LVI: Возвращение домой
Лунетта моргнуть особо не успела — у неё слиплись глаза едва ли не сразу после того как она легла на кровати, и даже грязь не остановила её от накатившей слабости и дремоты.
В конечном итоге она, не сопротивляясь, отключилась, пока на её спине, промеж вырвавшихся из спины крыльев, лёг ребёнок. Вообще, обычно Лунетта бы могла почувствовать его тяжесть на себе, однако её тело оказалось настолько сильным, что она не получила хотя бы перелома даже когда её отбросило на несколько сотен десятков метров лапой здоровенной ящерицы, очень уж похожей на дракона.
Возможно, её ощущения притупились, поэтому она не воспринимала ребёнка за угрозу. Скорее всего, виной всему тот удар, из-за которого она вообще перестала чувствовать боль, да и в целом, осязательные способности значительно пострадали. Даже тяжесть одежды на теле никакая, из-за чего время от времени складывается впечатление, словно она идёт голышом.
Именно поэтому она столь спокойно спала, считая, что находится одна. Расслабилась, растянувшись на постели, а проснулась лишь когда мальчишка принялся жевать её крыло, из-за чего чешуя и зубы Мирта издавали какой-то странный скрип. Да и звук в целом стоял словно в пещере у людоеда, не иначе.
Лунетта разлепила глаза лишь из-за него. Она повернула голову, пытаясь заглянуть себе за спину, но из-за крыла она ничего не могла увидеть. Ничего, кроме блестящих в мраке голубых глаз.
За окном уже стемнело, и сверкающие в пустоте шары стали для Лунетты натуральным скримером в реальности. В какой-то момент она даже поймала себя на мысли, что готова применить мощное заклинание, однако она быстро вспомнила, что в комнате оставалась не одна. Скорее всего, Мирт просто голоден. А ещё он очень везучий, потому что Лунетта быстро вспомнила о нём. Раньше, чем запустила заклинанием.
Создав в ладони шар огня лишь для того, чтобы осветить помещение, Лунетта убедилась, что обладателем шаров во мраке был действительно ребёнок, которого она сама же и притащила сюда. Девочка уже сожалела, что у неё банально не хватило моральных сил оставить его в лесу.
Он, скорее всего, считал её мамой, поскольку, вылупившись, первой, кого он увидел, была Лунетта. И облик он принял очень уж похожий на неё, из-за чего очень многие могли бы с первого взгляда заявить, что они родственники.
— Ты есть хочешь? — девочка смотрела в темноте на мальчишку. Тот прекратил грызть крыло и скрип наконец стих. Пара сияющих глаз уставилась на неё в ожидании. — Спускайся с меня.
Лунетта, как и следовало ожидать, не получила выполнения просьбы. Ребёнок продолжил сидеть на её спине и ждать. Тогда она принялась переворачиваться, рассчитывая, что как и в прошлый раз, тот скатится по её крылу на пол. Благо, их длина позволяла провернуть такой номер.
Мальчишка, не успевший схватиться за перья, уехал на пол, а Лунетта, скрыв крылья, села на постели. Ей бы платье восстановить, но она уже столько раз этим занималась, что боится, что вскоре заклинание перестанет на нём работать. Впрочем, она снова применила его невзирая на риск и, взяв ребёнка за руку, направилась с ним на первый этаж гильдии, молясь, чтобы платье не треснуло по швам в самый ответственный момент, если заклинание и впрямь подведёт.
Поскольку находились они всё-таки в Вечернем Городе, ночью здесь стоял шум и гам. Лунетта застала гильдию в полном составе, если верить количеству народа, разбившегося на всевозможные отдельные группы, каждая из которых занимала или свой угол, или стол. Свободных столиков не осталось, люди обсуждали недавние поручения и те, что до сих пор находились на доске, ожидая своего часа. Такая суета казалась несвойственной данному месту, обычно пребывающему в тишине и покое. Девочка приметила и Сильвию, занимающуюся раздачей заказов от Торина, едва успевающего вынести блюда на стойку. Она явно работала официантом, ловко маневрируя между столами, словно прежде только этим и занималась.
Всё-таки это не просто гильдия, а ещё и гостевой дом — со своими спальнями, со столовой и барной стойкой для желающих выпить. Похоже, Айрон этот бизнес развил достаточно хорошо, чтобы не жить в убыток, иначе бы он не мог должным образом содержать подобное здание. Хотя, можно ли гильдию вообще называть таким образом? Лунетта в предпринимательстве понимает негусто. К тому же, то, что она застала его в качестве главы гильдии непременно говорит о его отличных навыках приспосабливаться и управлять делами и людьми.
