~15.Дети ветра~
«Но цыганская кровь не была предметом для гордости — разве что она есть и у тебя, и тогда ты знаешь, что такое цыганская гордость».
Робертсон Дэвис
***
Шум вокзала каким-то образом смог заглушить все неприятные чувства, которые обуревали Софию. С каждым шагом, сделанным в противоположную сторону от жилища, где она провела годы после побега из академии и Парижа, её сердце замирало и тихо просило о том, чтобы вернуться. Но желание отомстить было сильнее тяги к дому. По крайней мере ей так казалось.
Через пол часа на станции, скрипя колесами о рельсы, с гулом и пылью затормозил поезд, движущийся на Париж. Девушка заняла свое место и облокотилась рукой о небольшой выступ под окном, подперев голову. Она прикрыла глаза и глубоко вздохнула, пропуская сквозь себя всю тревогу, накопившуюся в душе. «Я сильная. Я поступаю правильно», - мысленно повторяла она, убеждая себя в том, что она права.
Поезд тронулся, и его движение отозвалось сильной вибрацией по всему салону. Он начал укачивать Софию, отчего девушка почувствовала, как веки ее тяжелеют, и она медленно теряет связь с реальностью.
В голове начали появляться отрывистые картинки, похожие на испорченную киноленту с участием Изабеллы Штейн, Алекса, герцога Де-Лайла, маленькой белокурой девочки по имени Габриэль - людей, оборвавших её счастливую юность в Париже. Какие-то сцены с ними уже оставили свой след в её жизни, а какие-то неконтролируемо рисовало воображение. Так к ней незаметно подкрался сон.
Девушка точно помнила, что путь до Парижа займет не менее пяти часов, и поэтому она не боялась ненадолго отправиться в царство Морфея - место, где ее эмоции больше поддавались контролю и не гложили изнутри. Но не успела она проснуться, как волнение, злость и страх вновь охватили ее с головой и заставили девушку вновь сражаться с ними.
София потянулась и посмотрела в окно на мелькающие мимо поля и луга. Яркий дневной свет, ударивший в глаза, быстро привёл ее в чувства.
Она взглянула на небольшие золотистые карманные часики с гравировкой в виде розы - их подарила ей бабушка на пятнадцатилетие, и удивилась тому, что проспала совсем чуть-чуть и до станции ей следовать ещё не менее двух часов.
В конце коридора послышался хрипловатый голос проводника, объявившего о повторной проверке документов. Иногда так делалось после технической остановки поезда, и, судя по всему, именно ее пропустила София, пока дремала. Дабы не отнимать времени у сердитого контролера, девушка предусмотрительно решила заблаговременно достать из саквояжа паспорт и билет. Её внутренний голос отчего-то тревожно просил её сделать это как можно быстрее, но жесткая обложка паспорта все не попадалась ей в руки, пока она не глядя искала её внутри саквояжа. София удивилась.
Положив чемодан на пол и раскрыв его она судорожно начала перекладывать вещи, в надежде, что документы окажутся где-то на дне, но их и там не оказалось. «Проклятье», - подумала София. - «Я же уже доставала их в поезде!». Тут же девушку ошарашила мысль, что деньги пропали вместе с билетом и паспортом.
Когда проводник остановился рядом с её сиденьем, сердце Софии предательски забилось от испуга так сильно, что девушке на миг показалось, что ей стало слишком тяжело дышать.
— Ваш билет, пожалуйста, - обратился к ней седоватый мужчина.
— Я же уже показывала его вам, - пожала плечами София, пытаясь потянуть время.
— Такие правила, мисс, - на одной ноте отчеканил проводник.
— Дело в том что...
Её слова прервал злобный рык мужчины, который резко обернулся к кому-то стоящему сзади.
— Я предупреждал тебя, малец! - крикнул он, и девушка увидела, как большая крепкая рука поднялась над юнцом лет девяти. Смуглый, с черными, как крыло ворона, даже с синим отливом, волосами, с округлившимися от страха глазами, он смотрел на старика и, на удивление, ничуть не сжался в ожидании хлёсткой пощечины.
— Что он сделал? - не выдержав, спросила София.
