XXXIII: Планы
У Лунетты ушёл месяц на разработку магического круга. Она была уверена, что уложится за несколько дней, но даже когда тот маг из лавки принёс ей нужный свиток, она ничего не поняла из того, что там написано. Нет, текст-то она прочла, символы тоже, вот только беда была в том, что они совершенно не подходили для её магического круга.
Тогда этого мага пришлось отправить конкретно за свитком лечения, поскольку принёс он ей атакующую светлую магию, и все символы света, начертанные на бумаге, так или иначе подразумевали под собой уничтожение зла и всё в таком духе.
Но даже тогда Лунетта смогла выписать лишь пять символов из необходимых двадцати.
Должны были существовать ещё символы для привязки и восстановления, поскольку написанного на магическом круге для переселения души и её закрепления в новой плоти, явно было недостаточно. Поэтому девочке пришлось самой добраться до храма и расспросить местных о боге, дабы заговорить зубы.
Никогда бы не подумала, что встанет в роль человека, сказавшего «Не хотите поговорить о боге?».
Кто бы мог подумать, что эти еретики и впрямь поклоняются некому единому божеству во всех странах, и что это местное божество создало сам мир. Его статуи девочка уже видела в храме деревни, но она не особо придавала им значение. Лунетте дела не было до богов в новом мире, верующей она никогда не была, но любая информация о месте, где она неожиданно появилась, могла оказаться для неё полезной, так что она продолжала задавать вопросы.
Сестра в храме рассказала ей всё, что знала. Лунетту даже похвалили за такой шквал вопросов и проявленный интерес. Да и приняли её охотно — похоже, потому что она подавляла магическую ауру и выглядела так, словно никогда магию не использовала. Похоже, им даже было плевать на чешую и крылья — мол, монстры тоже дети божьи, что ли?
Неужели эти ребята не видели, что она устроила полгода назад? Впрочем, это ей же на руку — отвечали ей быстро, легко и без вопросов в стиле «А зачем тебе эта информация?». Наверное, в силу своего облика ребёнка, Лунетта могла выведать что угодно.
Так она информацию о свитке лечения и получила. Ей показали его со словами «Можешь взглянуть, но забирать нельзя», поскольку сочли, что девочка не поймёт ни слова.
Ошибались они в этом сильно — Лунетта не только поняла, но и запомнила все необходимые ей недостающие символы. Чтобы заполнить пропуски в магическом круге, они были необходимы. Благо, сестра даже не задумывалась о том, с какой целью девочка попросила свиток. Хотя, не то чтобы она акцентировала внимание именно на свитках — просто предложила взглянуть на что-то помимо статуй.
Покрутив его во все стороны — и так и сяк, словно не понимая ни слова, Лунетта перевернула его вверх тормашками и наконец нарочито важно изрекла:
— Всё понятно. Это что-то, что взрывает монстров?
Сестра рассмеялась. Что ж, шутка удалась — девочка смогла отвести возможные подозрения, играя невинного ребёнка. Правда, слишком туповато вышло — логично ведь, что здесь свитков таких быть не может, это же храм. С другой стороны, кто знает, что они тут хранят в этих залах.
— Почему смеётесь? Монстров ведь тоже уничтожать надо. Вы ведь как-то этим тоже занимаетесь, не только стража.
— Это так. Но это заклинание не из таких.
Сестра забрала из рук девочки свиток, положила его под стекло в помещении библиотеки, в которую они пришли после просьбы девочки посмотреть на что-нибудь более интересное.
Правда, кто мог посчитать, что свитки и книги интереснее всех этих огромных статуй? Наверняка, лишь местные святые.
Ну, не Лунетте жаловаться. Она получила желаемое — символы запомнила и теперь готова была вписать их в лист.
И, получив за месяц поисков полноценный магический круг, она была настолько счастлива, что даже не замечала зловоние от тела монстра рядом, пока вписывала недостающие символы. Айрон старался не выходить из комнаты девочки, но прислуга начала жаловаться на странный запах в коридорах, так что Лунетта постоянно держала окно в своей комнате открытым и просила монстра по возможности воздержаться от передвижений.
Будто бы он двигался этот месяц...
— Ну, осталось только яйцо. Микаэль подыскал потенциального носителя.
Девочка наконец запомнила имя этого злосчастного мага из книжной лавки. Она каждый раз тыкала ему, потому что он даже не представился, и когда тот возмутился, что Лунетта ни разу не обратилась к нему по имени, тот представился заново с важным видом.
