LXXI: Скука
Граница Вечернего Города уже виднелась — Лунетта могла разглядеть высокие стены, окружающий их барьер и кристалл, витающий над городом в воздухе.
Её план явно был успешен.
Оборона этого места оказалась достаточно хорошей, чтобы защитить город от внешних угроз вроде демонов или монстров. Впрочем, внутренних избежать вряд ли получится, но это уже на совести стражи. Воры, убийцы и прочие любители нажиться на чужом добре не под ответственностью этого камня точно.
Лунетта бессильно свалилась в снег с Миртом, когда его ладонь всё-таки выскользнула из руки девушки. Потеряв груз, Лунетту сперва подкинуло в воздух, а потом она потеряла ориентацию в пространстве и полетела вниз, угодив в сугробы. У неё не получилось вернуть тело в прежнее положение или обрести равновесие. Виной тому было и то, что она нечасто летала в последние годы, особенно на такие расстояния.
Благо, была зима, так что столкновение оказалось не таким уж болезненным.
Поднявшись, Лунетта осмотрелась в поисках Мирта. Парень пытался подняться из сугроба, но его руки и ноги увязали в снегу. Тогда он, раздражённый, создал лёд — более прочный, чем снег, и оперевшись на него, смог выбраться.
Лунетта поняла — теперь умственные способности этого парня находится примерно на её уровне, когда она только попала в этот мир. Может, чуть тупее, конечно, ведь он не прошёл полный курс обучения в школе. Тем не менее, он вполне поддаётся обучению и понимает, как необходимо поступать в той или иной ситуации. Критическое мышление у него точно имеется, и эта ситуация тому доказательство.
Но это не помешало ему снова упасть носом в снег на следующем же шаге. Видимо, умственные способности всё же оставляют желать лучшего. Ну, она так и подумала.
Лунетта скрыла крылья, протянула руку парню и вытащила его из снега, создав под своими ногами ледяную дорожку. Они достаточно далеко от города, так что тащиться по сугробам в таком темпе они могут целые сутки. Пусть с неба город и казался близким, но на деле они могут идти туда ещё полдня. Лунетту такое положение дел не устраивало.
Поймать бы какую-нибудь зверюгу и попросить о помощи, однако всё живое куда-то мигом испарилось. Лунетта не могла заметить даже лисьего хвоста или кроличьей шерсти во всём этом белом мареве. Обычно в лесах есть хотя бы монстры, но и тех не видать. Неужели демоны за эти годы настолько истощили земли, что всё живое бежало куда подальше? Зимние растения выглядят особенно мёртвыми, как ни посмотри.
— Наступай только на лёд, не хватало тебя из снега вытаскивать.
Лунетта шла впереди. Она позволила Мирту идти своим ходом, но тот постоянно отставал, так что она в какой-то момент просто использовала левитацию, чтобы поднять его в воздух. Парень не сразу осознал, что не идёт на самом деле — он всё продолжал механически двигать ногами, хотя они не касались льда. Осознал он своё положение лишь когда хотел остановиться, чтобы перевести дыхание, но заметил, что пейзаж вокруг продолжает двигаться. Он лишь растерянно осмотрелся, взглянул на Лунетту, беззаботно шагающую вперёд, и больше даже не пытался идти сам. Впрочем, для беззаботной у неё был очень уж мрачный вид, будто она готовила себя к худшему заранее.
Чуть погодя Лунетта вышла на главную дорогу, где можно было пройти своим ходом благодаря повозкам, расчистившим путь. Следы колёс и копыт всё ещё угадывались на плотно спрессованном снегу. Однако даже твёрдая земля не помешала Мирту споткнуться обо что-то и полететь плашмя. Скорее всего, это был выступ на снегу в форме подковы, и парень просто об него споткнулся, однако судя по месту падения, всё было несколько иначе. На месте, где он начал падать, был особенно ровный снег — там и близко не имелось следов копыт.
Возможно, настоящей причиной потери равновесия была обувь — в отличие от Мирта, Лунетта шла босиком, и ей ничего не препятствовало. К тому же, парень доселе никогда обуви не носил — не было необходимости. Да и Лунетта чаще носила его на руках, поскольку так он не отставал и не терялся в толпе. Она долгое время опасалась, что из-за страха, что девочка его бросила, этот малыш что-нибудь устроит. Вроде массовой резни.
Сейчас Лунетта вряд ли сможет тащить на руках такого здорового лба — думала она, хотя ранее летела, держа его за руку несколько часов без перерыва. Физические возможности её тела отличались от возможностей стандартной девушки такой же комплекции, но даже так, в её голове даже на секунду не промелькнуло мысли о том, чтобы действительно понести Мирта на руках снова.
— Давай поднимайся, у тебя всё лицо в снегу.