Она сама не знала, почему вступила в разговор, тем самым рискуя вновь нарваться на просьбу мужчины предъявить документы. Но видеть, как проводник собирается наказать за некую провинность ребенка, ей хотелось куда меньше.
— Уууу, цыганенок, - процедил мужчина сквозь зубы, хватая того за вортник бежевой рубашки. - Признавайся, у кого крал в этот раз?
— Ни у кого, мистер, - пропищал мальчишка.
— А где же твой братец? Что-то я его не вижу.
— Тамаша нет здесь...
— А то я не знаю, как вы с ним проворачиваете свои грязные делишки. Я третий раз ловлю тебя и каждый предыдущий тебе удавалось сбежать, маленький негодяй. На этот раз ты у меня не исчезнешь, приведение...
— Я... - мальчик начал было говорить, но кто-то что-то громко крикнул с другого конца вагона.
Забывшись, проводник отбросил мальца в сторону и кинулся в конец вагона. Старик явно был вне себя от гнева.
Мальчик на секунду замер на месте, но тут же спохватился и кинулся было бежать. Но чья-то холодная рука схватила его за запястье.
— Пустите, мадемуазель, - взмолился он, глядя на Софию.
— Даже не подумаю, - ответила девушка. - Вы с братом украли у меня деньги?
— Мы вернём, - протянул он, все еще пытаясь вырваться.
— Сойдя с поезда? - усмехнулась София.
— Он придет и накажет. Он вызовет жандармов, - продолжал скулить мальчишка.
— Как ты это делаешь? Как вы сходите с поезда? Помогите мне уйти с вами, - София ускорила речь, почувствовав, что проводник вот-вот вернется.
— Пойдем, - кивнул паренек и дернул Софию за рукав.
Схватив саквояж девушка поспешила за ним в противоположный конец вагона, пытаясь не споткнуться об чьи-либо вещи и не привлекать к себе лишнего внимания.
Они оказались у запертой двери. Через стекло в ней было видно, что сразу за ней, за такой же дверцей, следует другой вагон. Мальчик достал из потрепанных штанов кусок железной проволоки, импровизированно переделанный под нечто, похожее на ключ, и вставил его в скважину. Несколько ловких движений, за которыми девушка едва успевала уследить, и послышался тихий щелчок. Рядом с таким смышленым ребенком София уже перестала ощущать себя взрослой девушкой.
— Что дальше? - спросила она, пытаясь не звучать громко, но и перекрикивая стук колес поезда о металлические рельсы.
— Сейчас поезд остановится, - ответил малец.
— Почему?
— Мы не очень далеко от технической станции. Он захочет позвать жандармов и высадить нас с братом. Для этого нужно остановить поезд.
— Так твой брат здесь, - улыбнулась София.
— Он еще не пускает меня одного. Я маленький, говорит...
— А сколько ж твоему брату лет?
— Уже двадцать третий год пошёл.
София удивилась. Он почему-то представлялся ей еще совсем юным. Не старше младшего брата, чем на пару лет.
Ее размышления прервал скрип колес. И правда - поезд начал сбавлять ход.
— Прыгай! - скомандовал мальчишка.
София ошарашенно смотрела на то, как малец спрыгнул на крепление, соединяющее вагоны, и, легко сбалансировав на нём, ухватился за какой-то выступ.
— Не бойся, ты! - сказал он Софии.
— Я... Я не боюсь, - соврала девушка, успокаивая себя.
Она увидела, как смело юнец соскочил на землю, удачно приземлившись на обе ноги. София скинула на землю чемодан и принялась спускаться сама. Ноги её подкашивались, а руки дрожали. Когда она ступила на железное крепление, ей и вовсе показалось, что она чуть не соскользнула с него. Однако вскоре ей удалось найти равновесие. Остался самый рискованный шаг - спрыгнуть на землю. Поезд уже прилично сбавил скорость, но все продолжал катиться, а её вещи, оставленные цыганенку, всё еще отдалялись. От этой мысли, не желая упустить всё что у нее осталось, она решилась спрыгнуть.
Приземление оказалось не столь мягким, и София упала на бок. Но она тут же подскочила на ноги и отряхнула юбку, благодаря судьбу за не самый плохой исход событий.
Опомнившись, она как можно быстрее побежала к мальчишке. Он покорно ждал её, чему девушка была удивлена.
