Ценные сведения
Вай проводила врача к выходу из поместья и расплатилась с ним, дав втрое больше за молчание. Когда она поднялась в комнату Кейт, та уже уснула, и девушка не стала будить подругу. Они решили, что на ближайшие дни, пока Кейтлин не сможет ходить, Вай останется тут, поэтому теперь она спустилась вниз.
Вай отправилась в кабинет с книжными шкафами и двумя креслами у камина, они с Кейт часто проводили там время. Девушка развела огонь и, размякнув в своем любимом кресле, блаженно вытянула ноги. Когда она закрыла глаза, образы прошедшей ночи еще стояли перед ней, но усталость постепенно растворила их в темноте.
Горничная, стряхивающая пыль метелкой, с удивлением заметила спящую в хозяйском кресле заунку, но будить ее не стала – Вай была самым частым гостем в поместье после смерти Кассандры Кирамман, здесь ее все знали и давно приняли. Девушка подбросила поленья в камин и накрыла ноги гостьи пледом, отчего Вай заворочалась и тут же проснулась.
- Можно мне чего-нибудь поесть? – попросила она сонно, уверенная, что просто прикрыла глаза ни минуту.
- Конечно, Вайолет, - проговорила горничная улыбнувшись. Вай уснула снова еще до того, как та вышла из кабинета.
Спустя три часа Тобиас вошел в кабинет с Шан Ли.
- ...просто обязан! Это не обсуждается, ты переедешь сюда ко мне, - весело говорил Тобиас.
Он только что показал брату поместье и теперь они собирались с комфортом отдохнуть за сигарами и отменным бренди. Тобиас прошел к шкафу с напитками и даже не заметил, что в кабинете они не одни.
Шан Ли оценивающе осмотрел богатое убранство комнаты, коллекцию книг, стоящую целое состояние, деревянные карнизы и шелковые обои на стенах с золотыми цветами. Богатство Кирамманов дышало здесь из каждой щели и, хотя Шан Ли любил дорогие вещи, в поместье ему все казалось чуждым и слишком уж вычурным.
Иониец в шелковом халате грузно опустился на диван у маленького низкого столика и Тобиас принес туда графин с бренди и два изящных бокала с широкими чашами и узкими горлышками. Он предложил брату сигару и объяснил, как ее курить, у Шан Ли долго не выходило и он даже закашлялся. Посмеиваясь друг над другом, они курили вместе, почти как когда-то в детстве, когда утащили длинную трубку у отца Шан Ли.
Расслабившись от дыма и бренди, Шан Ли заговорил о вечере в посольстве.
- Она подошла ко мне в конце, когда все уже расходились. Намекала на плодотворное сотрудничество, - поделился он с братом, зажав сигару в зубах и многозначительно ухмыльнувшись. – Ха! Химтек здорово ее сохранил, как думаешь? У нее задница, как мешок с золотом: хочется хорошенько потрясти и убедиться, что все настоящее! – он прощупал воздух и громко засмеялся.
Вай вздрогнула в кресле и очнулась, с усилием разлепляя веки.
Тобиас тоже засмеялся, но скорее от неловкости.
- Думаю, тебе нужно быть настороже: Гласк не так проста, если верить слухам, - произнес он. - На твоем месте я бы не связывался с заунитами, тем более что наши торговые кампании вполне смогут реализовать твои товары.
- Брось, Тобби, ты хоть представляешь, сколько ей нужно? Без обид, но вы и за полгода не сбудете то, что она обратит в золото за месяц.
- Это только твои предположения, Шан, - заметил Тобиас.
Вай зашевелилась, поднимаясь в кресле, и оба мужчины примолкли, с удивлением обнаружив, что они не одни.
- Добрый вечер, Вайолет, - произнес Тобиас, когда растрепанная заунка повернулась к ним с ошалелым видом.
Вай растерянно кивнула, уставившись на Шан Ли: застать в подобной компании кого-то вроде Тобиаса Кираммана было, мягко говоря, неожиданно. Этот тип выглядел так, будто на нем сходились все криминальные круги Ионии.
- Это подруга Кейт, она из Зауна, - объяснил Тобиас брату. – Вайолет, это мой брат, его зовут Шан Ли.
- Вы говорили о Гласк? – спросила она, кивнув головорезу в знак приветствия. После сна она соображала плохо, но имя Ренаты Гласк, произнесенное в поместье Кирамманов, не сулило ничего хорошего и ей инстинктивно захотелось вмешаться.
- Ты о ней знаешь? – спросил Шан Ли.
- Как и все в Зауне.
