Аркейн. Блики в витражах

Очнувшись, от кошмара, Кейт вскочила на кровати и дико осмотрелась вокруг. Она находилась в своей комнате в поместье Кирамманов, внутрь едва пробивался свет уличных фонарей, она ничего толком не могла разглядеть, потому немедленно встала и включила лампу. Все равно слишком темно, а в тенях может скрываться что угодно.

Кейт прошла по комнате и прощупала шторы, выглянула в окно и осмотрела сад. Никого. Потом она заглянула в ванную и убедилась, что там никто не прячется. Зашла в гардеробную, включила свет там и заглянула в каждый шкаф. Вернувшись в комнату, опустилась на колени и заглянула под кровать. Еще раз проверила шторы. Дверь в комнату была заперта на два оборота – ровно настолько, насколько она сама заперла ее. Ручка в том же положении.

Кейт села на кровати, чувствуя, как где-то в животе нарастает нервная дрожь, и сжала виски ладонями. Ей захотелось еще раз проверить шторы и окно, но она заставила себя сидеть на месте и принялась глубоко дышать. Она справится.

Когда удары сердца стали реже, девушка медленно открыла глаза. Чтобы успокоиться, она скользила взглядом по знакомым предметам: царапина, которую она оставила на тумбе в пятнадцать, потертая ножка медной лампы с тканевым абажуром и мягкой бахромой, графин с водой. В приоткрытом ящике тумбы виднелась яркая малиновая ткань. Кейт не помнила у себя эту вещь.

Она потянулась и, зажав край между пальцев, вытащила платок на свет. Подтянув одно колено к груди, она расправила ткань в руках и стала рассматривать, как играет свет на плетениях шелковых нитей. Инициалы «Р.Г.» на уголке. Черные разводы крови. Воспоминания быстро откликнулись.

Девушка опустила руку с платком на кровать, хмурясь. Гласк, должно быть, была в восторге в тот вечер, обнаружив, как легко Кейт утратила равновесие. Химбаронесса могла бы увезти ее куда-нибудь и прикончить, но вместо этого Рената довела ее до дома, словно припадочную барышню. Такие как она не проявляют милосердие к врагам, но охотно берут под крыло новых пешек: Кейт с досадой поняла, что ее даже не сочли противником.

Призраки из ее головы выбираются наружу и начинают влиять на ее жизнь, сейчас она подвернулась Гласк, в следующий раз все может закончится намного хуже. Больше так продолжаться не может, она должна покончить со своими кошмарам.

Лучший способ защититься от врагов, который знала Кейт, - отыскать их и напасть первой. Возможно, это было не самое обдуманное ее решение, но через несколько дней она переоделась в плащ с капюшоном, который скрывал лицо и спрятанное за спиной ружье, и спустилась в нижний город.

Опускаясь на фуникулере вниз, Кейт смотрела в грязное окно со следами цветных маркеров и наблюдала за тем, как стройную архитектуру Пилтовера сменяют гротескные линии построек Зауна. Когда они преодолели Серое Небо, свет резко изменился – солнце не проникало вниз, так что теперь источниками освещения стали лампы с мерцающим химтеком. Ослепительные вывески на полуразрушенных многоярусных постройках; люди, одетые в одежду, сшитую из обносков; резкие и пряные запахи, от которых у жителей верхнего города начиналась тошнота – Заун приветствовал своих гостей.

Кейт натянула ворот своей куртки повыше, чтобы загородить нос тканью, и вышла из вагончика фуникулера вслед за другими путниками. Кто-то толкнул ее в бок, и она ответила не менее резким тычком, тут же ускорив шаг.

