Незримые связи
- Иша, я вижу, что ты ничего не делаешь, - проговорила Джинкс, не отрываясь от страниц.
Она полулежала в кресле, косы свесились на пол, ноги закинуты одна на другую. Джинкс читала огромную старую книгу из библиотеки, - собрание пьес по рекомендации Джина, до которого все не было времени добраться.
Иша, лежа на полу, корпела над заданиями из школы Хеймердингера. Заниматься ей не хотелось, мысли все время улетали куда-то, и она раскрашивала ручкой узоры на ковре.
- Давай, у тебя отличный шанс нагнать одногодок, пока мы здесь! Экко опять расстроится, если ты не пройдешь экзамен.
- Он слишком сильно расстраивается, - возмутилась Иша, старательно обводя контур. – Не все такие умные, как он!
- Это да, - усмехнулась Джинкс. – Но ты намного умнее, чем сама думаешь. Просто ленишься.
- Ага...
Иша встала и, собрав учебники и тетради, пошла на балкон, где было светлее, теплее, здорово пахло улицей, а еще со своего кресла Джинкс не могла там за ней следить.
Раскладывая учебники на столе, Иша заметила трубку Вай и бархатный мешочек с другими принадлежностями. Девочка вспомнила, как в день их приезда та развалилась тут одна и курила с таким видом, будто ничего на свете лучше нет.
Раскрыв мешочек, Иша удивленно уставилась на горелку, набор игл на кольце и красивую лаковую коробочку. Внутри была липкая блестящая смола ровного черного цвета. Иша понюхала ее, а потом поднесла на свет, чтобы рассмотреть текстуру.
Ей и другим детям в деревне каждые полгода устраивали лекцию, показывали, как что выглядит, и в красках описывали последствия. Иша поняла, что Вай сидит на опиуме, причем тратится на дорогой сорт, раз цвет такой ровный. На разок попробовать такое не берут.
Не сомневаясь ни секунды, Иша сунула трубку и коробочку в бархатный мешочек и пошла с ним в коридор. Джинкс, увлеченная своей книгой, даже не посмотрела на нее, только спросила, куда она собралась, когда услышала, как Иша надевает башмаки.
- Выкинуть кое-что.
Иша ходила утром с Лорисом за покупками и по дороге они выкинули мусор, потому она знала, как это делать в Пилтовере: нужно выбросить все в блестящий бак в тупиковом переулке. Иша подошла к нему и стала выкидывать из мешочка все предметы по очереди.
Трубка с гончими была такая красивая, что у девочки рука не поднялась ее выбросить. Повертев ее в руках, она решила оставить ее себе и сунула во внутренний карман куртки. Может, потом обменяет ее на что-то у Мириам? Та работает со своей мамой на свалках и постоянно находит крутые вещицы.
Сам опиум Иша подожгла горелкой прямо в деревянной коробочке, а когда все хорошо загорелось, кинула все вместе прямо в бак.
Разобравшись с наркотиками так, как это делают поджигатели, Иша с чувством выполненного долга вернулась в квартиру.
- Там что, пожарные? – удивленно спросила Джинкс спустя четверть часа, когда из балкона послышались звуки сирены. Выйдя туда и перевесившись через перила, она увидела раскрашенный экипаж и стоящих у металлического бака людей в форме.
- Прикольно, - сказала Иша, встав возле нее и тоже с любопытством оглядывая диковинку. Когда экипаж завернул в переулок, куда она ходила выкидывать все, Иша поняла, что там за черный дым, и вжала голову в плечи.
- Это ты устроила пожар? – спросила Джинкс, почувствовав, как напряглась стоявшая рядом девочка. Та подняла на нее виноватый взгляд.
Джинкс вспомнила себя в ее возрасте и улыбнулась. Ничего ведь плохого не случилось, да? А раз так, то смысл орать? На нее вот постоянно орали.
- Ну и ну. Кое-кто впервые поджег Пилтовер, а? – рассмеялась Джинкс, потрепав ее по голове. – Моя девочка! Но в следующий раз давай подальше отсюда, а то нас спалят, ладно? - подмигнула Ише.
Та робко улыбнулась в ответ, и Джинкс, решив, что она на отличный воспитатель, вернулась в комнату к своей книге.