Шан Ли переглянулся с Тобиасом. Они предложили Вай к ним присоединиться, и та согласилась, по-хозяйски достав себе третий бокал из шкафа. Она пододвинула к низкому столику табурет для ног и уселась на него, широко расставив колени и упершись в них локтями.
- Всем в Зауне известно, что последние полгода Гласк провела в Ноксусе, - сказала Вай, отпив бренди и красноречиво посмотрев на ионийца. – Не сомневаюсь, что ее там «протрясли» по полной и вернули назад с красным ошейником.
Шан Ли недовольно скривил губы: эти новости омрачили его фантазии. Вообще-то он был уверен, что долгосрочные отношения с «Гласк индастриз» это ровно то, что ему нужно, но иметь дело с ноксианской подстилкой Шан Ли не собирался.
Он обернулся к Тобиасу, ожидая, что тот на это скажет.
- Я тоже слышал что-то о ее связи с Ноксусом, - сказал тот, хотя на самом деле понятия не имел, что означала эта поездка и во что она вылилась.
По лицу Шан Ли было видно, что тот охладел к идее связываться с Гласк. Однако Вай не сбавляла напор и вбросила в беседу еще несколько малоприятных фактов о Ренате, которые знала. Тобиас видел, что они с Шан Ли словно говорят на одном языке и у девушки лучше получится убедить его, поэтому не встревал. Остаток вечера он сидел напряженный и по большей части молчал – его явно беспокоили какие-то мысли, которые он не решался высказать.
Вай отлично развлекла Шан Ли: она была симпатичной, понимала грубоватые шутки и разбавляла своим резким юмором снобистскую атмосферу, царившую в поместье. В ее обществе иониец почувствовал себя как дома и в конце концов принял приглашение брата переехать к нему.
- Семь лучших мест! – крикнул Шан Ли, когда девушка собралась оставить их, чтобы проведать Кейт. – Мне и моим людям. И Тобби с собой возьмем, а то он совсем тут закис, а? – хлопнул брата по плечу так, что тот вздрогнул.
- Заметано! – Вай отдала ему честь, и они с ионийцем рассмеялись. Оба были порядком пьяны.
Когда девушка ушла, Шан Ли с усмешкой посмотрел на Тобиаса
- Они с Кейт в самом деле подруги или?...
- Вайолет замужем, насколько мне известно, - ответил тот, чуть ослабляя галстук. – Шан, вы с Гласк уже назначили встречу на завтра. Тебе стоит написать ей и объяснить, что сотрудничество невозможно, потому что ты уже заключил договор с братом, то есть со мной.
- Чего!? – возмутился тот. - Раскланиваться перед ноксианской шлюхой? Тобби, только тебе могло прийти такое в голову!
- Ни к чему портить отношения с кем-то вроде нее, это ведь элементарная вежливость.
- Тебе надо, ты ей и пиши! Как по мне, пусть прождет хоть весь день. Я бы хотел увидеть ее лицо, когда она поймет, что ее опрокинули, ха!...
***
Рената Гласк сидела в своем офисе, откинувшись в кресле и закусив кончик писчего пера. Она читала письмо из конверта с печатью дома Кирамманов и после первых же строчек с приветствием на ее лице расплылась довольная улыбка.
- К вам изобретатель, - сообщила ее дневная секретарша Хлоя, заглянув в кабинет.
- Пусти его, - ответила Гласк, не отрываясь от письма.
Когда поджигатель зашел, Рената уже сидела, нависнув над столом и сжимала лист в обеих руках так крепко, что от когтей на искусственной оставались вмятины. Лицо химбаронессы исказилось от сдерживаемой злости.
Заметив, что за печать на письме, Экко удивленно вскинул брови, но промолчал, усаживаясь на стул перед ее столом.
Рената сжала губы и отвела взгляд в сторону: Шан Ли, с которым они уже договорились о новой встрече, которого она уже считала своим союзником, теперь отказывался даже выслушать ее! Она это так не оставит, ей нужна эта поставка. И им же лучше, если они позволят ей купить их товар, иначе она оставит их ни с чем.
Почти год назад один инцидент с Джинкс свел Ренату с предводителем поджигателей. Воздушные пираты неуловимы благодаря своим доскам, они настоящее проклятие для любого, кто ведет бизнес в Зауне или Пилтовере, но Гласк удалось организовать с ними взаимовыгодное сотрудничество. Поджигатели не трогали суда Гласк, а она давала им наводки на своих конкурентов и выкупала награбленное по самой низкой цене рынка, так что им не нужно было тратить время на поиск покупателей.
Рената перевела взгляд на пирата, сидевшего перед ней. Или Шан Ли будет продавать ей, или ни один из дирижаблей с его товаром не дойдет до Пилтовера в целости.
