Прощание
Поджигатели устроили большое собрание, все, кто участвовал в вылазках, расселись под деревом кто на чем. Шрам и Экко сидели в центре и рассказывали подробности о предстоящем деле.
Шпионы Ренаты Гласк смогли выяснить местоположение нескольких хранилищ с опиумом, принадлежащих ее конкурентам. Она хотела, чтобы поджигатели их уничтожили, и готова была заплатить за это. По сведениям и планам, которые она для них достала, выходило, что дело предстоит не из простых, поэтому Экко собрал совет, где поджигатели вместе решат, стоит ли за это браться или нет. Люди сами должны были выбрать, кто из них готов рисковать ради этого дела, а кто нет.
Джинкс сидела на земле у корня дерева, вальяжно раскинув руки в стороны. Ее глаза сегодня мерцали, и она пряталась под акульим капюшоном, потому что от яркого света в голове начинало гудеть.
- Такая операция стоит больше, - сказала она, как только Экко закончил с вводной частью. – Надо просить у нее больше, а если не даст, то смысла нет браться.
Она назвала примерную сумму, которую получили бы за такое рядовые наемники, и глаза поджигателей оживились.
- Мы делаем это не из-за денег, – напомнил Шрам. Он готов был идти хоть на пару с Экко, и плата его не волновала.
Джинкс не сдержала усмешки.
- Но Ренате-то об этом говорить не надо было, - проговорила она. – Она, похоже, решила, что вы и за так возьметесь, если дает такие деньги.
Джинкс знала, что ее участие даже не обсуждается, она пойдет в любом случае, даже если отправятся только эти двое идейных балбесов. Без нее они с таким объемом не справятся, одно дело продырявить дирижабль, и совсем другое – превратить многоэтажный бетонный склад в полыхающий факел. Это был ее профиль: около года назад она по указке Ренаты методично превращала Заун в полыхающую печь, такого опыта не было больше ни у кого, и Джинкс по праву могла считать себя лучшей.
На самом деле у Гласк было полно хорошо подготовленных людей, которые могли бы отправиться на это дело и сделать с ним все, что химбаронесса пожелала бы, но только Рената не хотела попадаться и ссориться с коллегами. Да и зачем рисковать своими людьми, когда можно использовать Экко, готового бороться с наркотиками на голом энтузиазме? Поджигатели, напавшие на хранилище с веществами, ни у кого не вызовут вопросов. Помимо наркотиков там наверняка будут деньги, не говоря уже о том, что сам склад напичкан первоклассной техникой, так что предприятие выглядело заманчиво для воров их масштаба.
В отряд набралось шестнадцать человек, включая Экко, Шрама и Джинкс, и они начали подготовку. Нужна была взрывчатка, оружие и четкий план, где у каждого была бы своя роль. С последним возникали проблемы, хотя вводные Рената раздобыла просто отличные – поджигатели знали о том, где и сколько охранников будет в какой час, как они подготовлены и вооружены.
До сих пор Джинкс побывала только на одной вылазке поджигателей, когда Экко сидел в Омуте и всем заправлял Шрам. Тогда она страховала их с земли со своей ракетницей, пока они на скайбордах грабили дирижабль. Сейчас ей впервые предстояло работать со всеми в команде и дело не облегчало то, что часть поджигателей бросала на нее косые взгляды из-за убийства того синего. Экко не мог отсеивать людей для вылазки по их лояльности к Джинкс, поэтому четверо из тринадцати оказались из тех, кто теперь считал, что среди поджигателей ей не место.
Как и тогда, когда находилась под опекой Силко, Джинкс чувствовала, что ей позволено куда больше, чем другим, и ее поведение не делало задачу Экко проще.
- Ты вообще без тормозов!?... – крикнул на нее один из синих во время тренировки, когда не смог заблокировать ее удар и она, разогнавшись от сияния, вмазала ему в лицо, едва не сломав челюсть.
- Я просто быстрая, извини! – Джинкс развела руками, издевательски ухмыляясь. Она сделала это специально, потому что могла и потому что он ее бесил. Парень понял это, разозлись и бросился на нее, они сцепились в драке.
Экко со Шрамом тренировались в стороне с шестами, чтобы размять руки. Увидев схватку, которая перестала быть учебной, Экко отвлекся и стал следить за ними, и едва не пропустил удар Шрама. Вастайи кое-как успел остановить занесенный для удара шест и недовольно посмотрел на напарника. Когда Джинкс слишком увлеклась своими уловками и ей прилетело в живот, Экко инстинктивно сделал шаг к ним, но Шрам остановил его, взяв за плечо.
