Форт-Сильва
С ней были и Лисс со своими людьми, и Лидар, Ньюлен и даже Ивсе. Последняя отнеслась к ситуации с несвойственной фэллен серьезностью, но обещание свое сдержала, и они все устремились к форту так быстро, как только могли.
Форт выглядел... чудовищно. Темные существа вновь наводнили его и окрестности. Но уже на подходах Неста знала, что в этот раз все серьезнее.
Оставив своих, она переборола неприязнь и нагнала Ясхилла во главе колонны.
— Лемрат? Черный ход в прошлый раз замуровали намертво?
Она ждала каких угодно мерзких шуточек от него, но в этот раз мужчина и не думал шутить. Кажется, они оба пришли к единой мысли.
— Намертво, кассида, верное слово. Ни с какой стороны бы не вскрыли, мы все обрушили. А ворота-то закрыты...
Форт-Сильва был запечатан. И его целостность вкупе с этой новостью не значила ничего хорошего.
— Если они заперлись изнутри, нам нужно найти новые пути в форт, Лемрат.
Он кивнул.
— Культист с ними. Я чую, — сказал он. Ветер трепал его длинные волосы и легкие ткани одежд. — Как в старые-добрые времена, Восставший Герой.
— Только вот Герой другой, — заметила Неста. Ясхилл глянул на нее и бегло улыбнулся.
— Такой же вдохновляющий и благородный. Только не позволь горечи победы осквернить тебя, когда все уже закончится.
Она непонимающе моргнула.
— Что ты имеешь...
— Давай-ка соберем совет и глянем, как нам взять Сильву.
Укрывшись в тени, они сгрудились у наскоро сооруженного стола: Ясхилл, Нимнесте, Ньюлен и Лисс, Ивсе и Лидар, капитаны двух других отрядов. В этот раз на руках были нормальные планы форта, а также куда больше людей.
Заходить всем вместе через ворота было бессмысленно, слишком узкая точка. Однако план подразумевал еще несколько теоретически доступных входов. На их стороне была Ивсе, а значит, теперь было больше опций.
План был прост. Они разделят отряд на три части и возьмут Форт-Сильва штурмом одновременно с трех направлений. Ясхилл со своим отрядом и одним из солдатских брал ворота, Лисс и другой капитан — по водонаборному каналу, Ньюлен со своими рекрутами Лезвий, а также Неста с друзьями — через канал и нижние помещения погребов.
Как же ей везло, Неста не могла выбросить это из головы. Все эти пути были бы закрыты, если бы не Ивсе. Колдунья, одна на тысячу, иномирка, владеющая недоступными большинству заклинаниями. Единица, меняющая ход сражения.
На их стороне.
Несту трясло от нервов. Если бы здесь был Кисэйл... если бы только...
Но она не должна была отвлекаться. После этого сражения она найдет его. Найдет и признается, как его исчезновение заставило ее себя чувствовать. Он должен, обязан знать.
Сигнал был дан, и их отряд устремился в темноту тоннелей.
Уже внутри они столкнулись с тенями, почти неуловимыми в такой темноте. Неста развеяла первого, но потом позволила Лезвиям скользнуть вперед. Она не могла, все еще не могла быть рядом с териллом.
Они пробивались быстро, технично. Выломали шаткую стену винного погреба и рассыпались среди бочек, схватившись с тенями и монстрами на широком пространстве. Отбросив нескольких волной, Неста сжала зубы, стараясь перебороть тяжесть, и скользнула вперед. Хлопнула дверь, и вверх по лестнице попытался ускользнуть кто-то еще. Неста бросилась следом.
Споткнувшись о ступени, она упала, расшибая и сдирая руки. Горячая кровь залила предплечье, но она заставила себя встать. Знала же, что в фортах неровные ступени, чтобы штурмующие спотыкались, и все равно!..
Перехватив Владыку Морей, подпитывая его своим отчаянием, она спустила импульс, и бегущий культист упал. Подскочив, игнорируя боль, Неста догнала его и рывком развернула. Оскверненный, как и тот, которого хотел убить Креллион.
Подоспевшая Ньюлен прикончила его на месте.
— Ты в порядке? — она уставилась на окровавленные руки Несты. — Дай я...
— Нет времени! — заставлять Ньюлен исцелять, тратя время на снятие доспеха, она не собиралась. Где эти младшие сектанты, там и бородатый линей. И именно он и был ей нужен.
Они вынырнули во внутренний двор, прямо в гущу сражения. Люди Ясхилла теснили чудовищ тьмы, и сам Ясхилл крутился как юла, орудуя сияющими клинками и своим странным порошком. Здесь, в тени огромной стены, почти ничего нельзя было разглядеть, но тут Ньюлен толкнула Несту в плечо.
