🎃26.2 Мой близкий дьявол🎃
Миран
В доме де Сент-Море нахожусь дольше, чем предполагал. Марсель чего-то ждет, почему-то не убил как говорил. Возможно, вербена в моем организме мешает. Будь я вампиром нашел более изощренный способ, а не чисто по классике, как показывают в сверхъестественных шоу.
Сомнения о словах вампира так и не покинули меня. С одной стороны я не помню его сестру, но с другой Мариетта. Я любил ее, а Марсель говорит, что она так подло со мной поступила. Получается, может даже к лучшему что так?
Слышу, как снаружи глушат мотор. Кто-то резко и очень громко открывает входную дверь, судя по характерному треску ногой, и тяжелыми шагами приближается.
— Марсель! Марсель! — это злостный мужской крик.
В следующую секунду в поле зрения появляется довольно крепкий парень с девушкой на руках. Сравнивая описания в дневнике могу сказать, что это Фи́липп и Да́йна. А разве он не мертв?
«Не подавай виду, Миран. Ты помнишь. Ты помнишь», — говорю себе раз за разом.
— А ты что здесь забыл, чудак? Ай, не важно, — отмахивается блондин.
Он приближается с рыжей на руках и кладет на диван. Она без сознания. Я в шоке, стою как истукан, а Марсель подбегает к нам. «Девушка мертва? Что случилось? Неужто это конец, и я не узнаю соврал ли Марсель? Как-то даже печально».
— Что случилось, Фи́липп?
Марсель задает вопрос, даже не повернувшись к парню. Он гладит длинные волосы сестры. Смотрю на него, а в глазах растерянность. Резко нападает на Фи́липпа с несколькими ударами.
— Говорил тебе не соваться к Да́йне! Что ты с ней сделал? — их скорость поражает. Мои глаза не успевают следить за происходящим. — Отвечай! Фи́липп!
Злость в голосе Марселя заставляет содрогнуться. Никогда не видел такой ненависти. Гроссо перехватывает последний удар и держит противника в сильном захвате. Марсель тяжело дышит, сущность нежити дико смотрит на меня. Ненадолго стало тихо и послышался слабый женский голосок.
— Фи́липп...
Да́йна зовет его. Почему не брата? Гроссо не отпускает Марселя, хоть тот и вырывается. Вспоминаю строки из дневника и становится странно видеть ее в таком состоянии.
«После убийства Фи́липпа, Да́йна вела себя обычно. Будто не она секунду назад вырвала его сердце. Только когда рыжая упала ко мне в руки почувствовал борьбу. Вампирша говорила уходить, а ее тело сопротивлялось, дабы не разорвать меня. Не нужно быть нечестью, чтобы это понять. Сухие полущенные губы, еле видные вены под глазами, тусклый взгляд. Когда представляю снова эту картину сразу не по себе».
Она, как мне кажется, еще беспомощней чем была в тот раз.
— Я здесь, Ди. Все хорошо, — ласково откликается блондин, и в ту же секунду голосом завладевает металл. — Это ты виноват, Марсель! Ради снятия чертовых заклятий, Глория напоила Да́йну вербеной! Ей нужна кровь, — и кидает резкий взгляд на меня, оскалив зубы. — Раз уж ты здесь, может сделаешь, хоть что-то полезное.
Не знаю. Достаточно ли времени прошло? Выбора не остается. Нужно рискнуть, если хочу довести все до конца. Неважно помню я и что к кому чувствую. Сейчас Фи́липп прав. Дать Да́йне крови это единственное, что я могу. С остальными проблемами решим потом.
Снимаю куртку и опускаю Да́йну на пол. Она издает неразборчивые звуки. Парни наблюдают за мной, и слышу, как Марсель бычится. Ему не нравится, что именно я это делаю? Тогда кому? Поверь, я тоже не в восторге.
«Интересно, как бы поступил прошлый Миран?» — мне тоже хочется знать. Полностью согласен с внутренним голосом на этот раз.
Стою на колени, обвиваю ее руками свою шею, но вампирша не может контролировать тело. Обнимаю крепче, чтобы удержать. Ну же, давай. Очнись.