***
К Феррос на стол попало прошение о доступе к делам о взрыве и о деле в музее. Вайолет Хардстил. Постовой без какого-либо образования и вменяемых рекомендаций выражала добровольное желание помочь со сложнейшим расследованием. Камилла улыбнулась и поставила на прошении свою подпись, а потом написала особое заявление шерифу Диккенсу, чтобы Вайолет перевели в ее личную группу и назначили следователем.
- Я даю тебе отличный шанс, девочка. Покажи мне, на что ты способна, - проговорила Камилла, посмотрев на ее имя на бумагах.
На самом деле Феррос специально напугала Эзреаля, чтобы он зашевелился и начал что-то делать для поисков посоха. А еще во время допроса она навела его на мысль обратиться за помощью именно к Вай. Для Камиллы это был своего рода эксперимент. Она давно видела в девушке и ее умении договариваться с людьми из обоих городов потенциал: те, с кем сама Камилла могла работать только приставив лезвие к горлу, радушно распахивали все двери перед непосредственной и туповатой улыбкой Вай. Возможно, Вай и гиперактивному магу повезет выяснить детали, которые для Камиллы по какой-то причине остались в этом деле невидимы.
Когда Вай узнала об этом, она удивилась. Камилла не просто обеспечивала ей возможность следить за всем происходящим, но и включила ее в перечень следователей своей команды, предоставляла полную свободу действий. Это было очень неожиданно, они с Феррос даже не говорили после допросов в Омуте, и Вай представить не могла, с какой стати стальная тень пошла на такие серьезные уступки. Однако спрашивать, что да почему она не стала: дают - бери.
- Я теперь детектив, представляете? Вошла в элиту! - заявила она в первый же вечер, вернувшись домой, где Лорис и Джинкс уже ужинали на кухне.
Джинкс с усмешкой посмотрела на сестру. Вай во многом была хороша, но умом и сообразительностью никогда не выделялась.
- Буду искать пропавший драконовый посох вместе с Эзреалем, - заявила Вай.
Джинкс чуть не подавилась, но ничего не сказала.
- Что? – удивилась Вай.
- Да ничего. Удачи, - хмыкнула Джинкс, возвращаясь к своей безвкусной пилтоверской еде. Интересно, это Лорис специально взял ей что-то настолько пресное или тут у всех проблемы с желудком?
У Джинкс ни на секунду не возникло сомнений в том, что эта затея с расследованием кончится для Вай оглушительным провалом: даже Камилла не смогла найти Джина, пока он не обнаглел настолько, что буквально сам к ней пришел. И то даже пока искала его, она понятия не имела, ни кто он, ни даже в чем его обвинить. Он псих, но умный, чертовски осторожный и месяцами готовит каждый свой шаг. И он везучий. Такой, как Вай, никогда до него не добраться, даже при том, что он буквально у нее под носом.
- Эй, а кто убирался на балконе? – спросила Вай позже. – Кто брал мои вещи?
Иша, сидевшая с Джинкс в гостиной, молча следила за наркоманкой, презрительно прикрыв веки. Наверное, у Вай уже ломка? Так ей и надо, пускай слезает.
Джинкс увлеченно читала в кресле и уже добралась до половины своей огромной книги. Пройдя мимо сестры, Вай посмотрела на нее со смесью недоумения и в то же время с завистью. Когда видела такие талмуды, Вай даже подумать не могла о том, чтобы начать их читать, – в ее голове они как-то сразу превращались в такие странные подпорки под дверь. Но Джинкс всегда была головастая, не удивительно, что ей такое нравится.
- Что, карьера сыщика не задалась? – с усмешкой спросила Джинкс, когда Вай в очередной раз проходила мимо них с Ишей, перекладывая вещи в попытках что-то найти.
- Иди ты! – она бросила в сестру попавшейся под руки подушкой, и та издевательски захихикала, легко увернувшись.
Вай провела в архивах два дня, погружаясь в детали. Она в жизни столько не читала и по вечерам у нее голова раскалывалась, - еще потому, что курево куда-то подевалось, а затариваться новым не было времени и не было желания лезть за ним в Заун. Вай убеждала себя, что вполне может жить и без него, а раздражительность у нее просто от перегруза информацией.