Отправляясь сюда, Кейтлин досконально изучила карту, чтобы не стоять с ней посреди запутанных улиц, как последняя пилтошка. Однако карта, видимо, сильно устарела, потому что Кейт ни разу не удалось найти проходы там, где они должны были бы быть, или отыскать здания-ориентиры. Заун все время менялся, словно стремительно эволюционирующее живое существо, и ходить по нему могли только те, кто жил здесь постоянно – они-то знали, что дом под номером 41 неделю назад сгорел из-за терок химбаронов и потому сейчас можно было срезать путь через его задний вход, а хибара этого пьяницы на повороте между Зеленой и Синей линиями взорвалась еще месяц назад и перегородила весь проход, потому что завалы разбирать некому.

Кейт проплутала несколько часов, прежде чем толпа вынесла ее на торговую улицу. Тут повсюду стояли хлипкие телеги с отвратительно пахнущей уличной едой, потертые вывески со множеством ламп сияли одна ярче другой, так что рябило в глазах. У каждой лавчонки имелся свой хрипящий проигрыватель, из которого наружу орала музыка. Уродливые продавцы всех мастей сидели у дверей и зазывали покупателей, не стесняясь в выражениях и методах. Какофония криков, запахов и форм выводила из равновесия.

Наконец, Кейт увидела, что искала: вывеска с надписью «Лучшие фейерверки Зауна» в окружении нарисованных бомб, капканов, пушек и гранат. Остановившись перед одноэтажной лавкой, девушка всмотрелась в закрашенную черной краской витрину, где на стекло снаружи Джинкс нанесла свои рисунки флуоресцентной краской.

Этот магазин Джинкс открыла вскоре после того, как ее прекратили искать в первый раз, она держала его вместе с йордлем по имени Зиггс и скорее всего их ассортимент намного превосходил то, что позволяла лицензия. Детективу Майлзу, расследующему дело, которое связало бы Джинкс и Ренату Гласк, однажды удалось застать психопатку за прилавком, но это был единственный раз, когда хоть кто-то из верхнего города видел ее тут. После того, как Джинкс захватила университет, началась новая волна розыска, но, когда миротворцы заявились в лавку, выяснилось, что теперь доля Джинкс принадлежит профессору Хеймердингеру. Громить новое предприятие одного из основателей Пилтовера было просто нельзя, поэтому лавку пришлось оставить в покое, тем более, что документы каким-то чудом оказались в полном порядке. За «Лучшими фейерверками» устроили слежку, но тщетно – Джинкс здесь не появлялась. Она вообще словно исчезла из Зауна. Ее поделки, впрочем, регулярно попадали на полки.

Были месяцы, когда Кейт слышала о лавке с фейерверками каждые пару дней, но сама она никогда не видела это место и теперь, отворяя тяжелую дверь, испытала странное чувство причастности.

Звякнули ионийские колокольчики и Кейт оказалась в полумраке, где на нее с многочисленных стеллажей смотрели светящиеся краской бомбы, гранаты, пушки. Некоторые в веселых чехлах, сшитых в виде зверей. На стенах были нарисованы жуткие морды, с потолка свисали яркие игрушечные змеи, не было ясно, в какой стороне прилавок и куда вообще нужно идти в этом диком лабиринте. Сердце Кейт забилось чаще: ей мерещилось, что она оказалась прямо в голове психопатки и та видит ее. Кейт готова была поклясться, что почувствовала на себе ее взгляд, но гнала от себя это наваждение.

Иша обновляла ценники на бомбах, когда услышала, как кто-то вошел. Заметив высокую женщину в слишком целой для Зауна одежде, она заподозрила неладное и наблюдала за ней, прячась между стеллажей.

Неуверенно пройдя вдоль многочисленных полок, Кейт вышла к автомату для стрельбы с цветными монстрами на мишенях. Сейчас машина стояла выключенная, но Кейт подумала, что была бы не прочь запустить ее – навороты на дорожках обещали, что попасть будет непросто.

Пока Кейт рассматривала машину, а Иша следила за ней из темноты, в лавку вошел еще один посетитель. Он остановился под ионийскими колокольчиками и какое-то время наблюдал за их плавным танцем, а когда они почти успокоились, тронул их пальцами, чтобы зазвенели снова.

