XXXIX: Взросление
Единственное озеро на весь лес, к которому текла река, располагалось достаточно далеко от пещеры. Для Лунетты, задыхающейся от жажды и жары, добраться туда не помешал ни ветер, ни деревья, которые она с грохотом давила, поскольку летать так и не научилась. Массивное тело то и дело наклонялось вбок, и даже две пары крыльев не выдерживали его веса. Возможно, будь Лунетта более опытна — не чувствовала бы никаких препятствий. Однако в драконьей туше она оказалась неожиданно, и бодрствовала она не так часто и не столь долго — едва приходя в чувства, она засыпала вновь.
Свежая, холодная вода оказалась для неё сущим блаженством. Лунетта буквально упала в озеро, которое для неё оказалось скорее чем-то сродни бассейна. Габариты дракона попросту не позволяли от души расслабиться, поскольку водоём оказался неглубоким, однако Луна смогла и напиться, и окунуться. Пар, поднявшийся от столкновения разогретой чешуи, вскипятил озеро. Рыбы, живущие в нём, всплыли брюхом вверх. Лунетта пожалела бы несчастных, но сочла, что вместо этого будет лучше их съесть прямо так. Раз у неё в глотке вулкан, то она даже не заметит вкуса сырой рыбы. Можно не заморачиваться с готовкой: запечëтся в пасти.
Лунетта сейчас ничем не отличалась от голубя в луже посреди лета. Почему-то эта ассоциация, весьма печальная, на ум пришла первой. Невзирая на неуместность и даже некую бредовость.
Впрочем, её радовало хотя бы то, что температура тела сильно упала. Наконец, исчезло это раздирающее ощущение в глотке и ком в ней же. А после небольшого завтрака, состоящего из погибших рыб, Лунетта и вовсе ощутила прилив сил. Теперь и магией воспользоваться не грех.
Озеро замёрзло. Магия заморозки и льда по сути своей схожа, и Лунетта обычно использовала её, сперва формируя воду, а потом уже замораживая созданное. Получившиеся сосульки представляли собой именно магию льда, но вот если понижать температуру воды, уже существующей, то это банальная заморозка, и сил на неё нужно меньше, что понятно каждому уважающему себя магу, да и обыкновенному человеку тоже. Лунетта рассчитывала на это. Даже если она была в драконьей форме, это не ставило крест на её навыках и способности создавать всё по одному только желанию. Поэтому она лежала, вмороженная в озеро и устроившая голову на берегу. И это полностью её устраивало. Правда, лёд стремительно таял под температурой тела, но вода всё ещё была достаточно холодной. Однако она вновь могла использовать чары. Нет ничего лучше возможности пользоваться магией по мановению руки. Или лапы.
Пришедший к ней Микаэль был шокирован, увидев дракона, который был почти весь во льду и выглядел при этом крайне довольным. Пар, поднимающийся в воздух от столкновения температур, образовал туман, так что он едва сюда добрался. Но по пути он очень удачно поймал оленя. Его тушку, правда, не смог утащить, но надеялся на то, что услышав о ней, Лунетта пойдёт за ним. Однако видя её сейчас... Едва ли она куда-то собирается. Драконья туша занимала всё озеро, а Лунетта не прекращала издавать довольное урчание. Микаэль быстро сообразил, что причина побега крылась в жаре. Возможно ли, что ей было жарко от собственного тела? Обычно драконы устойчивы к высоким или низким температурам, но до какого уровня поднялся градус в её теле, раз она не выдержала? С другой стороны, обычно драконы и не лежат всё взросление в пещере, а выбираются на охоту и поиск воды. То, что Лунетта сделала это только сейчас, уже удивительно. Микаэль даже не задумался об этом, но эта девочка была тоже живым существом, нуждающемся в еде и воде. Он частенько приносил припасы, но дракон ни разу не почтил мага своим желанием присоединиться к трапезе.
Лунетте не было дела до гостя. Сейчас она наконец расслабилась и не нуждалась в еде или воде, а так же охлаждении — всё было под рукой. Под крылом, так сказать. Странно только, что она не высказала этого желания по отношению к тому, что маг приносил ей до этого. Может, она была не готова?
— Ты не вернёшься? Там мальчишка один остался.
Дракон громко фыркнул, дёрнул хвостом, разнося часть льда вдребезги, и больше не двинулся. Лунетта ясно дала понять, что никуда не уйдёт. Её целиком и полностью устраивало текущее положение, так что Микаэль просто уселся неподалёку на землю и горько вздохнул.