- Все готово, - сказал Экко, поймав взгляд Гласк. Он имел ввиду предстоящую вылазку, о которой они договорились на прошлой встрече. – Но за прошлый груз ты не заплатила. Не будет денег – мы забираем все себе.
Вообще-то Рената могла бы заплатить, деньги у нее были, но мало. С учетом того, что Шан Ли пошел на попятную, Гласк предпочла приберечь средства для другого.
- Ваши деньги не у меня, - ответила она, откинувшись на кресле и переплетя пальцы обеих рук. – Ждите. Или, если хотите получить плату в ближайшие дни, могу предложить товар. Первоклассный продукт, дефицитный. Раздашь его своим людям, - повела ладонью искусственной руки в воздухе.
- Дефицитный? – Экко изогнул бровь.
С тех пор, как Пилтовер начал против нее дело, многие продукты «Гласк индастриз» были запрещены для продажи, но, чтобы поддержать людей, совет позволил ионийцам открывать лавки со своей недалекой медициной на каждом шагу. Это были даже не лавки, а телеги, сегодня тут, завтра там – никакой надежность и стабильности. Люди болели, но с такими мерами по крайней мере не выходили на улицы, требуя снять запреты для препаратов «Гласк индастриз».
Товар Гласк простаивал и жег Ренате обе руки, Экко понимал, что она просто хочет сбагрить ему утратившую стоимость бурду вместо платы. Кроме того, многие продукты Гласк были напичканы психотропной отравой. Хотя доказать это до сих пор не смогли, после смерти Бензо Экко сам работал в «Гласк индастриз» подмастерьем и знал некоторые корпоративные тайны.
- Что там? – спросил он, решив не отказываться так сразу.
- Ничего такого, о чем ты думаешь, - сказала Рената. – Обезболивающие, обеззараживающие, антибиотики. Лекарства.
- Названия, - уточнил Экко, перенося вес туловища на подлокотник кресла.
Гласк терпеливо перечислила ему названия. Эти формы оказались ему знакомы – в эти продукты отрава обычно не шла. Экко потер подбородок, раздумывая.
На самом деле сделка не такая уж и плохая, часть лекарств он сможет продать, - он был уверен, что Джейс купит у него столько, сколько он ему предложит. Талиса просто с ума сводит, что его команды не могут проводить операции по установке протезов привычными средствами Гласк и вынуждены пользоваться едва работающими аналогами из Ионии.
Таким образом часть денег, которые должна поджигателям Рената, Экко получит от Талиса. Пусть это будет не вся сумма, на которую рассчитывали поджигатели, но зато у них останутся собственные медикаменты, что тоже неплохо.
- Идет, - ответил он в конце концов. – Но в следующий раз бартер не пойдет.
Рената предостерегающе посмотрела на парня, но ничего не сказала. Они оба прекрасно знали, что сейчас поджигатели нужны ей больше, чем она им. Если бы не Джинкс и ее лавка, которую Рената прикрывала перед службами и крышевала от других химбаронов, Экко вряд ли счел бы, что поджигателям вообще имеет смысл работать с Гласк в такое время. После того, как пожгла склады со своим товаром и фабрики, чтобы замести следы, она оказалась на грани разорения и выживала только за счет тех денег, которые выбивала из старых должников, да с подачек Ноксуса. То, что в таком бедственном положении она еще рвется в совет Пилтовера и крутит шашни с Ноксусом – верх самоуверенности.
Сочтя, что вопросы, связанные с вылазкой, они уже решили, Рената перешла к другим.
- Как Джинкс? – спросила она.
- В порядке, - ответил Экко.
Он рассказал Ренате о прошедшей ночи, когда Кейтлин в них стреляла. Сказал, что Джинкс сработала как нельзя лучше и действительно готова вернуться. Эти новости заинтересовали Гласк, - ей было очень любопытно узнать о выходке Кирамман в нижнем городе.
- У нее крыша едет, - проговорила она, вспоминая вечер на балу.
Поймав вопросительный взгляд Экко, Рената рассказала ему о том, как Кирамман словно выключилась от вида крови.
Пока Гласк говорила, к ней пришла любопытная мысль о том, почему Шан Ли мог отказаться от встречи так быстро. Не Кейтлин ли наплела своему дяде невесть что? На балу, где произошел несчастный случай, именно Кейт выспрашивала ее о поездке в Ноксус, а на ионийской вечеринке она вела себя не очень-то любезно. Гласк хорошо запомнила ее холодный злой взгляд, но до сих пор не думала, что девчонка настолько самоуверенна, что станет открыто мешать ей.
