Действительно незабываемый ф
В объятиях любимых рук
Ночные дороги по обыкновению всегда были пустыми. Мир сузился до одной-единственной чёрной машины, взятой в какой-то конторе напрокат. Вэй Ин улыбался во все тридцать два, а Лань Ванцзи сидел рядом и аккуратно крутил руль, мягко переключая скорость. Красно-чёрный закат догорал на горизонте. Редкие фонари освещали горный серпантин — они поднимались к вершине. Мелодии любимых песен доносились из динамиков, и мужчины тихо вторили им, напевая слова под нос.
Вэй Ин вскинул голову, оглядывая местность, а после быстро включил на телефоне камеру, делая несколько снимков тёмной дороги и оранжево-красных бликов фар на ней.
— Мы договорились отдохнуть, — проговорил Лань Ванцзи без единого упрёка, чувствуя во внутреннем кармане кофты вибрацию телефона — вероятно, уведомление из твиттера Вэй Ина.
— Я не могу себя остановить, Лань Чжань! Здесь всё такое красивое! — воскликнул Вэй Ин, всё ещё не отрывая взгляда от телефона. Он всегда вытаскивал кончик языка, когда был сосредоточен на очередной своей проделке.
— Мы уже почти на вершине, — сказал Лань Ванцзи, и, кажется, Вэй Ин не был до конца уверен, но в темноте машины под коротким бликом фонаря он увидел лёгкую улыбку на губах своего любимого мужчины.
Телефон мигом оказался забыт.
Ровные, словно выточенные искусным мастером по скульптуре, пальцы крепко обхватывали руль, а Вэй Ин вдруг неожиданно возжелал вложить свою ладонь в чужую, почувствовать прикосновение кожи к коже, приятную сухость и силу, с которой пальцы сомкнуться в замок. Взгляд проскользнул от запястья к плечу, очертил высокий ворот мягкого белого свитера, на котором был забавный принт с несколькими кроликами — очередная незапланированная покупка Вэй Ина, о которой он совершенно не жалел — и, наконец, посмотрел на лицо Лань Ванцзи. Вэй Усянь закусил губу, пряча донельзя широкую улыбку. Отвлекать водителя от дороги было небезопасно, поэтому все свои желания, связанные с нескончаемыми объятиями-поцелуями-прикосновениями, он отложил до вершины горы.
Но в это же самое мгновение машина, слабо дёрнувшись, остановилась на небольшой парковке. Рядом совсем не было фонарей, что помогало собственными глазами насладиться открывшимся видом. Темнота создавала атмосферу, мягко окутывала, скрывала в себе много тайн, умалчивая о миллионах слов, в ней произнесённых.
— Лань Чжань, — восхищённо выдохнул Вэй Ин, быстро отстёгивая ремень безопасности и выпрыгивая из машины в одном чёрном мешковатом свитере. Несколько широких шагов с застрявшим в горле вздохом, и он коснулся ледяных перил заграждения, переваливаясь верхней частью тела через него. Широко раскрытыми глазами он смотрел на горы, на которых яркими прожекторами подсвечивался спуск, на котором каталось множество людей. С этого расстояния они выглядели совсем крошечными, едва ли точкой, но рельеф горы, деревьев, окружающих спуск, длинный канат фуникулёра от подножия до самой вершины создавали собой прекрасный пейзаж, от которого было сложно оторвать взгляд.
Воздух с шумом вырвался из лёгких Вэй Ина, а во всём его теле зародилось неугасимое чувство предвкушения. Ноги помнили движения, в груди почувствовалась тяжесть, мышцы сжались. Яркое томление от всплывающих перед глазами воспоминаний. Настоящий холод, окруживший его со всех сторон, почувствовался лишь тогда, когда Лань Ванцзи накинул на его плечи зимнюю куртку, развернул его к себе и одним лишь взглядом заставил застегнуться на все молнии и клёпки.
— Аха-ха, прости-прости, Лань Чжань, совсем забылся, — Вэй Ин просунул руки в рукава, и молния вжикнула под его пальцами. — Говорю же, совсем себя не контролирую, когда вижу нечто подобное.
Лань Ванцзи тихо вздохнул, надевая на голову Вэй Ина шапку, а после обматывая длинным шарфом его шею. В этот момент Вэй Усянь достал из карманов тёплые перчатки и натянул на свои ледяные ладони. Лань Чжань смотрел на него сверху вниз из-под кромки своего шарфа, скрывающего половину его лица. Вэй Ин улыбнулся ему, хватая за руки, и развернулся на месте, умещая чужие руки на своём животе и прижимаясь при этом к чужой груди спиной. Голова Лань Ванцзи оказалась на уровне плеча Вэй Ина. Его объятия стали крепче. Их взгляды устремились вперёд, на великолепный пейзаж, открывающийся с этой небольшой парковки.
— Уже завтра мы тоже там покатаемся, — тихо проговорил Вэй Ин, выдыхая полупрозрачное морозное облачко.