Это был худощавый мужчина среднего роста, иониец. У него полностью отсутствовала одна из рук – пустой рукав непривычного для Зауна одеяния был срезан под самым плечом. Искаженная форма ключицы говорила зрителям о том, что за травмой скорее всего стоит непростая история.

Он с любопытством оглядел стеллажи и начал свою неспешную прогулку, внимательно изучая товары, словно оценивал каждую гранату по отдельности.

Кейт уже разглядела освещенный прилавок и скучающего за ним йордля в очках на резинках и с жесткой темной шерстью. Она и не надеялась, что застанет тут саму Джинкс, так повезти ей просто не могло, но она рассчитывала раздобыть какие-нибудь зацепки, которые привели бы ее к психопатке. Говорить с йордлем при покупателе она не хотела, потому сделала вид, что еще выбирает.

Кейтлин отошла от машины и стала осматривать товар. Они с ионийцем ходили по лавке, не нарушая личного пространства друг друга, а Иша осторожно наблюдала за обоими: эти двое покупателей вели себя слишком странно, каждый по-своему.

- Столько оружия и ни капли пользы или вкуса, - разочарованно поговорил иониец себе под нос, бросив очередную безделушку обратно в коробку. Однако уходить из лавки не спешил и продолжил свои изыскания.

Кейт присела возле шкафа с упаковками патронов, подходящих для ее ружья. Рассматривая их, она нашла очень даже неплохие, да еще и сделанные самой Джинкс, и теперь при необходимости готова была сыграть роль обычного покупателя до конца.

Иониец подошел к прилавку, за которым дежурил Зиггс.

- Здесь я могу найти ту, что говорит с оружием? – спросил он у йордля низким таинственным голосом. Все ионийцы в той или иной степени склонны к драматизму.

- Говорящую с оружием? – переспросил Зиггс. Высокопарный тон узкоглазого иностранца сбил его с толку, но потом до него дошло и он рассмеялся. – Это Джинкс что ли? О, да она не только с оружием говорит, она с чем угодно может! Она же это, - йордль щелкнул себя по виску и отвел палец по дуге в сторону, - шизанутая!

Услышав их разговор, Кейт замерла и обратилась в слух.

- Глядя на великих мастеров, худые умы часто видят лишь безумие, - проговорил иониец. – Я слышал, ее оружие обладает душой, потому что в каждое она вкладывает частицу собственной. Может, то только слухи, как знать? Я намерен сделать собственные выводы. Так Джинкс здесь?

- Смотря что ты от нее хочешь, - осклабился Зиггс, передернув бровями.

У йордля были четкие инструкции от Экко, что незнакомцам ни при каких обстоятельствах нельзя говорить, что Джинкс связана с лавкой. Но сама Джинкс давала другие инструкции – в них имелось условие с величиной барыша. А судя по тому, что у ионийца нет руки, барыш Зиггс предчувствовал просто огромный.

Калеки со всей Рунтерры толпами съезжаются в Пилтовер за протезами Талиса, но потом узнают цены и спускаются в Заун, где для того, чтобы двигать железкой подешевле, им предлагают накачать тела химтеком и по ходу дела подсаживают на сияние. Джинкс была одним из редких мастеров нижнего города, кто делал протезы и не был связан с наркоторговлей, а после того, как раздобыла материалы и машины из лаборатории Талиса, она могла сделать конечность на безвредном хекстеке по нижней планке цен Пилтовера – и эта нижняя планка все равно побивала все рекорды по выручке.

Пока происходил разговор Зиггса с ионийцем, перед лицом Кейт, замершей в приседе, блеснули два глаза. Иша подкралась к ней с другой стороны стеллажа и, пригнувшись, заглянула через пространство между полками под капюшон. Она мгновенно узнала Кирамман – в памяти Иши намертво запечатывались лица тех, кто пытался убить ее или ее семью.

