассказала ей об убийстве в химбаронском особняке, которое сопровождалось взрывом, потому что дело вел ее новый любовник.
- ...Ну в общем у Стэна сейчас положение хоть стреляйся: в этом деле столкнулись интересы ионийских кланов, заунской знати и даже Кирамманы подвернулись. Бомба была в подарке от их дома, а утром какой-то узкоглазый заявился и предупредил о том, что их родственник заказал смерть этого баронишки, - поведала Линда, затягиваясь крепким сигаретным дымом. Она курила, не переставая, и Вай поглядывала на нее с голодом во взгляде. – И что теперь? Стэн как следователь автоматически попал под все прицелы, ему не позавидуешь.
Вай замедлила шаг.
- Бомба была в коробке с печатью дома Кирамманов? – переспросила она, сдерживая болезненную гримасу на лице. Осознание накатывало медленно, но, хоть Вай и была паршивым детективом, не догадаться, кто стоит за таким «сюрпризом», в ее случае было невозможно. Почерк сестры она узнает где угодно.
Линда остановилась возле коллеги. Не выдержав, Вай жестом попросила ее сигарету, и женщина дала ей. Втягивая дым, девушка прикрыла глаза, справляясь с накатившим отчаянием, ее мышцы заломило от нарастающего напряжения, левая нога отбивала скорый ритм по мощеной дороге.
- Но барона убил не взрыв, - сказала Линда. Она решила, что подруга переживает из-за того, что кто-то подставил ее покровителей: всем было известно, что Кирамманы неплохо повлияли на ее карьеру. – Это был отвлекающий маневр. Его застрелили в другой части особняка, всадив четыре пули в тело. В доме, полном охраны. И никто ничего не видел, я просто диву даюсь...
- Мм. Удачи Стэну, - Вай кивнула, не открывая глаз и делая еще одну затяжку. Горький дым проник в горло, но это было... не то.
Опомнившись, Вай поморщилась, швырнула сигарету на землю и затоптала ее сапогом, прокручивая ступню так, словно хотела размозжить сигарету подошвой на мелкие невидимые частицы. Линда умолкла и удивленно наблюдала за напарницей.
- Ты чего? – спросила она, когда Вай пнула ошметки сигареты куда подальше.
- Ничего, - буркнула Вай. Ей захотелось сунуть руки в карманы куртки, но на форме миротворца карманов не было, потому она нервно встряхнула кисти и пошла дальше по улице, сжимая и разжимая кулаки.
Остаток дня Вай чувствовала себя так, будто ее поместили в аквариум с мутными стеклами, она бродила по пилтоверским улицам и не узнавала их, земля словно выскальзывала у нее из-под ног. Мир казался ей чужим и незнакомым.
Дома ее встретила непривычная тишина, словно она вошла в разорившуюся лавку, а не в собственное жилье. Лорис пришел поздно, они просто посидели молча на кухне, не зная, что сказать друг другу. Думали они об одном и том же: что сейчас делает Иша? Все ли у нее в порядке?
- Я облажалась? – спросила Вай, не выдержав. – Я не должна была ее отпускать?
- У нас не было выбора, - успокоил ее Лорис.
- Может?... – она вопросительно посмотрела на него, но он покачал головой. Они не могут забрать ребенка насильно, она ведь жила под опекой Экко и до этого.
Легче от его слов не стало, Вай все равно продолжала винить себя.
На следующий день она отправилась в Заун, чтобы пройти отбор на предстоящие соревнования и увидеться со старыми знакомыми. Привычная атмосфера среди грубоватых, но простых и понятных ей людей подействовала на Вай умиротворяюще. В зале, в мокрой от пота одежде и с пульсирующими под обмотками руками она чувствовала себя на своем месте, и лупила соперников, выпуская весь пар, пока в голове от ударов не стало пусто.
