2. Рыжая бестия.
Темнота наконец-то начала рассеиваться, возвращая Филиппа в реальный мир. Он снова мог слышать голоса, но по-прежнему не разбирал ни слова, а любая попытка оборачивалась головной болью. Следом за слухом вернулось осязание. Сначала он почувствовал удивительное тепло, затем как кто-то дует на его ладони и после осторожно растирает. Потом он понял, что этот же кто-то буквально сидит у него на коленях, изредка отрываясь от рук, чтобы поправить, как показалось Филиппу, плед, в который он же был укутан, или убрать непослушные волосы с лица. Всё это оказалось таким приятным и уютным, что Фил даже не захотел открывать глаз. Он почему-то был уверен, что, если он это сделает, всё закончится, исчезнет, окажется просто сном или галлюцинацией...
Постепенно, по мере того, как Фил фокусировался на человеке рядом, странно перемещающийся шум вокруг начал утихать, а равномерный шепот напротив становился чётче. Голос знакомый, но Фил всё ещё не до конца разобрал, кому именно он принадлежит. Тихий и несколько взволнованный, удивительно мягкий тон доносился до его сознания. Он с кем-то говорил, но делал это слишком тихо, вероятно, думая, что Фил всё ещё спит. И хотя по-началу так и было, теперь он просто наслаждался поражающим спокойствием вокруг. Последнее что он помнил, было болью. Ужасной болью в ноге и отвратительным холодом, пробирающим до костей. Он, на самом деле, даже не был уверен, что жив прямо сейчас. Может он лежит всё на том же снегу при смерти и всё это - просто игры его разума. Единственное, что прикосновения ощущались слишком реальными... И как только он об этом подумал, всё закончилось. Человек, до этого сидящий на его коленях, отпустил его руки и, осторожно переместившись, куда-то ушёл... Это заставило панику в груди разгореться больше. Фил резко вдохнул и открыл глаза, пытаясь сесть. Однако тут же об этом пожалел, так как слишком яркий свет ударил по глазам, заставляя морщиться. Возмущённо что-то промычав, Фил зажмурился и, откинувшись назад, кажется, на подушку или что-то вроде, отвернулся. Кто-то рядом снова заговорил, и уже через секунду на его макушку легла мягкая рука. Она осторожно пригладила его растрепанные волосы, убирая с лица лишние пряди.
– Теперь можешь открыть глаза, – прозвучал рядом нежный, но уже другой, незнакомый Филу голос.
Он пару секунд сомневался, но потом всё-таки медленно сделал то, что ему сказали. Полумрак в комнате уже не так сильно бил по глазам, позволяя рассмотреть присутствующих. Он лежал на диване, укутанный в плед, а рядом сидела женщина. Она смотрела на него с волнением в голубых глазах и всё ещё держала руку на его волосах. Тут же мимо промелькнула рыжая макушка и спешно скрылась за дверью. И Фил мог поклясться, что он узнал бы эту рыжую бестию даже среди миллионов. На секунду от осознания даже перехватило воздух. Это было слишком глупо, Илья бы ни за что не стал помогать ему. Только вот эта мысль развеялась, как только тот самый Илья вернулся в комнату с кружкой в руках. Фил даже с места мог почувствовать запах какао и, черт, это было невероятно. Теперь ещё больше казалось, что всё это просто предсмертная галлюцинация.
– Выглядишь так, будто призрака увидел, – хмыкнул Илья, оставив кружку на столике возле дивана.
– Илья, – укоризненно протянула, вероятно, его мать, неодобрительно покачав головой.
– Ну что? – рассмеялся названный.
Такой искренний смех. Фил впервые слышит подобное от Ильи. Обычно это бывают наглые усмешки или издевки, а тут...
– ...ещё не отошёл от шока. Даже не думай над ним смеяться, – продолжала свои возмущения женщина, после чего вернула внимание на Фила. – Ты его не слушай. Всё в порядке. Тебе просто нужно отдохнуть... Как ты себя чувствуешь вообще?
Фил неуверенно осмотрел собеседницу и поджал губу. Он и сам не понимал, как он себя чувствует. С одной стороны всё ужасно, ему действительно плохо и нога все ещё болит. С другой... Ему наконец-то тепло и он чувствует себя удивительно защищенным прямо сейчас. Тем не менее страх в груди всё ещё мешает ему говорить. Фил, конечно, не из тех людей, которые опасаются всего и всех, но что-то в незнакомых людях его пугает. И в этот раз страх, смешанный с болью, просто не позволяет ему ответить. Поэтому он чуть хмурится и, сев поудобнее, отодвигается от женщины, притягивая к груди здоровую ногу. Он стыдливо опускает взгляд и лицо скрывают упавшие волосы. На секунду в комнате повисает тишина.
– Меня зовут Яна, – представляется ему женщина, а после осторожно гладит по голове и встаёт. – Я буду на кухне, если вдруг понадоблюсь.
