Вернувшись в дождливую ночь

Безрадостные, наученные горьким опытом одной из своих сестёр по несчастью, более ответственно подошли к выбору следующей служанки на её место. Вместе с тем те служанки, что отвечали за павильон Жуе, стали ещё тише и осторожнее, всеми силами стараясь не попадаться лишний раз на глаза главе и его драгоценному ученику.

Таким образом тянулись в большей степени однообразные дни, и вскоре глициния, казалось бы, не так давно распустившаяся, осыпалась вновь.

Уже прошло зимнее солнцестояние, но всё ещё было довольно тепло. Последние лучи заходящего солнца освещали окутанную густым туманом землю, а на траве похрустывал редкий иней.

Мэн Жое медитировал на краю утёса и, блокировав все чувства, кроме осязания, расширил сознание в попытке ощутить то, что было внизу.

Он хотел "коснуться" воды в озере, не спускаясь с утёса, но... ах, это всё ещё было далековато.

Он мог лишь смутно ощутить исходящую от воды прохладу, влажность густого тумана и бьющие по его сознаю брызги водопада. Всё это немного сбивало, а потому у него никак не получалось дотянуться до желаемого.

Эта недоступность раздражала, а потому, даже когда его одежды почти насквозь промокли от пота, а сознание начинало плыть от усталости, он всё ещё не хотел отступать.

Он хотел дотянуться до этой воды. Не спускать же вниз ради этого?

Однако в следующий миг он распахнул глаза, резко вернув на места все чувства и блуждающее сознание.

Рядом кто-то был.

Пару раз медленно выдохнув, чтобы восстановить дыхание, сбившееся от столь неосторожного прерванной медитации, Мэн Жое осмотрелся по сторонам.

К утёсу шёл небольшой белый силуэт.

Кажется, это была одна из Безрадостных. Мэн Жое контактировал с ними даже меньше, чем с остальными адептами ордена, а потому не мог сказать, видел ли её раньше.

Мэн Жое заинтересованно склонил голову в бок, наблюдая со стороны и не собираясь пока что вмешиваться.

Даже если эта Безрадостная прислуживала в павильоне Жуе, отсюда до павильона было большое расстояние. По идее, её не должно было быть здесь.

Мэн Жое было немного любопытно, зачем она сюда пришла.

Лицо Безрадостной было скрыто за маской-улыбкой, но, судя по её телосложению, она была молодой, но полностью сформировавшейся женщиной. Она шла немного нетвёрдо, то прихрамывая, то спотыкаясь обо что-то, а всё её тело дрожало на холодном вечернем ветру.

Кажется, она плакала. Но, даже если и так, не было слышно ни звука.

Мэн Жое подпёр голову ладонью, ожидая, когда же она заметит его, но даже когда она подошла совсем близко, она всё равно продолжала смотреть лишь вперёд.

Впереди был лишь утёс и пропасть, в темноте кажущаяся совершенно бездонной.

Безрадостная хрипло выдохнула, посмотрев в эту бездну, словно в пасть прожорливого чудовища. А после, с мгновение поколебавшись, сделала шаг вперёд.

Её белые одежды, подхваченные ветром, развивались в воздухе, а непричёсанные волосы бесконечно путались вместе с тем, как она всё так же молча летела вниз, постепенно растворяясь в темноте.

А после её силуэт скрылся в густо растущей у подножья утёса зелени.

Мэн Жое моргнул.

Интересно, её тело разбилось об камни или оказалось нанизано на ветви деревьев?

Ах, падение с высоты красиво, но как же неприглядны последствия.

Перестав обращать внимание на вероятно уже мёртвую Безрадостную, Мэн Жое вернулся к медитации, чтобы восстановить то, что было разрушено слишком резким выходом из неё.

Вскоре начался мелкий дождь, и луна скрылась за облаками. Тан Чжу пришёл поинтересоваться, собирается ли он вернуться к ужину.

В этот раз более плавно выйдя из медитации, Мэн Жое кивнул и, поднявшись с земли, вместе с Тан Чжу направился в павильон Жуе.

Они с Тан Чжу не виделись уже больше десяти дней, но, откровенно говоря, встреча не вызвала в нём никаких эмоций. Ему даже не захотелось рассказать о своих успехах в самосовершенствование. А потому он просто в большей степени безразлично рассказал о Безрадостной, которая недавно убила себя у него на глазах.

Тан Чжу не остановился и не изменился в лице, но посмотрел на него своими внимательными, но будто бы не очень искренними глазами.

- Вы не остановили её?

Мэн Жое ответил на взгляд Тан Чжу, слегка нахмурив брови в непонимание.

- А я должен был?

Тан Чжу тепло улыбнулся, немного размыто сказав, что старший ученик был волен сам определить, что было должно, а что нет.