— Молодец! - воскликнул он.
— Не самая мягкая посадка, - пригладила волосы девушка.
— Подожди меня здесь. Отойди лучше в сторону. Я сейчас.
— Куда ты?
— Я должен найти брата. Он сейчас придет. Спустится вон оттуда, - малец указал на третий от них вагон. - Я тебя не брошу тут. Ты хорошая!
София недоверчиво посмотрела ему вслед, но послушалась мальчонку. Как никак он уже помог ей самой избежать жандармов.
Как он и велел, она отошла от поезда и оказалась напротив одного из самых последних вагонов. Они находились дальше всего от того, где их чуть не поймали.
София, надеясь занять минуты ожидания, присела на чемодан и начала разглядывать пассажиров. Поезд должен был простоять ещё несколько минут перед отбытием, и у девушки оставалась возможность отвлечься от мыслей и не скучать, пока малец отправился на поиски старшего брата.
Блики солнца на стекле не осветили ярким белым светом лишь пару окон. У одного из них сидела пожилая дама, обмахиваясь кружевным веером, и часто нервно поглядывала на часы. Даже с улицы можно было распознать её недовольный тон при общении с проводником. За соседним же окном было видно молодую пару, с энтузиазмом обсуждавшую что-то важное - об этом свидетельствовало строгое выражение лиц обоих. София присмотрелась. Девушка с белокурыми кудрями, элегантно струившимися по плечам, была одета в светлое дорожное платье и отчего-то часто поглядывала на улицу. На миг юной Штейн показалось, что леди перехватила её настырный взгляд, если она конечно смогла рассмотреть его из окна. София инстинктивно посмотрела в другую сторону и заправила прядь темных волос за ухо. Однако сердце внутри неё вдруг ёкнуло и, будто бы само собой, застучало быстрее. «Нет, мне показалось», - мысленно проговорила себе девушка, но тут же поняла, что это лишь то, в чем она хочет себя убедить. Она не могла ошибиться.
Напротив светловолосой аристократки сидел мужчина, чей профиль она не могла спутать с чьим-либо другим. Александр Де-Лайл.
Немой крик забился внутри. Неужели он не видел её? Неужто эта девушка, что так и запомнилась ей десятилетним глупым ребенком, ничего не сказала ему? Почему он не одарил ее даже мимолетным взглядом? Ведь когда-то он так хотел ее остановить.
— Алекс, - даже не отдавая себе отчета в своих действиях, прошептала София.
Ей так хотелось подойти к нему и молча заглянуть в глаза. Она бы и без слов поняла, вздрагивает ли его сердце также, когда он смотрит на неё. Но сделать девушка ничего не могла. Судьба одарила её лишь возможностью вкусить каждую секунду этого момента.
«Как это низко», - думала про себя София. Он забыл её, а она всё также, как и та юная четырнадцатилетняя девочка, отдавалась во власть беспощадным чувствам, что проникали в каждую клеточку её тела. «Любая благородная дама осудила бы меня», - упрекнула себя София. - «Я и сама себя ненавижу за это».
Поезд тронулся, скрипнув колесами о релься. Гул от его движения заполонил всё пространство вокруг, заглушая в мыслях и образы неожиданных пассажиров. Подумать только, а ведь она была с ним совсем рядом. Но размышлять об этом было уже поздно. Лучшим решением для неё стало бы и вовсе не размышлять о нём. Чем раньше она сотрёт Александра из памяти, тем быстрее она сможет сконцентрироваться на самом важном - мести своим врагам.
Позади неё послышался голос мальчишки.
— Его нет. Его могли схватить, - грустно сообщил малец.
— Я могу помочь? - спросила София.
— Ты должна помочь! - воскликнул мальчик. - У него твои деньги и документы.
— Прелестно, - недовольно прошипела София.
— Он кстати сказал, что ты го́жо, - улыбнулся мальчик.
— Я что? - не поняла девушка.
— Го́жо - значит красивая.
София закатила глаза и усмехнулась. Таких неожиданных комплиментов она еще не получала. Еще никто никогда не смел обворовывать ее, при том называя её красивой.
— Как звать тебя? - вспомнила девушка, что так и не узнала имени нового друга.
— Харман, - с нескрываемой гордостью представился смуглый юнец.
