Вернувшись в дождливую ночь

Мэн Жое пришёл в себя в своей комнате. За окном всё ещё было темно, но дождь постепенно затихал. Похоже, прошло не так много времени.

Сложно сказать, дело было в этой ощипанной курице или в ослепительном пламени, которое можно было увидеть даже издалека, но Е Шуанцзин всё же заметил, что что-то произошло с его драгоценным учеником.

Ощущая во всём теле изматывающую слабость, Мэн Жое сел в постели и осмотрелся по сторонам.

В комнате он был один.

Кажется, Е Шуанцзин был снаружи и с кем-то спорил. Спор, впрочем, ни к чему не привёл. Взмахнув рукавами, Е Шуанцзин развернулся и вошёл в комнату, захлопнув за собой двери.

Двери восточного крыла, уже долгие годы страдающие от грубости этих двоих, были оскорблены.

Мэн Жое поднял на Е Шуанцзина взгляд.

Казалось, он был раздражён или даже зол, но Мэн Жое знал, что на самом деле он испытывал... страх.

Е Шуанцзин всегда вёл себя так, словно бы знал всё вокруг и ничего не могло его по-настоящему удивить или испугать. Но сейчас ему было страшно. Мэн Жое это чувствовал. Ему было страшно тоже.

- Учитель, - позвал он.

Его голос был немного слабым, но в тихой комнате, завесой редкого дождя отгороженной от всего остального мира, он был вполне отчётлив.

Услышав его голос, Е Шуанцзин словно бы очнулся ото сна. Резко повернув голову, он быстро моргнул. Ему потребовалось немного времени, чтобы успокоиться и, вздохнув, качнуть головой.

- Проснулся? - мягко уточнил он, подойдя к кровати Мэн Жое и, опустившись на край, взяв его за руку.

Ощущая, как он вливает тёплую духовную энергию в его меридианы, ускоряя этим восстановление, Мэн Жое немного расслабился и кивнул. Заглянув в глаза Е Шуанцзина, он молчал, словно бы ожидая от него объяснения происходящего. Объяснения он, впрочем, так и не дождался.

- Что произошло? - в итоге сам спросил он. - Кто это был?

Е Шуанцзин скривил губы и, раздражённо выдохнув, разорвал зрительный контакт.

- Понятия не имею.

Мэн Жое тоже скривил губы, вместе с тем сочтя это немного забавным.

Будь ситуация другой, он бы, может, даже посмеялся.

- В ордене Нэйсинь всё ещё есть что-то, чего вы, учитель, не знаете? Я думал, вы всевидящий.

Е Шуанцзин закатил глаза.

Хотел бы он им быть.

Впрочем, язвительность Мэн Жое он решил проигнорировать. Закончив вливать в его тело духовную энергию, он отпустил его руку и, налив тёплой воды из стоящего рядом чайника, протянул ему чашу.

Перестав язвить, Мэн Жое принял чашу и, опустошив её в пару глотков, наконец почувствовал, как проходит болезненная сухость в горле, а силы возвращаются в тело.

Некоторое время они молчали, а после Е Шуанцзин всё же решил спросить, помнит ли Мэн Жое, что было до того, как он потерял сознание.

Мэн Жое слегка нахмурился.

Он, определённо, помнил, но... Какой был смысл от того, что он помнил? Это была странная ловушка и странный человек, который даже своего силуэта не показал.

Мэн Жое долго думал над этим, а после всё же заговорил:

- Это был тот самый человек, которого мы пару раз чувствовали в библиотеке и главном зале. Пару раз я ощущал его присутствие в запретной секции, но ни разу не смог поймать. Когда он поймал меня в ловушку, он постоянно был за моей спиной и так и не показался, - он сделал небольшую паузу, а после повернулся к Е Шуанцзину и, заглянув ему в глаза, серьёзно добавил: - Учитель, я думаю, он сильнее вас.

Е Шуанцзин сжал губы в тонкую линию.

Он... не мог исключать эту возможность.

Вздохнув, он прикрыл глаза.

- Если ещё раз ощутишь его присутствие, то не пытайся его поймать. Я не знаю кто это и действительно ли он сильнее меня, но он, определённо, может причинить тебе вред.