— Луна вернулась? — Айрон, явно не намеревающийся работать в ближайшее время, сидел за стойкой с какими-то ребятами, явно подчинёнными, ну или же просто согильдийцами. Он приметил макушку Лунетты исключительно из-за цвета волос, но в какой-то момент замешкался, поскольку девочка, стоящая в толпе сейчас, немного отличалась от той, что он видел прежде. Он никак не мог взять в толк, что именно переменилось. А потом его взгляд остановился на ребёнке, и тогда он вовсе впал в ступор. Айрон какое-то время пялился на малыша в обносках, босого и взъерошенного, но очень похожего на Лунетту. К тому же, наличие у него рогов и крохотных крылышек на спине как бы наталкивало на мысль, что он — какой-нибудь родственник девочки. — Кого привела? — он решил не рубить с плеча и поинтересоваться в лоб. Во всяком случае, Лунетта не выглядит как человек, способный за такой короткий промежуток времени завести отношения, и уж тем более — ребёнка. Да и минуло действительно не так много времени, чтобы утверждать, будто малыш рядом с ней прямой её потомок.
— Ящерицу. Он превратился в человека, так что у меня не хватило воли избавиться от него или оставить в подземелье, — Лунетта вздохнула, и на лице её отразилось обременённое выражение, будто весь мир прямо сейчас шёл против неё. Ну, она и проснулась-то из-за Мирта. Если бы не этот оголодавший комок с рогам, она бы как миленькая спала ещё пару дней. — Могу я здесь что-то заказать? Он есть хочет, да и я бы не отказалась.
— Овощи-мясо, или же что-то поинтереснее? — будничным, почти рабочим тоном поинтересовался Торин. Он, кажется, устал выполнять эту работу, но не возражал. Во всяком случае, сейчас он занимается раздачей, и он не имеет права жаловаться. Вряд ли ему не доплачивают за подобное.
— Я думаю мясо. Оно ему больше нравится, вроде бы.
Всё-таки кашу в прошлый раз Мирт не оценил, поскольку несмотря на то, что он её съел, лицо у него было довольно красноречивым — выразило его мнение лучше всех слов. Впрочем, раз Лунетта это ела, значит, это съедобно — скорее всего, лишь такими мыслями он и руководствовался, если вообще умел размышлять. И ел он кашу просто от безысходности, поскольку других вариантов не предложили. Очевидно, что хищник вроде виверны предпочтёт мясо крупе.
— Ящерицу? Дальний родственник? — Айрон даже отставил кружку с каким-то пенным напитком. Девочка вполне могла догадаться, что именно он пил. Наверняка сказать было нельзя, она не мастер напитков этого мира, однако это определённо что-то похожее на пиво. У выпившего Айрона, впрочем, даже лицо не меняется. И добрее он ничуть не стал. Скорее, просто любопытнее.
— Возможно. В подземелье была тварь, очень похожая на дракона, — Лунетта, едва вспоминая о ней, покрывалась мурашками. Этот монстр был слишком быстрым для своих габаритов, да и к тому же, невероятно мощным и живучим. Впервые Лунетте вообще пришлось столкнуться за всю свою жизнь с чем-то подобным. Внушающее ужас чудовище оставила глубокий след в её душе, и теперь она, наверное, до конца жизни будет с опаской относиться к этим тварям. Если только, конечно, её мозг вдруг не отключится, и она в моменте не отупеет, решив, что убить такую тварь предпочтительнее, нежели остаться в живых после схватки с ней.
— Ты убила дракона? — Торин фыркнул. Он, кажется, не верил в слова Лунетты. Ну, справедливо. В этом мире о драконах-то последний раз слышали лет семьсот назад. И тот — из энциклопедии. А, ещё стоит вспомнить трупы Микаэля. В таком случае, информация о дракон была обновлена лет эдак... Сто назад? Может, меньше лет на десять, но сути это не меняет. Поверить в такое достаточно сложно. Но девочка и не говорила, что та штука — дракон. Она просто сравнила её с ним.
— Ещё тварь, похожую на орла и льва, ну и стеклянного паука в придачу. Там больше никого не было, — правильнее было бы уточнить, что она унесла ноги до того, как появился кто-то ещё. Её счастье, что она после этих трёх схваток один на один с монстрами, превосходящими её в габаритах и швыряющими её об пол, вообще выжила.