- Вот, теперь ты вернулась! – одобрительно сказал управляющий, пронаблюдав очередную схватку с ее участием. – Сохрани этот пыл для турнира. Он тебе понадобиться, если хочешь наверстать!
Вай проводила хлюпика в костюме недобрым взглядом, а потом утерла набежавшую на верхнюю губу соленую каплю пота и, ударив кулаками друг о друга, снова пошла на противника.
Пока вела расследование с Эзреалем, времени на тренировки почти не было, она пропустила несколько соревнований, но теперь увидела, что в возвращении в патрульные есть и плюсы: она снова покажет себя на ринге. После дня на тренировке она чувствовала себя заново родившейся, уставшее тело наконец-то выключило поток мыслей в ее голове. Вот для чего она была рождена, а не для погонь за призраками.
Вай вышла в Заун прямо в одежде для тренировок и пошла к фуникулерам, чуть ссутулившись. Задымленный город принял ее как родную, она привычным движением натянула на лицо респиратор, даже не осознав этого, и шла, впервые за дни ни о чем не думая.
- Соскучилась!? – веселый голос Эзреаля, вышедшего из портала прямо за ее спиной. Маг пошел рядом, опережая подругу на пару шагов и заглядывая ей в лицо. Его белокурые волосы были уложены волосок к волоску, на лице сделанный на заказ респиратор, который стоил дороже большинства, но имел нарочито потертый и брутальный вид. – Что-то ты не веселая...
- Я больше не в игре, - бросила Вай, косо взглянув на него. Вид бывшего напарника вернул все как было, она снова погрузилась в мир, где была ни на что не способна. – Камиллы нет, дело перевели в архив, следователей разогнали, а меня вообще выперли из отдела. Я больше не детектив.
- Что, сейчас!? – воскликнул он, тут же переменившись в лице. – Нет, сейчас тебе нельзя уходить! Все вернулось, ты что, газет не читаешь?
Вай не читала газет и меньше всего ей хотелось опять надеяться на что-то и гоняться за тенями. Но она остановилась, чтобы выслушать Эзреаля.
Он не собирался стоять и обсуждать их тайное расследование прямо на улице и потянул ее в ближайшую закусочную.
Когда они ввалились внутрь, на них тут же устремились все взгляды: стоял вечер, а значит все работяги сидели по барам, заливая отчаяние алкоголем и смакую отфильтрованный воздух. Вид Эзреаля, пилтоверского золотого мальчика, был для них все равно что официальное приглашение к мордобою, но ему было не привыкать: так на него реагировали в любом уголке мира, где бы он ни появился.
- Не сотрите об меня глаза, дамы и господа, я прекрасен, но вы все способны держать себя в руках! – воскликнул он, расправив руки и шагая спиной вперед к свободному столику. Он осматривал всех собравшихся, встречаясь взглядом с теми, кто пялился. – Всё, все посмотрели? Налюбовались? А теперь отворачиваемся, - он покрутил указательными пальцами, - и делаем то же, что и до этого! Ну же!
Вай шла к свободному столу, не обращая на него внимания. Она знала, что его игра на публику - это отработанный годами маневр. А еще она знала, что Эзреаль сделает, если кому-то его предупреждения будет недостаточно и он подойдет, чтобы выяснить, умеет ли пилтоверский малыш драться. Эзреаль умел.
Когда они сели и сделали быстрый заказ, Эзреаль полез в заплечную сумку и выложил перед Вай вырезки из газет с обведенными карандашом фразами, снимки, которые успел сделать, и заметки с собственных бесед с очевидцами.
- Это произошло в морге в паре улиц отсюда... - начал маг, понизив голос до быстрого шепота. Он склонился над столом и перебирал перед ней все свои бумажки по ходу рассказа.
Вай устало следила за его повествованием, пересматривая снимки с изуродованными мертвецами. Несколько десятков статей о двенадцати похоронных церемониях, которые окончились массовой паникой.