Мэн Жое кивнул.

Он не был настолько глуп, чтобы спорить с Е Шуанцзином из-за этого, как из-за Шан Цяньхэ, и лезть к заведомо опасному человеку.

В глазах Мэн Жое не было ничего важнее его собственной безопасности и комфорта. Пока можно было избежать проблем, он старался их обходить, и геройствовать попусту не собирался.

Если только, конечно, этот человек не был внеземным красавцем...

Ах, забудьте! Если он хотел посмотреть на внеземного красавца с дурным характером и плохим чувством юмора, он мог просто посмотреть на Е Шуанцзина. Не то чтобы, если не считать его самого, кто-то в теории мог быть красивее.

Как бы то ни было, больше этот странный человек не появлялся, словно его никогда и не было. Постепенно Мэн Жое, изначально немало настороженный, всё же расслабился и продолжил спокойно гулять по ордену.

Дни близились к очередному Новому году, а время к ночи. Шёл мелкий дождь, больше похожий на надоедливую морось, и весь орден был затянут густым туманом.

Было не очень холодно. На траве даже не было инея и некоторые цветы счастливо цвели несмотря на время года.

Идя в темноте, Мэн Жое читал одну из книг по талисманам удачи.

Он был немного раздражён.

Ах, это были на редкость бесполезные, но, вместе с тем, крайне энергозатратные штуки. Насколько безмозглым человеком надо было быть, чтобы создавать такие дурные вещи?

Мэн Жое как раз проходил мимо общежития Безликих и думал об этом, когда услышал какой-то странный звук.

Это звучало как нечто среднее между писком и тихим испуганным вскриком.

Мэн Жое нахмурился. Что там происходило в такое время, когда большинство Безликих уже должны были готовиться ко сну?

Убрав книгу в широкий рукав, Мэн Жое свернул в направление, откуда слышался звук. Большая часть дверей маленьких комнат уже были закрыты и, судя по тому, что он слышал, некоторые из Безликих даже успели заснуть к этому времени. Открытыми были лишь комната сестры Шу, которая всё ещё тренировалась, и комната маленькой девочки, чьё имя Мэн Жое забыл ввиду её непримечательности. Однако звук доносился не из их комнат.

Мэн Жое остановился у комнаты Го Чэна.

Он слышал какой-то странный звук за дверью и... там, определённо, было два человека.

Нахмурившись, Мэн Жое взмахнул рукой, и дверь сама собой открылась.

В комнате действительно был человек помимо Го Чэна. Не просто человек - это была женщина их Безрадостных.

Ранее Го Чэн во время тренировки порвал свои одежды и принёс их им, чтобы зашить дыру, с которой сам не смог придумать, что делать. Сегодня вечером эта Безрадостная закончила латать дыру так, что было и не догадаться, что она вообще была. Она была ещё молода и не слишком опытна, а потому настолько удачная работа немало радовала её. У неё было свободное время, а потому она решила принести одежды Го Чэну в надежде, что он сможет оценить её старания.

Го Чэн действительно оценил её старания и его голос был в большей степени дружелюбен, вот только... Почему-то, когда она вошла в комнату, чтобы отдать одежды, он закрыл дверь за её спиной.

В этом... не было необходимости. Она не торопилась, но не собиралась задерживаться.

Но когда она попыталась объясниться и уйти, Го Чэн начал говорить какие-то странные вещи, которые она не совсем понимала. А потом, видя, что она всё ещё хочет уйти, просто прижал её к стене, не позволяя этого сделать.

Он был почти на две головы выше и раза в два крупнее её. К тому же, он изучал боевые искусства, в то время как она... Готовку и шитьё? Для неё пытаться оттолкнуть Го Чэна было не иначе, чем для муравья пытаться сдвинуть с места слона.

Она могла разве что испуганно вскрикнуть, но он сразу закрыл ей рот, боясь, что она привлечёт чьё-то внимание.

Го Чэн не волновался о том, что она может рассказать позже. В конце концов, Безрадостные были очень тихой группой и их главным страхом было привлечь внимание главы. К тому же... Они, разумеется, тоже знали, что в ордене Нэйсинь были запрещены отношения между адептами. Кто мог знать наверняка, посчитает ли глава это односторонним, или обоюдным нарушением правил?