— Да́йна, — решаю позвать ее. — Кусай, Да́йна.
Она пытается открыть глаза, но не выходит. На один момент удается уловить туман в ее взгляде. Вены на лице слабо виднелись, но кажется ее сущность уже почуяла меня.
— Ми...ран, – еле произносит девчонка.
— Не думай, просто кусай!
Одной рукой прислоняю голову к плечу, чтобы сама, губами почувствовала циркулирующую кровь во мне. «Не могу поверить, что ты это делаешь». Сам не знал. Окликаю, чтоб уж наверняка не отключилась снова.
Она голодно впивается в меня. Пьет огромными глотками. Резкая боль поражает конечности и распространяется по каждой части тела. Да́йна обхватывает меня крепче прижав к себе.
«Пожалуйста, пусть кровь будет чистой», — сам не ожидал, что буду просить о таком, но она единственная, кто может подтвердить или опровергнуть слова Марселя.
— Ты будешь в порядке, рыжая, — успокаивающе шепчу я, гладя голову.
Мы прижаты друг к другу вплотную. Я слабею, но на какое-то мгновенье, ловлю легкое возбуждение. Над ухом довольные стоны, громкие глотки и сам ловлю кайф, от того, что ей хорошо. Глубокое дыхание - хороший думаю знак. Внутри странное и кажется даже знакомое ощущение, но что оно означает? Сознание уходит.
Она убивает меня? Неужели так сильно ослабела?
Да́йна
Где-то далеко раздается знакомый голос. Он зовет по имени и призывает кусать. Не могу открыть глаза. Чувствую движение, а потом улавливаю сладкий запах человека. Зубы причиняют боль, но ничего сделать не выходит.
— Ми...ран.
— Не думай, просто кусай!
Пытаюсь сосредоточиться. Да, это он. Бонье пришел ко мне. Вампир изнывает от голода, а тело как иссушено. Пульсация мучает губы, и клыки ранят его. Энергия быстро возвращается, становится легче и очень хорошо. Не сдерживаюсь крепче сминая его.
— Ты будешь в порядке, рыжая.
Теперь я четко слышу этот добрый и мягкий голос. Миран дает мне силы. Его кровь сахарна как мед. М–м-м, как же вкусно. Это самая офигенная кровь за последний год. Мужское тело обмякает. Пора бы остановиться, но так манит.
— Сестра!
Боже, Марсель, не порть момент. Хоть сейчас. Я отстраняюсь. Миран еще жив. Поднимаю голову и вижу, как Фи́липп держит брата. Стоп! Что происходит? Какого дьявола Бонье забыл в моем доме? Картинки проносятся каруселью в голове, и я вспоминаю всю цепочку событий и то, за что была так зла на Марселя де Сент-Море.
Кладу Мирана на пол и сокращаю дистанцию вампирским бегом.
Цепко хватаюсь за горло брата, вкладывая все негативные чувства в эту хватку. Кровь капает с лица. Я быстро смотрю на Фи́липпа.
— Исцели шпиона.
Я в возмущении. Нет, я в убийственном гневе, но не буду поступать примитивно. Кричать и размахивать руками не мой стиль. По его правилам ничего не будет.
«Покажи ему, Да́йна. Пусть братец пожалеет».
Марсель полностью в моих руках. Со всей силой бросаю через холл. Брат ломает стол. Хруст дерева и шум битых предметов будоражит слух. Превосходно. Я наступаю на грудь каблуком, сильнее вжимая его в обломки с каждым предложением.
Голосом овладевает холод, призрение и немного даже отвращение.
— Притворялся хорошим братом, а сам за нос водил! Исказил пол памяти, и думал я не узнаю?
Беру длинный осколок стола и плотно сжимаю в руках.
— Я хотел тебе счастья, — наконец откашлявшись говорит он.
— Ладно, изменить что-то о смерти Аллена, но не стирать же из головы Филлипа! А другие случаи? Как ты их оправдаешь?!