— Даже в руинах древней цивилизации нет драконов. Они настолько редко встречаются, что у тебя не было шансов наткнуться на них.
Лунетта вскинула бровь. Такое яростное противостояние просто от упоминания расы? Голос Торина прямо-таки звенел от нескрываемой насмешки вперемешку с чем-то ещё, очень напоминающим недовольство. Он, видно, счёл, что Лунетта шутки шутит.
— А кто тогда перед тобой стоит? — Айрон возразил вместо девочки. Возможно, алкоголь развязал ему язык, поскольку он, рассевшись за столом с самодовольной улыбкой, натурально насмехался над Торином. Тот, почуяв, что дело пахнет жаренным, уточнил.
— Хотите сказать, что ребёнок, которого она привела — детёныш дракона?
— Мимо. Хотя и такое может быть, — Айрон развёл руками, в этот момент едва не навернувшись со стула. Парень поднялся, подошёл ближе к стойке, миновав ожидающую Лунетту, в компании опустевшего стакана. Девочка не успела понять, когда его содержимое исчезло. — Долей.
— Глава, вы ведь пошутили? — Торин, смиренно опустив голову и забрав чужую кружку, долил туда алкоголя. Он не столько выражал уважение, сколько предпочёл не спорить с выпившим человеком ради собственного спокойствия, хотя было заметно его желание устроить дебаты прямо на месте. Но это не для детских ушей, не говоря уже о толпе зевак без работы. И дело не в том, что он боится ударить в грязь лицом при свидетелях, разумеется. Просто Айрону будет достаточно один раз всерьёз разозлиться, чтобы он заткнулся и не смог возразить. Торин достаточно благоразумен, чтобы оценить ситуацию, в которой можно вести беседы, а в какой — нет.
— По поводу Луны? Нет, она и впрямь дракон, тебе такое и не снилось.
Приняв это за далеко зашедшую шутку, парень вздохнул. Сдался. Лунетта, наблюдающая за его выражением лица, догадалась, что в слова Айрона он не верил. Ну, нормальный человек и не поверит. До дня, пока собственными глазами не увидит её чешуйчатый зад.
— Так что там с едой? Он голодный, — девочка подняла ребёнка на руки, усадила на шею и тот принялся жевать уже её волосы. Возможно, это было плохой идеей. Нет, это была отвратительная затея, поскольку его теперь даже с шеи не спустить, пока у неё не появится еда.
Айрон вновь боролся с ощущением неправильности, пока смотрел на Лунетту и её лицо. Он и раньше заметил, что что-то не так, но потом его взгляд зацепился за ребёнка, и он сфокусировался на нём, а не на девочке. Прежде чем он приметил короткие пряди, отливающие в полумраке свечей металлическим блеском, которые пихал в рот ребёнок, прошло не меньше минуты. А потом он вдруг едва ли не закричал:
— Ты постриглась?!
— Скорее меня постриг дракон в битве, — девочка улыбнулась лишь на мгновение. Видя слишком ярко выражающее эмоции лицо парня, она про себя подумала, что ему, наверное, пить вообще не следует. Ранее она ошибочно посчитала, что он просто становится болтливым, но, похоже, лица это тоже касается. Парень напрочь игнорирует такт, да и ведёт себя как пятилетка.
— О... Ты ведь убила его? Принесла что-нибудь ценное?
— Шкуру, когти, зуб и остальное по мелочи. Позднее спрошу тебя о кузнеце, может, он сможет помочь мне с доспехом.
Айрон с важным видом закивал, словно чего-то такого от Лунетты и ожидал. Девочка наконец дождалась порцию еды, где лежал уже порядком остывший кусок мяса на тарелке, да какие-то сваленные в кучу овощи. Без изыска — мягко сказано. Торин словно постарался свалить это всё так, чтобы сделать менее привлекательным, чем оно есть на самом деле. Положи это же блюдо в глубокую тарелку, залей соусом и присыпь приправой — стало бы в сотню раз лучше, но сейчас это месиво ничем не отличалось от безжизненной еды, которую пихают все диетологи людям с больными желудками. Тем самым, которые не могут есть острое, сладкое, жирное, солёное, да и в целом — есть.
Посадив Мирта за стойку на единственное свободное и освободившееся на глазах место, Лунетта подвинула к нему тарелку и магией огня немного подогрела еду. Во всяком случае, опаленная огнём, она стала выглядеть немного лучше. Запекание и рядом не стояло, разумеется, но это нечто в тарелке совершенно точно стало приятнее на вид раз в десять.