Связать все детали из бесконечных отчетов и фотографий с кровавыми расправами вместе у нее не выходило, Вай просто не умела составлять в голове схемы и системы из абстрактных вещей. Она понимала людей, знала где в городах что, и могла настроить сеть из своих знакомых так, чтобы они решили любую проблему. Но здесь все было иначе. Поэтому Вай просто запоминала все что можно, в итоге ее голове парило множество фактов и деталей, прикрепленных к ее внутренней карте обоих городов.
Перед встречей с Эзреалем она решила заглянуть к Шан Ли и спросить о посохе его. Камилла не подозревала их клан хоть в какой-либо связи с кражей посоха. Шан Ли и его люди впервые прибыли в город всего за три дня до трагедии в музее и просто не успели бы все подготовить, а еще не участвовали в распрях между кланами, давно обосновавшимися в Зауне и Пилтовере, – новичкам просто не позволяли играть на таком уровне, и их положение в Ионии для местных ничего не значило. Вай решила, что раз даже стальная тень считает, что Шан не причастен, то кто она такая, чтобы сомневаться?
Вай догадывалась о том, что сейчас Шан Ли один из тех людей, от воли которых напрямую зависит будущее Ионии, а в Пилтовере он находится из-за хексврат, которые позволяли ему быстрее координировать процессы в разных частях своей страны, а заручившись помощью Гласк и защитой Кирамманов, Шан Ли мог вести дела в Зауне, умножая собственное состояние, чтобы и дальше удерживаться на вершине.
Отношения между ним и Вай и складывались из того, что он с людьми любил бывать на боях, а Вай охотно помогала ему с делами, с какими могла, и развлекала его болтовней, когда бывала в доме Кирамманов или на приемах вместе с ним и Кейтлин.
Вай довольно скоро начала бывать в доме клана, проводила время в обществе его членов, ее приглашали на все традиционные праздники и снабжали самыми разными товарами из Ионии, как правило в подарок. Ее там любили. Несколько раз она видела там Джина, - высокомерного сноба себе на уме, который смотрел на всех так, будто они пыль у него под ногами. Они с Вай никогда не говорили, но та знала, что это он разбил сердце Кейт, и заранее недолюбливала его. Когда Джин пропал, Вай по просьбе Шан Ли заглянула в несколько тайных госпиталей в Зауне, о которых ей было известно. В каждом хватало искалеченных узкоглазых, но ни одного из них Шан так и не опознал.
Дом клана располагался в богатом поместье, которое Шан приобрел в Пилтовере. Снаружи оно ничем не отличалось от любого элитного особняка, из тех, при которых есть собственный сад с фонтаном, но внутри после того, как его обжили ионийцы, все выглядело необычно. На стенах с модными обоями висели ионийские гобелены с вышитыми стихами и лозунгами, на тумбах и полках были брошены незнакомые предметы одежды, тут и там встречались истлевшие палочки с благовониями, которые никто не заменял. Кое-где на глаза попадалось оружие, по неосторожности оставленное кем-то из людей.
Пока Вай шал по коридорам за слугой в неброском халате, несколько типов в татуировках заметили ее из своих комнат и приветственно кивнули, она кивала им в ответ, а некоторым махала рукой и улыбалась. Она прошла возле одной из закрытых дверей, не подозревая, что лестница за ней ведет в хранилище с драконовым посохом на пьедестале.
- Помнишь, ты искал своего человека, кажется, Джина? – спросила Вай, сидя на вытянутой ложе с приподнятым изголовьем. Они с Шан Ли остались наедине в одной из комнат отдыха.
Шан Ли, лежащий на соседней, кивнул. Между его пальцами была зажата трубка с широкой чашей, в которой дымился черный шарик, густые плотные струи, расстилались вокруг тучной фигуры ионийца причудливыми клубами. Вдохнув, он передал трубку Вай и та взяла ее, с удовольствием вдохнув густой дым и прикрыв глаза. Напряжение, которое копилось в ней последние дни, наконец-то начало ее отпускать.
- Его ведь так и не нашли? – спросила она. - Вы с Кейт прекратили поиски?