Последнее произношу, стиснув зубы. Замахиваюсь ногой и буцаю. От удара проламывает стену. Сейчас он в тысячу раз слабее меня. Кровь со рта брызгает на пол.
— Моя жизнь могла бы сложиться иначе! А ты выбора не оставил! Забрал мое!
Стою над Марселем. Меня хватают сзади и Фи́липп осторожно забирает дерево из рук.
— Да́йна, не делай того, о чем потом пожалеешь. В этот раз я спасаю тебя, Марсель, чтобы самому прикончить, но это не сегодня.
За секунду Марселя не оказалось. И зачем только позволила себя остановить? Если бы не «зрители», я бы точно с братцем покончила. Счастья он хотел, как же.
Ему не нравилось какой я становлюсь. Однако старания Марселя исправить меня были пустыми, ведь все же стала такой: сильной, своевольной и грубой.
Обернувшись, тяжело смотрю на Гроссо. Вырываюсь из его рук и отхожу, стараясь дышать глубже. «Не терять контроль. Не терять контроль».
— Не следовало мне мешать, — спокойно говорю я.
Раздается неуверенный голос со стороны камина:
— Обдумай, прежде чем это сделать. Он единственный, кто у тебя есть, верно? Возможно, оно того не стоит.
Бонье. Как же. Моментально оказываюсь рядом. Медовые глаза замельтешили, зрачки расширились, дыхание быстрое и сердце как на марафоне отбивает. Боишься значит. Хорошо.
Прочитав его сумасшедший поток мыслей могу попытаться разобрать, что к чему, но интересно, что он сам скажет.
Чтобы немного разговорить человека занимаю место на диване закинув ногу на ногу. Замечаю на себе пристальный взгляд Гроссо, но не отступаю. Блондин садится рядом, и наши пальцы скрепляются в замке.
— Как с ним поступим? — интересуется Фи́липп.
— Подожди. Что ты здесь делаешь, шпион?
— Ты только полегче, а то еще инфаркт будет, — смеется Фи́липп.
— Я...к тебе пришел.
— Зачем?
— Марсель сказал, ты убила мою Мариетту.
— Да, я. Это все?
Он молчит. Может обманывать Марселя и кого-либо еще, но только не меня.
— Миран, которого я знаю, не трусит передо мной. Ты же ничего не помнишь. Зачем притворяешься?
— Да́йна...я помню.
Что ж, не хочешь сознаваться? Заставлю.
Подхожу и спрашиваю в лоб:
— Как мы познакомились?
— Я застал тебя за убийством на вечеринке.
— Когда внушила тебе в том году, как вспомнил?
— Вербена.
— О чем мы говорили недавно в джакузи?
Ответа нет.
— Интересно почему Гроссо со мной?
— Почему же?
Бинго! Вот ты и попал!
— Спалился ты, мажорчик, — усмехается Фи́липп. — Вопрос с подвохом.
Прижимаю Бонье к стене. Удары его сердца так сильны, что в моих висках тоже отбивает. Давай, признайся. Не хочу выбивать из тебя силой.
— Я рассказывала об этом в отеле. Давай еще раз. Как ты здесь оказался, если не помнишь меня?
Бонье водит глазами в бок. Там разбросана куча бумаг. Подхожу, чтобы просмотреть. Листаю страницу за страницей, быстро пройдя по строкам, и понимаю, что к чему.
Миран Бонье действительно заслуживает прозвища, которым я его называю. Шпион еще тот, и не так глуп, как кажется. Собрав все, что там было швыряю в горящий камин. Он тут же разгорается и отдает жаром.
— У меня есть копии.
— Не сомневаюсь, Бонье.
— Убьешь меня?
Присев на диван к Фи́липпу думаю несколько минут.
— Знаешь, раз ты такой настырный, я не буду. Твои писульки все равно ничего не дадут. Проваливай отсюда.
Мажор медлит.
— Быстрее!
Миран забирает куртку и тут же убегает. Лишь когда слышу рык мотора, выдыхаю.
Как вам глава? Что думаете о происходящем?
Долго думала разделять или нет, но все же получилось как-то так)