— И что мы сейчас будем делать, Харман?
— Пойдем к в табор, к Да́е! Ты увидишь детей ветра!
— К кому? - снова смутилась София.
— К маме пойдём, говорю, - засмеялся мальчик и София наконец понялаю что иногда он просто начинает говорить на родном ему языке. - А «детьми ветра» мама иногда называет нас. Цыгане вольный народ.
Дорога к табору лежала через ржаное поле, сквозь заросли которого Софи неуклюже пробиралась в юбке, слушая безудержную болтовню Хармана. Он понравился ей. Мальчик был весел и искренен. Встреть она его в детсве, она бы точно подружилась с ним, ведь друзей ей очень не хватало.
Наконец впереди перед лесом показались пестрые верхушки шатров, а кое-где на фоне темных елей можно было различить полупрозрачный струящийся дым. За этим последовали и звуки голосов.
Вскоре София переступила границу местности, где расположился табор, и ей вдруг показалось, что вместе с этим шагом она пересекла еще и черту времени.
Ни что не было похоже на городскую жизнь обычного человека - начиная от необычных жилищ и одежды и заканчивая кострами, на которых готовилась еда.
— Бахталэс! - воскликнул малец, здороваясь с двумя юношами и мужчиной, стоящими у телеги.
— Дэвэ́с лачо́! - ответили они ему в ответ.
— Что ты им сказал? - на всякий случай поинтересовалась девушка.
— Поздоровался, - пожал плечами мальчик. - Нам сюда! - сказал он и быстро юркнул в один из шатров.
София замялась, но оставаться в одиночестве она боялась еще больше, чем без спроса вломиться в чужой импровизированный дом.
Она раздвинула две части ткани, служившими входом, и робко заглянула внутрь.
— Пшал!* - воскликнула женщина с пышными черными кудрявыми волосами.
Она сидела на тахте и туго сплетала между собой какие-то нити. При виде мальца женщина с заметным облегчением выдохнула и тут же схватила его за руку.
— Да́е! - улыбнулся он, но мать отнюдь не выглядела такой же веселой.
— Мандэ́р хватит, Харман!*² - её резкий звонкий голос с легкой хрипотцой наполнил шатер. - Мне надоело искать тебя повсюду, а потом узнавать, что ты пошел на станцию! Клянусь тебе, я отлуплю тебя, если еще раз узнаю об этом. То же ждет и твоего брата! - ругалась она. - А где Тамаш? Где твой брат? - спустя паузу удивленно добавила она.
— Я не нашел его... Возможно, его поймал тот человек.
— Ох, что мне с тобой делать! - еще громче воскликнула она, хватаясь за голову. - Явэ́н кхарэ́!*³
— Да́е, стой! - остановил ее мальчик. - У нас гостья!
Женщина отпустила руку ребенка, что минутой ранее крепко сжимала в своей, и направила взгляд в строну входа в шатёр.
София замялась, но поспешила поздороваться.
— Добрый день, - робко кивнула она. - Можно войти?
Женщина в ответ смерила её взглядом. Изящная и хрупкая девушка - на вид истинная аристократка, но большие карие глаза ни больше ни меньше походили на отличительную черту цыган. Женщина удивилась. Она уже видела эти глаза когда-то давно. Или же она видела их каждый день?
Харман начал быстро лепетать на родном языке, рассказывая матери о том, что произошло в поезде. София не знала, о чем тот говорит, но юнец был весел и, похоже, невероятно рад встрече с девушкой. За брата же, в отличии от женщины, он почти не переживал и лишь раз упомянул его имя. Наверняка им двоим не раз приходилось выбираться из разных передряг и, тем не менее, выходить сухими из воды.
Женщина будто бы и не слушала сына. Она лишь тревожно, время от времени, посматривала на Софию, вглядывась в черты её лица. Когда Харман закончил свой рассказ, она что-то негромко шепнула ему. Мальчик кивнул и, перед тем, как выйти, подмигнул девушке. София же попыталась улыбнуться ему в ответ, но вышло у неё это не очень хорошо. Внутри всё волнительно сжалось, а нехорошее предчувствие растеклось по каждой клеточке тела. Она мысленно убеждала себя, что перед ней цыгане, а не дикари, и они ничего не посмеют ей сделать. К тому же, дружелюбность мальца сведетельствовало о том, что он не растет в жестокости, а значит эти люди могут быть добры и к ней.
