Моя строптивая Омега [Larry Stylison]

Исправляем ошибки хх
Не зная, что и думать, Луи во все глаза смотрел на него. Гарри со вздохом отвел его руки, и шатен охотно уступил. Смотреть, как он раздевается, было проще и приятнее, чем играть в игры, правил которых омега не знал. Без одежды Гарри Стайлс не выглядел хрупким, и его сила, не раз удивлявшая Луи, прекрасно гармонировала с этими крепкими мышцами.

— А теперь ответь мне на пару вопросов, прекрасный Хлор, — сказал он, держа шатена за подбородок так, чтобы взгляды встретились. — Ты ведь не настолько опытен, как хочешь показать?

Луи не сумел солгать из-за страха, что правда оттолкнет его, что он может уйти к кому-нибудь вроде Сейбл.

— Нет, не настолько... — прошептал шатен.

— Но ты и не девственник? Я не хочу иметь на своей совести совращение.

Луи заколебался: он никому не дарил свою девственность, но и не смог уберечь ее.

Отец перехватил письмо к доктору, в котором Луи просил о медицинском освидетельствовании в надежде доказать свою непорочность. Отец заплатил — вероятно, много, потому что во время осмотра доктор устранил то, что могло обелить его имя. Он был достаточно умен, чтобы сразу после этого исчезнуть с глаз долой.

— Ну? — поощрил Гарри резко. — Ты девственник? На этот вопрос можно ответить только «да» или «нет», думать тут не над чем!

— Конечно, нет, — сказал Луи. — Что взбрело вам в голову! В моей постели уже побывал альфа.

Не пришлось и лгать, это была чистая правда.

— Тем лучше, — ответил Гарри и взялся за завязку нижних брюк.

Когда все, кроме сорочки, было на полу, Луи хотел ее снять. Желание, уже не раз подавленное, пылало теперь с удвоенной силой.

— Нет, мой милый, не спеши. — Гарри нажал ему на плечи, предлагая опуститься на постель. — Я еще не готов увидеть тебя во всем великолепии. Быть может, и ты еще не готов.

Он опустился на колено. Словно для признания, подумал Луи в смятении, но он лишь положил руку Луи на лодыжку. Провел вверх по ноге ладонью, восхитительно омежьей на шелковистой коже, и задержал ее на внутренней стороне бедра, у самого паха. Ноги сами собой двинулись, раскрываясь, но когда ладонь отдернулась, уступив место губам, омега приподнялся на локтях.

— Что вы делаете!

— Молчи!

Когда один палец вошел в дырочку Луи, он заново ощутил свое тело, влажную податливость омежьей плоти и откинулся на постель со сдавленным криком. Этот первобытный звук на мгновение шокировал Луи, но потом шатен выгнулся навстречу сладостному ощущению, бесстыдно раздвигая ноги.

Гарри подвинулся, между ног прижалось твердое.

— Да! О да! — вырвалось у Луи.

Он проник в узкую дырочку медленно, словно бы нерешительно, и Луи в нетерпении качнулся вперед, чтобы принять его полностью. Чувство наполненности было немного болезненным, но все равно чудесным. Луи не знал, что нужно делать, что будет правильно, а что нет, но знать и не потребовалось. Бедра сами нашли нужный ритм, и тело впервые в жизни полностью перехватило инициативу.