— Гляди!
Знакомая тощая фигура культиста рванула от башни командора форта по крепостной стене. Неста немедленно бросилась за ним, взлетев вверх по лестнице и выскочив на залитую солнцем площадку. За ней бежали остальные.
После темных переходов открытое пространство стены ослепляло. Ивсе зашипела, как кошка, щурясь, кое-кто из ребят натолкнулся друг на друга. Глаза слезились от почти болезненных бликов – бликов, отражающихся от начищенного доспеха Ньюлен, молнией вбежавшей на верхнюю террасу.
Неста забыла обо всех и рванула вперед, перескакивая через тела, игнорируя слепые пятна. Нырнула в стрелковую башню и, из нее, снова на свет, и...
Она едва успела затормозить, чтобы не натолкнуться на протянутый ей навстречу темный клинок Полуночного Вестника. Она замерла, болезненно осознавая близость культиста-линея, но словно бы огорошенная ощущением.
Она видела этот жест столько раз.
Тогда, в шахтах, она не заметила этой схожести, но сейчас... не удавалось понять, где она уже это видела – эту безупречно-прямую руку, этот уверенный контроль расстояния. Она даже не сразу поняла, что за спиной Вестника — тот самый культист.
— А, герои собрались! – линей, улыбающийся и довольный, отвесил им глубокий поклон. — Увы, увы – у меня совсем нет времени. Я разочарован своим бессмысленным визитом в этот форт. Кто-то уже забрал отсюда нужные бумаги. Кажется, нужно лучше обыскать логово Тамагара, потому что засранец наврал мне.
Монстр пучины! Он искал информацию о том, кто даровал Марку – информацию, которую Неста нашла так давно, забыла так опрометчиво.
— Так что, не обессудьте, но мне пора идти. Ты, — он кивнул рыцарю, который даже не шевельнулся, держа Несту на расстоянии. — Знаешь, что делать. Никто не пройдет, пока ты жив.
— Никто не пройдет, пока я жив, — впервые заговорил при них Полуночный Вестник. Удовлетворенный культист бросился бежать – и, обернувшись птицей, взмыл в небеса.
Клинок рыцаря поднялся чуть выше, заставив Несту отступить. Затем Вестник спокойно, медленно поднес руку к лицу, снял маску и отбросил в ее сторону, щуря бледные, выцветшие от доспеха Лезвий глаза на ярком солнце.
— Я правда хотел, чтобы все вышло иначе, — сказал Кисэйл Дайн, его взгляд безошибочно нашел взгляд Нимнесте.
Она отступила на шаг, осознавая. Он ведь сказал ей, сказал ей совершенно все.
«Мне нравятся ваши глаза. Я бы хотел, чтобы они видели сквозь мои церемониальные украшения.»
Он так хотел, чтобы она узнала, как адаранская клятва ограничила его, заперев в необходимости работать на священника, сменившего вероисповедание.
«Мне нравится, как вы двигаетесь; я хотел бы двигаться с вами в унисон.»
Он так хотел, чтобы у него была возможность быть на правильной стороне с самого начала. На стороне героев, на стороне Несты.
«Как никому другому, вам пойдет красный. Я не смею надеяться, что когда-нибудь вы добровольно захотите одарить меня чем-нибудь красным.»
Он и не смел надеяться, что она его простит.
Черный доспех, огромный рост и безупречное владение клинком. Кто еще мог быть Вестником, как не граф Восский, рыцарь из Адарана. Как очевидно — и как глупо, неправильно!..
Неста покачала головой.
— Нет. Нет!
— Прости. Я бы сказал, что у меня не было выбора, но не хочу оправдываться. Это все моя вина.
Неста покачала головой. Она отказывалась верить. Шагнула ближе, игнорируя его клинок, и Кисэйл опустил его.
— Я правда не могу пропустить вас, пока я жив. Ты знаешь. Адаранская клятва.
Он отбросил меч в сторону. Тот с громким лязгом проскользил по стене. Затем щелкнули замки, и Дайн избавился от доспеха. Лязгнуло лезвие, и в его руках оказался кинжал.
Приближающиеся шаги возвестили о Ньюлен и остальных. Девушка замерла, едва не натолкнувшись на Несту.
— Что здесь происходит?!
Ни Неста, ни Кисэйл не взглянули на нее, видя только друг друга. Он подкинул в руке нож, перехватывая за лезвие, и протянул его Несте рукоятью вперед. Только тогда она оторвала взгляд от его глаз.
— Ты должна остановить и поймать его, Неста. Я... — он снова запнулся. Она знала эту борьбу, эту попытку сказать что-то, но клятва не давала ему. — ... Прошу.
Ее смуглая рука легла за оплетенную рукоять ножа. Сомкнулись дрожащие пальцы. Он отпустил нож.