— Как думаешь, твоё перевоплощение и правда займёт восемьдесят лет?
Лунетта оторвала морду от земли, поднялась из озера и отряхнулась. Она медленно прошла по реке дальше, предпочитая уйти от собеседника. Он со своей болтовнёй её ещё в пещере достал, а теперь и сюда явился.
На самом деле, теперь мне кажется, что это не так уж и много?
Девочка не знала. Она предпочла бы скорее забрать Айрона и улететь куда-нибудь далеко, однако, не освоившись с крыльями, провернуть такое трудно.
Лунетта остановилась, повернула морду к парню и взмахнула хвостом, обливая Микаэля с ног до головы. Промокший парень в шоке уставился на крылатую ящерицу.
— Что ты делаешь?! Бумаги в сумке промокнут!
Маг тут же принялся копаться в мешке, собственными руками делая ситуацию ещё хуже — и без того поплывшие символы расплылись ещё сильнее от соприкосновения с мокрой кожей.
Подавись своими записями. Я ведь просила оставить меня в покое. Ты не помогаешь.
Даже если он остался, когда она в полубреду превращалась в дракона, сейчас от него совсем не было толку. А уж с Айроном она сама проблему решит. В шарады им играть не впервой.
Взмахнув двумя крыльями и оторвав тушу от земли, Лунетта решила двинуться обратно к пещере, оставив Микаэля с бумажками наедине. Пускай наслаждается. Впрочем, о себе она так отозваться не могла: оторваться от земли оказалось труднее, чем она думала, и явно сложнее, чем в предыдущий раз. Накренившееся тело свалилось и протаранило несколько деревьев. Попытавшись ещё, дракон всё же смог кое-как двинуться вперёд. Лунетта не понимала, как правильно лететь, так что то и дело задевала брюхом верхушки деревьев, пока не достигла пещеры, где оставался Айрон. Теперь, будучи в трезвом уме, она и ману могла использовать без препятствий.
О? Кажется, недавно он был мельче?
Парнишка, которого Лунетта оставляла в пещере, завёрнутым в ткань, развалился в куче перьев. Сейчас она не могла сказать, что он был того же размера, что и при вылуплении.
Он по часам растёт? По минутам? Что с ним такое? Я не читала ничего подобного про нар.
В книгах не было сказано хоть что-то о стремительном росте, но, похоже, и без того большой ребёнок, стал ещё больше всего за столь никчёмный отрезок времени. Похоже, в отличие от драконов, чей рост замирает до переходного возраста, нары скорее мгновенно развиваются до подростка.
Впрочем, Лунетту это только радовало. Печально было лишь то, что она поесть не принесла.
— Луна? Вернулась?
Услышав детский голос от кучи перьев, дракон замер и уставился на ребёнка. Это определённо говорил тот мальчишка. Выходит, заклинание удалось? Это и правда Айрон?
Вот только порадоваться в её положении она пока не готова. Может, потому что ощущения и чувства притупились, а может потому что она не до конца осознает, кто именно перед ней находится. Спутанность мыслей блокирует эмоцию бесконтрольной радости, да и облегчения тоже. Она вообще руководствуется отголоском собственных мыслей из недалёкого прошлого. Нужно убираться отсюда, помочь Айрону. Больше планов не было, но эти два пункта из раза в раз повторяли себя. И вскользь что-то о яйце и вылуплении. В разрознённых воспоминаниях эти стали самыми яркими и важными.
Наверное, нужно вернуться за едой. Или отправиться глубже в лес.
Лунетта проползла в пещеру. Вход в неё всё ещё вынуждал сгибаться и прижимать лапы с головой к земле, но драконья туша уместилась и, подцепив когтем небольшой мешочек, дракон оставил его рядом с ребёнком.
Давай, шарады, как в старые времена.
Дракон уркнул в ожидании. Мальчишка уставился на мешочек, подошёл ближе и взял его в руки. Покрутил, сообразил, что это та самая безделушка, с которой Лунетта не расставалась и умудрилась туда даже ледяные гробы затолкать, и тут же открыл её. Внутри порылся, наощупь обнаружив какие-то ткани, да книги. Впрочем, в мешочке вещей оказалось негусто, и ничего полезного.
— Что с ним делать?
Лунетта повернулась в пещере, вновь направившись к выходу и остановилась, глядя на мальчишку. Айрон догадался, что его зовут за собой, так что со вздохом подошёл ближе.