Помимо этого... Какая женщина сможет легко признать что-то подобное? И какой женщине легко в это поверят?

Го Чэн не мог сделать что-то подобное с Безликими или, тем более, Бездушными, так как они, даже если и были слабее его, могли дать сопротивление и привлечь ненужное внимание. Но разве Безрадостные, не имеющие никаких сил, были чем-то хуже Безликих? Как ему казалось, своей слабостью и трусостью они не иначе, чем напрашивались на это.

Кто же ожидал, что как раз когда он окажется в шаге от веселья, кто-то внезапно откроет дверь?

Оттолкнув Безрадостную за спину, чтобы скрыть её присутствие, Го Чэн грязно выругался.

- Стучаться не учили?! Помереть хо...

Он повернул голову.

С его точки зрения перед ним стоял маленький человек, но... Это был крайне пугающий маленький человек.

Мэн Жое склонил голову в бок.

Его реакции были намного быстрее, чем у Го Чэна, а потому, разумеется, он уже успел вдоволь "налюбоваться" на то, что происходило до того, как Го Чэн отреагировал.

Он скривил губы.

Как мерзко.

И, вместе с тем, немного смешно.

- Помереть? - переспросил он. - А ты можешь меня убить?

Го Чэн шумно сглотнул.

Будь то положение Мэн Жое или его сила, он, разумеется, не мог.

В то же время за его спиной Безрадостная упала на колени и, поклонившись Мэн Жое, начала неразборчиво объяснять, что принесла одежды Цзячэню.

Раздражённо вздохнув, Мэн Жое просто взмахнул рукой, разрешив ей уйти.

Повторно благодаря его, девушка тут же поднялась с земли и неожиданно быстро убежала.

Мэн Жое перевёл взгляд на Го Чэна.

Не важен пол, но ему не нравились люди, которые сильно отличались от него телосложением. К тому же, привлекательное лицо Го Чэна было скрыто за маской, оставляя открытыми лишь пару глаз, таящих в себе слишком много мерзких мыслей и желаний.

Смотреть на него было неприятно.

Они уже давно не были друзьями и даже приятелями их было не назвать, но ещё никогда Мэн Жое не испытывал настолько сильного отвращения к этому человеку.

В то же время Го Чэн, в тайне боящийся его, но всё ещё отказывающийся в полной мере признавать, что некогда его почти что младший брат ныне был его господином, помимо страха чувствовал сильное раздражение.

Он просто хотел немного развлечься с этой девчонкой! Никто бы не узнал!

Мэн Жое, как бы то ни было, тоже был мужчиной. Разве он не понимал его желаний? Или, недовольный своей судьбой игрушки Е Шуанцзина, он и ему решил жизнь подпортить?

Под маской скривив губы, Го Чэн смотрел на Мэн Жое со злостью и даже некоторым презрением, явно не собираясь отвечать.

Это было ожидаемо.

И, тем не менее, это немного раздражало.

Фыркнув, Мэн Жое поднял руку и вместе с тем опустил два пальца, указав Го Чэну на пол.

Это был жест, которым Е Шуанцзин обычно приказывал опуститься на колени. Мэн Жое, использующий его, был не менее эффектен, однако...

Го Чэн не хотел опускаться на колени перед игрушкой другого мужчины.

К тому же, что он такого сделал? Не то чтобы они с Мэн Жое были посторонними людьми. Мэн Жое помог ему один раз, разве не мог хотя бы просто закрыть глаза во второй?

Заметив, что Го Чэн продолжал стоять ровно, лишь склоняя голову, чтобы иметь возможность смотреть в его глаза, Мэн Жое почувствовал, как его с самого утра не очень хорошее настроение становится лишь хуже.

Ах, он не тренировался с мечом уже два дня. Ему чрезвычайно хотелось выплеснуть на кого-нибудь кипящую в нём энергию и, откровенно говоря, Го Чэн не казался плохим вариантом.