— После двух недель отсутствия, удивительно, что ты вообще сюда успела, — отметил Торин. — Я уж думал, что ты не подоспеешь. В этом Сильвии и проиграл. Я подсчитал, что путь туда займёт не меньше недели, а в самом подземелье ты проведёшь как раз месяц. Правда, опираться пришлось на скудное описание от главы, а он о твоих боевых навыках не особо осведомлён, как я выяснил. Я уж уверился в своей победе. Не могла задержаться ещё на недельку?
— Думаю, задержись я там на недельку, там из-под снега вылезло бы что-нибудь пострашнее дракона, и я бы точно не вернулась, — Лунетта предпочитала не думать о том, что могло бы случиться, останься она там подольше. Она и так старалась не делать перерывов, не спать и не есть. Исключением стало восстановление сил после бойни с ящерицей, и то только потому что она на одну Лунетту оказалась слишком сильным противником.
По-хорошему, ей бы найти местную энциклопедию по чудовищам, однако спросить её с Микаэля теперь не получится. Остаётся только помешанный на драконах Вэриан, рассматривающий Лунетту как материал исследования.
Может, хоть он знает, с кем именно девочка столкнулась в том подземелье. Но возвращаться туда прямо сейчас нет желания. Да и дело не горит.
— Ну, в любом случае, я удивлён, что ты действительно в одиночку осилила такие руины. Даже сильные маги и воины собираются в команды для таких мест.
Лунетта не хочет говорить, что более она в такое место в одиночку ни за какие гроши не полезет. Не после того, как она столкнулась взглядами с очень уж неприятной ящерицей.
Возможно, травма от столкновения с ней затмила медведя. Она о медведе в той схватке даже не вспомнила. У неё все внутренности от ужаса перекручивало. Лунетта тогда даже не сразу осознала, что стоит столбом время от времени, впадая в ступор. Может, эта ящерица сделала тогда с ней что-то. А может, Лунетту просто так сильно сбивал с толку её неразборчивый и непереводимый рёв.
— Почему не ешь? — заметив, что ребёнок так и не прикоснулся к еде, девочка подвинула стул поближе, уселась на него и взяла еду в руки, тут же откусив от неё. Овощ на вкус напоминал родные брокколи, но на вид — помидоры. Странное сочетание, и человеческое сознание Лунетты едва способно переварить эту информацию. Поэтому она просто принимает факт того, что оно съедобно. — Оно не отравлено.
Мальчишка посмотрел на неё, пару раз тупо моргнул, и только после начал есть, и то, лишь овощи. К мясу он так и не притронулся. Поняв, что проблема никуда не делась, Лунетта и от мяса кусок оторвала, правда, жевать его оказалось малоприятно. В том заведении, куда её отводил Айрон, еда куда лучше. Здесь же натуральное хрючево. А ведь Сильвия так старается разносить это недоразумение за столы. Неужели кому-то нравится? Хотя, если много выпить, под закуску сойдёт что угодно. И как Айрон ещё не разорился? Она берёт свои слова об успешном управлении бизнесом обратно. Парень даже поваров не может нормальных нанять. Вряд ли еда выглядит так только потому что сегодня здесь так много народу.
У Лунетты есть подозрение, что мальчишка мало понимает, куда его привели, и что от него вообще хотят. Не то чтобы девочка что-то от него требовала, скорее, беда была в том, что она понятия не имела, что с ним делать в принципе. Детей она не хотела, а воспитание точно не её конёк. И это подтверждает тот факт, что она привела его в гильдию, где стоит мат-перемат и сидит куча пьяных, буйных людей. И не только людей. Девочка где-то видала темнокожих длинноухих с когтями и рогатых тварей, напоминающих скорее зверя, нежели человека. Морда у них точно не человеческая.
Парнишка подчистую съел содержимое тарелки. Предположив, что ему этого будет маловато, девочка могла только подумать про себя, что такой голодный рот она кормить в одиночку не очень-то и горит желанием. Пока она не планировала делать заказ на дополнительные порции. А ещё Мирту следует подобрать одежду. С детьми одни убытки...
Лунетта порылась в своём мешочке, который таскала с собой везде и всюду с тех пор, как ей его вернули. Нарыв там кусок шкуры ящерицы, она выкинула его на стойку. Задачка сложная, учитывая, что рулон склеился из-за крови да и само он в размерах не уступал ни стойке, ни человеку. Шкура просто огромная, и девочка унесла самое малое — только то, что удалось поместить в мешок и то, что она сочла достаточно ценным.