Он дёргается и отворачивается, безумно благодарный за то, что она решила уйти. Тихо выдыхает, когда дверь закрывается. Ещё какое-то время он просто сидит, пытаясь обдумать произошедшее, а после кто-то садится рядом. Фил напрягается и поднимает глаза, но тут же замирает, когда видит протянутую ему кружку какао. Взгляд скользит по руке, пересекаясь с янтарными глазами Ильи. Поразительно спокойные, без капли привычной для них хитрости или язвительности. Илья вообще выглядит слишком мягким в домашней футболке, которая явно велика ему на пару размеров, и с растрепанными волосами. Он усмехается, улавливая, что его так увлеченно рассматривают, а затем берет руку Фила и кладёт её на кружку. На секунду навык дыхания теряется где-то и Фил просто сидит, продолжая смотреть на одноклассника. И только когда пальцы чуть обжигает, он возвращается в чувства и осторожно сжимает кружку. Ещё раз мимолетно глядит на Илью, но теперь, уловив его взгляд на себе, тут же отворачивается. Делает пару глотков, какао согревает изнутри. Тихий смех доноситься до ушей, а затем диван выгибается.
– Смотри не подавись, Черных, – трепет его по волосам Илья, совсем как его мать, а затем также исчезает за дверью, оставляя Фила наедине со своими мыслями.
Он неспешно пьёт какао, каждые пару глотков отрываясь от кружки и окидывая комнату взглядом. Диван, столик, большой шкаф-купе, несколько полок и стена с телевизором. Где-то с противоположной стены пара дверей, одна из которых открыта и точно ведёт на балкон. Не богато, но довольно уютно, на самом-то деле.
Окончательно опустошив кружку, Фил оставляет её на столе. По-хорошему он должен бы отнести её на кухню, но он ещё не готов передвигаться по незнакомой квартире самостоятельно. Мало ли куда он может забрести. Поэтому он решает вернуться в лежачее положение и ещё раз обдумать произошедшее. Только вот все его планы рушит скрип балконной двери и длинное "Мяу". Кровь застывает внутри, когда Фил садится и видит кота. Рыжий, толстый, пушистый кот, гордо идущий прямо к нему. Сначала они просто смотрят друг на друга, а затем это пушистое нечто запрыгивает на диван и начинает обнюхивать Фила. Тот ещё держится пару секунд, но потом звучно чихает и быстро отстраняется, закрывая ладонью второй чих. Коту же явно не нравится подобное поведение гостя и он упрямо следует за ним, от чего Фил снова чихает. Он продолжает свою попытку бегства от животного, но внезапно скользит и просто падает с дивана. Кот показательно прыгает следом, словно на зло подходя ближе к лицу. Фил отпихивает его от себя, но тот начинает мяукать и кусаться. На всю эту суету в зал заглядывает Илья.
– Фил, что у тебя тут... – не договаривает он, удивлённо смотря на происходящее.
Вместо ответа ему названный снова чихает. И, пока до хозяина доходит, пушистый монстр бьёт Фила хвостом по лицу, вызывая новый приступ. Только вот не успевает он убежать, как тут же оказывается на руках у Ильи. Тот что-то возмущенно бормочит и уносит кота в неизвестном Филу направлении, после чего возвращается и закрывает дверь. Фил уже сидит на полу, морщась от неприятного ощущения в носу.
– Ты это... Извини, – бормочет Илья, подходя ближе и подхватывая под руки, помогая вернуться на диван. – Не знал, что у тебя... Аллергия..?
Он несколько вопросительно смотрит на гостя, который лишь кратко кивает в ответ, почесывая под носом.
– Ну... Больше можешь не бояться. Сквозь двери эта рыжая моська проходить ещё не научилась, – хихикает Илья, и Фил тут же подмечает, что он сам по себе точно такая же рыжая моська.
Невольно улыбнувшись столь забавному и, в то же время, милому замечанию, он ещё раз осматривает Илью. Тот улыбается в ответ, а затем глядит куда-то в сторону. Настенные часы показывают уже почти двенадцать и, судя по всему, это далеко не утро. Понимание этого разбудило новую волну усталости, заставляя зевнуть.
– Ты устал. Тебе нужно хорошенько выспаться, – тихо проговаривает Илья, натягивая на плечи Филу плед и хихикая. – Я приду утром, чтобы проверить, жив ли ты. Так что не беспокойся и просто отдыхай.
Он осторожно, не слишком сильно, давит на плечи Филиппа, укладывая его обратно на диван. Затем снова трепет его волосы и поправляет плед.
– Спи. Спокойной ночи, Черных.
Фил что-то мурлычет в ответ, но уже и сам не разбирает что, полностью отдаваясь усталости и погружаясь в мир снов.
Илья мягко улыбается и, потушив свет, выходит из комнаты, тихонько закрыв за собой дверь.