Женщина протянула руку указывая на тахту рядом с ней, тем самым приглашя гостью присесть. София благодарно кивнула и неуверенно присела на скромный предмет интерьера. Теперь она и сама начала разглядывать цыганку.
Ту можно было назвать на редкость красивой женщиной. Её острый подбородок и кудрявые пышные волосы, тонкая шея и руки с длинными, будто бы прозрачными пальцами, смуглая кожа и немного раскосые глаза придавали внешности особый шарм. София отчего-то вспомнила сказки, что она читала в детстве, и сравнила женщину с описанием лесных колдуний или волшебниц.
Молчание затягивалось, и Софии стало не по себе. Она осмелилась начать разговор первой.
— Как я могу обращаться к вам?
— Моё имя Тамила, - ответила цыганка и, протянув руку к девушке, коснулась ее запястья.
София взрогнула, но не отдернула руку.
— Ты путешествуешь. Тебя ждала дальняя дорога, - скорее утвердительно, нежели вопросительно сказала женщина.
— Я еду в Париж, - ответила София.
— Я так и думала, - пожала плечами женщина и убрала руку.
— Почему вы...
Слова Софии прервал шуршание. В комнату вбежал Харман, а за ним последовала еще одна женщина. София краем глаза заметила, что та не похожа на цыганку. У неё были вьющиеся белокурые волосы и белая кожа. Она... была ей знакома.
«Нет. Это не ты», - лихорадочно мысленно начала убеждать себя София. - «Ты лишь образ. Плод моих беспочвенных страхов и фантазии. Мне просто показалось».
— София, - голос прозвучал неуверенно, со странным облегчением и тенью улыбки.
«Нет. Нет. Нет. Этого не может произойти», - успокаивала себя Софи, не игнорируя учащенного сердцебиения, которое твердило ей об абсолютной реалистичности происходящего.
— София Штейн. Я не могла тебя не узнать, - голос женщины стал громче и увереннее. Это девушка поняла, не поднимая глаз.
— Я говорила тебе. Страх приходит перед тем, как что-то произойдет, - сказала Тамила, но обращалась отнюдь не к Софии, а к внезапно оказавшейся в шатре женщине.
Всё выглядело так, будто бы было подстроенным планом или очередной интригой, на этот раз сплетенной с участием такого вольнолюбивого народа, как цыгане. Хотя это могло лишь позабавить, нежели удивить. Софии не стоило умалять способности злого гения - Изабеллы Штейн.
Девушка подняла глаза и посмотрела на женщину таким пронзительным взглядом, полным самых недобрых чувств, что на лице высокой белокурой дамы отразилось даже некое волнение.
— Тамила, это моя дочь, - спокойно сказала женщина. - Я боялась не того, что встречу ее, я боялась не увидеть ее вовсе.
— Я знаю, - спокойно ответила та, а Изабелла Штейн лишь слегка пожала плечами. - Алехандро тоже должен знать.
— Он узнает, Тамила. Узнает после.
— Хорошо, - негромко сказала цыганка. Джюкел джюклес на хала,*⁴ - эти слова, произнесенные бесцветным голосом, повисли в воздухе, как будто предназначенные скорее пространству, нежели кому-то из присутствующих.
Женщина, шурша юбкой о расстеленный шершавый ковер, покинула шатер, оставив мать и дочь наедине.
София вздрогнула. Вот уже шесть лет она не встречалась с ней - её собственной болью во плоти. И сейчас боль пронизывала ее тело куда сильнее, чем в маленьком провинциальном городке рядом с бабушкой, где она, хоть и ненадолго, но позабыла о ней. А теперь она снова лицом к лицу столкнулась со своим личным страхом, не дававшим ей покоя.