- Узоры на телах в точности такие же, как и раньше! – выпалил Эзреаль под конец, выдвинув Вай под нос новый снимок и в пару к нему один из старого дела по ионийской резне. – Ты посмотри, что стало с их глазами, видишь?...
Девушка разглядывала снимки из-под прикрытых век, не отрываясь. Она видела их уже столько раз, что даже сны с этими мертвецами перестали быть кошмарами.
- Но почему этот морг? – спросила она, беря листы в руки. В фотографии хранилища не было ничего особенного: несколько столов, где стояли гробы с подготовленными к погребению мертвецами, шкафы с препаратами, веществами и инструментами, швабра с ведром в угоу. Не было похоже, чтобы это место использовали для тайных кровавых ритуалов.
- Мы должны опросить все семьи и как можно скорее, - сказал Эзреаль. – Наверняка проклятие было на одном из мертвецов, причем перед смертью он подобрался к посоху очень близко! Все это время мы думали, что посох утонул, но, похоже, кто-то его выловил из воды и теперь все начинается заново. Если мы поймем, кто из этих двенадцати держал посох, мы успеем найти эту дрянь до того, как она пойдет по рукам, понимаешь? До сих пор мы гонялись за прошлым, начали только когда прошло несколько месяцев с последнего случая, а теперь мы наконец-то в гуще событий!...
Пока он говорил, Вай запустила пальцы в волосы, словно пытаясь удержать все свои сомнения внутри головы. Она не верила, что они справятся. Камиллы нет. Этот посох уже никому не нужен, всем все равно на него, у города есть проблемы поважнее. Вай понимала, что даже пытаться бесполезно, но какая-то ее часть все-таки тянулась к этим снимкам. Какое-то предчувствие зудело на подкорке, будто они в самом деле близко, как никогда, только руку протяни.
- Итак, – подытожил Эзреаль, горя энтузиазмом. – У нас есть двенадцать трупов. А это значит двенадцать семей, чьи последние месяцы жизни мы должны знать, как свои собственные! Выяснишь, что на них уже накопали миротворцы?... О, среди трупов есть трое узкоглазых, думаю, ваши за приезжих примутся в последнюю очередь, так что я начну именно с них!...
Двенадцать семей. Она в одной-то разобраться не может...
Вай взглянула на лицо Эзреаля и в этот момент искренне позавидовала ему. Казалось, за этой улыбкой у него нет никаких бед и сомнений и сам он внутри наполнен лишь светом, сквозящим из отметин на его щеках. Вот, значит, как выглядит человек, у которого крепкий тыл за спиной. Она же чувствовала себя так, словно от бездны ее отделяет только Лорис, окажись она без него, ее прошлое утянет ее в такой мрак... а, может, ей и нужно упасть туда? Может, ей пора перестать прятаться от этой части своей жизни, посмотреть в глаза реальности и сделать, наконец, что-нибудь?
Эзреаль говорил, но видел, как мрачное лицо девушки становится все тусклее, а взгляд потухает и становится почти прозрачным, броня, которой Вай защищалась от него и от мира, таяла. Ее глаза заблестели, но слезы так и не появились. Маг умолк, почувствовав, что она хочет что-то сказать ему.
- Я думаю, моя племянница погибла, - проговорила она. Брови Эзреаля приподнялись, но он ничего не сказал, только приготовился выслушать. – У родителей Иши что-то произошло, они ничего не говорят, но... новорожденная болела, и они готовились к худшему. Недавно ко мне приходила сестра и она была сильно не в себе, я подозреваю, что худшее все-таки случилось. Теперь они забрали Ишу, и я больше не уверена, что она с ними в безопасности.
- Ох, черт, Вай...
Эзреаль протянул руку и сжал ладонь Вай, лежащую на столе. Та благодарно стиснула его пальцы, на миг посмотрев в голубые глаза мага. Его сочувствие не раздражало и не делало ее уязвимой, наоборот, грело и исцеляло.
