LXX: Скука
В мёртвой тишине за одним столом сидели двое: молодая девушка, очень уж напоминающая эльфа, и такой же молодой паренёк, не проронивший ни слова — тоже длинноухий, но уже меньше похожий на эльфа из-за рогов, крыльев и хвоста. Его эльфом-то и не назовёшь. Очевидно, что монстр.
Оба имели узкий зрачок, у двоих были крылья, пусть и немного отличались и прямо сейчас у девушки они отсутствовали. Та же история с рогами, хвостом и чешуёй.
Лунетта была уверена, что этот ребёнок был кем-то её вида. На дракона не тянет, в противном случае уже заговорил бы. Речь была доступна Лунетте с раннего детства, и она сомневается, что у других драконов это дело обстояло как-то иначе, даже если она и не может знать наверняка.
Но доказать это было некому и нечем. Как и убедиться в том, всё ли так же, как у Лунетты, у других драконов.
— Ты ведь Мирт? — Лунетта всё не унималась. Парень кивал, хотя слышал этот вопрос уже, по меньшей мере, десятый раз за последние пять минут.
Он ел приготовленного девушкой оленя. Та убила чуть ли не час времени на то, чтобы освежевать его и приготовить на собственном огне. За временем она не следила, но она наконец-то стала обращать внимание на происходящее вокруг неё. В том числе на небо.
— Как меня зовут?
Парень не мог ответить, но вместо этого он показал пальцем свободной руки наверх, пока во второй держал кусок мяса. Лунетта скрестила руки на груди. Ассоциация вполне понятная. Да и мозгов у этого ребёнка, как выяснилось, достаточно, чтобы построить связь между небом и именем.
— Лунетта. Луна. Почему не скажешь вслух?
Собеседник или не хотел открывать рот, или просто не мог подать голос физически, словно ему что-то мешало. Девушка мрачно глядела на него, не понимая, в чём могла быть проблема, ведь она чуть ли не постоянно разговаривала с ним, пока он был ребёнком. Очевидно, понимания у него прибавилось, но вот рта он до сих пор не раскрывает.
Раздражает.
Лунетта чувствовала, как медленно закипает. А потом она хлопнула ладонью по столу, заставив парня вздрогнуть всем телом. Если бы она видела себя со стороны, то, вероятно, настоятельно попросила успокоиться. Но прямо сейчас она просто не могла сдерживать своего негодования или, скорее, обиды. Она думала, что после того, как Мирт подрастёт, у него получится разговаривать, но то, что она видит прямо сейчас, только доказывает, что он монстр. Обыкновенное чудовище в человеческой шкуре.
— Ты! Ты ящерица? Или всё-таки дракон?
Похоже, этот вопрос задавать было без толку. По крайней мере, в этом он понимал явно не больше Лунетты.
Поэтому оставил этот вопрос без ответа.
— Что за чертовщина вообще? Ты ведь был совсем крохотным, с какой такой стати вдруг вырос до уровня Айрона? Ты ведь не яшмовая нара.
Лунетта уронила голову на стол. Она не понимала, что ей теперь делать, но она точно должна была разобраться в ситуации. Даже если перед ней тот же Мирт, для её приёмного сыночка он больно уж вымахал.
Она понимала, что смысла в её негодовании не было. Но и вместе с тем не могла не излить его.
— Сколько лет прошло?
Он, похоже, тоже не знал, поскольку и этот вопрос оставил без реакции. Лунетте пришлось подорваться и отправиться к хрустальному шару, но она не обнаружила его на прежнем месте. Где бы она ни искала — шар словно ветром сдуло.
— Мирт, где шар для связи с Айроном?
А вот на этот вопрос он ответ явно знал, потому что услышав про шар он опустил взгляд и пытался даже не смотреть в сторону Лунетты, словно тем самым мог вызвать её гнев. Этот жест оказался настолько очевидным и детским, свойственным прежнему Мирту, что девушка только и могла зарычать от бессилия сквозь сжатые зубы.
Скорее всего, этот ребёнок целенаправленно разбил шар, поскольку Айрон ему не очень-то нравился — всякий раз, когда она с ним связывалась, мальчишка выглядел напряжённо, словно одним взглядом стремился уничтожить шар. Она не удивится, если он провернул нечто подобное в её отсутствие. Он и с домом сотворил невесть что. Следы от его чар до сих пор витают в воздухе.
— Куда ты его дел? Мне нужно связаться с Айроном.
Мирт молчал, словно воды в рот набрал, хотя теперь он даже не жевал. Лунетта потёрла виски пальцами и сделала глубокий вдох.
— Тогда мы идём в Вечерний Город искать его.
Парень за столом резко поднял голову, уставившись на Лунетту. Он замотал головой.
— Да что с тобой не так? Тогда верни мне шар.
Парень неохотно поднялся с места и прошёл к креслу. Грязными руками, измазанными в жире от мяса, он выгреб из-под кресла осколки стеклянного шара.