Леди Штейн, теперь София могла называть ее только так, почти не изменилась с их последней встречи - всё те же острые черты лица и пышные золотые волосы. Такие, как у той девчонки, бесстыдно занявшей ее место под солнцем. Слегка поменялись лишь её карие глаза. Они стали еще безэмоциональнее, еще безучастнее и чем-то напоминали подтаявший ледник. Раньше он сковывал холодом и заставлял дрожать противника, окутывая его пронзающим до костей ветром, а теперь обмяк и сменил свою тактику - теперь он пугал своим равнодушием к тому, что он вот-вот обернется потопом. Ещё женщина немного исхудала, а кожа её стала сухой. София удивилась, как изнеженная изысканными маслами женщина, вообще смогла пригреться у цыганского костра. Ведь сомнений в том, что она уже давно кочует с «детьми ветра», как назвал свой табор маленький мальчишка, не оставалось. Изабелла Штейн вполне уверенно чувствовала себя в необычных для Парижа одеяниях - белой полупрозрачной блузке и широкой длинной синей юбке, сочетающейся с цветастой шалью, слегка сползающей с плеч, и позвякивая двумя браслетами из граната и яшмы, что теперь заменяли ей бриллианты.
— Как ты здесь оказалась? - негромко спросила женщина, усаживаясь напротив Софии на ковер.
Внутри у девушки все закипело. Как она могла вести себя так? Это даже хуже, чем жестокость. Это ужасающее безразличие.
— Любопытно. Изменились вы только внешне, - ответила София, не сводя с нее глаз.
— Это не так, - отмахнулась Изабелла Штейн.
— Нет, это так, - не согласлась Софи. - Люди не меняются. И особенно, такие, как ты.
— А какая я? - внезапно спросила женщина, также пристально в ответ посмотрев на дочь.
София тут же перевела взгляд на один из крупных узоров шатра. Он не интересовал ее, но смотреть прямо в глаза Изабелле казалось невыносимым испытанием. К тому же еще и страшным. Ей не хватило сил и мужества выдержать это.
— Безжалостная. Предаете и не жалеете. Меняете людей, как перчатки, - выкрикнула София.
Сама мысль о том, что она говорит со своей матерью сильно претила ей.
— Я меняю людей?
— Скажете нет? Меня на некую Габриэль. Бабушку на славу. Вы ведь даже не вспомнили о ней.
— Говоришь, как ребенок, - строго сказала Изабелла Штейн.
— Ну вот опять. Вы даже не спросили, как она. А ведь я жила с ней и заботилась о ней, пока вы... - София осеклась.
— Я прекрасно знаю, как живет моя мать. И знаю о том, что ты была с ней. Возможно, тебе известно, что она переписывалась якобы со своей дальней родственницей и получала от нее телеграммы. Они были от меня.
— Ах да, точно. Забыла упоминуть, что ложь тоже неотъемлемая часть вашего злобного образа.
— Ну хватит, - отрезала леди Штейн.
— Неприятно слышать правду? Знаю, - пожала плечами София. - Мне тоже было неприятно слушать в доме у Де-Лайлов, как герцог разоблачает вас.
— Нашла кому верить. Филипп...
— Мне всё ровно, какие счеты у вас с Филиппом Де-Лайлом. Они несомненно есть. Однако, правда есть правда. Вы притащили эту маленькую дрянь и лишили меня счастья.
— Счастьем ты называешь того мальчишку? Александра, если я не ошибаюсь?.. Ты не слишком многого лишилась.
— Это не вам решать, - в мыслях сразу всплыл отрывок из газеты, откуда она узнала о его женитьбе, и девушка снова вздрогнула, будто бы стараясь стряхнуть с себя эти воспоминания.
— Я защищала тебя, - спустя паузу сказала женщина. - И правильно делала.
— Вы бросили меня! - воскликнула София, не веря не единому слову женщины. - Вы защищаешь только себя. Так было всегда.
— Перестань кричать, - твёрдо сказала леди Штейн. - Не всегда мои решения были верными, но уберечь тебя от семьи Де-Лайлов было лучшим из них.
Женщина молча встала со своего места и покинула шатёр. София осталась одна, но почему-то так ей стало только хуже.
Внутри у девушки всё бурлило, подобно раскаленной лаве, готовой поглотить все невинное. Это была такая сильная боль и обида, что ей одновременно хотелось кричать и плакать. На миг ей даже показалось, что она ощущает эту боль физически, ведь каждая клеточка ее тела дрожала от гнева и расстройства. В голове всплывали дурные мысли, от которых ей самой стало не по себе. «Я не такая», - мысленно повторяла София, оправдываясь за всё ужасное, что мысленно, не контролируя себя, она пожелала своим врагам.