Она смотрела, как Кисэйл расшнуровывает рубашку, как открывается ей. Один удар.
— Нет, — она покачала головой.
— Ты должна. Не теряй время. Я умру так или иначе, от твоей руки или пытаясь вас остановить.
Она всхлипнула и только тогда осознала, что по ее щекам текут слезы. Все ее самообладание исчезло и испарилось, и она сдалась своим слезам.
— Кисэйл...
— Прошу тебя. Несси. Если я что-то для тебя значу... лучше я умру от твоей руки, чем как предатель.
Она сжала рукоять и подступила на шаг. Близко, так близко, как не должна была.
— Как ты посмел... — шепнула она. — Как ты посмел, Кисэйл Дайн, после всего, что я уже начала к тебе чувствовать.
Тень улыбки скользнула по его бледным губам.
— Но ты подарила чувства и мне. Я всегда буду тебе благодарен.
Понимая, что не сможет сделать этого, если протянет еще хоть мгновение, Неста всхлипнула — и вонзила нож прямо ему в сердце.
Кисэйл Дайн вздрогнул, глаза его распахнулись. Рука скользнула к ее лицу, пальцы коснулись щеки.
— Я... — хрипло сказал он, но не закончил. Тяжелый, высокий, он упал, и Неста едва успела подхватить его, кое-как укладывая на землю.
— Что... что... — Ньюлен сглотнула. Рядом была и Ивсе, прикрывшая рот ладонями, и растерянный Лидар. Но Несте было плевать.
Не сдержавшись, она упала на грудь Дайну, содрогаясь в рыданиях. Мокрые от крови, ее руки хватались за его рубашку, а сама она прятала лицо в его груди.
Как он мог. Как она могла не догадаться. Почему она не догадалась, почему?!
Он выложил все перед ней. Раскрыл ей душу, подкидывал одну подсказку за другой. Пытался рассказать столько, столько раз.
Она вспомнила игру солнечных лучей на его мертвенно-бледной коже, встревоженный взгляд его блеклых глаз, когда они сидели друг напротив друга в его маленькой квартирке в бедном квартале Грана Эсеры. Его бесконечные попытки сказать, практически визуально заметную боль от наложенных на него ограничений.
Вспомнила горечь его улыбки, когда он уехал «по распоряжениям духовного наставника», чтобы только несколькими часами позже встретить Несту в шахте в образе черного Вестника.
Вспомнила их случайную встречу в банях, когда они стояли друг напротив друга, и он нес какую-то чушь. Как она спросила его, неужели он не может просто сказать прямо, и как он скривился, прежде чем сказать «нет».
Все, все эти случаи привели к этому самому моменту. К клинку в его сердце, вонзенному ее собственными руками.
— Нет. Нет!
Неста отказывалась с этим мириться. Толкнула его, обняла вновь. Он не мог ее оставить, не так просто. Их история была глупой, неправильной с самого начала, но она не могла оборваться на этом самом месте, не могла закончиться так нелепо.
— Неста... — подала голос Ивсе. Она попыталась коснуться ее плеча, но девушка отдернулась.
— Догоните культиста! — огрызнулась она и вновь обернулась к Кисэйлу, к его, наконец-то, умиротворенному лицу. Даже сквозь слезы Неста с ужасом поняла, что в смерти он казался живее той маски, что носил всю жизнь.
Он даже не жил. У него отняли все. Он не мог умереть... вот так.
— Ты не имеешь права. Слышишь? Я тебе запрещаю, — прошептала Неста, подаваясь вперед. Тяжелая сумка соскользнула с плеча и стукнула ее по бедру. Осколки камней болезненно ударили по ноге.
... камни.
Резко подняв голову, Неста схватила сумку, раскрыла, высыпала на землю все содержимое. Выбрала осколки Камня Души скользкими пальцами, положила их на широкую грудь рыцаря, складывая в единый.
— В чем дело? — Ньюлен постаралась коснуться ее, но Неста не отреагировала.
— Давай же, — у нее было всего четыре осколка из нужных пяти. Но четыре — это почти все. Может... может... — Давай!
Осколки, притягиваясь друг к другу, сложились воедино, но все еще не срослись. Дайн был мертв.
— Прошу... пожалуйста! — она вжала осколки в его грудь окровавленной рукой, заглянула в его лицо. Как там говорят в сказках?.. подавшись вперед, она коснулась его губ своими.
Ничего.
— Это нечестно! Тут не хватает совсем немного, совсем чуть-чуть!
Ничего, все еще ничего.
— Давай, дурацкий Камень Души! Возьми мою, возьми, сколько надо, только верни мне его!