— Давай сделаем этот отпуск незабываемым, — хриплым полушёпотом сказал Лань Ванцзи, касаясь горячими губами холодного уха.
Миллион мурашек пробежало вдоль позвоночника. Вэй Ин почти полностью повис на руках Лань Ванцзи, тая от этих слов.
— Аха-ха, Лань Чжань, — смущённо посмеялся Вэй Ин, поворачивая голову к мужчине. — Так нечестно! Ты же знаешь, что каждый день с тобой у меня незабываемый, — ответил он, возвращая тем самым львиную долю смущения.
Лань Ванцзи уткнулся лбом в чужое плечо, пряча свои глаза и закусанный уголок губы. И ему было всё равно, что красноту кожи можно было оправдать морозом. Вэй Ин понимал его без слов. Всегда.
Сердце глухо билось о рёбра.
Они стояли около перил ещё около тридцати минут, вполголоса переговариваясь о различных мелочах, связанных с их уютным домиком, с планами на ближайшие десять дней, шуточные споры о лыжах и бордах. Вэй Ин позволял себе изредка вбрасывать кокетливые фразы, искоса наблюдая за милой реакцией едва ли проявляющегося смущения, которая никогда ему не надоест. Лань Ванцзи в отместку тихо говорил всего лишь пару слов на ухо Вэй Ину, от которых мурашки шли по коже, а в глазах вспыхивали игривые огоньки.
Они уже направлялись обратно в машину, подгоняемые холодным ветром и замёрзшими конечностями, но Вэй Ин вдруг неожиданно остановился, зацепившись взглядом за скрытую в темноте вывеску.
— Стой, стой, Лань Чжань! Смотри! — он зашагал в противоположную сторону, держа Лань Ванцзи за руку. — Горячие источники. Круглосуточно. Два километра вперёд… Лань Чжань? Лань Чжань, стой, я не дочитал!
— Мы просто поедем туда и всё узнаем, — теперь Лань Ванцзи тащил Вэй Ина за собой обратно к машине.
— Аха-ха, Лань Чжань! Ты действительно невозможен! Мне нравится, что мы думаем об одном и том же.
— Горячие источники хорошо расслабляют, — Лань Ванцзи открыл перед Вэй Ином дверь машины.
— Самое то после перелёта, — хихикнул Вэй Ин, залезая внутрь.
Лань Чжань вскоре оказался за рулём. Щёлкнул ремень безопасности. В салоне снова появилась музыка. Довольный Вэй Ин, зубами стащив с руки перчатку, опять достал из кармана телефон, мгновенно же набирая новую запись в твиттере о том, куда им повезло забрести. Нога ритмично отбивала играющую мелодию, а слова играли на губах.
Дорога заняла совсем немного времени. Парковка, длинная каменная дорожка и три деревянные ступеньки, ведущие в небольшой домик, который встретил их тёплым светом и полусонной девушкой у стойки регистрации. Разговор получился коротким — Лань Ванцзи всегда говорил кратко и по делу. В его руках вскоре оказалась пластиковая карточка, которую он прикладывал всегда и везде, желая оплатить любую прихоть своего любимого человека, а потом их двоих проводили к источнику, в котором, как оказалось, в это время никого не было.
Они снимали с себя одежду, оставляя всё в небольших плетёных корзинах в полке. Их от источника отделяла лишь широкая стеклянная запотевшая дверь, которую Вэй Ин с весёлым возгласом заставил разъехаться в разные стороны.
В лицо мгновенно ударили клубы пара, окутывая всё тело, согревая и заманивая пройти дальше. На поверхности горячей воды кружились маленькие пузырьки, а вокруг источника были поставлены камни различного размера и высажены в кадушках папоротниковые растения, что создавали эффект дикого водоёма.
Руки Лань Ванцзи внезапно оказались на талии и подтолкнули вперёд, заставляя Вэй Ина опустить ногу в горячую воду. Электрические мурашки пробежались по всему телу, и с губ Вэй Усяня слетел блаженный вздох. Прикрыв глаза и полностью доверившись рукам Лань Ванцзи, он продолжил спускаться вниз, пока вода не достигла его живота. Послышался тихий всплеск, а после чужие ладони с каплями горячей воды провели от предплечья до локтя. Вэй Ин улыбнулся, Лань Ванцзи сверху вниз смотрел на его расслабленное лицо.
Вода издавала еле слышное бурление, а широкие листья шуршали из-за лёгких порывов ветра. Тишина и горячий белый пар. Вэй Ин поддался вперёд, погружаясь в воду по плечи и подплывая к другому краю источника, умещая сложенные руки на каменистой окантовке, во все глаза таращась на чёрное небо с яркими вкраплениями звёзд.
— Сейчас бы кувшин с «Улыбкой Императора», — Вэй Ин усмехнулся, поглядывая на Лань Ванцзи из-за плеча.