- Ты сейчас должна быть с семьей, - твердо сказал Эзреаль. – Я справлюсь с расследованием сам.
Вай смотрела на него, маг лучился уверенностью, которой ей самой так не хватало. В конце концов она кивнула, принимая решение, которое ей стоило принять несколькими днями раньше.
У нее накопился отпуск и Вай решила, что возьмет все дни разом и поживет в деревне поджигателей. Она помнила дорогу и только надеялась, что Экко ее не выгонит. Она понятия не имела, что станет там делать, но решила, что сперва стоит просто прийти туда и убедиться, что с мелкой все в порядке, а дальше действовать по обстоятельствам.
Однако прежде, чем отправиться в Заун, ей стоило закончить одно дело: Шан Ли просил ее зайти, и она не могла проигнорировать просьбу такого человека. Вай догадывалась, что именно он хотел от нее, наверняка ему нужны были подробности о деле с убийством того барона, в котором то и дело возникало его имя или фамилия Кирамманов. На его месте ей бы тоже хотелось знать, стоит ли ждать проблем с миротворцами и как развивается расследование за рамками громких газетных статей.
Прежде, чем идти в дом клана, Вай выяснила от коллег все, что они могли ей рассказать, а остальное раскопала в архивах. Это было не в ее полномочиях, но Вай дружила со всеми архивариусами, и ей иногда позволяли «подремать» на складе. Когда она шла к Шан Ли, в ее голове находилась полная картина всего, что удалось выяснить бедолаге Стэну.
Они расположились в доме клана в комнате для курения. Как обычно. От Шан Ли не укрылся ее унылый вид, нервно дергающееся колено и взгляд, прилипший к его трубке.
- Дома не ладится? – со сдержанным участием спросил он, когда девушка просидела молча целую минуту, задумавшись о чем-то.
- И не спрашивай, - выдохнула Вай, устало потерев шею и сбросив руку на колено. – И меня выперли из следователей, - призналась она.
- Жаль, - сказал Шан Ли без тени сожаления в голове и, запрокинув голову на спинку лежака, втянул дым из трубки. Вай посмотрела на него, но недолго. Во рту моментально встал знакомый вкус и появилась фантомная ломота в мышцах, она передернула плечами, сбрасывая напряжение. – Ты слышала об убийстве этого химбарона в Зауне?
Вай кивнула.
- Тебя уже допрашивали? – спросила она. Ее взгляд снова задержался на роскошной трубке для курения опиума, но она отвернулась, став рассматривать узоры на богатом халате ионийца.
- Какой-то болезный пытался заманить меня в участок, но ему объяснили, что с выводами он поторопился, - проговорил Шан Ли.
- Клан причастен? – спросила Вай, кивнув.
Шан Ли остановил на ней долгий взгляд узких черных глаз, но Вай не смутилась. Если он хочет, чтобы она ему помогла, ей стоит знать все.
- Нет, - ответил он в конце концов. – Мой клан не имеет к этому отношения.
- Тогда лучшее, что ты можешь сделать, это поговорить со следователем и дать официальное заявление, - ответила она. – Пока там все как в тумане. Если даже они найдут какие-то более прочные связи с тобой, повесить убийство на родственника Кирамманов без прямых доказательств они не смогут: очко не железное, сам понимаешь...
Шан Ли усмехнулся.
- Понимаю.
На самом деле у него были свои планы на это дело. Пока общественность была уверенна, что убийство это его месть, но он охотно отдал бы эти «лавры» кое-кому другому.
- Я уверен, убийство Саввана организовала Гласк, - сказал он Вай, сев чуть свободнее. - Она не прощает предателей и вполне могла прикончить собственного подхалима за то, что он попробовал перейти ей дорогу. Хорошо бы открыть ее двуличную натуру, показать всем в Зауне, что их обожаемая советница ведет свои игры и ценит их не больше, чем крестьянин своих кур.