Ее кровь стекала по предплечьям на рубашку Кисэйла и на камень. Капли превращались в сгустки, сращивая осколки. Неста сжала зубы и перехватила кинжал — тот самый, что оборвал жизнь Дайна. Крови хочет этот Камень? Он получит ее сполна.
Неста глубоко рассекла ладонь и немедленно накрыла осколки. Она даже не ощущала боли, боль не имела никакого значения.
— Давай! — она сжала осколки, чувствуя, как немеет рука. Вся рубашка Кисэйла пропиталась красным. Словно услышав ее, Камень Души забирал ее кровь — и разгорался.
Ослепительно-алый, он воспылал сквозь ее пальцы и немедленно обратился жидким огнем. Ярким сиянием впитался он в белую кожу рыцаря Лезвий, и под ладонями Несты ударило его могучее, живое сердце.
Вскрикнув, она рассмеялась, утирая слезы и размазывая кровь по лицу — а затем поцеловала Дайна вновь, хватая его за лицо. Он вздрогнул, раскрылись бледные глаза.
Мертв — и теперь жив.
Мертв... и клятвы разбиты.
И он выпалил:
— Его зовут Октавиан. Культиста. Он целитель, бывший священник Трех. Он скрывается в Морриане, в маяке. Не мог улететь далеко — не умеет, это трудно, и ему нужна была фора...
Она рассмеялась, не в силах сдержать слезы.
— О, мой рыцарь, долг для тебя всегда превыше всего, да?..
Он смотрел на нее неверяще, а потом обнял, прижимая к себе.
Ньюлен издала странный звук.
— Я вообще не понимаю, что... что...
— О как!
Когда рядом возник Ясхилл — неясно, но он словно бы в одно мгновение обошел Ивсе и Ньюлен, чтобы подцепить с земли черный шлем. На его лице ярким огнем горела смесь ликования и непонимания, но он не растерялся.
— Дайн, я всегда подозревал, что у тебя не все так просто! Мне нравится, как ты втерся героине в доверие. Надеюсь, вы двое не успели ничего серьезного, потому что такая драма отдает дешевым театром. Ребята!
Здесь были его люди. Везде были его люди. Они видели то, что хотели видеть — захваченного в плен помощника врага.
— Притащим его герцогу как трофей.
Неста подскочила. Ее сердце стучало как безумное. Нет — нет, она не могла потерять Кисэйла, не сейчас, не после этого.
— Ты с ума сошел, Лемрат?!
— Ты здесь ничего не решаешь, кудряшка.
В некотором роде, он был прав. Солдаты слушались его. Дайн не успел толком ничего возразить, когда его подхватили за руки, обессиленного. Ивсе возмутилась было, но ее быстро заткнули.
Неста схватила Ясхилла за руку, забыв о любом подобии границ и этикета.
— Мы должны охотиться за культистом, а не издеваться над рыцарем! Он и так нам поможет!
Ясхилл обернулся с улыбкой. Уверенной, самонадеянной улыбкой того, у кого контроль.
— Может быть! Но теперь все его полезные знания, о культе или нет, мы с герцогом извлечем... нашими методами. Приезжай навестить. Так уж и быть, свидание через прутья тюремной решетки обеспечим.
Они всегда хотели Дайна. Культист — лишь повод, поняла Неста. Они получили того, кого считали врагом гораздо дольше.
О, как она их ненавидела сейчас.
— И много людей согласны с тобой, Лемрат Ясхилл?
Она выпрямилась. Не было слез. Не было страха. Только гнев. Она обвела рукой всех солдат и рекрутов.
— Много ли здесь тех, кто согласен пойти за тобой, когда ты забываешь свой долг ради личной мести? Много ли здесь тех, кто согласен с тобой, когда ты бросаешь след настоящего злодея, чтобы поймать обессиленного и готового сотрудничать пленника? Я не пойду за тобой, и я знаю, что здесь полно тех, кто засомневается, как и я. Я займусь культистом и принесу мир в мою землю. И я найду способ спасти Дайна из ваших рук.
О, это выступление, эмоциональное и отчаянное, выиграло пару людей. Людей, которые Ясхилла не волновали, но все же. Лисс и остальные казались наиболее смущенными, причем сам капитан дыры несколько раз отметил, что потом всем будет ужасно стыдно. Ивсе осталась довольна — прикрикнула что-то вслед уходящим войскам. Лидар обозревал все с впервые эмоциональным лицом, напряженно-недовольным. Ньюлен казалась подавленной и погруженной в себя.
Ясхилл хмыкнул.
— Работа героя, кассида. Буду ждать визита.
Он развернулся, уводя Дайна за собой. Неста прикрыла глаза.
Морриан. Ей нужно в Морриан.
Не только потому что там оставался культист. Там оставалась Шеэмин, и уж она найдет способ спасти Кисэйла.