Мужчина тихо вздохнул и сделал несколько шагов вперёд, медленно погружаясь в воду всё сильнее и приближаясь в Вэй Ину. Из небольшого деревянного ведёрка с холодной водой он достал два белых махровых полотенца, одно из которых скоро аккуратно приземлилось на макушку Вэй Ина. Холодные капельки потекли по шее, а после исчезли, впитав в себя температуру окружения.
Они сидели молча, лишь смотря на бесконечные звёзды и соприкасаясь переплетёнными пальцами. Лань Ванцзи большим пальцем обводил костяшки на чужой кисти, чувствовал плечом тяжесть чужой головы. Вэй Ин взглядом очерчивал нависающие над ними листья, силуэты созвездий, диск полной луны. Но вскоре, насколько бы прекрасной не была в это мгновение природа, ему всё это наскучило, поэтому он чуть сдвинулся, становясь ровно напротив Лань Ванцзи, и перехватил обе его руки, чтобы подтянуться в воде к нему поближе.
Лань Ванцзи смотрел на него из-под полуопущенных ресниц. Смотрел на покрасневшие щёки, на блестящие серые глаза, на мокрые, прилипшие ко лбу и вискам, маленькие прядки волос, на довольную ухмылку. Смотрел, укладывая свои руки на его талию, поднимая в воде и без того лёгкое тело, и отличал все оттенки выдохов и полувздохов, без слов улавливая игривое настроение.
— Аха-ха! Лань Чжань! — вскрикнул Вэй Ин, когда чужие пальцы на талии скользнули вверх-вниз, вызывая щекотку и табун мурашек. — Не щекочи! Аха-ха!
Уголок губ Лань Ванцзи чуть приподнялся. Он задрал голову, мгновенно же подставляясь под россыпь поцелуев. Вэй Ин, тихо хихикая, обхватил обеими ладонями лицо Лань Ванцзи и в хаотичном порядке прижимался улыбчивыми губами куда придётся. Мужчина зажмурил один глаз, когда дорожка поцелуев прошлась совсем рядом. Кажется, это было бесконечной приятной пыткой, поэтому Лань Ванцзи ещё раз пробежался кончиками пальцев по чувствительным бокам, вызывая приступ яркого звонкого смеха где-то около своего уха. Вэй Ин обессиленно рухнул на его плечи, хватаясь за шею и старательно извиваясь в сильных руках. Лань Ванцзи не остановился даже спустя десяток добрых секунд, и даже после того, как Вэй Ин, задыхаясь воздухом и не прекращая смеяться, молил о пощаде.
— Лань Чжань! — Вэй Ин дёрнулся вверх, перехватывая руки мужчины.
— Вэй Ин, — произнёс Лань Ванцзи, совсем не оказывая сопротивления, передразнивая.
Поцелуй наконец-то коснулся губ. Внезапно и порывисто, но аккуратно, мягко, почти невинно. Смех исчез, вновь воцарилась тишина. Медленное движение губ, осторожное прикосновение языками, ощущение пальцев в коротких волосах. Горячая кожа, белый пар, хриплое дыхание. Вэй Ин тяжело и медленно открывал глаза, долго смотрел в янтарно-карие напротив, соприкасаясь лбами и почти не двигаясь. Широкая улыбка вновь появилась на его лице лишь тогда, когда ему наконец-то удалось успокоить взволнованное сердце. Он оттолкнулся от каменных подводных ступенек, на которых сидел Лань Ванцзи, и потянул его за собой в центр источника.
— Давай же, иди сюда, — кокетливо произнёс он, подмигнув.
И тот шел за ним. Раньше. Сейчас. Когда-либо потом. Лань Ванцзи пойдёт за Вэй Ином куда угодно, куда бы он ни позвал.
В серых глазах плясали бесята — явный признак того, что Вэй Усянь придумал очередную шалость. Но даже прекрасно зная об этих подвохах, Лань Ванцзи доверчиво повиновался тянущим его рукам, а после остановился, когда чужие ладони легли ему на грудь.
Громкий всплеск, и Лань Ванцзи вдруг неожиданно ощутил себя ещё на две головы выше Вэй Ина. Его глаза широко распахнулись, а руки быстро нашли опору в чужих плечах. Вэй Ин искренне заливисто рассмеялся, щурясь от брызг горячей воды.
— Вэй Ин! — Лань Ванцзи попытался выбраться, но понял, что может лишь окунуться в источник с головой, если продолжит попытки, поэтому замер, пытаясь успокоить сердце, бьющееся где-то в горле, а потом спокойно проговорил: — Вэй Ин, отпусти меня.
Вэй Усянь держал своего мужчину на руках, смотрел снизу-вверх на его покрасневшие скулы, шею и уши. Маленькие полотенца свалились с их голов и сейчас бесформенными кучками покачивались на поверхности воды.
Вэй Ин покачал головой, закусив уголок губы, и довольным голосом произнёс:
— Нет, Лань Чжань, не отпущу! — и сжал свои руки лишь крепче, подтверждая собственные слова.
— Вэй Ин…
— Обхвати меня плотнее ногами и расслабься, я покатаю тебя! И мне ни капли не тяжело, даже не заикайся! Ты сейчас легче любой пушинки!
