Конгресс алхимиков
«Конгресс алхимиков» - конференция, посвященная новым направлениям в индустрии, инвесторы могут отыскать здесь многообещающие лаборатории, в которые стоит вложиться, а мастера всех мастей поделиться знаниями и перенять опыт. Мероприятие проходило ежегодно в Небесном павильоне Пилтовера, просторном здании с роскошной стеклянной крышей,
Множество стендов и столов от каждого из участников выстроилось в стройные ряды, организаторы обустроили несколько сцен, где параллельно выступали особые гости. Одним из самых ярких гостей была Рената Гласк.
- ...Существует мнение, что успех лаборатории в современных реалиях зависит от вложений извне, от того, что один-два из нанятых сотрудников оказались самородками, от знакомства с добросовестными поставщиками. Я уверена в другом, - говорила она, стоя у кафедры в белоснежном брючном костюме точно по фигуре.
Лаборатории «Гласк индастриз» занимали здесь значительную часть стендов, на вывесках значились разные название, разные направления исследований, но внимательные гости могли заметить небольшой логотип материнской кампании возле каждого.
Джейс Талис слушал Гласк, стоя за сидячими местами перед сценой. Он сложил руки на груди, его лицо было напряжено.
- В «Гласк индастриз» не надеются на удачу, формула успеха давно известна, и я не устаю делиться ей с другими. Наука, производство и обучение. Эти три процесса должны существовать вместе. Молодые специалисты, нуждающиеся в знаниях и опыте, вовлекаются в рабочий процесс с самого начала под руководством опытных ученых, и в этой конъюнкции за месяцы рождаются потрясающие проекты, на которые в других структурах потребуются годы. Сегодня я хочу представить вам несколько новых веществ, разработанных в «Гласк индастриз»...
Джейс ушел, только когда до его собственного выступления оставались минуты, Рената видела, как его заметная массивная фигура в белом сюртуке удаляется.
Тобиас Кирамман и Шан Ли сидели в средних рядах. Оба смотрели на заунку, возвышающуюся над толпой слушателей, но думали при этом о разном. Когда Рената закончила свою речь, толпа рукоплескала стоя, и Тобиас с Шан Ли тоже похлопали.
- Черт возьми, почему все женщины не носят брюки? – проговорил иониец, стукнув кулаком по подлокотнику стула, когда Рената спускалась со сцены.
- У нее было шесть мужей, Шан, - заметил Тобиас, провожая химбаронессу взглядом. В последний месяц он озаботился тем, чтобы навести о ней справки, и то, что он выяснил, его беспокоило. – И все они умерли в первые годы брака, оставив ей свое состояние.
Когда она спустилась, ее тут же окружили. Многие инвесторы хотели пообщаться с ней лично, сегодня Рената ожидала богатый улов.
Ее имя звучало в павильоне на каждом шагу, создавалось впечатление, что она единственная в Зауне, с кем вообще стоит иметь дело. Проходя между стендами, Тобиас замечал, что многие люди говорят о ней с восхищением, а молодые ученые из университета задерживаются у ее стендов с буклетами о работе.
Конференция завершилась торжественным приемом, на который были приглашены все значительные лица. Это было редкое мероприятие, где представители высшего общества Пилтовера смешивались в толпе с химбаронами и дельцами из Зауна и почти никого это не смущало.
Шан Ли, стоявший у стола с закусками, увидел Гласк неподалеку. Сперва он решил сделать вид, что не заметил ее, но она сама к нему подошла и завела неспешную беседу.
- Думаешь, я отдам то, что выросло на моей земле, на припарки ноксианским псам? - резко ответил он, когда она попыталась подвести разговор к их разорванному соглашению. – Этого не будет!
Под маской Ренаты не было видно, переменилась она в лице или нет, но ее глаза с черными татуировками-точками, напоминающими чешую, чуть прищурились.
- Деньги – это воздух для бизнеса, - сказала она спокойно. – Если ветер дует со стороны Ноксуса, в Ионии что же, перестают дышать?
Звучало чертовски точно. Ее слова в духе ионийских поэтов понравились Шан Ли, он покачал головой и, не выдержав, рассмеялся.
- У тебя под маской сидит соловей, - проговорил он. – Прямо между клыков, сочащихся сладким ядом.
Рената сняла маску, чтобы он убедился, что под ней нет ни того, ни другого. Она понимала, что его слова аллегория, но решила, что, открывшись, будет звучать еще убедительнее.