— Торин, ты ведь разбираешься в тварях? Что скажешь про эту чешую?
Парень, вручивший Айрону полную кружку пенного после очередного требования долить, перевёл взгляд на чешую. Едва он её увидел, лицо у него приняло такое выражение, словно он сам столкнулся с той тварью, которой принадлежит эта шкура. Не то ужас, не то восторг.
— Ты где её достала?
— Сказала же, с той твари в руинах, — Луна понимала всё, но есть же предел скептицизму и неверию этого парня. Она понимает, сюда частенько приходят любители приукрасить свои заслуги, однако она просто рассказала всё как есть. Айрон, впрочем, ничуть не сомневался, но даже увидев чешую, он мало что мог сказать на её счёт. Он был простым магом-наёмником, а не кузнецом или исследователем тварей. Прокомментировать подобный материал он может, но Лунетта не услышит желаемого — только критику такого же не разбирающегося в этой области человека.
Впрочем, Торина эта шкура очень уж заняла. Он крутил её и так и сяк, пытался отклеить край, пока не хлопнул по столешнице ладонью, приняв решение.
— У тебя много её?
— Негусто. На доспех. Хотела попытать счастья и сделать себе что-то понадёжнее, поскольку одними дальними атаками, видно, я не смогу обойтись, — сперва план и правда был такой, но она в моменте как-то передумала, посчитав, что ей это не нужно. У неё и своя чешуя имеется. Дракона-то она завалить смогла и без брони. Впрочем, это даже вряд ли был он.
— Правильно конечно, но это элитная шкура, и без расписки наёмников тебя могут привлечь.
Чего? За что это ещё?
Лунетта мрачно уставилась на парня, взглядом требуя пояснений. Тот всё пальцами гладил чешуйки, словно загипнотизированный. Он точно приценивался.
— Материалы элитного уровня, которые добывают с монстров и чудовищ, идут на обеспечение столицы и их воинов. Поскольку есть шанс, что ты добыла это всё дело незаконно, нужна расписка. Попытайся ты сбыть шкуру без неё — кузнец передаст информацию властям и тебя схватят.
Что за чушь?
— Глава быстро сделает тебе расписку, так что делай что хочешь с тем, что добыла. Правда, бумажка будет работать только на то, что он впишет.
— У меня ещё рог и коготь.
— Ну вот. Однако я не думаю, что сегодня следует этим заниматься, — Торин мягко намекнул на состояние убежавшего к толпе Айрона. Лунетта, глядя на него и на то, как легко он общается с компанией, больше напоминающей отпетых разбойников, почти с досадой вздохнула. Он сам, впрочем, не голубых кровей. Если припомнить, то он самый натуральный простолюдин без гроша. То, что он вырвался из этой ямы, заслуга по большей части Лунетты и тех вещей, которые он у неё одолжил, пока та была в спячке.
— Сегодня я хотела только одеть и покормить Мирта, раз уж он меня разбудил.
— Он действительно из руин? — Торин, вынужденный поверить в убийство дракона, решил уточнить, откуда всё-таки взялся ребёнок, очень уж похожий на Лунетту. Он был готов спорить о их родстве, но прямо сейчас, уже проиграв ставку Сильвии, не хотел наступать на те же грабли. Зарекаться не стоит. Не в этом случае.
— Вылупился из яйца. Я хотела пожарить яичницу, но пока несла его, он решил, что не хочет становиться моим ужином и предпочёл появиться на свет.
— Ты хотела пожарить яйцо неведомой твари?..
— А что с ним делать? Высиживать? Конечно хотела, там жрать больше нечего в тех руинах.
Торин предпочёл сделать вид, что он этого не слышал.
— Разве он мог вылупиться таким большим?
— Ну, знаешь ли, Айрон тоже не младенцем был, — возмутилась Лунетта, но быстро сообразила, что Торин своими глазами малыша-Айрона не видал, поэтому понятия не имеет, до каких размеров вырастают яйца яшмовых нар, не говоря уже о том, какие из них появляются дети.
— Какие у вас с главой вообще отношения? — услышав, как именно, и с каким тоном говорит о нём Лунетта, парень за стойкой не мог взять в толк, с каких пор девочка знакома с ним.
— Взаимовыгодные. Он помогает мне, я — ему. Можно назвать и друзьями, — Лунетта не уверена, уместно ли это, всё-таки она с Айроном не настолько близка. Да, они помогали друг другу по возможности, да, он был её наставником в плане изучения языка, однако потом она занялась его воскрешением и всё в таком духе. Они и не разговаривали толком до момента, пока Лунетта не повзрослела, вернувшись в человеческий облик. Да и сейчас возможностей негусто.