С губ Лань Ванцзи слетел тихий вздох. Собственные пальцы сжались на плечах Вэй Ина чуть сильнее, а после он медленно опустил себя, расслабляясь и более мягко обнимая Вэй Усяня.
— Да, вот так, — Вэй Ин обхватил тело двумя руками, а после начал плавно кружиться в воде, аккуратно переставляя ноги. Лань Ванцзи спрятал лицо в изгибе чужой шеи и прекрасно чувствовал своё горящее смущение. Поцелуи Вэй Ина и его улыбка чувствовались кожей, горячая вода приятно ласкала тело и какой-то чудесный хвойный запах полностью заполнял собой лёгкие.
Вэй Ин зашептал:
— Лань Чжань, — и сделал новый круг в воде. — Посмотри на меня, — просил он, но Лань Ванцзи не отнял головы от его плеча.
Руки Вэй Ина медленно поднялись вверх по спине, очертили плавные линии лопаток, пересчитали позвонки около шеи.
Почувствовали чужие мурашки.
— Лань Чжань, поцелуй меня, — произнёс он куда-то в плечо, не переставая при этом медленно кружиться в центре источника. Горячая вода волнами накатывала на их тела, а белый пар обнимал со всех сторон.
Тело Лань Ванцзи расслабилось окончательно, когда он позволил себе лишь висеть на Вэй Ине, скрестив за его шеей свои руки. Влажная чёлка спадала на глаза, но не нашлось свободных рук для того, чтобы убрать её, поэтому Лань Чжань лишь тряхнул головой, откидывая надоедливые прядки. Вэй Ин улыбнулся, поднимая к нему своё лицо и всем своим видом требуя поцелуя. Лань Ванцзи наклонился, подхватывая поочерёдно то верхнюю, то нижнюю губу. Руки Вэй Ина были на его талии, поэтому в этот момент он расцепил свои ноги и попытался найти дно.
В поцелуе появилась хитрая улыбка и завибрировали тихие смешки. Вэй Усянь укусил Лань Ванцзи за губу, а после быстро перехватил обе его ноги, снова поднимая мужчину на руки, но уже в другой позе.
— Вэй Ин!
— Аха-ха-ха! Лань Чжань! Нечестно, ты хотел спуститься!
— Это… — Лань Ванцзи широко раскрытыми глазами смотрел на Вэй Ина и на небесный потолок, который закружился куда сильнее, чем до этого. Горячая вода скрывала почти всё тело. Мужчина вскинул обе свои руки, отдаваясь полностью под контроль Вэй Усяня, и закрыл своё лицо ладонями, заканчивая фразу: — так смущающе…
— Аха-ха-ха-ха! О небо, Лань Чжань, должна же и у меня появиться возможность носить тебя на руках!
И Лань Ванцзи, не умея оставаться полностью серьёзным рядом с этим человеком, добро улыбнулся, обнимая Вэй Ина за шею и даже обронив несколько тихих смешков куда-то в изгиб, потому что Вэй Усянь так счастливо смеялся в этом горячем источнике под прекрасным ночным звёздным небом, когда они были наедине лишь друг с другом, не думая ни о чем другом. Первый день их очередного совместного отпуска, который Лань Ванцзи хочет сделать действительно незабываемым. И почему бы не позволить себе такую небольшую шалость? Почему бы не начать с малого?
— Лань Чжань! — Вэй Ин неожиданно остановился. — О небеса, Лань Чжань, давай сделаем такую фотографию! Подожди! Жди тут! — мужчина аккуратно опустил Лань Ванцзи на каменную ступеньку, а сам быстро вышел из источника и скрылся за стеклянной широкой дверью.
Улыбка появилась на лице Лань Ванцзи, потому что сердце заходилось в груди с такой силой, что становилось почти больно; потому что чувства, которые он испытывал к этому человеку, были настолько необъятны, что удержать всё в себе было невозможно; потому что Вэй Ин сам по себе был одной большой концентрацией всех его чувств и эмоций, поэтому, находясь с ним рядом, Лань Ванцзи мог быть настоящим собой, даже не пытаясь скрывать приподнятые уголки губ и счастье в глазах.
Вэй Ин появился через минуту, держа в руках телефон. Он спустился по ступенькам, снова погружаясь в горячую воду, но не дошёл даже до середины, направляясь к краю и сразу же пытаясь облокотить телефон на какую-либо вертикальную поверхность. Лань Ванцзи подошёл ближе, останавливаясь за спиной Вэй Ина.
— Я поставил таймер, — он всё ещё пытался сбалансировать телефон, и тот наконец-то замер. — Пятнадцать секунд, — Вэй Ин нажал на центральную кнопку и быстро развернулся к Лань Ванцзи, становясь ровно напротив него, сверкая широкой улыбкой. — Давай, иди ко мне на ручки.
Лань Ванцзи качнул головой, сощурив глаза, и сделал полшага вперёд.