- В Пилтовере сходятся ветра со всего мира, а в Зауне выбирать не приходится, - продолжила она. – Я научилась дышать сквозняками, а теперь предпочитаю вдыхать полной грудью и многим здесь это не нравится. Вы в Пилтовере недавно и можете не знать всех тонкостей игры, но я немного поясню: если ты из Зауна, тебя презирают, а если ты пытаешься поднять голову выше других, они считают своим долгом тебя задушить. У меня множество завистников и врагов, не позволяйте им втянуть вас в свои игры, иначе, преследуя свои цели, они оставят вас ни с чем.
- Переживай о себе, Рената, - ответил грузный иониец, однако в его взгляде уже не было прежней враждебности. Гласк было этого достаточно.
Позже Шан Ли обнаружил ее в компании своего конкурента, тощего проходимца в очках и с тонкой косицей до пола. В Ионии его презирали, потому что он обманывал и предавал всех, кого мог, если чувствовал, что сможет избежать последствий. Шан Ли его ненавидел и теперь, когда он смотрел, как Рената смеется над какой-то плоской шуткой доходяги, которую тот наверняка едва из себя выдавил, его окатило волной гнева.
Тобиас, стоявший в этот момент возле брата, заметил его реакцию.
- Оставь ее, Шан, - произнес он. – Он пожалеет, что связался с ней. Вот увидишь, она проглотит его с костями.
Звучало правдоподобно: рядом с Гласк маленький иониец в халате выглядел, как желтая канарейка перед удавом. Он, видимо, и сам это чувствовал, потому что сгорбился еще сильнее и движения у него выходили слишком уж нервные, однако отвести глаз от новой знакомой он уже не мог.
Вечер уже подходил к концу, когда Рената заметила Тобиаса Кираммана. Он шел ей навстречу и их взгляды пересеклись, она кивнула в знак приветствия, а потом обнаружила, что он идет не мимо, а целенаправленно к ней. Гласк знала, что он в последнее время расспрашивал о ней, и теперь была заинтригована.
- Ваше речь сегодня звучала очень вдохновляюще, - говорил он после приветствий. – Люди в вас верят, особенно молодые, которые устали от наставлений и жаждут действовать. За ними наше будущее и я рад, что они могут участвовать в столь впечатляющих проектах. Ваше лаборатория «Герметические горизонты» и подход к исследованию психических заболеваний – это нечто принципиально новое.
Рената никак не могла взять в толк, что ему от нее нужно, пока Тобиас прямо не попросил взглянуть на одну из ее лабораторий. Отказывать ему у Гласк причин не было, хотя в то, что Кирамман захотел вложиться в ее дело, ей не верилось, – слишком хорошо, чтобы быть правдой. Они обсудили возможные даты.
- Ах, да, в тот день Кейтлин проводит открытое собрание по поводу проекта с жильем, должно быть, вы будете там, - проговорила она как бы между прочим. – Великолепная задумка, признаюсь, активно слежу за развитием. Искренне жалею, что не удалось приложить к нему руку. Смею полагать, что мои связи в Зауне были бы весьма полезны.
- Для Кейт это первое предприятие подобного масштаба, она только знакомится со всеми процессами, но стремится сделать все идеально и остерегается незнакомых путей, - ответил Тобиас.
- Успех любого предприятия зависит от правильно выбранных компаньонов, – заметила Гласк. – Связываться с незнакомцами рискованно, но и здесь есть свои оттенки. Разве «Гласк индастриз» не развивается уже десятки лет бок о бок с Пилтовером? Мы не незнакомцы, нет. Вести дела с теми, кого не знаешь и года, вот что по-настоящему опасно.
Тобиас понял, что она пытается сказать. Его договор с Шан Ли. Он полагал, что Гласк не держит обиды, но теперь уяснил, что это не так. Даже несмотря на то, что она уже нашла себе другого поставщика, ее задело то, что Тобиас увел Шан Ли у нее из-под носа. И сейчас она намекает на то, что Кирамманы открыто играют против нее, раз ко всему прочему Кейтлин не пригласила ее в проект, где Гласк на самом деле было самое место.
Заметив, что мужчина уловил ее посыл, Рената решила ослабить напряжение между ними.
- Я знаю, что Кейтлин сейчас непросто, и знаю, что даже на краю пропасти она никогда бы не приняла моей помощи и тем более не стала просить о ней, - проговорила Рената. – Однако это не значит, что я не готова помочь. Позволите дать вам совет?
Тобиас смотрел на нее, молча соглашаясь выслушать.
- Вы порядочный человек, Тобиас, для меня будет большим удовольствием, если мы сумеем прийти к сотрудничеству, - проговорила Гласк, ее яркая малиновая радужка сверкала на фоне чернильно черных глаз. – Семейные узы – самое важное в жизни, однако в бизнесе они зачастую играют против нас. С Шан Ли сейчас вы беретесь за дело, в котором, уверяю вас, имеете мало опыта. Я хочу предостеречь вас от ошибок, которые могут затронуть и вашу дочь. Предоставьте мне вести дела, к которым я приспособлена, убедите Шан Ли работать со мной, и я не забуду этой услуги.