Девочка в теле дракона не могла похвастаться навыками полёта, но доставить себя и Айрона куда-нибудь поближе к деревне или городу она вполне способна. Хотя, наверное, на неё нападут? Драконы не столь частые гости, и ещё реже охотники хорошо к ним относятся. Велика вероятность, что на неё просто нападут, но Айрону нужна одежда и еда.
Глядя на поваленные деревья, Лунетта долго думала, прежде чем сообразить, что построить дом и в лесу можно: достаточно только магию использовать. Конечно, будет неидеально, но всяко лучше, чем ничего.
Ну, или она могла доставить себя с Айроном в тот лес, где нет ни души.
— И зачем ты позвала меня? Не предлагаешь же оседлать.
Вообще-то, именно это и предлагаю.
Лунетта, будучи ещё в сознании, предпочла бы отправиться вместе с Айроном подальше отсюда. Мальчишка постоял, подумал и вернулся вглубь пещеры.
— Я заберу твои перья. Не хватало ещё, чтобы кто-то на них обогатился.
Неужто ты настолько жаден?
Лунетта фыркнула, но дождалась, пока перья плавно перекочуют в мешочек. Мальчишка вернулся, всё ещё замотанный в тряпку. Он и скорлупу от своего яйца забрал, чего Лунетта не оценила — попросту не поняла, с какой целью. Насколько она вообще может быть ценна?
Айрон не горел желанием летать, но вряд ли это отличалось от магии левитации, так что он осторожно вскарабкался по чешуе и рогам, цепляясь даже за крупные торчащие перья, пока не уселся на шею, совсем рядом с рогами на голове. Так Лунетта сможет слышать его, даже если ветер будет свистеть в ушах. Впрочем, их-то он не видит. Только какие-то маленькие узкие дырочки между рогами, но он не станет их трогать. При всём своём любопытстве, он предпочитал сдерживать такие позывы. Не хватало ещё, чтобы его, едва рождённого, сбросили, и он снова помер, убившись об камень или дерево.
— Полетишь?
Полечу. Дай с силами собраться, я до сих пор не научилась.
Лунетте было стыдно признавать, но полёты — очень трудная вещь, и к такому следует привыкать заранее, а желательно и вовсе с рождения. Не зря птенцы рано выпадают из гнезда.
Оторваться от земли легче, чем в последний раз, но страшнее — на голове хрупкий ребёнок, способный при любом мощном повороте слететь к чёрту. Лунетта надеется, что он ещё там, да и воплей она не слышала, а значит, он не падает.
Айрону страшновато вот так седлать дракона. Он за свою недолгую жизнь многое повидал, но впервые ему довелось переродиться в новом теле, ещё и застав огромную тварь рядом с собой, его защищающую. Сперва он и вовсе подумал, что произошла ошибка, и он в самом деле переродился. До тех пор, пока не увидел морду Микаэля. После этого он сообразил, что всё пошло по плану Лунетты, и этот маг ещё от неё не отвял.
Впрочем, это всё же захватывающе. Он пошёл на короля демонов только потому что посчитал, что это даст ему статус и богатства, которых он так желал, и не мог заполучить, но... В итоге так и помер. Ещё и без друзей остался.
Луна осталась его спасителем. Глядя на неё, даже в драконьей туше, он чувствовал себя должником. Но что он вообще может сделать? Он никто, и звать его никак. Да и родословная у него под вопросом — выкинули как дешёвку. Не просто так ведь яйцо тому парню не приглянулось. Себя он не видел в зеркале, но догадывался, что с собой прошлым едва ли имеет что-то общее.
— Куда летим? — Айрон не понимал, куда направлялась Лунетта. Она оторвалась далеко от земли и теперь даже деревья не задевала, всё набирая высоту и скорость.
А есть предложения? Я понятия не имею, просто лечу. Даже не знаю, где я.
Айрон бестолково глядел на молчаливого монстра. Лунетта не оборачивалась к нему.
— Сама не в курсе?
Услышав урчание, схожее с ответом «Да», мальчишка не был удивлён.
— Давай к Вечернему Городу. Если за нами Айриград, то в той стороне столица и большинство городов. Пролетим ещё и доберёмся туда. Остановишься неподалёку, я попробую разобраться как-нибудь.
Айрону ещё предстоит попросить Лунетту наложить на него чары, но это будет уже когда они прилетят. А пока он может лишь наблюдать с высоты полёта дракона за крохотными деревьями внизу, да облаками над головой, слушая свист ветра.