Щеки ее пылали, а сердце, как только что запертая птичка в клетке, билось так быстро, что его ритм начал заглушать все остальные звуки. Агония захлестнула ее с головой, утопив в непросветной глубине, не давая подняться вверх, чтобы глотнуть немного воздуха. А в голове то и дело возникал вопрос, чувствовали ли все те люди, кто причинил ей столько зла, хоть долю того, что ей приходилось ощущать теперь.
Через какое-то время, поднявшись со своего места, София одернула себя мыслью о том, что ей пора выбираться из этого места. Она держала путь в Париж и планировала это необычное путешествие, пожалуй, с самых первых дней после того, как она покинула этот город. Она знала, что обязательно туда еще раз вернётся. И вернётся не для того, чтобы полюбоваться красотами столицы, а для того, чтобы завершить эту жестокую игру громким аккордом, который сыграет именно она.
Девушка вышла из шатра, и ветер приятно хлынул прохладным потоком прямо ей в лицо, нежно скользнул по щекам, шее, ключицам. Своей невидимой ладонью он приласкал ее и немного успокоил разыгравшуюся внутри неё бурю.
Теперь София смогла немного привести свои мысли в порядок и задуматься о том, где можно найти Тамилу, у которой, видимо, должны были остаться её документы и сбережения.
К счастью, цыганку не пришлось долго искать. Она стояла рядом с телегой, в которую был запряжен черный, как сажа, конь и что-то укладывала в неё. София подошла ближе и увидела что именно та аккуратно погружала в повозку. Ковры. Наверняка они были ручного производства и являлись неплохим источником заработка.
Не смотря на то, что, на первый взгляд, Тамила выглядела достаточно хрупкой, она ловко и даже с некоторой легкостью, аккуратно укладывала свернутые в рулоны изделия.
— Помочь? - спросила София, приблизившись к женщине.
— Я уже закончила, - ответила, отдышавшись, цыганка и внимательно посмотрела на девушку. Она будто бы чувствовала, что дальнейшая беседа не будет обычным актом проявления вежливости, и молодой Штейн определенно что-то нужно.
— Ладно, - пожала плечами София. - Я хотела спросить, где мои документы, - о деньгах девушка для начала решила не упоминать.
— Они не у меня, - скрипучим голосом ответила женщина. - Они у Тамаша. Моего сына.
— Я бы хотела их забрать, когда он вернётся, и дальше отправиться в путь.
— Не сейчас, - спокойно ответила Тамила, как будто она имела право распоряжаться жизнью девушки.
София правда с самых первых минут их встречи чувствовала превосходство Тамилы над собой. Рядом с ней она ощущала себя неопытным ребенком, пытающимся разобраться в замысловатых высказываниях цыганки и отыскать в них скрытый смысл. Так и теперь София не нашлась, что сказать, но инстинктивно преградила женщине путь.
— Я хочу уехать сейчас же. У вас нет права удерживать меня здесь силой. Я не хочу ничего общего иметь с Изабеллой Штейн, что бы она вам не наговорила, - она попыталась прозвучать как можно увереннее.
— Тебя здесь приняли, как дорогую гостью. Почему же ты считаешь нас врагами?
— Я не считаю своим врагом ни одного из вас. Я просто хочу продолжить свой путь. В Париже меня ждут дела, - настаивала девушка.
— Тебя также ждали здесь. И ты должна будешь встретиться с Алехандро.
— Почему это решаете вы, а не я?
— Потому что ты сама хочешь его увидеть, - Тамила сделала шаг в сторону и обошла Софию, на что девушка уже никак не могла повлиять.
Девушка шумно выдохнула, запустив руку в растрепавшиеся распущенные волосы.
Куда идти она не знала. А к кому обратиться за помощью и тем более. Единственным человеком, с которым она могла поговорить, оставался Харман, но его не было нигде поблизости.
Девушка огляделась по сторонам. Цыгане время от времени с интересом посматривали на неё, но никто из них не собирался заводить с девушкой разговор. От беспомощности ей стало обидно за саму себя. Она ещё раз глубоко вздохнула и побрела в куда-то в сторону леса, лишь бы перестать чувствовать на себе любопытные взгляды.