Тобиас был здесь, чтобы сгладить углы, ослабить накал и подготовить почву для дальнейших действий, но в этот момент ощутил себя так, будто собирался протянуть Гласк руку, а ему тут же вгрызлись во вторую. Женщина смотрела на него без тени смущения, а ее маска напомнила ему огромную металлическую пасть. У Тобиаса появилось навязчивое желание чуть ослабить галстук, но он сдержался.
- Я, разумеется, не построил империю на одном только звуке имени, однако мой опыт позволяет семье Кирамманов поддерживать благосостояние. Хочется верить, что я справлюсь с еще одним торговым предприятием, - проговорил он, чуть хмурясь. – Я бы хотел вернуться к прежней теме. Мы так и не определились с датой.
За их беседой издали наблюдал Джейс. Он видел, что еще до этого Гласк общалась с Шан Ли, а теперь говорила с Тобиасом, причем слишком долго для рядовой светской беседы. Тобиас был для Джейса все равно что родной дядя, без поддержки Кирамманов он никогда не добился бы своего положения, и теперь не мог спокойно смотреть, как тот лезет в пасть к химере.
Джейс прошел мимо них и остановился, чтобы поговорить с Тобиасом. Тот представил их с Ренатой друг другу, и когда Джейс пересекся взглядом с химбаронессой, оба они подумали об одном и том же.
С тех пор, как Виктор сообщил Джейсу об амбициях Гласк, связанных с хексвратами, они действовали друг против друга руками сотен людей, но вот настал день, когда они вышли друг к другу из-за чужих спин. И оба понимали, что эта встреча не в пользу Джейса: несмотря на все его усилия, Гласк поднялась достаточно высоко, чтобы встать на его уровень, и особенно иронично было то, что представил их друг другу Тобиас Кирамман.
«Видишь, рано или поздно все будут на моей стороне. И ты тоже» - подумала Рената, глядя на Джейса.
- Давно мечтала познакомиться, - улыбнулась она. – Это большая честь для меня.
Джейс ответил на ее приветствие, однако смотрел на нее так, будто жалел, что при нем нет молота, чтобы покончить с ядовитой змеей одним ударом.
Джейс попробовал выяснить, о чем они говорили, но Тобиас недвусмысленно намекнул ему, чтобы он оставил их. Позже Джейс все же улучил момент и нашел Кираммана среди других гостей.
- С каких пор вы заводите знакомство с кем-то вроде Гласк? – спросил он напрямую. При желании Джейс мог бы сыграть в светскую игру, но предпочитал действовать открыто, если знакомство это позволяло. Он смотрел на своего покровителя, не скрывая настороженности и неодобрения.
- Только не надо меня отчитывать, мой мальчик, - предостерег его Тобис. Джейс уже давно занимал пост советника, однако для Тобиаса он по-прежнему оставался юношей. – Я заметил, ты присутствовал на ее выступлении. И ты должен был видеть, как на нее реагируют люди. Ее влияние растет, игнорировать Гласк дальше по крайней мере глупо, и я планирую наладить отношения, пока еще не поздно.
- Наладить отношения? Я думал, против нее ведется следствие! - произнес Джейс с нажимом. – Или вы собираетесь присоединиться к тем, кто поможет ей избежать справедливости?
Тобиас тяжело вздохнул, он смотрел на Джейса с укором, но без раздражения. Он не претендовал на то, что он умнее стоящего перед ним мужчины, он знал, что это не так. Но в отличие от Джейса, он лучше понимал, как стоит вести дела в Пилтовере, чтобы держаться на вершине. Друзей надо держать близко, а врагов еще ближе. Если Гласк окажется в тюрьме, ее лаборатории получит тот, чьи вложения окажутся больше, и лучше, если это будут не ноксианцы. Тобиас не был первым, кто подумал об этом, и это уже отбрасывало его назад. Теперь для него было важно не стать последним в очереди. Если же Гласк останется на свободе, - что наиболее вероятно, - то стоит заранее позаботиться о том, чтобы у нее имелись причины играть на стороне Кирамманов, когда она начнет пробираться в совет.
- Я действую в интересах семьи, Джейс. Мне приятно твое беспокойство, но, будь добр, предоставь мне самому решать, с кем и как вести дела, - попросил Тобиас.
- Разумеется, - ответил Джейс, однако его взгляд оставался настороженным.