Вай взглянула на него с настороженностью и удивлением. После того, как Гласк стала советницей, одно только слово против нее грозило последствиями. Ее репутация была безупречна, и любая попытка посадить пятнышко на ее белоснежный костюм каралась жестокой расправой. Не было противника опаснее в Пилтовере и Зауне, чем Рената Гласк.
- Если ей станет известно, что ты хоть слово против нее сказал следователем, она перекроет тебе весь воздух, - сказала Вай. – И если от миротворцев тебя укроет Тобиас, то от нее уже никто не сможет.
- Это мы еще посмотрим, - проговорил Шан Ли, с прищуром глядя перед собой, словно Гласк стояла прямо перед ним. – Но есть ли в расследовании хоть что-то, что указывает на нее? Не пытаются ли они замять улики?
Вай задумалась, припоминая все, что ей удалось узнать, и в этот момент ее озарило. Бомба, отосланная в коробке с печатью Кирамманов. Вай не сомневалась, что так нагло оболгать высокий дом Пилтовера могла только Джинкс, бомбы в подарочных коробках - это абсолютно точно ее почерк. А Джинкс работает на Ренату. С чего бы сестре самой подрывать барона на его же празднике? Зачем он ей вообще сдался? Но если бы это был заказ от Гласк, Джинкс бы это сделала.
- Вообще-то твои слова имеют смысл, - заметила Вай, потирая подбородок и скользя задумчивым взглядом по пространству. – Но следователи еще не вышли на эту ветку расследования.
На самом деле у них не было ни шанса разглядеть эту связь, и тем более доказать. Только Вай видела эту деталь, и никто больше. Но она, к счастью, больше не следователь, так что ей не придется выбирать между семьей и долгом.
- Что тебе известно? – спросил Шан Ли, заметив выражение лица девушки. Вай качнула головой.
- Просто догадки, - сказала она. – Возможно, человек Ренаты причастен к взрыву. Но не взрыв убил химбарона, поэтому прямой связи тут все равно нет.
- Его убил не взрыв? – уточнил Шан Ли. Такие детали были ему неизвестны.
- В него всадили четыре пули в другой части особняка, - сказала Вай, посмотрев на ионийца. – Возможно, убийца орудовал не один. Возможно, взрыв и убийство - это вообще не связанные события. Барону чертовски не везло под конец, – она усмехнулась и устало качнула головой. – Он еще и в тот морг попал, прикинь?... ну и совпадения.
Однако Шан Ли не разделял ее веселья. Вай видела, как он переменился в лице, затем сел на своей кушетке, сосредоточенно сжимая губы.
- Четыре? Это точно? – спросил он.
Вай кивнула.
- Стреляли в туловище, в живот и грудь. Раны всадили в форме «Т».
Шан Ли потер подбородок, напрягая уголки губ. В этот момент он понял, кто убил барона Саввана. А еще он знал, кто стоит за другим делом - делом с двенадцатью растерзанными трупами в Зауне. Шан Ли не сомневался, что эта постановка была детищем Джин, так убийца сообщал ему о том, что вернулся. Шан хорошо знал психопата и был уверен, что за этим коротким авангардом последует полноценная пьеса. Но почему Джин убил того никчемного барона, который метался между кланом Шан Ли и «Гласк индастриз»? Это... подарок ему? Или паршивец нашел себе нового покровителя в Зауне и выполнял заказ Ренаты?...
- Кто этот человек Ренаты, который устроил взрыв? – требовательно спросил Шан Ли. – Ты знаешь его, иначе не говорила бы так уверенно.
Вай удивилась такой резкой перемене тона. Узнав о выстрелах, Шан Ли явно потерял равновесие, но она не понимала, почему. Девушка не сводила с него глаз, и постепенно до нее дошло. Она знала, кто устроил взрыв, а он, похоже, имеет подозрения насчет того, кто стрелял.