— Нет.
Вэй Ин распахнул глаза и быстро глянул на тикающий таймер.
— Ну Лань Чжань, ну давай же! — Вэй Ин уместил свои руки на его бёдра, пытаясь приподнять, но чужие ладони легли поверх и ослабили хватку. — Нгых, Лань Чжань, осталось семь секунд.
Лань Ванцзи скрывал улыбку, внимательно наблюдая за сменой эмоций на любимом лице. Телефон, камера и таймер его совершенно не волновали. Он смотрел прямо, не сводя взгляда, цепляя Вэй Ина и заставляя сконцентрировать внимание лишь на себе.
Вэй Ин сокрушённо вздохнул и уверенно расправил плечи, с улыбкой произнося:
— Хорошо, Лань Чжань, тогда целуй меня. Просто целуй…
Лань Ванцзи тут же наклонил голову, захватывая в плен поцелуя податливые мягкие губы. Вэй Ин наклонил голову, впуская в свой рот чужой язык, а сам переплёл под водой их с Лань Чжанем пальцы, сцепляя ладони в крепкий замок. Растворяющий всё существо поцелуй длился, наверное, бесконечно, и свидетелем ему были лишь звёзды. Где-то на периферии сознания затвор камеры был услышан, но остался полностью проигнорирован.
В эту секунду этой ночи. Сейчас. Лишь двое и лишь друг для друга. Лишь обезоруживающий поцелуй, счастливое улыбка и тихое признание.
Примечание к части
!!Too Much Is Never Enough - Florence + The Machine!!
Магичесткая магия танца, воспоминаний и ВанСяней.
Всё из-за твита: https://twitter.com/hongfenghua/status/1249067189161865218?s=20
Это было незапланированным, но оно появилось на свет. Всем любви!
Ярмарка чувств
Снег мягко кружил, а после ложился на землю. Длинные провода с жёлтыми лампочками, словно паутина, окутывали каждый небольшой деревянный домик на этой ярмарке. Магазинчики подсвечивались матово-неоновыми цветами, сливаясь в яркие пятна прекрасной атмосферы. Люди ходили кучками, укутанные в тёплые шапки и шарфы, скрывая улыбки за крупной вязкой и деля смех лишь с самыми близкими и родными.
Яркую улыбку Вэй Усяня мог видеть лишь Лань Ванцзи, потому что шёл рядом и часто поглядывал на него. В тёмных серых глазах отражались яркие огни неожиданного праздника. В центре города развернули небольшую площадку, поставив каркасные домики, развесив украшения и включив музыку. Ярмарка привезла с собой горячую выпечку, вкусные сладости, пряный алкоголь и необычные сувениры. Ярмарка подарила людям улыбки и незабываемые воспоминания.
— Лань Чжа-а-ань, — хитро потянул Вэй Ин, взглядом останавливаясь на одном из домиков. Улыбка медленно растягивалась на его лице, — я нашёл лавку с глинтвейном, ахах!
Он сразу потянул мужчину в ту сторону, а Ванцзи лишь тихо вздохнул, ничему из этого не удивившись. Из-за быстрых шагов шапка съехала Вэй Ину на глаза, но он быстро вернул её на место, чтобы не упустить из виду свою цель. За прилавком стоял высокий мужчина с густой тёмной бородой в клетчатой зелёно-чёрной куртке. Он похлопывал руками, которые были спрятаны в тёплых болоньевых варежках, и оглядывался по сторонам, топчась от холода на месте.
Вэй Ин улыбнулся ему от всей души, оттягивая край шарфа пониже, а после начал разглядывать товары в лавке, читая названия. Тёмные глаза посмотрели на него через забавные круглые очки, мужчина подошёл поближе и бодро заговорил, умещая руки на поверхности стола:
— Здравствуйте, молодые люди. Могу ли я вам что-то предложить? Интересует что-то конкретное?
Лань Ванцзи молчал, принимая безучастную позицию в этом диалоге, полностью доверившись намётанному глазу и языку Вэй Ина.
— У вас есть что-нибудь необычное? — спросил он, поднимая взгляд, отрывая его от столь манящих красивых кувшинов.
Мужчина расправил плечи, явно готовясь предложить покупателю свои самые лучшие товары:
— В нашем ассортименте есть глинтвейн с яблоком, с палочкой корицы, с перцем, с апельс…
— О боже, — выдохнул Вэй Ин, останавливая тем самым продавца и заставляя удивлённо взглянуть на него.
Лань Ванцзи за спиной Вэй Усяня чуть опустил голову, скрывая улыбку в снежно-белом шарфе.
— Мне четыре кувшина глинтвейна с перцем! — воскликнул Вэй Усянь, радостно улыбаясь.
Мужчина несколько раз хлопнул глазами. Ему удалось вернуться в норму лишь спустя короткое время, и он бархатно рассмеялся, проговаривая:
— Конечно, что-нибудь ещё?
