Глава 45. Не такая.
Утро. Ненавистные лучи солнца били по глазам, расшатывая нервы. Распахнув веки, Элизабет поморщилась. Снова утро. Очередное, нелепое утро. Старый заброшенный домишко в глухом лесу, когда-то давно принадлежавший маминой родне и уже давно не числящийся ни за какую недвижимость, стал ее пристанищем. Дорога от последнего места назначения заняла почти трое суток — два раза пришлось подзаряжать мотоцикл на придорожных станциях самообслуживания под покровом ночи. Сейчас нужно отдохнуть хотя бы день-два, а потом двинуться дальше: следующая цель — Корбан Яксли. Встретить его в подходящий момент будет вполне возможно: наркопритон, которым он владеет, становится пуст в воскресенье. Четыре часа на огромной территории дачного «домика» не будет никого, кроме хозяина: каждый выходной мужчина выгоняет всех и, что называется, наводит порядок — после уборки клинингом позволяет себе «расслабиться» в одиночестве. Было бы славно успеть до того, как он обколется: Элизабет бы хотелось запечатлеть его трезвый взгляд.
Перевернувшись, она дотянулась до пульта и включила старый квадратный телевизор. Тот с помехами ловил три канала в лесной глуши. «И к новостям: в Лондоне по-прежнему продолжаются поиски пропавшей Элизабет Мелоди Хартс — дочери одного из крупнейших бизнесменов страны — Рассела Хартс. Напомним, что несколько месяцев назад ее машина была найдена пустой у заброшенной трассы. Поиски девушки пока что безрезультатны, ее семья просит каждого, кто располагает какой-либо информацией, связаться с ними или полицией», — на экране появилось ее фото. Все бы ничего, но тут показали Драко, собиравшегося начать что-то говорить. Лишь увидев это, брюнетка выключила телевизор, бросая пульт на противоположный край кровати. И зачем они все это делают? В чем смысл искать ее? Если бы Элизабет нуждалась в помощи или хотела вернуться домой, она бы это сделала. Чего Хартс только не слышала о себе во время своих «путешествий»: что она никуда не пропадала, и все это — бред, что ее убили, что ее украли, что она сбежала к своим родителям на какие-то острова... Эх, знали бы они, что никаких родителей у нее больше нет.
Взглянув в поцарапанное настенное зеркало со сколами, которое она с трудом отмыла не так давно, девушка вскинула брови: сухонькая потускневшая кожа, выцветшие глаза, потрескавшиеся губы. «Так выглядит живая, закаленная сталь», — подумала она, ополоснув лицо холодной водой. Контрастный душ отрезвляет мозги, уже давно переставшие разделять сон и явь. Сегодня нужно быстро собраться и завтра-послезавтра отправиться в путь. Нельзя давать им спохватиться. Дорога предстоит небыстрая — почти шесть суток, если делать небольшие остановки у леса.
Драко, сидя в кресле у крестного в кабинете, считал секунды. Метроном в квартире профессора Снейка стоял в каждой комнате и работал в такт: этот звук, по мнению мужчины, не давал мозгу выходить из состояния холодной трезвости. Блейз листал книгу, взятую с полки, встроенной в стену, Тео рассматривал фотографии на стене.
— У Элизабет такой добрый взгляд... Она не может, вы что?...
— Когда человека с добрым взглядом методично ломают, он методично и совсем недобро мстит, — твердо сказал Северус, сидя в своем кожаном офисном кресле, оглядывая парней в комнате.
— Профессор, все же мне кажется, что это не самая лучшая идея... — Захлопнул Забини третий том общего Уголовного Права.
— Есть другая? — Фыркнул Снейп, стуча ручкой по столу из цельной древесины. Он заметно нервничал, все время перепроверяя записи в своем ежедневнике.
Резко встав и развернувшись на сто восемьдесят градусов, он одним движением зашторил окна. Торшер автоматически включился, среагировав на понижение уровня света в помещении. Юноши вмиг устремили на профессора свои взгляды, затаив дыхание.
— Значит, так, — строго сказал он, снова подойдя к столу, на котором лежал раскрытый блокнот, — пришиты двое: Фенрир Сивый, Амикус Кэрроу. Значит, осталось четверо: Уолден Макнейр, Эван Розье, Торфинн Роули и Корбан Яксли. У меня записаны их координаты, значит...
— Профессор, — тревожно проговорил Теодор, взглянув на уведомление на смарт-часах, а после достав смартфон, — новости.
— Какие, к черту, новости?! — Прошипел Блейз, злясь на то, что Нотт прерывает и так кле сводящего концы с концами Северуса.
— Эван Розье мертв, — констатировал Тео, повернув экран к расположившимся вокруг. Все присмотрелись.
— Дыра в груди, — прошептал Драко, выпятив глаза.
— Ваша подруга сама облегчает вам задачу, — проговорил Северус, — хорошо, тогда поступим так: Блейз, отправишься в сторону Йоркшира — там ты сможешь найти Торфинна Роули; Нотт, ты поедешь к Макнейру в Восточный Мидленд. А ты, Драко, выловишь Яксли в самом сердце Манчестера. Приготовьтесь к тому, что там придется провести около двух недель, а может, и месяца: нашу девочку нужно выловить во что бы то ни стало, ясно? Инструкции такие же, как обсуждали ранее: если вы видите ее, ни в коем случае не выбегайте и не попадайтесь на глаза: постарайтесь незаметно накинуть ей куда-нибудь хотя бы один из жучков, а лучше — несколько. Не преследуйте, а главное — сообщите остальным, и только после нашей общей встречи и общего обсуждения начнется перехват. Услышали?
Парни одновременно кивнули, не отводя от Северуса глаз.
— И помните — особенно ты, Драко — нам может понадобиться применить силу. Я не знаю, как она относится ко всем нам сейчас, но мы не должны слепо верить в то, что она увидит своих знакомых и оттает. Не забывайте, она — человек, у которого отняли самое дорогое. Которого лишили всего, что у него было. Который всю свою сознательную жизнь готовился к этому. Услышьте меня, она не из тех, кто пустит слезу и улыбается, позабыв обо всем: Элизабет — убийца. Холодная и расчетливая. Она раздавит вас и не носом не поведет. Мы не собираемся обезвреживать ее и спасать кого-то, нет, мы остановим ее, чтобы уберечь от опасности, которая грозит ей все больше с каждым днем. Отставить все сопли и чувства, ты понял меня, Малфой?! — Стукнул по столу Снейп, сверкнув глазами.
— Так точно, профессор, — через силу проговорил блондин, сдерживая подступающий к горлу ком. Силу? Убийца? Раздавит? Это не про его малышку Лиззи. Она совсем не такая... Не такая ведь?