Гласк еще выяснит детали. Она обратится к Шан Ли лично или найдет способ пересечься с ним «случайно». Она даст ему возможность передумать и не одну. Но если она узнает, что девчонка-Кирамман действительно что-то вякнула против нее, пощады не будет.
Эти мысли прошли у нее фоном, пока она рассказывала Экко о случившемся в тот вечер.
Поджигатель слышал о странной смерти вельможи на собственном дне рождении, но бедная на детали газетная статья не вызвала у него интереса, в отличие от слов Гласк, видевшей все из первых рядов.
- Это убийство, - сказал он, насторожившись. – Причем демонстративное.
- Я слышала, что вышло из строя некое приспособление для шоу, - заметила Рената. – Сцены в Пилтовере чем только не пичкают ради зрелища.
Экко мотнул головой. Во времена, когда был с Серафиной, он прикладывал руку буквально к каждой технической безделушке, помогая певице готовить концерты.
- Ни одно устройство не может случайно разрезать человека на четыре части, как бы плохо его ни настроили, - ответил он. – Кому-то понадобилось убить главу старшего дома на его же празднике в его собственном поместье и тому, кто это задумал, все удалось. Миротворцы уже должны с цепей рваться с учетом того, что сейчас творится на нижних улицах Пилтовера.
Экко имел ввиду, что убийство могли подстроить синие, выступающие против власти старших домов, или кто-то, кто ими управляет. Ему было интересно, как Рената отреагирует на его слова, и он внимательно наблюдал за ней. Вообще-то он подозревал, что это она стоит за синими и, возможно, она же организовала это убийство по указке Ноксуса. Ему было бы полезно знать, насколько она в этом завязана на самом деле.
- Про это дело ничего не слышно, - только ответила Рената.
Она поняла, что мальчишка ее прощупывает, да только не дорос еще играть с ней в эти игры. Впрочем, ее заинтересовало наблюдение поджигателя. Если та кошмарная грязная выходка в самом деле убийство, а не случайность, за этим делом может крыться нечто серьезное.
То, что синие набирают влияние и в Пилтовере, пока шло Гласк на пользу, она даже выделила часть финансов на прошедший погром с пожаром, но немного – не так много, как ноксианцы. При этом она была уверена, что синие не имеют никакого отношения к убийству главы старшего дома и Ноксус совершенно точно тоже. Если бы эту смерть заказали они, то предупредили бы Гласк, ведь она отправлялась на вечеринку и могла ненароком помешать, если бы не была поставлена в известность. Например, могла бы оттолкнуть мужчину своей искусственной рукой, сочтя, что это спасение может принести выгоду в будущем... ну, или, скажем, из взыгравшего милосердия.
Про себя Рената решила, что при случае нужно поговорить об убийстве с агентом Феррос, возможно Камилле будет что-то известно о том, кто за этим стоит.
Экко видел, что его слова заставили Гласк о чем-то задуматься, пальцы ее настоящей руки задумчиво оттягивали искусственные костяшки на протезе – она всегда так делала, когда мыслительный процесс набирал обороты. Ренате явно было известно о произошедшем больше, чем она собиралась ему сказать. Экко понял только то, что, если она задумалась, значит, эта смерть не ее рук дело.
- Ты натравила синих на Серафину? – спросил он, на самом деле не слишком рассчитывая на правдивый ответ. Ему просто было интересно, что она на это скажет.
Рената подняла на него непроницаемый взгляд розовых глаз.
- Я думала, это Джинкс.
Экко покачал головой. Он не смог понять, правда ли Гласк не знает или просто не хочет ставить его в известность о своей связи с синими.
- Джинкс с ними никак не связана, - сказал он, не сводя глаз с химбаронессы.
- Возможно, стоило бы, - заметила Рената, чуть поведя головой в сторону. – Если люди хотят слушать приказы, лучше взять власть над ними в свои руки, чем отдавать ее кому-то другому.
- Хочешь снова использовать ее как свой рупор? – уточнил Экко, откинувшись на спинку стула. Его тон и выражение лица заранее предупреждали, что этого не будет.
- Просто рассуждаю вслух, - с невинным видом улыбнулась Рената.
Экко стало ясно, что большего она ему не скажет, по крайней мере, не сегодня. Получив расписку для склада, с которого ему должны были выдать препараты в качестве платы, он собрался уходить.
- Пусть Джинкс зайдет ко мне после вашей вылазки, - сказала Гласк, когда Экко уже был у двери, чтобы выйти из кабинета. – Для нее появилась работа.
Парень посмотрел на измятый конверт с печатью Кирамманов на столе Ренаты, потом перевел вопросительный взгляд на нее саму.
- Другая, - пояснила та, усмехнувшись.