— Эй, ты ведь в курсе, что этот шар не так-то просто разбить? — у девушки задёргался глаз. Этот артефакт не был хрупким вопреки своему внешнему виду. Чтобы его разбить, потребовалось бы запустить в него достаточно мощное заклинание. От столкновения с полом на нём бы и царапины не осталось.
Лунетта не обращала внимание на то, что парень заляпал руками мебель, не говоря уже о том, что он вытащил голой ладонью осколки. Хотя бы потому что порезаться дракону или пусть даже виверне не так-то просто. Впрочем, она так думала до момента, пока не увидела кровь на его ладони.
Быстро подойдя ближе, она заметила, что тело парня не образует точно так же, как её собственное, чешую на местах, которые необходимо защитить.
— Ты это специально сделал? — девушка перехватила чужую руку за запястье, развернула к себе и принялась заклинанием вытаскивать осколки по одному, пока не расчистила ладонь и не промыла созданной ею же водой, лишь после этого использовав исцеляющее заклинание.
От раны не осталось и следа. Лунетта отпустила чужую руку и уставилась на Мирта, который теперь был выше неё. Смотреть на ребёнка, задирая подбородок, не очень-то удобно. Впрочем, назвать его ребёнком теперь язык не поворачивался, даже если этот паренёк порядком младше. Она до сих пор с трудом принимала тот факт, что перед ней всё тот же малыш, который несколько лет таскался следом, словно хвост.
— Мы отправляемся в город. Я соберу... А...
Лунетте, на самом-то деле, собирать вещи не было необходимости. Украшения, которые были ей хоть как-то дороги, всё ещё были на ней, а всё остальное не имело для неё особого значения. Хранящиеся здесь книги она перечитала по пять раз, так что их содержание прекрасно помнит до сих пор, будь то алхимия, или же заклинания. На самом деле, кроме заклинаний или состава зелий она ничего и не помнит. Лунетте кажется, она с трудом способна припомнить дни проживания в драконьем лесу или то, что произошло после. Из ярких воспоминаний у неё почти ничего не осталось. Может, у неё выборочная память на всё, связанное с магией?
— Можем отправляться как есть. Только я подберу тебе одежду теплее. Кажется, в гардеробе видела меховые накидки.
Девушка отправилась к комнате, где откопала одежду для Мирта. Там же она смогла добраться до обуви и накидки. Правда, с обувью пришлось повозиться. Лунетта так и не определилась, нравился ли Мирту больше жар, или холод. Он определённо предпочитал прохладу в жаркие деньки, а в холод прибивался ближе к ней, пытаясь согреться. Видимо, ему нравилась средняя температура? Чтоб не мёрзнуть в холод, но и не плавиться в жару?
Усадив Мирта на стул, она никак не могла запихать его ногу в ботинок, потому что этот парень вечно цеплял когтями мех в обуви. В конечном итоге Лунетта просто отрубила ему ногти собственным когтем, натянула на его ноги ботинки и отправила мыть руки. Правда, показывать пришлось на собственном примере.
У Мирта были достаточно длинные волосы. Если сравнивать с той крысиной косичкой, которая была у него, пока он был ребёнком, то сейчас он обладал поистине шикарной шевелюрой. Её-то Лунетта и собрала в косу.
— Надевай накидку и пойдём.
Пусть Мирту и нравился холод и лёд, но в отличие от Лунетты у него не было способности согревать себя огнём изнутри, так что чтобы перестраховаться, девушка предпочла закутать его получше. Если вдруг выяснится, что перепады температуры на него всё-таки влияют, и он сляжет с какой-то только богу известной болячкой, ей придётся повозиться, чтобы вылечить его. Ну и разумеется, чтобы он не испортил накидку крыльями, девушка всё же использовала заклинание для того, чтобы скрыть его лишние отростки и сделать больше похожим на человека. Не хватало ей ещё в городе простых людей до усрачки пугать.
На его фоне, идущая босой в одной ночнушке, Лунетта выглядела как сумасшедшая.
Но это не помешало ей в таком виде покинуть дом, захватив с собой только пространственный мешок с хранящимися там вещами, которые она сочла необходимыми. На самом деле, кроме золота, внутри ничего и не было.
— Давай-ка поучимся болтать. Назови моё имя. Давай.
Парень мотал головой. Кажется, он даже пытаться не собирался. Он всеми силами противостоял любым просьбам Лунетты, которые так или иначе требовали от него какого-то ответа вслух.
— Попробуй хотя бы. Лу-на. Лунетта.
Девушка не унималась. Для неё, прожившей с этим ребёнком совместно больше десятилетия, было важно услышать слова от него первой. Даже если он просто проворчит что-то невнятное.
— Лу-у-уна, — продолжала допытываться она, хотя парнишка просто шёл рядом, съёжившись, словно от холода. Едва ли он мёрз в тёплой одежде, учитывая, что к морозу он более чем устойчив. Как-то же он ходил голышом, пока Лунетта не пришла в себя.
Если так подумать, то его тоже могли счесть за сумасшедшего. Впрочем, для безумца он больно уж симпатичный, пусть первый раз когда Лунетта увидела его лицо, покрытое кровью животных, то слегка испугалась. Ну, любой бы на её месте уже в штаны наложил, а она же просто пялилась на него, выстраивая логические цепочки. Её счастье, что деревенские сюда заглядывают нечасто, и то, проходят мимо.