Вэй Ин отрицательно покачал головой, начиная копаться в карманах в поисках денег, но его руки мягко остановил Лань Чжань, обнимая за талию и прижимая к своему боку. Он положил на поверхность деревянного стола несколько купюр, прижимая их пальцами, чтобы не сдул внезапный порыв ветра, и обратился к продавцу:
— Могу я узнать, во сколько закрывается ваша лавка?
Мужчина, крепко обвязывая второй кувшин верёвкой и закрывая пробковой крышкой, ответил, глянув через плечо:
— Наша ярмарка работает всю ночь, можете не переживать и заглядывать ещё!
Вэй Усянь просиял и не смог сдержаться от следующего вопроса:
— А сколько дней она будет длиться?
— Сегодня только первый день, — улыбнулись ему. — Обычно, мы не задерживаемся в каком-либо городе больше, чем на пять дней, но сейчас здесь большой туристический приток, поэтому было решено остаться здесь на все десять.
— Ох-х… Лань Чжань, тогда мы сможем купить вина ещё и нам домой!
Лань Ванцзи кивнул, убирая руку в карман, потому что купюры наконец-то забрали.
— Обязательно приходите! Сегодня глинтвейн из красного вина и рома уже закончился, поэтому я не могу вам его предложить, но он из тех, что быстро раскупается, поэтому возвращайтесь за лучшим глинтвейном этой зимней ярмарки ещё!
Вэй Усянь улыбнулся.
— Тогда обязательно вернёмся, — сказал он и потянулся к кувшинам, но был вновь остановлен Лань Ванцзи.
— Могу попросить придержать эти кувшины? Мы заберём их у вас через пару часов. Дело в том, что наша машина только выехала из отеля у подножья, поэтому нам некуда положить покупки.
Мужчина оглядел их с ног до головы, не замечая ничего подозрительного, а после вспомнил, что оплату уже получил, поэтому быстро вернул на лицо добрую улыбку и низким бархатным голосом проговорил:
— Конечно. В моей палатке ваш глинтвейн не успеет даже остынуть за это время! Можете не беспокоиться!
Лань Ванцзи поблагодарил мужчину, у которого очки съехали немного на нос, а после отошёл от винной лавки, забирая с собой Вэй Ина. Тот смотрел на него, удивлённо хлопая глазами, молча открывая и закрывая рот, как выброшенная на сушу рыба, а после на его лице начало расцветать осознание.
— Лань… Чжань…
Лань Ванцзи посмотрел на него сверху вниз, в его глазах искрились маленькие смешинки, которые мог распознать лишь Вэй Усянь. Остальные бы сказали, что это самое обычное спокойное выражение его лица.
Вэй Усянь просиял, хватая мужчину под локоть.
— Лань! Ванцзи! Ты же только что солгал, не моргнув и глазом! — уголки губ Лань Ванцзи приподнялись в короткой улыбке, а в уголках глаз появились лучики-морщинки, потому что он сощурился, внимательно глядя на счастливо-довольное выражение лица Вэй Ина. — Наша машина стоит на парковке в десяти минутах ходьбы! Ахахаха! Лань Чжань! Ты просто нечто!
— Давай осмотрим всю ярмарку, не будем тратить время на возвращение до машины.
— Восхитительно, — поражённо выдохнул Вэй Усянь, останавливаясь напротив Лань Ванцзи и притягивая его к себе за концы длинного шарфа. Он своровал короткое прикосновение к неожиданно тёплым губам и ощутил на себе чужое горячее дыхание. — Это награда за успешно проделанную шалость, Лань Чжань!
Вэй Ин засмеялся, потому что ему удалось вогнать возлюбленного в ступор, вдоволь наслаждаясь растерянным выражением лица. Он взял его за руку, переплетая пальцы, хоть из-за толстой ткани перчаток это было немного неудобно. Он потянул его за собой, в ближайший магазин, который показался ему достаточно сказочным и волшебным, чтобы заглянуть в него. Жёлтые лампочки переливались, снег медленно кружил в воздухе, а прохожие всё ещё переговаривались между собой, делясь друг с другом улыбками и смехом.
— Новый год давно прошёл, а здесь до сих пор атмосфера праздника, — восхитился Вэй Усянь, грея ладони о горячие бока стаканчика с кофе.
Лань Ванцзи сделал несколько фото.
— Лань Чжань! — заметил мужчина, сразу поднимая голову и заглядывая каким-то образом через камеру телефона, прямо в глаза Ванцзи.
Он чуть опустил телефон, встречая взгляд, и ответил на выдохе:
— Действительно потрясающая ночь, — и развернулся, делая фотографии улицы, фонарей, деревянных домиков.
Сердца в груди забились быстрее. Вэй Ин тихо прокашлялся и отпил горячего кофе, чтобы согнать с себя неловкость. Он одарил своего мужчину веселой улыбкой и хитрым прищуром, после того как оглядел небольшую площадь в центре ярмарочной улицы, и позвал его:
— Лань Чжань, давай потанцуем?