- Я думаю, это Джинкс, - сказала Вай. Шан Ли не знал, что известная преступница ее сестра, да и вряд ли он вообще слышал это имя до сих пор. Вай оказалась права, оно ему ни о чем не сказало. – Ты ждал другое имя, так?
Шан Ли посмотрел на нее и его взволнованное напряженное лицо приняло холодное скрытное выражение. Он не скажет ей о своих подозрениях. Но Вай поняла, что он знает, кто убийца, и эти знания ему не нравятся.
- Шан, если это кто-то из твоих...
Иониец поднял полную руку, веля ей умолкнуть.
- На этом все, Вай, - ответил он, отвернувшись. – Спасибо за помощь.
Он подхватил небольшой вышитый кошель, лежащей на тумбе по другую сторону от его кушетки, и протянул его девушке. Благодарность за труды. Та приняла его и привязала к поясу, затем встала, попрощалась и пошла к выходу.
Спускаясь с лестницы на первый этаж, она попыталась представить, кто мог застрелить Саввана и чье участие в этом деле могло так взволновать Шан Ли, и на ум ей пришло только одно имя. Это был полный абсурд, но тем не менее, подумав об этом, Вай испытала сильную тревогу. Не помешает выяснить, чем Кейт занималась в тот вечер. Просто чтобы наверняка отмести тот вариант. После того, как Кейтлин стреляла в трущобах, Вай уже не могла быть уверена, что она не начала отстреливать мешающих ей химбаронов прямо в их особняках, - теперь положение советницы больше не связывало ей руки, а ее репутации терять было практически нечего.
- О, Вай, давно тебя не было! – знакомый из клана вышел к ней из прохода и подмигнул.
- Лин! Собака блохастая, ты что, трезвый!? – Вай тут же выскользнула из своих мыслей и улыбнулась приятелю.
Она шагнула к головорезу, и они обнялись, ударив друг друга по спинам.
- Вчера приняли груз, восточный привезли – душу отдашь! Не могу не угостить, но помню, что ты в завязке...
Разбереженный запахом дыма в комнате организм требовал продолжения, так что Вай решила перестать играть в святошу. Они пошли в комнату Лина, где стояло несколько герметичных контейнеров, и он взвесил ей первосортного табака на пару месяцев. Вай взяла табак, а еще купила ионийских приблуд, мазей и бальзамов на все деньги из кошеля Шан Ли: все товары, которые можно было достать в клане, она испробовала на себе, и знала, что они отличные. Она отдаст их в общину поджигателей, когда навестит Ишу.
Когда она выходила из комнаты Лина, то услышала голос Шан Ли в главной зале особняка и по привычке пошла медленнее, чтобы послушать.
- ...искать?
- Его постоянно видят в ионийских забегаловках, - говорил один членов клана. – Я сам видел на той неделе. Он ходит, это так. Но, судя по виду, дела у него идут неважно.
- Я хочу поговорить с ним. Найдите Джина и передайте, что я желаю его видеть.
Вай обдало странным чувством, словно холодный сквозняк пробежал по спине. Волосы на затылке зашевелились. Внутри нее снова заскребло предчувствие, будто нужно только протянуть руку – и морок развеется. Но как только Вай попробовала сосредоточиться и понять, почему на нее так подействовал звук этого имени, замерцавшие было связи в ее голове распались. Она знала, что Джин искалечен и живет где-то в Зауне. Он пострадал в ионийской резне, но это единственный факт, который связывает его с ее увядающим расследованием. Просто Вай зациклилась на нем из-за Кейт, вот и все.
Она тряхнула головой и вышла из дома, никем незамеченная. Будь она сообразительнее, она бы спросила себя, почему Шан Ли захотел увидеть изгнанника именно сейчас, но Вай попросту не хватило на это интуиции. Мало ли причин у главы клана вспомнить старого подопечного?