Девочка выхватила с пояса пушку, подаренную Джинкс, и направила прямо в лоб Кейт, держась при этом за стеллажом, чтобы женщина не могла до нее добраться.

- Пилтошкам не продаем, - тихо сказала девочка, а когда убедилась, что Кейтлин увидела ее и узнала, добавила: – Убирайся отсюда!

Кейт, ошеломленная таким поворотом событий, подняла руки, в одной из которых уже сжимала разукрашенную коробку выбранных патронов.

- Я... - начала было она, но тут разговор йордля и ионийца принял новый оборот и обе они отвлеклись на говоривших.

- Я хочу отыскать того, кто способен постичь и воссоздать совершенство, и дать творцу возможность явить миру нечто прекрасное, не ограничивая гений средствами! - ответил странный иониец.

Иша увидела, что Зиггс жадно облизнулся, и поняла, что он сейчас скажет покупателю, как связаться с Джинкс. Она не могла допустить, чтобы Кирамман это услышала, поэтому громко крикнула:

- Джинкс здесь больше не работает!

Зиггс возмущенно уставился на девочку, надумавшую спугнуть многообещающего клиента, но Иша уже шла к прилавку, убирая пушку в кобуру на поясе. Она взглядом указала йордлю на женскую фигуру в плаще, но тот ее знака не понял.

- Джинкс исчезла полгода назад, - сказала девочка, подойдя к ионийцу. – Мы не знаем, как ее найти. Спроси еще где-нибудь.

Иностранец наклонился к ребенку, уперев единственную руку в колено. Он свесил голову на бок, рассматривая ее, и странно улыбнулся. Ише его улыбка показалась неприятной.

- Это настоящая пушка? – спросил он, заметив на поясе девочки оружие. – Можно взглянуть?

- Нет.

Ее ответ и весь ее вид, как у взъерошенного волчонка, вызвал у ионийца умиленную улыбку, он потрепал голову Иши единственной рукой, а потом больно ущипнул за щеку.

- Легко говорить нет, когда у тебя есть оружие, не так ли? – спросил он. Потом утратил к ней интерес и повернулся к йордлю: – Шансы обессмертить величие не выпадают дважды. Ну?

- Ничем не можем помочь, - недовольно вздохнул йордль, косо посмотрев на малявку. Он не сомневался, что она вмешалась из-за дурацких правил Экко, и доложит ему, если Зиггс все же раскроет местоположение Джинкс.

Зиггс заметил, что женщина в плаще уходит из лавки, так ничего и не выбрав, и настроение у него стало еще хуже.

Иониец двинулся к выходу, а Иша, убедившись, что Кирамман ушла, бросилась к двери в подвал.

- Ты куда это? – удивленно воскликнул Зиггс.

- Проверить коробки! – крикнула Иша, быстро сбегая по ступеням.

Она слышала, как говорил иониец, и знала, что Джинкс хотела бы получить этот заказ во что бы то ни стало, но не могла допустить, чтобы Кирамман что-то заподозрила. У Иши был план.

Она пробежала через склад, выбралась в потайной ход и, вскарабкавшись по узкой лестнице, оказалась во внутреннем дворе. Тут повсюду валялись пустые коробки от поставщиков и мусор, пробежав мимо них и сделав крюк вокруг здания, Иша вылетела на главную торговую улицу, где в пестрой толпе отыскала взглядом однорукого ионийца: он только-только вышел из двери лавки, а вот Кирамман нигде не было. Наверное, убежала, поджав хвост, в свой верхний город.

Нагнав однорукого, Иша потянула его за ладонь и тот остановился, обернувшись. При виде странной девочки на его лице вновь отразилась неприятная улыбка.

- Куда мы идем? – игриво спросил он, когда Иша потянула его за собой в подворотню. – Не собираешься же ты меня ограбить, маленькое исчадие Зауна?

Иша привела его в темный проулок, из которого только что выбежала, и там остановилась. Иониец с интересом ждал, что она будет делать дальше.

