88
Лесной пожар в западных лесах Дуншаня бушевал несколько дней и ночей. Однако в конце концов его удалось локализовать с помощью противопожарного рва, который вырыл Фули. Огонь распространился только до западной границы леса, после чего иссяк из-за отсутствия растительности.
Но у Фули больше не было сил беспокоиться о лесных пожарах. Пока пламя не добралось до его порога, пока оно не опалило его жену и ребёнка, всё остальное не имело значения.
Его луна по-прежнему была в целости и сохранности в его объятиях, и это было единственным, что успокаивало его.
После родов Линь Шуйши претерпел некоторые изменения. Кровь клана Бога-Волка потекла по его хрупкому человеческому телу через пуповину, укрепив его кости и наполнив его вновь обретённой силой.
После того как пуповина была перерезана, его золотые глаза вернулись в нормальное состояние, но аппетит изменился - теперь он мог без колебаний есть вместе с Фули. Он также стал проявлять особый интерес к сырой пище, готовя такие блюда, как сашими из говядины с маринованным имбирём и сырым яйцом, слегка посыпанным солью. Блюдо было свежим и вкусным, и Фули оно тоже понравилось.
У молодых родителей был отменный аппетит, но их новорождённому ребёнку повезло меньше.
Потому что у Линь Шуйши, уважаемой супруги вожака белых волков, не было молока.
В тот день, после того как Фули родила на горном хребте, он тут же перекусил пуповину и, обхватив замерзающую мать и ребёнка, поспешил с ними в логово. Он пол ночи отпаивал Линь Шуйши медовой водой и согревал его. Как только Линь Шуйши отдышался, он внимательно осмотрел младенца, которого держал на руках.
Из-за общего происхождения ребёнок родился в виде человеческого младенца. Он родился недоношенным, его тело было слабым, а глаза ещё не открылись. Но малыш не плакал. Он тихо свернулся калачиком в тёплых объятиях Линь Шуиши.
То есть до тех пор, пока не начался голод.
Крошечный новорождённый начал ворочаться в руках Линь Шуиши, прижимаясь головкой к его груди в поисках чего-то. Его маленькие ручки были сильными, а крошечный ротик, влажный от предвкушения, жадно хватал воздух.
Линь Шуйши с величайшей осторожностью баюкал своего ребёнка, совершенно растерявшись.
«Фули! Фули!»
Снаружи Фули разрывал на части дикого быка, которого волки поймали для выздоровления Линь Шуйши. Услышав зов, он тут же бросил бычью голову и побежал внутрь.
Как только он вошёл в комнату, то увидел Линь Шуйши, взволнованную и с широко раскрытыми глазами. Она держала на руках новорождённого и смотрела на него в поисках помощи.
Линь Шуйши моргнул своими большими глазами. Его лоб был повязан тканью, как и положено после родов, но теперь он выглядел немного смущённым.
- А'тонг... кажется, он голоден.
Увидев, что Линь Шуйши цел и невредим, Фули наконец расслабился. Он провёл окровавленной рукой по растрёпанным волосам, а затем вопросительно посмотрел на грудь Линь Шуйши.
Он молча указал на него - разве ты не должен его кормить?
Линь Шуйши на мгновение замешкался, но, видя, что его ребёнок становится всё более беспокойным, стиснул зубы и отодвинул в сторону мягкую шкуру зверя, прикрывавшую его, прижал малыша к своей обнажённой коже и стал неловко ждать, пока тот освоится.
Младенца вёл инстинкт, и в одно мгновение Линь Шуйши почувствовал, как крошечный ротик обхватил его и начал сосать изо всех сил.
- Ах! Ой!
Это было больно. Лицо Линь Шуиши мгновенно покраснело от боли и унижения. Но ради своего ребёнка он терпел и ласково уговаривал малыша.
Фули склонил голову набок, с глубоким интересом наблюдая за происходящим. Он уже собирался отвернуться, как вдруг младенец громко заплакал - громче, чем при рождении.
Линь Шуйши беспомощно переводила взгляд с плачущего ребёнка на Фули, застывшего в дверном проёме.
- Я... Кажется, у меня нет молока.
И что теперь? Линь Шуйши начал паниковать. Если у него не будет молока, чем будет питаться Атун?
Фули подошёл ближе и, не колеблясь, протянул руку, чтобы легонько отодвинуть ребёнка в сторону. Он нахмурился, глядя на грудь Линь Шуйши, а затем слегка наклонился.
" Дай-ка я проверю.
- Что? Эй!..
...
После долгих возни и проверок результат остался прежним. Молока нет.
Линь Шуйши сидел, тяжело дыша и испытывая беспокойство, пока Фули небрежно вытирал рот.
- Нет проблем. У волков есть молоко.
Линь Шуйши, измученный, наконец вник в смысл его слов и замялся. «А? Волчье молоко... это нормально?»
Фули протянул руку и аккуратно подоткнул шкуру зверя под Линь Шуйши, а затем ободряюще погладил его по щеке.
- Всё в порядке. Меня так воспитали.
Линь Шуйши окинула его взглядом с головы до ног, оценивая его крепкое, мощное телосложение. Это было... весьма убедительно.
