Глава 5 "Разговор в пустоту"
Он всё не мог поверить тому, что встретился со мной здесь, однако по его лицу я поняла и то, что ему трудно было представить как я так постарела и почему так кошмарно выгляжу. Я, если честно, и сама не могла до конца рассмотреть причину своей отвратительности, всем ясен был результат, как следствие, но невозможно было понять начало, основу. И всё же в лице Говарда читалась кротость, перемешанная с удивлением и нежностью, он прекрасно знал, что, когда покинул меня, то оставил меня один на один со своими проблемами и мучениями, только ему вряд ли приходило в голову, что всё выльется в это убогое существо, которое сидело перед ним и поминутно вытирало слёзы со своих глаз. Он попытался утешить меня своими рассказами о том, что, когда переехал, его терзало чувство вины, брошенности. Мужчина говорил, что долгое время не мог прийти в себя, всё было чуждо ему, но он знал, что не мог вернуться обратно. Поэтому, не прожив и полугода в другом штате, переехал в Канаду, откуда была его мать. В детстве он часто посещал эту страну, однако потом у родителей перестало хватать времени на путешествия, и они, истязая себя, работали до потери пульса. Впрочем, он мало вспоминал и говорил об этом, лишь упомянул, что встретил там нынешнюю жену Мелоди, которая лежит сейчас в родильном отделении этой больницы на одиннадцатом этаже здания. «А Сьюзи твоя дочь, верно?» ― прошептала я, чтобы заполнить неловкую паузу тишины. «Да, она моя...дочь. Кстати, очень похожа на тебя, ещё и такая же упрямая,» ― пробормотал мой давний знакомый с расстановкой. Я засмеялась и в ту же минуту оцепенела, кажется, именно эта невероятная схожесть тогда тревожила меня, добивала. Опустив свои глаза вниз и потупив взгляд, я продолжила: «А сейчас кто родился?» Он откашлялся, и украдкой посмотрев на меня, сказал: «Близнецы, два мальчика, почти по восемь фунтов каждый!» «Что же, поздравляю тебя, ты, наверное, счастливый отец семейства,» ― соскочило у меня с языка. «Гм, а где твой наркоман, ой прости, лепидоптеролог? Как детки, здоровые?» ― с ехидной ухмылкой на лице произнёс он. «Мы развелись с ним полтора года назад, а детей как не было, так и нет, друзей тоже не осталось, всё как-то вне социума,» ― вдохнув полной грудью произнесла я. «Прости, Маргарет, я не знал, чёрт дёрнул за язык такое ляпнуть. Мне жаль, что так вышло, ты, кажется, сильно любила его. Да что ж я всё без просвета ересь мелю, не слушай меня. Расскажи лучше как у тебя с работой, мне кто-то из наших говорил, что ты психологиня со стажем, высокопоставленное лицо, авторитет для многих,» ― с неловкостью в дрожащем голосе продолжил он. «Меня уволили больше года назад, всё живу как попало, но ты не переживай, я привыкла, свыкнусь и сейчас,» - пытаясь спрятать грусть в голосе произнесла я и повернулась к нему. «Ах, Боже, что ты творишь со мной, Мэгги, разве можно так... Ещё и я старый дурак говорю всякие глупости, а ты их ещё и слушаешь, видимо, проседь моя въелась мозг!» ― чуть ли не вскрикивая сказал он. Однако тут раздалось: «Приёмное время окончено, просим всех посетителей выйти из палат и удалиться на первый этаж до завтрашнего дня!» Говард попрощался, взял за руку Сьюзи из детской и пропал из виду. Единственное, что мне оставалось, так это, уткнувшись в угол, смотреть на стену до тех пор, пока не позовут на процедуры, хотя и на них я только и думала о своём друге, с которым вновь свела меня судьба. Я сгорала в ожидании следующего дня и не могла спать всю ночь. Вновь укутала меня, как в одеяло, надежда на то, что сердце моё ещё не совсем окаменело и может пылать. Повисла мысль о том, что мои слёзы нужны будут не только мне. Да правда есть ли в том прок какой?