- Она сделает тебе оружие с душой, - проговорила Иша, стараясь не задыхаться после бега. – Такое оружие, которое само станет говорить с тобой!

Ее слова его позабавили: он решил, что девчонка и йордль имеют какой-то процент с приведенных к Джинкс клиентов, и мелочь таким странным образом решила обойти своего коллегу. Истинное дитя Зауна, выросшее по закону «ты или тебя».

- Твое оружие тоже Джинкс сделала? – спросил иониец с любопытством.

Иша кивнула и, сняв со своего пояса маленький пистолет, протянула ему. Конечно, это не была лучшая работа Джинкс, но эту пушку она сделала для Иши и она было идеальна в руках Иши. Девочка чувствовала, что странный незнакомец поймет это.

- Джинкс лучшая, - повторила она, когда он осмотрел пушку и попробовал прицелиться в стену. – Приходи к зеленой пристани послезавтра в два часа ночи. Она будет ждать там.

По тому, как иностранец держал пистолет, Иша поняла, что он никогда не брал в руки огнестрельное оружие. Кажется, Экко говорил, что в Ионии все дерутся мечами либо бамбуковыми палками, но по большей части используют магию. Интересно, этот может колдовать? Наверное, если бы мог, не хотел бы себе пушку.

- Я еще не впечатлен, - сообщил иониец, протягивая Ишу ее оружие обратно. – Но заинтригован. С нетерпением буду ждать встречи.

Иша кивнула. Она осталась очень довольна собой – и Кирамман спугнула, и отличного клиента не упустила. А Экко еще не хотел оставлять ее работать в лавке одну! Да без нее тут все развалится.

Когда Кейтлин вышла из лавки, то встала в тенях ближайшего проулка: она все еще надеялась, что пришла не зря, и решила немного выждать. Ее терпение принесло плоды, она увидела, как иониец вышел, а потом к нему подлетела невесть откуда взявшаяся Иша и увела куда-то за угол.

Кейт могла бы пойти за ними и подслушать, но не рискнула, вместо этого она быстрым шагом вернулась обратно в лавку. Набрав коробок самых дорогих патронов и вычурных украшений для оружия из драгоценных металлов, какие обожают подхалимы химбаронов, она вывалила это все перед йордлем и расплатилась чистым золотом.

Когда Зиггс перепробовал на зуб все золотые пластины с банковскими печатями, он вошел в экстаз, потому что перед ним лежала трехдневная выручка.

«Джинкс не хотела пилить дорогие побрякушки, а я ведь ей говорил, что эти идиоты их с руками оторвут! Она ничего не понимает в торговле!» - подумал он.

Увидев, что йордль готов, Кейтлин опустилась ниже к прилавку, но так, чтобы ее лицо под капюшоном не отразилось в стекле.

- Я хочу заказать у Джинкс ружье, - сказала она, понизив голос. - Мне нужно лучшее. Такое, чтобы каждый при виде него понимал, что оно стоит целое состояние. Как я могу ее найти?

- Приходи к зеленой пристани завтра... - Зиггс осекся, раздумывая. – Нет, в эту ночь она не успеет, опять изноется. Давай послезавтра! Послезавтра в два часа ночи... Нет, два часа это Иша назначает... Лучше в час! В час у зеленой пристани послезавтра.

- Я там буду, - пообещала Кейт.

Она сгребла в заплечную сумку покупки и вышла из лавки, а как только колокольчики прекратили за ней звенеть, из двери склада вышла Иша.

- Как там коробки, Иша? – спросил Зиггс, незаметно пряча золотые пластины к себе в карман.

- В полном порядке, - ответила та, прикрыв глаза и отряхнув руки в обмотках.

Оба заключили выгодные сделки за спиной друг друга и ни один не хотел делиться процентом, поэтому обсуждать богатых клиентов они не стали. Девочка и йордль доработали день в приподнятом настроении и были очень обходительны друг с другом, ведь каждый думал, что нагрел второго.