— Если бы он это услышал, то очень обиделся бы, — Торин упустил смешок, но потом, заметив, что где-то в толпе назревает драка, убежал туда разнимать людей. Лунетта предпочла больше не задерживаться, убрала чешую в мешок и вышла из гильдии, решив поискать одежду на Мирта. Это был следующий и последний пункт в её планах на сегодняшнюю ночь.
Мальчишка, так и вцепившийся в юбку Лунетты, следовал хвостом вплоть до магазинчика. Лунетте даже подумалось, что скорее порвётся её юбка, нежели этот ребёнок потеряется в толпе.
Так и случилось — в какой-то момент среди стороннего шума она различила звук рвущейся ткани и мгновенно повернулась, увидев, как юбка, которую держал ребёнок, разошлась на месте соединения с верхней частью платья.
Быстро починив её заклинанием и благодаря тех, кто его вообще придумал, Лунетта схватила ребёнка на руки и быстренько добежала до лавки портного по памяти. Ну, она пыталась это сделать, но всё равно заплутала, так что пришлось спрашивать у прохожих, многие из которых успели или проигнорировать её, или высказать своё непрошенное мнение о том, что она молодая леди, и уже с ребёнком. Девушка в лавке с одеждой явно узнала девочку, с раздражением на лице пересёкшую порог, вот только сама Лунетта её лица не помнила, так что она не могла поздороваться с той же искренностью, что и хозяйка. Впрочем, швее это не помешало быстренько поинтересоваться, что именно хочет получить девочка.
— Одежду на него. Желательно с предусмотренными выемками на спине, потому что у него там крылья.
Девушка, ходящая кругами около ребёнка, на глаз прикидывала, в какую сумму уложится. А может, примеряла различные стили, выбирая один из многих — Лунетта знать не знает, как устроен мозг у таких людей. Может, сумму она уже знала, но вот размеры подсчитывала на глаз, продумывая в мыслях дизайн.
— Сколько наборов одежды?
— Двух должно хватить? — Лунетта не была уверена, но раз то, что ей одолжили в деревне, ещё цело, значит, этот мальчишка в ближайшее время скачков роста не пережил.
— Дизайн попроще? — оценив взглядом наряд девушки, в котором она сюда явилась, несложно было догадаться, что от платья, купленного ранее, ничего не осталось. Ну, после посещения лавки в компании Айрона было очевидно, что она наёмница, следовало ожидать, что то дизайнерское решение не доживёт до сегодняшнего дня. Сегодня Лунетта в компании ребёнка. Необычно, конечно, но её положение примерно понятно.
— Ага.
Девушка быстро подошла к ребёнку снять мерки, но тот вцепился в ногу Лунетты, словно клещ. Незнакомку к себе он подпускать отказался наотрез, вместо этого предпочтя спину девочки, которая точно так же не являлась ему родственником.
— Да что ты присосался? Она просто возьмёт мерки. На, — поняв, что мальчишка так просто не отцепится, Лунетта всучила ему свой пространственный мешок. В подземелье это отлично сработало. Может, это как успокаивающий плед, только мешок для ящера. Взяв его, мальчишка наконец отпустил ногу девочки, и тогда швея быстро сняла с него мерки, поскольку он уже не препятствовал, впрочем, и не сотрудничая тоже. — Когда будет готово?
— Дня два. У меня пока заказов негусто, но у меня в процессе платье на свадебную церемонию, так что придётся немного подождать.
Лунетта кивнула. Лучше так, чем этот страдалец будет носиться в обносках.
— Слышал? Через два дня сюда придём. Сколько получится?
— Первичный взнос — половина. Тридцать серебряных.
Лунетта открыла мешочек прямо в руках Мирта, вытащила не глядя оттуда горсть монет, но не нашла ничего мельче золотого. Тогда она повторила действие и наконец нашла серебряк — крупную серебряную монету номиналом в десяток серебряных. Нужно было найти ещё две таких.
Копалась девочка долго, но всё-таки нашла, оплатила покупку, да и вышла вместе с ребёнком, решив, что теперь пора бы и самой перекусить. Ну, и покормить это нечто, ибо Мирт не наелся.
Потому отправилась в уже знакомую забегаловку, веря, что ребёнок ей там совершенно не помешает, раз он такой смирный, и на ребёнка не похож вовсе.