Го Чэн внезапно почувствовал, как во всей комнате стало жарко. Это был не тот жар, который так его привлекал, а скорее... это был давящий, болезненно обжигающий кожу жар, вызывающий страх и желание убежать как можно дальше. От этого жара подкашивало колени.

Го Чэн сам обладал неслабой янской энергией, но он её никак не развивал. И, даже если бы развивал... Ха, это просто был разный уровень.

Не выдержав давления, он упал на одно колено и, опустив голову, нехотя принял стандартную позу Бездушных и поприветствовал старшего ученика.

Мэн Жое, однако, самую малость... был не удовлетворён.

- На оба колена, - равнодушно приказал он.

Го Чэн вскинул голову.

За маской он не мог видеть нижнюю часть лица, но маска не скрывала больших и ясных глаз, в которых была жестокая пустота.

И, возможно, немного забавы.

- Мэн Жое! - возмутился Го Чэн. - Ты хочешь меня унизить или что?

Мэн Жое медленно моргнул.

Этот вопрос был немного странным.

Он не задумывался об этом, но... Почему бы и нет?

- А я не могу?

Го Чэн вздрогнул.

Мэн Жое... действительно мог.

Откровенно говоря, как бы в глазах Го Чэна ни была унизительна личность Мэн Жое... Тот мог сделать с ним всё, что хотел. И глава, вероятно, лишь бы поаплодировал, восхитившись тем, как талантлив и изобретателен был его драгоценный ученик.

Стоя на одном колене и ощущая, как давление лишь усиливается, вместе с тем словно бы невидимыми языками пламени касаясь кожи, Го Чэн, всё ещё отказывающийся повиноваться, попытался сгладить ситуацию:

- Мы... Мы были друзьями, разве нет?

Мэн Жое слегка наклонил голову в бок.

- Ты только что угрожал убить меня... Разве нет?

Шумно сглотнув, Го Чэн ничего не сказал.

Он просто хотел прогнать того, кто помешал его веселью! Он не говорил всерьёз, и он даже не знал тогда, кто это был!

Внезапно, он ощутил, как на его правое плечо опускается стопа Мэн Жое.

Мэн Жое был невысоким и казался хрупким, но, ощутив его силу, Го Чэн не сомневался, что ему будет несложно раздробить все кости его плечевого пояса, лишь немного усилив нажим.

- На оба колена, - немного холодно повторил Мэн Жое, действительно чуть сильнее надавив на его плечо.

Ощутив, как всё тело пробивает крупная дрожь, Го Чэн опустился и на правое колено.

Мэн Жое, наконец почувствовав удовлетворение, хмыкнул, но ногу не убрал.

- Ах, помнится, я как-то раз спас твою жизнь. Не то чтобы это не стоило мне никаких усилий, - задумчиво произнёс он, глядя на Го Чэна сверху вниз. - Ты думаешь, мои усилия ничего не стоят, или тебе кажется, что я до того добродетелен, что стану спасать тебя ещё раз?

Го Чэн ничего не ответил, стараясь подавить дрожь во всём теле.

Мэн Жое продолжал:

- Я как-то видел разбойников, они были примерно как ты. Довольно противно. Я попросил Исы разобраться с ними, и больше я их не видел. Кажется, это весьма эффективно. Почему бы мне не попросить Исы разобраться с тобой? - он ненадолго задумался и, усмехнувшись, добавил: - Это будет довольно мило с моей стороны, не находишь? Думаю, многие девушки будут благодарны мне.

Го Чэн продолжал молчать, и можно было заметить, как из-под его маски стекают капли пота, вызванного не то страхом, не то температурой в комнате.

Мэн Жое, так и не получивший ответа, утратил интерес к своей игре и, наконец убрав ногу с плача Го Чэна, сделал шаг назад.

- Ах, учитель даже не отрезал тебе пока руки... Так сложно саму себя удовлетворить? - раздражённо пробормотал он, говоря в большей степени с самим собой, и, развернувшись, покинул комнату, провожаемый полным ненависти взглядом Го Чэна.

Го Чэн знал про предыдущего ученика Е Шуанцзина.

Он с нетерпением ждал, когда же эта маленькая сука повторит его судьбу.