Лунетта присела на корточки напротив парня. Тот упёрся руками в снег и смог усесться на том же месте, где упал. У него так задница не примёрзнет? Конечно, у него есть меховая накидка, но прямо сейчас он сидит не на ней.
— Ты идти вообще собираешься? Может, мне тебя под ручку повести?
Парень протянул свою руку, словно требуя именно такого рода сопровождение. Девушка вскинула брови, но руку подала, помогая Мирту встать.
— Сынок, да ты в край обнаглел.
Лунетта сжала чужую руку покрепче и рванула босиком вперёд — Мирт едва поспевал из-за путающихся ног. Обувь значительно мешала передвижению. Всё-таки, причиной падения точно служила она.
На воротах стояли незнакомые стражники. Её они тоже не знали в лицо, хотя, казалось бы, слухи о Лунетте и её броне, про которую она напрочь забыла, должны были разойтись среди местных. Похоже, по прошествии десяти лет, все люди сменили друг друга. Интересно, в кузнице так и хранится её броня? Айрон не потрудился забрать её сам и выслать Лунетте, поскольку та пожелала тихой и спокойной жизни вдали от людей и борьбы раньше, чем кузнец завершил своё творение.
Лунетте пришлось представиться членом сычей, но в то, что Мирт её сын, верили ей неохотно, впрочем, в конце рассуждений придя к тому, что такое всё же вполне вероятно — и у девушки и у парня были длинные уши, а значит, с высокой вероятностью всё именно так, как говорила Лунетта. Если они раса долгожителей, то это даже неудивительно.
Пусть стражей смутило отсутствие тёплой одежды на эльфийке, та представилась магом, так что это беспокоило их в последнюю очередь. Скорее они считали забавным тот факт, что выродок этой самой эльфийки выглядел старше, чем она сама.
Лунетта знать не хотела, о чём были их дальнейшие разговоры, поэтому отправилась уже в сторону гильдии, когда услышала треск льда, совершенно неуместный в текущей обстановке. Откуда бы здесь взяться льду? Рядом она не заметила ни одной сосульки на крыше, да и из-за барьера в городе почти не было снега.
Обернувшись, она застыла, глядя на Мирта, руки которого плотно покрывала чешуя. Этот мальчишка вморозил стражу в лёд. Глядя на эту картину, Лунетта застыла в ужасе — сердце пропустило несколько ударов при виде шокированных лиц стражников под толстым слоем льда.
Придурок.
Лунетта думала ровно секунду, прежде чем рассеять его чары и использовать заклинание контроля тела, из-за которого стражи не смогли поднять шумиху. Девушке буквально пришлось использовать заклинание для погружения в сон, которое она никогда ранее ни на ком не испытывала, чтобы избежать трагедии. В лучшем случае, их бы мгновенно схватили и посадили в темницу. В худшем — послали на плаху.
И это в век, когда даже преступники нужны для борьбы с демонами. Впрочем, благодаря кристаллам и барьерам ситуация всё же стала немного лучше. Но это не помешает страже направить против преступников оружие. Зачем вообще надо было это делать?
— Пошли, быстро, — схватив Мирта, Лунетта, что есть мочи рванула к гильдии. Она интуитивно помнила расположение здания, поскольку оно находилось на главное улице. Как раз для того, чтобы пришедшие сделать запрос долго не искали.
Она едва не выбила дверь, но застыла, увидев за стойкой знакомые, но сильно постаревшие лица. Конечно, стариками их не назвать, однако...
— Это что, Луна? — мужчина выглядел так, словно не верил глазам.
Женщина рядом с ним, переставляя единственной рукой натёртые до блеска кружки на поднос, тут же оторвала от них взгляд и устремила его на девушку у дверей. Огненные, словно языки пламени волосы, собранные в плотную косу за спиной, немного выбивались. Передние пряди закручивались локонами у лица, обрамляя его и отбрасывая тень. Уголках улыбающихся алых глаз появились морщины.
— И впрямь она. Кажется, немного подросла?
— Ну, двадцать лет минуло, как не подрасти? — мужчина цокнул, покачал головой. Он будто досадовал из-за того, что они встретились только сейчас. Лунетта видела эти лица, узнавала их, но она всё ещё не могла прийти в себя. Они были похоже, и вместе с тем нет.
Мирт, похоже, тоже смутно помнил их.
— С кем это ты пришла? Только не говори, что это тот несносный обжора, — Торин глядел на парня, застывшего с точно таким же растерянным лицом, как и у Лунетты. Он выглядел малость старше женщины рядом с собой, на висках появилась седина — явно от стресса. глаза же стали немного блёклыми, утратив прежний, яркий зелёный цвет.
Девушка бессознательно пыталась сосчитать, сколько этим двоим было лет, прежде чем она ушла, и сколько минуло после. Одиннадцать лет, ещё год, и ещё десять... А может, последний раз прошло не десять лет? Сколько времени она провела в спячке? Если огонь в камине не потух, то он мог это сделать сразу после её отъезда. Может, прошло не десять, а двадцать лет?