Что-то тихо промычав, Мэн Жое кивнул, сочтя слова Тан Чжу имеющими смысл.

Вскоре они пришли к ярко освещённому павильону Жуе. Не дожидаясь, когда это сделает Е Шуанцзин, Мэн Жое сам прогнал Тан Чжу, а после вошёл внутрь.

В южном крыле уже был накрыт стол к ужину, а Е Шуанцзин, сидя за ним, читал какую-то книжку и ожидал его возвращения.

- Учитель, - односложно поприветствовал Мэн Жое, а после просто прошёл мимо стола, направившись к дверям северного крыла.

Его одежда вся промокла от пота и, хотя она уже высохла, он хотел принять ванну и переодеться в чистое.

Проводив его взглядом, Е Шуанцзин насмешливо покачал головой и вернулся к чтению. Впрочем, Мэн Жое закончил с омовением довольно быстро и Е Шуанцзину всё же пришлось отложить книгу и поинтересоваться, с чего тот хотел начать трапезу.

Мэн Жое выбрал рыбу в винном соусе.

В тёплом свете талисманов они не спеша наслаждались превосходной рыбой и прочими блюдами, не разговаривая друг с другом и лишь иногда перекладывая что-нибудь с общего блюда в тарелки друг друга.

К тому времени, как они закончили с ужином, было уже поздно, но оба не особо спешили идти спать, сидя друг напротив друга и читая каждый свою книгу.

Их милую идиллию нарушили быстрые шаги и чувство присутствие, вошедшее в зону их ощущения.

Отложив книги, Мэн Жое с Е Шуанцзином синхронно повернули головы в сторону всегда открытых дверей павильона Жуе, в которых вскоре появилась явно взволнованная и немного запыхавшаяся Исы.

Исы, сразу ощутив на себе выжидающий взгляд двух пар глаз, испуганно вздрогнула.

Это было непередаваемое чувство, которая она бы не хотела ощущать больше никогда в жизни.

Вот только то, из-за чего она пришла, было важно и требовало внимания главы, а потому, как бы ей ни хотелось, уйти она не могла.

Упав на одно колено и опустив голову, Исы по очереди поприветствовала главу и старшего ученика, а после было хотела приступить к цели своего нежданного визита, да вот только...

У неё язык не поворачивался сказать о том, что произошло. И, откровенно говоря, она не знала, как корректно подобрать слова.

- Говори, - приказал Е Шуанцзин, повелительно махнув рукой.

Шумно выдохнув, Исы подчинилась его приказу, стараясь как можно точнее и тактичнее пересказать ситуацию:

- Некоторое время назад мне стало известно, что Безликий Цзячэнь надругался над одной из Безрадостных. И... После этого девушка пропала, из-за чего другие Безрадостные обратились ко мне, - она сделала небольшую паузу, а после, немного успокоившись, продолжила: - Безрадостную всё ещё не удалось найти, Цзячэнь... Прошу главу определить его наказание.

Е Шуанцзин с Мэн Жое выслушали её, а после, моргнув, в голос вздохнули, будто что-то осознали.

Впрочем, заговорил лишь Мэн Жое:

- Так вот почему та Безрадостная сбросилась с обрыва...

Исы, услышав его слова, невольно вздрогнула.

Она... немного знала эту Безрадостную. Совсем немного. Но та была очень доброй и сострадательной, всегда стараясь помогать им, чем могла.

Исы думала, что уже привыкла видеть страдания и смерть, но её было больно знать судьбу этой девушки.

Решившись, она повторила просьбу о наказание Го Чэна.

У них уже был Синьмао! Им не нужен был ещё один извращенец!

Е Шуанцзин задумчиво постучал сложенным веером по краю стола, а после всё же кивнул, сказав, что займётся этим, когда дочитает свою книжку.

И хотя это звучало в высшей степени бессердечно, Исы не могла не вздохнуть с облегчением. Дождавшись ещё пары довольно абстрактных указаний, она поклонилась и в спешке покинула павильон Жуе, побежав обратно, чтобы успеть организовать общее собрание.

Е Шуанцзин перевернул страницу в своей книге и взял ореховое пирожное.

Тоже взяв пирожное, Мэн Жое, уже дочитавший свою книгу, посмотрел вслед Исы.

- Какое наказание правила ордена подразумевают в подобной ситуации?

Е Шуанцзин хмыкнул и, не оторвав взгляда от книги, заключил:

- Мне лень прописывать столько пунктов в правилах ордена. Решу в зависимости от настроения.

Мэн Жое понимающе кивнул.

Ммм, да, это имело смысл.

Немного подумав, жуя любимое ореховое пирожное и глядя в ночь, Мэн Жое решил, что тоже пойдёт посмотреть на то, какое решение примет Е Шуанцзин.

Он не был особо любопытным человеком, но его немного заинтересовала эта история. Он хотел узнать, чем она закончится.