- М-м, - неопределенно промычал Шан Ли, забрав у нее трубку и тоже затянувшись, а потом выдохнул дым. – А почему он тебя заинтересовал?
- Ты слышал об убийствах среди кланов? – спросила Вай и это был риторический вопрос. О них писали повсюду и Шан Ли не мог не касаться этого, хотя Вай наверняка знала, что именно его клан череда смертей обошла стороной. По крайней мере, он об этом не заявлял открыто. Можно даже сказать, что происходящее было ему на руку, потому что клан Шана получил возможность занять в деловых процессах между Зауном и Ионией место разоренных конкурентов.
- Да, мне об этом известно, - ответил Шан Ли, насторожившись.
- Ты не думал, что Джина могли убить те же люди, которые вырезали лотосы из ребер других ионийцев несколько месяцев назад? – спросила она.
Шан Ли внутренне улыбнулся, но его полное лицо осталось в прежнем выражении. Глупая девочка. Но тем не менее Вай ему нравилась, он любил смотреть на ее красивое лицо с серо-голубыми глазами и наблюдать за необычной грацией ее мускулистого тела. Она была для него как любимый попугайчик, умеющий выполнять команды.
- Да, именно они в конце концов его и растерзали, - сказал Шан Ли, решив, что это забавная шутка. Он передал трубку Вай и та снова вдохнула, улегшись на кушетку и заложив руку за голову. – Джин выжил, но сильно пострадал после столкновения, и наши пути разошлись. Теперь он сам по себе.
- Ты выгнал его из клана? – удивленно спросила Вай, приоткрыв глаза и покосившись на него. – Он же был твоим любимчиком! Что он сделал?
- Разочаровал меня.
Вай понимающе кивнула. Она знала, что этой причины может быть достаточно и для смерти человека. Люди Шан Ли боялись его, словно он был всевидящим богом, способным обрушить на их головы огонь небесный, если только пожелает.
- Скажи, ты слышал что-нибудь о пропавшем драконовом посохе?
- Все в Ионии о нем знают. Это легендарная реликвия, утерянная столетия назад, - сказал Шан Ли. – Что именно ты хочешь знать?
- Он обладает... магией или чем-то в этом роде? Может, он способен вызывать в этот мир демонов?
Шан Ли ласково улыбнулся Вай.
- Все в этом мире обладает тем, что ты называешь магией, девочка. Даже ты, - произнес он.
Он медленно поднялся на своем ложе, положил трубку на деревянный столик и жестом пригласил Вай сесть. Она послушно села перед ним, широко расставив ноги и упершись локтями в колени.
Потянувшись к Вай, Шан Ли коснулся костяшками пальцев ее груди, а потом лба. Она ощутила необычные покалывающие импульсы, разошедшиеся волной по всему телу. От его пальцев пошли мерцающие голубым струи, они были похожи на густой дым от благовоний, но только Шан Ли как будто вытянул их из Вай: она чувствовала, как он касается этих струй, так, будто он касался чего-то едва осязаемого внутри нее. Два потока соединились, показались в мире, а потом по воле Шан Ли оборвались и исчезли.
- И привлечь демонов может все что угодно, - сказал иониец, наблюдая за изумленным лицом девушки, впервые увидевшей отблеск собственной души. – Но, насколько мне известно, посох обладает только той ценностью, которой его способно наделить наше сознание. Иными словами, в глазах любого ионийца это священная реликвия, которую достойны касаться лишь избранные. В глазах любого из Пилтовера и в его руках это просто причудливый жезл и не больше.
Вай застыла, она никак не могла прийти в себя от увиденного. Шан Ли поправил ее красивые волосы, открывая лицо и любуясь им. Вай моргнула под его взглядом и чуть отстранилась, тогда он улыбнулся и, взяв трубку, медленно улегся обратно на свое ложе.
Собрав все свои заметки и копии всего важного, что смогла вынести из архивов, Вай встретилась с Эзреалем в особняке его дяди. Он открыл ей дверь сам, на нем была простая кофта с вырезом на груди, невзначай открывающая мускулы, волосы явно уложены, но так небрежно, чтобы она не догадалась, что он готовился к встрече.
Они заперлись в огромной библиотеке, где маг подготовил чистую доску для заметок, как у Кейт в кабинете. Вай показала ему, а еще свои корявые записи с кучей ошибок.