— Это он, — бессознательно ответила девушка, пусть ещё не до конца пришла в себя. — Айрон... Он не в городе?
— Он искал тебя, но потом ему пришлось вернуться в столицу. Слышал, ты куда-то пропала несколько лет назад. Стоит ли мне вообще переживать о том, что ты так просто заявилась сюда, и теперь сама ищешь главу? — Торин уселся за стойку, заняв гостевое место. Сильвия продолжала переставлять кружки, но теперь её взгляд был устремлён только на девушку. Голоса этих двоих всё ещё были преисполнены энергии.
— После создания кристаллов я была истощена, поэтому впала в спячку. Мирт же просто взрослел, — Лунетта сократила все события до пары предложений. Впрочем, из этого периода ей и рассказать было нечего, поскольку всё произошедшее в полубреду она не помнит совершенно. Только Мирт может рассказать, чем она занималась, и что делала. Однако, если так подумать, ничем особенным Лунетта не занималась — наверняка валялась в отключке даже не в состоянии поесть.
— Он сильно вырос, — Торин, кажется, был под впечатлением. — Гильдейские на заданиях, глава в столице, так что здесь никого. Хочешь прогуляться?
— Мне пришлось усыпить стражу у ворот и взять её под контроль из-за инцидента. Если здесь нет Айрона, мне следует идти до того, как они проснутся.
— И что, совсем не задержишься? Лиз хочет увидеть леди-эльфа лично.
Лунетта уставилась на мужчину, но тот не отвечал на её немые вопросы.
— Что за Лиз? — наконец спросила она вслух.
— Дочь. У Сильвии родилась прекрасная дочка, неужели не взглянешь?
Лунетта слышала про это, но она совсем забыла. К тому же, у неё были дела важнее.
— Мне нужно забрать свою броню и идти в столицу.
— Ты случайно не про ту, что сделана из чешуи морозной твари? Мы были вынуждены забрать её из-за того, что лавка закрылась. Кузнец слёг сразу после того как закончил с твоим доспехом. Умер, не оставив наследников. Можно сказать, буквально вложил всю душу в броню. На ней около сотни зачарований — он работал совместно с каким-то магом.
Лунетте было интересно взглянуть, так что она выжидающе смотрела на мужчину. Тот со вздохом поднялся, словно это стоило ему всех его сил, и отправился в сторону жилых комнат, на второй этаж.
В таверне воцарилась тишина.
— Так какие у тебя планы? — Сильвия не позволила тишине продлиться долго. Она оставила кружки в покое и уставилась на девушку, устроившуюся за одним из столиков. Лунетта прежде уже слышала от неё этот вопрос.
— Никаких. Поищу Айрона, потом попытаюсь научить этого дурака говорить. Попробую найти целителя, сведущего в рептилиях.
— Он не говорит?
— Неа. Ни звука. Иногда ворчит, но и это не слышно. Считай, совсем немой.
Сильвия кивнула, словно принимая во внимание совершенно ничего не значащую для неё информацию. Во всяком случае, она сама задала уточняющий вопрос.
Мирт и впрямь ни слова не выдавил. Увидев знакомые лица, он казался каким-то растерянным — похлеще самой Лунетты, не горящей желанием задерживаться здесь дольше необходимого из-за риска быть схваченной. Очевидно, отбиться от стражи ей ничего не стоило, но поднимать шумиху она не хотела, так что нетерпеливо топала ногой, дожидаясь возвращения Торина.
Тот вернулся с какой-то девушкой и деревянным ящиком. Ребёнком пришедшую леди назвать язык не поворачивался.
Девушка стояла совсем близко к нему и не спешила бежать к Лунетте, словно пыталась рассмотреть её издалека. Мирт, однако, увидев её, замер и настороженно уставился, словно о чём-то размышлял.
Лунетта подошла ближе и забрала увесистый ящик. Поставив его на землю, она достала доспех из светло-голубой чешуи и черных пластин металла. Она предположила, что этот металл являлся остатками того, что она принесла с вулкана, а эти шипы — обработанные клыки или рога ящерицы-переростка, потенциальной биологической матери Мирта.
На самом деле, этот доспех был довольно броским и увесистым, несмотря на предусмотрительно открытую спину и место под хвост.
Вообще, на таком типе доспехов спина должна быть хорошо защищена, но Лунетте в принципе не особенно требовались какие-либо доспехи из-за природной защиты — её собственная чешуя будет в сотни раз плотнее этого доспеха, так что, если подумать, нося эту махину, она значительно потеряет в скорости, а в защите особо не прибавит.
Чем она думала, когда заказывала этот доспех? Она ведь его и не наденет ни разу.