Мужчина посмотрел на него, чуть нахмурив брови. Он тоже окинул взглядом людей, танцующих посреди улицы под песни, которые доносились из колонок. Вряд ли их волновало то, что на них кто-то смотрит, потому что все они были каждый в своём маленьком мире. Вэй Усянь закусил губу, представляя, что тоже сможет потанцевать с Лань Чжанем сейчас, но тот посмотрел ему в глаза, убирая телефон в карман, и ответил:
— Допивай. Мы хотели пойти в магазин с выпечкой.
— О нет, Лань Чжань, неужели ты не потанцуешь со мной?
Лань Ванцзи чуть поджал губы — отказывать Вэй Ину он не любил. Через секунду Вэй Усянь засмеялся.
— Ты так смущён, Лань Чжань. Всё хорошо, — он подошёл, прижимаясь к чужому боку и заглядывая в глаза снизу-вверх. — Ты же потанцуешь со мной дома?
Вэй Ин улыбнулся, а Лань Ванцзи выдохнул тихое, но уверенное «да».
Их прогулка продолжилась. Под снегом с тихой музыкой, в тёплых магазинчиках, в которых пахло хвоей и деревом, выпечкой и горячим сахаром, гвоздикой и цедрой апельсина. В их телефонах сотни новых снимков, в их головах миллион важных моментов. Между ними простые слова, безо всяких признаний, о чём-то обыденном и рутинном, но даже это согревало сердце лучше тёплого пледа, чашки чая и камина под боком. В их руках появились пакеты, но они всё равно оставили по одной свободной руке, чтобы держать там что-то более ценное, чем любая из приобретённых ими вещей.
Чтобы держать в своей руке другую руку. Просто быть рядом, даже если между повиснет молчание. Хватало просто взгляда, просто улыбки, просто ощущения присутствия этого человека рядом с собой.
Всего этого было так мало, но хватало, чтобы с головой утопиться в нежности, разлившейся в сердце. У них было столько времени, чтобы полностью привыкнуть друг к другу, но чувства всё ещё разгорались пожаром в груди из-за какой-либо случайной мелочи.
Из-за «Лань Чжань, сфотографируй меня около этого дерева с миллионом лампочек».
Из-за «Вэй Ин, твоя шея открыта, подожди, я поправлю шарф».
Из-за «этот магнитик будет неплохо смотреться на нашем холодильнике».
Из-за «мы попробуем сами сварить такой глинтвейн».
Из-за «Лань Чжань, я покупаю этот свитер с кроликом, и ты меня не остановишь!» и «дайте, пожалуйста, второй, точно такой же».
Из-за «Лань Чжань, давай приедем сюда и в следующем году».
В их руках более десяти пакетов разных размеров. В самом большом гремели друг об друга четыре кувшина с перцовым глинтвейном. В других, что поменьше, лежали сувениры для близких друзей и любимых родных. Они уже начали обратный путь, намереваясь поскорее дойти до машины и оказаться около тёплой печки, а после и добраться до собственного домика, чтобы закутаться в одеяла и заварить чай с корицей, который они купили в одном из магазинчиков. Вэй Усянь, внезапно вспомнив, говорил о своём последнем заказе, который выдался интереснее всех его предыдущих. Он даже демонстративно хлопнул себя по лбу, вновь поправив съехавшую шапку, потому что забыл рассказать об этом Лань Ванцзи раньше. А ведь он рисовал принт на одежду для кроликов, ведь кто-то именно у него заказал такую презабавнейшую вещь!
Лань Ванцзи слушал, улыбаясь уголками губ, и продолжал держать чужую руку в своей. Его взгляд вновь зацепился за людей, что медленно танцевали в центре ярмарочной площади, потому что очередная музыкальная композиция заканчивалась, а после в его груди разлилось паточное вязкое счастье, потому что он осознал, насколько рад быть с Вэй Ином здесь.
Первые мягкие ноты коснулись его слуха и заставили сердце замереть. Рука, сжимающая пакеты, коротко вздрогнула.
Лань Ванцзи посмотрел на Вэй Ина, который, видимо, совсем не обратил внимание на заигравшую музыку.
— Я так увлёкся, что случайно нарисовал двадцать принтов вместо десяти. Вот бы и нашим зверькам прикупить что-то похожее, чтобы…
— Вэй Ин, — перебил его Лань Ванцзи, останавливаясь и разворачивая мужчину к себе лицом прямо посередине дороги.
Вэй Усянь продолжал счастливо улыбаться и тихо хихикал:
— Что, Лань Чжань? — он чуть наклонил голову вбок.
Лань Ванцзи смотрел только ему в глаза, выдыхая короткое «слушай».
Мужчина сначала немного нахмурил брови, прислушиваясь к звукам улицы, а после наконец-то уловил начало песни, в которой уже появились первые слова. Улыбка на его лице стала меньше и приобрела оттенки уюта. Он смотрел куда-то за плечо Лань Ванцзи. Видимо, на одну из колонок, прикреплённых к столбу фонаря. В груди мгновенно стало тесно.