- И почему я не удивлен, что среди твоих друзей есть даже глава ионийской мафии? – с усмешкой спросил маг, когда Вай рассказала ему о своей беседе с Шан Ли.
- Он не глава ионийской мафии, - ответила девушка – Скорее политик и бизнесмен.
- Может, ты и с Джерико Свейном знакома? Нет, я просто уточнить! Просто... вдруг?
- Я приглашена на прием в честь приезда ноксианских дипломатов. Кто знает, что будет через год? – она подмигнула ему.
Она была приглашена в качестве телохранителя, но этого Эзреалю она говорить не стала, пусть думает, что она важная птица.
Маг стоял перед доской и, развешивая на ней записки и снимки, разбирал хитросплетенный сюжет постановки Джина для Камиллы. Он не догадывался о том, что все детали дела сотворены из воздуха и не имеют никакого отношения к реальности, а ни один свидетель не знает, что в действительности видел.
Вай тем временем сидела, покачиваясь на стуле и блуждая в своих мыслях. После курения они двигались медленно и были неповоротливы, в таком режиме она как будто лучше могла разглядеть отдельные факты, которые помнила, и начинала видеть причудливые связи между ними.
- Знаешь, это все очень странно, - задумчиво проговорил Эзреаль, разглядывая снимки. – Я видел демонов и то, на что они способны. Этот настоящий эстет! Обычно они так не утруждаются. И зачем демонам таскать с собой нефритовые статуэтки?
- Знаешь, что мне кажется подозрительным? – спросила Вай. – Что человек Шан Ли пропал как раз после того, когда Феррос пострадала во взрыве на судне. И примерно после его исчезновения все как раз прекратилось. И Шан Ли сказал, что Джин его разочаровал.
Эзреаль с непониманием обернулся на девушку.
- Не вижу никакой связи. Много кто пострадал или погиб перед тем, как убийства прекратились. Что подозрительного? Поясни свою мысль.
- Как тебе такое: у этого Джина нет правой руки, - сказала Вай, перестав качаться на стуле и сев, упершись локтями в широко расставленные колени. – И у того, кому Камилла подрезала ноги, тоже не было правой руки.
- Звучит интересно, - согласился Эзреаль, но без особенного энтузиазма. Он опомнился и отвел взгляд от вызывающей позы Вай, от ее майки и от татуировок на крепких руках. – Если бы по Пилтоверу не ходили сотни людей без правой руки. Мы в мировой столице протезирования, Талис латает людей отовсюду! К тому же мы не знаем, был ли тот, кого поймала Камилла, из Ионии.
Вай не могла с этим не согласиться. Когда она по просьбе Шана искала в Зауне ионийца без правой руки, она нашла четырех. А Феррос, искавшая мужчину без правой руки и недавно лишившегося ног, нашла их в обоих городах девять, причем пятерых без внятного алиби упрятала за решетку прямо с больничной койки, просто на всякий случай. Они вроде бы до сих пор там сидят.
- Ну просто забавное совпадение, - сказала Вай, снова откидываясь на спинку стула и укладывая одну ногу на колено другой. Ей очень хотелось полежать.
- Забавное, но логики тут нет никакой, - сказал Эзреаль, с подозрением посмотрев на девушку. А что у нее с глазами?... - Ты сама сказала, что Джина покалечили ионийцы или демоны из-за посоха, а теперь говоришь, что это сделала Феррос!
- Точно, там были демоны... Я забыла, - сказала Вай, не обратив внимания на его пристальный взгляд. Она закрыла глаза и положила руки под голову. – Но все равно надо его найти. Джина, я имею ввиду. Если он жив, он же где-то есть, да?... Если он пострадал от этих ниндзя-демонов или кто там вообще, он может что-то знать о них. Спросим хотя бы чего они на него накинулись. И за что Шан на него ополчился.
- Да что ты в него вцепилась? – Эзреаль непонимающе поморщился. – По-моему, у тебя какая-то навязчивая идея!
- Может, и так, - Вай не стала отпираться.