Зря потратила время и жизнь кузнеца. Впрочем, судя по тому, как Торин рассказал про эту ситуацию — тот только рад был дни и ночи напролёт работать с такими материалами.
— Я заберу это и пойду, — Лунетта достала пространственный мешочек, однако с опозданием вспомнила, что тот ломится от золотых монет, и ящик в нём банально потеряется. Их было так много, что они могли соперничать со златохранилищем столицы, наверняка опустошённым из-за постоянных расходов на оборону и войну с демонами.
— Уже уходишь? — Торин, кажется, выглядел слегка раздосадованным. Девушка, услышав, что гостья уже собирается уходить, выскочила вперёд, но Мирт преградил ей дорогу, встав перед Лунеттой. Он расставил руки в стороны, таким образом блокируя проход к девушке. Лиз, напуганная из-за неожиданно выскочившего парня, споткнулась о собственную ногу при попытке затормозить и упала на пол, содрав себе кожу на коленках. — Лиз, что случилось? — мужчина подошёл ближе, чтобы помочь дочери встать, но та, сев у ног Мирта, глядела на Лунетту. Та, в свою очередь, тоже смотрела на неё. Эта девушка от неё чего-то хотела, не иначе. Она всё разглядывала её уши и лицо, но ни слова не сказала. Ну, ей не привыкать иметь дело с молчунами.
С тяжёлым вздохом, Лунетта позволила вырваться из спины крыльям. Она тряхнула ими, прежде чем всё-таки упихать ящик в пространственный мешок в надежде, что он там просто потеряется и она о нём даже не вспомнит, и подойти к Лиз, обойдя Мирта.
Тот, схватив матушку за руку, застыл с видом потеряшки, словно думал, будто Лунетта променяет его на неё. Лунетта, правда, не особо читала эмоции, и эмпатия у неё была развита паршиво, так что она выдернула руку. Она скорее уж подумала о том, что Мирт, как и раньше, надоедает ей со всякой чепухой.
— Что ты хочешь? Это просто ребёнок. Не заберу же я её с собой.
Ребёнком эту девушку называть довольно сомнительно, ведь она уже миновала тот возраст, когда её можно было звать девочкой. Хотя, для родителей она навсегда останется малышкой, может, поэтому они так о ней и отзывались, из-за чего на мгновение ввели Лунетту в заблуждение. Лиз пошла в мать лицом, но всё остальное у неё явно от отца — и цвет глаз, и каштановые волосы, которые у самого Торина уже выгорели и поседели. Внешне ей лет двадцать, она выглядит словно ровесница Мирта, может, даже чуточку старше, но пухлые щёчки и гладкая кожа сбрасывают ей возраст.
Лунетта подошла, подхватила девушку за талию и без усилий подняла её над головой — та ощущалась не тяжелее Мирта, которого ей не так давно приходилось тащить на своём горбу по воздуху. Казалось, Лиз была немногим ниже самой Лунетты, но такое впечатление могло создаться из-за сгорбленной спины. Лиз, свесив ноги и опираясь руками на чужие плечи словно принцесса в танце, рассматривала рога на лбу девушки и её глаза. Подобное положение могло смутить любого, но она была заворожена отростками, которые не встречала у других рас.
— Красивая, — Лиз освободила одну руку и ткнула пальцем в рог Лунетты, после, даже обхватила его и погладила, чтобы убедиться в том, что текстура не гладкая, а шершавая, словно собранная из крохотных чешуек, наслоенных друг на друга. Девушка ощутила лишь лёгкое давление, поскольку рога не были её чувствительной частью. Они, вроде бы, часть её черепа — крепкая, неполая кость. Мирт в панике держал Лунетту уже за крыло, чтобы та, наверное, не смогла сбежать? Девушка понять не может, почему он вообще переживает. Глупо вот так волноваться без повода. Может, это была ревность, но для неё Лунетта, признаться, причин не наблюдала. Хотя она казалась наиболее логичной в сложившейся ситуации.
— Разве? Я давненько не смотрела в зеркало, — Лунетта выглядела слегка растерянной. Она не помнила, когда последний раз сталкивалась носом с зеркальными поверхностями, не говоря уже о том, чтобы смотреть на своё отражение на них. Да и это тело всё ещё казалось ей чужим — она до сих пор не принимала до конца тот факт, что теперь её внешность такая. Комплименты она и вовсе не воспринимала. — Иди к старику, мне уже пора.
Опустив девушку, Лунетта повернулась к Мирту. Лиз, отряхнув платье от пыли, вдруг заметила, что её коленки снова целые — не осталось даже ссадин.
Лунетта раздумывала, как тащить Мирта за собой до столицы, ведь на своём горбу в человеческой форме это будет весьма затруднительно. К тому же, о расположении столицы она только слышала, лично она никогда там не бывала.