Фули, не желая, чтобы Линь Шуйши простудился, не выпускал его из логова. Сам же он повернулся к крошечному, извивающемуся А'тону и уставился на малыша, который помещался у него на ладони.
Он колебался.
Как ему было его нести? А вдруг он случайно сожмёт его слишком сильно и раздавит? Его сын совсем не был похож на крепких волчат, к которым он привык.
Линь Шуйши, наблюдавший за происходящим с кровати, счёл осторожность Фули забавной. «Не нужно быть таким осторожным. Он может быть маленьким, но А'тун сильный. Только посмотри, как он уже держит голову».
От этого напоминания у Линь Шуйши защемило сердце. Если бы роды не были такими тяжёлыми, их ребёнок был бы ещё сильнее.
Фули напряг мышцы, громко хрустнув суставами, и наконец протянул руку. Одним уверенным движением он поднял ребёнка на одной руке.
Как ни странно, он держал его довольно крепко.
Когда он уже собирался уходить, Линь Шуйши, не желая расставаться с ребёнком, протянула руку и взяла кусок мягкой ткани, чтобы плотно завернуть А'тонга.
«Подожди! Просто... дай ему сначала немного попить. Посмотрим, привыкнет ли он. Если всё будет в порядке, то можно дать ему ещё».
Фули кивнул и, крепко прижимая к себе спелёнатого ребёнка, вышел из логова, направляясь прямиком к логову волчьего короля.
Король волков был занят тушением лесного пожара на западном хребте. Когда он наконец вернулся, то узнал, что его брат чуть не потерял свою пару во время родов. Первым делом он добыл свежего дикого быка, чтобы помочь Линь Шуйши прийти в себя. Он без устали бегал туда-сюда и был на грани срыва. Наконец он смог расслабиться и отдышаться, лёжа в глубине своего логова.
А вскоре после этого в комнату ворвался его брат - на этот раз с новорождённым на руках.
Фули стояла перед ним, спокойная и решительная. «Ему нужно молоко».
Король волков был слишком измотан, чтобы спорить. Он едва приподнял голову, пошевелил ушами в знак согласия, а затем свернулся калачиком и снова уснул. Он не обращал внимания даже на шумных волчат, которые кувыркались вокруг него.
Однако волчица-королева зашевелилась. Она с любопытством принюхалась к крошечному человечку и моргнула своими голубыми, как озёра, глазами, разглядывая его. Затем, не колеблясь, она легла, готовая кормить его.
Фули не стал медлить. Он аккуратно положил спелёнатого А'тонга рядом с ней, чтобы малыш мог отдохнуть на тёплом полу.
Новорождённый был таким маленьким, что почти не отличался от волчат. Почуяв запах молока, он инстинктивно присосался к соске. Однако через мгновение он остановился.
Что-то было не так.
Его крошечный ротик выпустил волчий сосок, а личико сморщилось от недоумения.
Подождите. Это было... неправильно.
Где была его мать?
Он уже был готов заплакать, когда волчица наклонилась и нежно лизнула его, согревая своим тёплым дыханием его крошечное тельце. В волчьей стае было принято, чтобы волчата питались молоком нескольких матерей, чтобы обеспечить себе выживание. Переходить от одной матери к другой было естественно.
Однако Фули был не в настроении для истерик. Он крепко сжал голову сына и тихо зарычал на зверином языке.
«У твоей матери нет молока. Пей. Если ты заставишь его волноваться, я тебя накажу».
Новорождённый некоторое время сопротивлялся, но выбора у него не было. Он был голоден.
Итак, не имея другого выбора, А'тонг неохотно прильнул к волчице и начал пить. Но даже во время кормления он скучал по Линь Шуйши.
Фули довольно скрестил руки на груди и стал наблюдать.
К его удивлению, малыш пил с поразительной силой. Завёрнутый в мягкую меховую пелёнку, он выглядел хрупким и безобидным, но в то же время... очаровательным.
В отличие от них, волчата в логове, увидев волчицу, лежащую с обнажённым, наполненным молоком животом, тут же скатились с волчьего короля и бросились вперёд, тоже желая поесть.
Король волков открыл глаза, небрежно оттеснил малышей и загнал их в угол. Щенки в отчаянии кусали и тянули его за хвост, но он лишь тяжело вздохнул.
Ах... какая головная боль!
Фули, стоявший неподалёку, наблюдал за шумной кучкой волчат, которые возились друг с другом. Сначала он никак не отреагировал, но чем дольше он смотрел, тем сильнее менялось выражение его лица.
Он взглянул на двенадцать волчат, которые ёрзали, пытаясь вырваться из рук короля волков, который вяло пытался их удержать. Затем он медленно перевёл взгляд на своего «единственного ребёнка».
"!!!"
Его взгляд метнулся от ног короля волков к его собственному телу.
"???"
Что-то здесь не сходится! Где мы допустили ошибку?
Это огромное логово, на расширение которого он потратил столько сил... возможно, оно ему всё-таки не понадобится.
Однако в тот момент Фули и представить себе не мог, что, несмотря на то, что у них с Линь Шуйши был всего один ребёнок, их дом вскоре будет завален игрушками, одеждой и прочими вещами.
И вскоре, когда их ребёнок подрос, этого логова - сколько бы он его ни расширял - стало недостаточно...