В любом случае, он достаточно хорош, пока молчит и не творит невесть что. Раз он сейчас способен понимать её, значит, он перестанет вытворять бесчинства, как когда был детёнышем.
— Неужели моё имя такое длинное? — ворчала под нос девушка, идя впереди. Она помнила только примерную дорогу обратно, поскольку последние десять лет — а сейчас уже даже больше — ей не доводилось покидать пределы дома Айрона. Она выходила лишь на охоту, но олени иногда подходят достаточно близко к дому, так что ей даже не было необходимости далеко уходить.
Мирт ничего не отвечал, впрочем, покачав головой на последний, риторический вопрос девушки. Он явно ощущал некоторую неловкость. В его потерянном взгляде так и отражалась мольба не продолжать все эти расспросы, но разумеется, Лунетта не собиралась останавливаться.
— А если я буду говорить на этом языке? Понятнее не станет?
Парень уставился на неё, задержался на месте пару секунд и только после двинулся дальше. Лунетта могла видеть, как на мгновение он открыл рот, но так и не произнёс ни звука, словно что-то препятствовало.
Может, у него не развились голосовые связки? Или он немой с рождения?
Лунетта и раньше обращала внимание на то, что Мирт не особо часто издаёт какие-либо звуки. Что-то помимо рычаний или писка она не слышала, но она была убеждена, что проблема в возрасте. Она не знала, как растут драконы, если он вообще таковым является. Ну, она уже успела прийти к выводу, что он не дракон, однако всё равно возвращалась к этой мысли.
В конце концов, ей пришлось принять его неспособность разговаривать вплоть до деревни, где её встретили с вполне резонным вопросом: всё ли у неё с головой в порядке.
— Я в порядке, на мне заклинание, не проводящее холод. Я маг, — Лунетта отмахивалась от них довольно успешно. У неё была достаточно складная речь, чтобы мысли жителей о том, что она сумасшедшая, отступили. Мирт рядом с ней выглядел вполне нормально, но его узкий зрачок всё равно смущал местных, из-за чего они не могли понять, относился он к эльфам, или расе, произошедшей от чудовищ. На вопросы он даже не реагировал. его взгляд оставался на месте — устремлённый исключительно на девушку, пришедшую вместе с ним.
Лунетта заметила, что хоть какую-то реакцию этот парень выдаёт лишь услышав её голос. Остальных он считает за пустое место. Изменить она ничего не могла, да и подобное поведение наблюдалось за ним и раньше. Что тут менять? Здесь даже удивляться нечему. А воспитанием ей следует заняться уже после после того, как она придумает способ разговорить его.
— Мне нужно добраться до столицы. Глава сычей — Айрон — ведь всё ещё там? — деревенские могли не знать, что Айрон — глава гильдии, но они точно знали его имя. По крайней мере, он советовал иногда выбираться в деревню не просто так — наверняка знал людей отсюда.
— В этой деревне нет гильдий, так что мы отрезаны от мира, но если ты ищешь владельца дома в чаще, то он приезжал сюда пару лет назад и расспрашивал нас о пропаже какой-то девицы.
Лунетта уже чувствовала головную боль. Пропажа девицы и дом в чаще однозначно указывали на то, что Айрон искал её в момент, когда она впала в спячку. Видел ли он Мирта — неизвестно. Впрочем, если бы они встретились, Лунетта уверена, она проснулась бы в доме, а не в норе. Айрон точно вывел бы её из того места любым способом и наложил барьеры внутри дома, а так же озаботился состоянием Мирта. Впрочем, в последнем Лунетта была уже не так уверена.
— Есть ли здесь лошади?
— Конюх не так давно отдал последних для охоты, так что придётся подождать.
Лунетта поняла, что делать нечего. Она поблагодарила местных за информацию и направилась к дороге, ведущей в столицу. На вопрос о том, собирается ли она добираться туда пешком, она лишь улыбнулась и покачала головой.
Пешим ходом она добираться и не планировала. А вот использовать крылья — вполне.
Вырвавшиеся из спины четыре крыла, словно разорвавшие саму плоть, задрожали в воздухе. Девушка на пробу взмахнула ими, пытаясь собраться с силами, как вспомнила о том, что её спутник больше не ребёнок, и тащить его в руках не получится.
— Хватай меня за руку. Думаю, я смогу тебя утащить.
Это было ошибкой. Пусть Лунетта и думала, что сможет поднять его, но тащить его, висящего на одной её руке, было не просто сложно, а чертовски сложно.
Её пальцы, покрытые чешуёй, плотно держали запястье парня, но даже так, живьём сдирая плоть, они соскальзывали. Лунетта рисковала уронить Мирта в любой момент, и всё равно разгонялась, всё чаще и чаще взмахивая крыльями, параллельно произнося про себя поддерживающие заклинания, подталкивающие её в спину.
Она только и мечтала о том, чтобы добраться не то что до столицы, но хотя бы до Вечернего Города.