— Эта песня… — Вэй Ин прикрыл глаза, улыбаясь. — Сразу вспоминается свадьба шицзе и её с Цзисюанем счастливые выражения лиц, когда они танцевали свой первый танец, да, Лань Чжань?
В сердце Лань Ванцзи сотни нежных чувств взрывались фейерверком, когда он смотрел на Вэй Ина. Расслабленный, домашний, окутанный аурой тепла и уюта. Такой родной, свой… Такой любимый и до невозможности красивый с бликами чувств, которые видел Ванцзи в его взгляде.
Мужчина посмотрел в сторону и увидел пустую лавочку. Несколько шагов в её сторону, чтобы оставить пакеты с покупками, чтобы полностью освободить руки. Вэй Ин несколько раз хлопнул глазами, когда пакеты отобрали и у него, ставя их все в длинный ряд на заснеженной скамейке. Шапка вновь, как назло, скатилась на глаза, и Вэй Ин слишком резко отдёрнул её вверх, что она чуть ли вовсе не слетела с головы.
Песня набирала обороты. Сердце билось в груди всё быстрей.
Вэй Усянь не мог оторвать взгляда от Лань Ванцзи. Тот смотрел лишь на него в ответ. Рука в руке, тихое «доверься мне», и Вэй Ин теряет момент, когда Лань Ванцзи закинул его руки себе на плечи, а собственными обнял, сцепляя около поясницы замок из ладоней.
Вэй Ин шумно выдохнул через рот, и его дыхание коснулось покрасневшего уха Лань Ванцзи, который склонил свою голову к его плечу. Он сделал маленький шаг в сторону, и Вэй Усянь, подчиняясь и вторя, шёл за ним, начиная плавные движения по кругу.
— Лань Чжань, — хрипло выдохнул Вэй Усянь, жмуря глаза оттого, что они норовили заслезиться. Он внутренне корил себя за несдержанность, ведь он был уже достаточно взрослым мужчиной, но сердце, переполненное любовью, ласково шептало о том, что в этих руках, что с этим человеком можно было забыть о подобных мелочах.
Лань Ванцзи в эту секунду уже настолько плохо слышал музыку из-за собственного громкого сердцебиения, которое было где-то в ушах, что боялся стать неловким в этом танце, ступая не в такт, не в ноту, не попадая в счёт. Но слух уловил тихий счастливый смех Вэй Ина, и в груди сразу стало легче. Чужие руки на шее скрепились покрепче, и Вэй Усянь потянулся, касаясь щекой щеки. Его взгляд был направлен сквозь паутину жёлтых лампочек, на тёмное небо с яркими звёздами, с острым серпом месяца. Музыка касалась самого сердца, и момент, превращающийся с каждой секундой в ещё одно потрясающее воспоминание, записывался словно на старую киноплёнку, чтобы появиться в душе Вэй Ина на полочке, чтобы после он всегда мог вернуться к этой ночи и уронить ещё одну счастливую слезу, находясь в самых любимых объятиях на свете.
Лань Ванцзи чуть отстранился, перехватывая одну руку Вэй Ина и заставляя его прокрутиться на месте, цепляясь лишь за кончики пальцев. Грудь мужчины стиснули тугие оковы влюблённости, когда он увидел широкую ласковую улыбку на лице Вэй Усяня, когда тот вновь шагнул к нему на встречу, положив одну свою ладонь поверх левой стороны груди, а второй коснувшись головы Лань Ванцзи, взглядом прослеживая свои же движения. Он аккуратно поправил шапку, закрывая холодную мочку уха, и отодвинул переднюю прядку волос, которая мешала ему заглянуть в глаза Лань Ванцзи.
Песня, с которой у них обоих был связан лишь один день, лишь один танец, но множество слов любви и слёз счастья, сейчас приобрела новые оттенки, и Лань Ванцзи не сдержал порыва, поднимая руки к шее Вэй Ина, захватывая в ладони два конца его шарфа, подтягивая его выше и закрывая тканью с крупной вязкой их поцелуй. Испытывающий и заставляющий задыхаться поцелуй. Вэй Усянь зажмурил глаза, вдыхая короткие порции чужого дыхания, воровал горячие прикосновения и наслаждался тем, как Лань Ванцзи поочерёдно сжимал то верхнюю, то нижнюю губу своими губами, касался языком чувствительной кожи, тяжело выдыхал и практически дрожал от переизбытка эмоций, нахлынувших на него в эту минуту.
Мужчина отстранился, замирая в нескольких сантиметрах. Их носы соприкасались, а влажные губы ярко чувствовали каждый короткий тяжёлый вздох. В глазах искры. В сердце горячая любовь, которая действительно согревала лучше тёплого пледа, чашки чая и камина под боком. Лань Ванцзи улыбнулся, и это заставило Вэй Усяня потерять дар речи. Но говорить сейчас хотел Лань Ванцзи, вторя последним словам песни и добавляя туда часть своего сердца:
— Мне всегда будет тебя мало.