Она и сама не понимала, с чего Джин ей кажется таким важным. Возможно, потому что этот гад забрался в голову Кейт? По крайней мере именно после их разрыва Кейтлин окончательно сорвалась и начала творить в Зауне черте что. Вай была зла на Кейт, потому что понимала, что дело далеко не только в ионийце, но и на Джина тоже, потому что из-за него все стало еще хуже. Ей хотелось найти его, и желательно, чтобы он был виноват в чем-нибудь серьезном. Так чтобы можно было его засадить.
- Давай лучше поговорим с человеком Фань У из Синих Воронов, - предложил Эзреаль. - Он точно был свидетелем событий, он жив, и мы знаем, где его найти. Сможешь добыть нам пропуск в Омут?
- Ага, - кивнула Вай, разглядывая узоры на потолке.
***
Когда Экко вошел в квартиру Лориса, его встретили Джинкс и Иша, одетые в смешные пижамы. У них не было следов респираторов на лице, и кожа выглядела здоровой, никто не кашлял. Увиденное в ямах и то, с чем Экко сталкивался последние дни в городе, оставило в нем тяжелый след, но, когда оказался возле семьи, у него внутри словно теплый свет зажегся.
Он притянул к себе девочку и обнял Джинкс, уткнувшись носом ей в шею. Девушка ощутила, как резко пахла его одежда и волосы после Зауна, и впервые поняла, что чувствуют пилтошки, когда морщат нос при виде заунитов. Этим было невозможно дышать. Однако она обняла Экко и прижалась к нему: по тому, как долго он ее держал, ей стало ясно, что за эти дни, что они с Ишей нежились на солнышке, с ним что-то случилось. Ише тоже это стало ясно, и она встала на тумбочку в коридоре, чтобы обнять Экко со спины.
Они помогли ему сбросить тяжелую сумку и куртку, отчасти затвердевшую от впитавшихся в нее веществ из отравленного воздуха, потом привели в гостиную и усадили отдыхать, развлекая дурацкой болтовней.
Немного оттаяв, Экко захотел узнать, как у Иши дела с обучением, и та попыталась правильно пересказать ему все, о чем прочитала за эти дни, но несколько раз сильно сбилась, а кое-что вообще поняла не так.
- Почему у Джинкс не спросила? Она все это знает, объяснила бы тебе, - проворчал он, глядя на девочку с разочарованием. – А ты почему не проверила?
- А? - Джинкс отвернулась, делая вид, что слышит голоса.
- Вы обе невыносимы, - вздохнул он.
Вернулась Вай. Она тоже почувствовала едкий душок и кашлянула, заметив Экко в гостиной.
- Если ты на ночь, то сходи помойся, - посоветовала она. – Серьезно, коротышка, от тебя аж глаза слезятся!
Экко привык к запаху и не чувствовал его, поэтому бросил на нее раздраженный злой взгляд, решив, что она считает происходящее в Зауне отличным поводом для насмешек. Вай никогда не видит границ.
Он понял, что ему надо проветрить голову, иначе он не сдержится и поссорится с кем-нибудь.
- Может пройдемся? – предложил он, повернувшись к Джинкс, потом к Ише. – Сходим куда-нибудь.
Идея им понравилась: в Пилтовере было полно интересных мест и еды, которую они никогда не пробовали.
Пока Вай торчала в ванной после беготни по городу, они быстро собрались и столпились в коридоре, начав одеваться. Экко снял с вешалки куртку Иши, чтобы ей не пришлось тянуться, и тут нащупал в кармане что-то тяжелое. Он вынул трубку с гончими для курения опиума и переменился в лице. Экко замер и не шевелился.
- Это что? – спросил он, посмотрев на Ишу так, что ей стало страшно.
- Это не мое, - быстро сказала она, спрятавшись за Джинкс. Девушка тоже пораженно смотрела на находку, потом глянула на Ишу, потом на Экко и отступила от него назад, закрывая собой девочку.
- Экко, остынь! Она наверняка просто стащила это у кого-то.
Он покачал трубку в пальцах и сжал челюсти, чувствуя, как в груди расширяется волна гнева. Где-то глубоко он понимал, что Джинкс права, но разум уже заволакивало красным от злости.
- О, моя трубка! – воскликнула Вай, выйдя из ванной и вытирая полотенцем мокрые волосы. – Где ты ее нашел?