- Не вмешивайся, - сказал он. – Они должны притереться.
Экко смотрел на них еще какое-то время, а потом все же заставил себя отвернуться и продолжить тренировку со Шрамом. Идея брать Джинкс на дело нравилась ему все меньше, но он понимал, что должен. Склады химбаронов это не торговые дирижабли, их охраняют намного лучше, поэтому Джинкс, ее опыт и ее скорость будут серьезным преимуществом, от которого нельзя отказываться.
И все же до сих пор каждый раз, когда они с Экко пытались работать вместе, выходило паршиво. Джинкс понятия не имела, сколько раз он видел ее смерть, но он помнил каждую и не мог даже думать о том, что придется выпустить девушку из поля зрения, когда они окажутся на складе. Однако при этом он понимал, что другим своим людям будет нужнее. Экко опасался, что наступит момент, когда ему придется очень быстро выбрать между ней и кем-то еще и он под давлением чувств неправильно оценит обстановку.
Иша тоже была на той поляне, она тренировалась с другими детьми и поджигателями, которые в этот раз оставались в деревне. Она видела, как Джинкс набросилась на парня, подогревшись сиянием, а потом получила от него, как последняя тупица. Иша закатила глаза и нахмурилась, потом вернулась к своему чучелу, на котором отрабатывала серию ударов, и, разозлившись, врезала ему кулаком с такой силой, будто от этого все могло стать так, как ей хочется.
- Отлично, Иша! – тут же похвалил ее поджигатель, который сегодня был дежурным тренером. – Вот так и бей всегда!
Иша вмазала еще раз, резко, на выдохе, словно била всем телом. Легче не стало.
Со дня рождения Джинкс Иша не разговаривала со старшими. Она приходила в квартиру только ночевать и то всего раз, по большей части сидела у Шрама и Лоры. До лавки она старалась добираться сама на своей лодке, но, если Экко мог ее подвести, не отказывалась. Если ей давали какое-то поручение, она его выполняла так хорошо, чтобы к ней не возникало никаких вопросов, и потому никто не пытался с ней разговаривать против ее воли.
Иша рассчитывала совсем не на такую реакцию. Она думала, что старшие придут к ней сами и попробуют помириться или хотя бы объяснить свои поступки, но эти двое как будто только рады были остаться вдвоем. Несколько раз они надолго уходили в Заун после всех дел, и она понятия не имела, зачем. Когда спала дома у Шрама, она видела, как в их квартире до глубокой ночи горит свет.
- Пусть побудет у вас, пока не остынет, - пожала плечами Джинкс, когда Лора спросила, не беспокоит ли их с Экко то, что Иша вдруг надумала сменить семью. Экко был согласен: они любили девочку, но, если она решила, что они ей не подходят, пусть знает, что они не станут ее удерживать насильно.
Не то чтобы Иша мешала Лоре, девочка даже помогала немного с детьми, но все это не могло продолжаться вечно. Вастайи пыталась вразумить ее, каждый день объясняла, что не все люди с синими волосами должны считаться кровными братьями и сестрами, что не все они обязательно нормальные и порядочные, что Джинкс защищалась и она все-таки не герой с плакатов, чтобы всегда вести себя правильно, но Ишу ее объяснения не трогали.
- Ты ее не знаешь, защита тут не причем, - упрямо сказала она, когда Лора предприняла очередную попытку вернуть девочку в семью. – Она просто считает, что может делать все, что захочет, и ей плевать на все!
- С этим спорить не буду, - ответила вастайи с улыбкой. Эти слова только еще больше убедили ее в том, что настоящей причиной бунта Иши было то, что Джинкс и Экко просто не захотели перед ней оправдываться и не прибежали, как только она «ушла из дома». Все-таки они здорово ее избаловали.
Настал вечер вылазки, поджигатели собирались у дерева в приподнятом настроении. Набойки на сапогах, твердые нашивки с шипами, тяжелые перчатки, маски, оружие, они даже ходили и говорили как-то иначе, смеялись громче, от них шла такая убойная энергия, что, казалось, воздух вокруг дрожал.