Чуть правее от первых сосен, будто бы являвшихся воротами в лесную глушь, блестела водяная гладь озера.
Вода с детства успокаивала Софию. В Париже ей редко удавалось проводить много времени у водоемов, но она всегда искренне ждала встречи с ними. Так и сейчас, девушка спустилась к заросшему осокой берегу в надежде, что там ей станет легче. Она оставила саквояж стоять рядом с согнувшейся к воде иве, аккуратно разложившей свои ветви на поверхности. Сама же девушка, не желая думать о том, что она испачкает платье, прислонилась к стволу дерева спиной и прикрыла глаза.
Она не хотела никого видеть. И даже если ей предстояло провести всю ночь, сидя там в полном одиночестве, ей было всё равно. Лучше уж так, чем вновь увидеть Изабеллу Штейн и заглянуть в её опустевшие злые глаза.
Ветер в тот вечер был особенно игривый. Он снова и снова кружился в вальсе вокруг Софии и неустанно трепал её темные волосы, спутывая локоны между собой.
София находилась в каком-то странном состоянии, напоминавшем одновременно сильную усталось и полное безразличие. У нее не было сил ни думать о случившемся, ни предугадывать дальнейшие действия леди Штейн.
Вечерело. Сумерки легким покрывалом накрыли синий небосклон. Работы цыган подходили к концу, и многие из них возвращались в табор. Кое-где загорелись костры. Теперь София обратила внимание на то, что поселение цыган достаточно большое по протяженности.
Вокруг одного из огней собралось несколько человек. Среди них девушка разглядела и Тамилу, что одной рукой приобняла Хармана, а второй подбросила несколько щепок в кострище. Оттуда же вскоре послышались первые негромкие аккорды. Кто-то начал играть на гитаре, и Тамила стала что-то напевать. К ее низкому голосу присоединились еще два или три женских тембра. София прикрыла глаза и слегка откинула голову назад. Волей неволей, но она начала разбирать слова баллады, что затянули цыгане.
- «По рассказам деда,
Есть одна легенда,
О шальной цыганке,
Что луну молила,
До рассвета средь гор».
Голос Тамилы звучал выразительнее всего и юная Штейн удивилась тому, что её легкая хрипотца придаёт песне особый шарм.
— «О любви народа,
О великой славе,
О признаньи
С тех пор».
В мыслях у Софии сразу возник образ леди Штейн. Тамила будто бы специально выбрала этот романс и негласно посвятила его новой обитательнице их табора - белокурой леди.
— «Это в моей власти,
Дева страсти», -
Отвечала луна. -
«Но для счастья,
Ты должна мне будешь,
То дитя, что станет,
Первенцем у тебя».
Этим первенцем София почувствовала себя. Она стала преградой на пути матери к успеху, и её принесли в жертву. Почему-то леди Штейн не смогла довериться ей, но с лёгкостью доверилась незнакомой маленькой девчонке.
— «Это твоя жертва,
Предзнаменованье,
Отвечала луна».
Мотив становился всё динамичнее. Романс приближался к своей кульминационной части. Софии даже стало любопытно, какие слова последуют дальше, и будут ли они также подозрительно схожи с очень знакомой ей историей.
— «Ты, дева, скажи мне,
Ищешь тщетно ты любовь? -
Хочешь матерью стать?
Ты скажи мне, поведай,
Для чего, для чего тебе это дитя?
Это же сын лунный!»
София подумала, что Тамила неспроста сделала эту балладу частью своего вечернего репертуара. С сегодняшнего дня девушка принципиально перестала верить в совпадения. Но думать об этом в этот день у неё уже не осталось сил.
_____________________
*В переводе с цыганского «сын».
*² С меня хватит, Харман!
*³ Пошли домой.
*⁴ Пёс пса не укусит.
______________________
Рада представить вам обещанный сюрприз! Видео-эстетика к сюжетной линии Софии. Я постаралась как можно точнее передать атмосферу без лишних спойлеров. А музыкальным сопровождением ей послужил оригинал баллады, что исполняла в таборе Тамила. Приятного просмотра!
https://www.youtube.com/watch?v=64oWLzwtBZQ