Иша сидела у окна и смотрела на собирающихся у дерева, когда Шрам в тяжелых сапогах, броне и сброшенной на грудь зловещей маске вошел в квартиру, чтобы попрощаться со своими. За ним сюда вошли Джинкс и Экко, оба улыбались, и Иша отвернулась от них, смутившись. Что, неужели они пришли к ней помириться спустя столько дней? Или просто захотели попрощаться с Лорой, которая была занята с готовкой и не могла выйти ко всем?
- Они и тебе маску сделали! - заметила вастайи, кивнув на маску в виде обезьяньей мордочки, которая висела на шее Джинкс.
Девушка весело закивала. Она была одета чуть иначе, чем обычно. Экко заставил ее надеть бронежилет поверх майки, плотная кожаная куртка закрывала набор гранат и кусачек на ремнях. Голенища сапог, обычно расхлябанно свисающие, теперь были тесно схвачены шнурками вокруг икр, чтобы ни за что не зацепились, косы скручены в тугие пучки под затылком, чтобы можно было спрятать под акульим капюшоном.
Свою куртку Экко сегодня надел сам: ему нужен был держатель для скайборда, который был вшит в спину, а еще карманы в подкладке, где устроился набор его изобретений.
Иша сидела на подоконнике и слушала, как Экко говорил с вастайи о чем-то насчет вылазки, но не отрываясь смотрела, как Джинкс с улыбкой склонилась к мелкому Вихрю в детском кресле. Она потрепала его по голове, бормоча всякую детскую ерунду, при этом у нее было такое доброе лицо, что Ишу обожгло ревностью.
А потом Джинкс с Экко оставили Шрама с семьей и пошли к Ише.
Девочка так и сидела на подоконнике, не зная, ни что должна сделать, ни что хочет сделать. Двое старших встали над ней, улыбаясь, и ее тоже потянуло им улыбнуться, но она попыталась заставить мышцы рта оставаться в строгом выражении. Джинкс рассмеялась над этой попыткой и наклонилась к ней, Экко сделал то же самое, и, когда Ише уже было от них никуда не деться, оба обняли ее и подняли на руки, а потом поцеловали в щеки, каждый со своей стороны.
- Мы любим тебя, Иша, - сказала Джинкс, потрепав ее волосы.
- Я чуть больше, - весело заявил Экко, перенеся руку так, чтобы вес Иши полностью приходился на нее, а потом прижал девочку к себе. Он прижался носом к ее макушке и поцеловал, задержавшись рядом чуть дольше, чем обычно, потому что соскучился.
От этого жеста к горлу Иши подкатил ком, а глаза защипало. Она обняла Экко за шею и обхватила его туловище ногами, прячась под курткой, а потом потянулась к Джинкс, чтобы та встала рядом.
- Только попробуйте там попасться! – процедила она, сжимая их обоих за шеи так, чтобы больно было. – Я вас тоже.
Они не стали обещать, что с ними ничего не случиться: поджигатели этого никогда не обещали, потому и прощание перед вылазкой было не просто традицией.
Позже Иша стояла у входа в квартиру вместе с Лорой и детьми и наблюдала, как Джинкс, ухватив покрепче свою огромную пушку, встала на доску к Экко, и они поднялись в воздух, чтобы скрыться в ночном небе следом за другими.
Этих вылазок были уже десятки и Иша отвыкла считать их чем-то опасным, но именно теперь ей почему-то стало ужасно страшно. Может, дело было в недавней смерти Стайка? Может, потому что в этот раз они уходили вдвоем, а раньше всегда оставался хотя бы один? А может, потому что она сильно скучала по ним эти дни, а теперь поняла, что это чувство может так с ней и остаться.
Когда зеленые огни скрылись в темноте, девочка не выдержала и обняла стоящего перед ней старшего сына Шрама. Маленький вастайи, поняв, что ей нужна поддержка, спокойно погладил ее по голове, не поворачиваясь.
- С ними мой папа, он всех там порвет, - успокоил ее пятилетка.
- Экко круче, - тут же заявила Иша, но отстраняться не стала. Ей нравилось, какая мягкая у него шерстка на лице.
- Нет! Мой папа выше и сильнее! И у него есть когти. И он видит в темноте. Мам, скажи ей!
- Шрам круче, Иша. Объективно, - покивала Лора с серьезным лицом, едва сдерживая улыбку. Девочка усмехнулась, покосившись на нее.