С тех пор тыкать ему девочка не перестала, но имя запомнила.
Яшмовые нары были редкостью, и в Айриграде найти такого было не просто сложно, а на грани невозможного. Лунетте несказанно повезло наткнуться на них, пока те были в путешествии. То была женатая пара, но девушка в этой паре была крайне обеспокоена количеством своего потомства.
В обычном случае у этого вида живот был не больше чем у любой человеческой женщины на пятом-шестом месяце, но эта выглядела как роженица со схватками, находящаяся на девятом.
Яиц должно было быть больше, чем обычно.
Лунетте об этой паре доложил Микаэль. Эти рептилоиды заглянули в его магазин, и парень завёл беседу с супругом женщины, узнав о том, что детишек в этот раз будет слишком много. Даже будучи богатыми, они бы не потянули больше десятка детей, так что парень предложил этому горе-супругу забрать у жены одно яйцо и отдать ему — мол, он всегда мечтал о сыне, но у него есть некоторые проблемы, из-за которых детей ему не видать.
Позорился Микаэль ради Лунетты знатно.
Услышав эту историю от него впервые, девочку пробило на истерический смех и она долго не могла успокоиться.
Но потом она поблагодарила его — если нары сочтут, что часть потомства им не нужна, Микаэлю выдадут как минимум одно яйцо. Будет лучше, если два. Тогда подозрений по поводу пропажи одного ребёнка не будет. Тем не менее, ему действительно придётся завести сына, так что, наверное, будет не очень хорошо, если яйцо просто исчезнет.
Эту проблему можно было решить со взрослением Лунетты — она могла бы прикинуться женой этого паренька, а он бы сказал, что за яйцом приглядывает она, и тогда в любом случае, через сколько бы лет ни заглянули к девочке или этому горе-магу нары, можно было направить их к Лунетте. Всё же соврать о такой связи будет лучше.
Во всяком случае, магу это не особо навредит. Он мог спокойно найти себе походящую пассию в будущем, заранее предупредив её о Лунетте.
План непроработанный, да настолько, что думать о нём она перестала сразу после осознания, что она долго будет косить под ящерицу-переростка. Она малость запамятовала, что лет восемьдесят будет драконом, а обычные люди столько не живут. Не в этом мире уж точно. Девочка смотрела только на результат. Заполучив в руки яйцо, она наконец сможет избавиться от воняющего монстра.
Тогда она ещё не знала, что яйцо... будет таким.
Она не видела ни единого изображения в книге, так что предполагала, что оно будет или как у змей — в мягкой оболочке, или как у драконов — что-то с чешуёй.
Каково было её удивление, когда ей притащили спустя ещё месяц яйцо,формой похожее на куриное, но всё в каких-то узорах и замотанное в дорогущую ткань. К тому же, если говорить о его размерах... Оно было не меньше самой Лунетты. Словно драконье.
— Прежде чем ты спросишь, почему оно такое, — видя выражение на лице девочки, Микаэль принялся объяснять. Он, в отличие от девочки, изучал вопросы рас более подробно, а так же подружился с супругом нары, так что выведал даже больше, чем описано в справочниках. — Яйца растут. Сперва они появляются на свет не очень крупными, не больше младенца, но потом могут дорасти до габаритов драконьего в течение недели. Я не смог забрать его сразу, но кладка оказалась действительно большой — пятнадцать не очень крупных яиц. Поскольку потомство оказалось огромным, мне отдали его сразу, как только рост яйца прекратился и нара, сидящая с яйцами, уснула. Мне жаль Виану.
Виана — та самая нара, которая выносила в себе пятнадцать яиц, прежде чем всё же снести кладку, посчитав, что дальше они как-нибудь сами смогут вырасти и вылупиться. Ей скорее надоело таскать их внутри. Её супруг был не в восторге от размера кладки, но они сами приняли решение продлить род, так что ему оставалось лишь смириться. Он знал, на что шёл. Благо, эта раса не настолько любит размножаться, и тяги к партнёру у них нет, как и желания заводить детей, так что эти случаи малочисленны. Только благодаря этому они вообще не захватили весь мир. Хорошо, если хотя бы один из потомства потом решит обзавестись семьёй — и то лишь достигнув приличного такого возраста. Девочка даже не рассчитывала, что ей так повезёт встретить в эти годы хотя бы одну такую пару.
Это точно благословение свыше. Необъяснимое везение, потому что совершенно безнадёжный, абсолютно провальный план, теперь возможно воплотить в реальность. О таком она даже мечтать не смела, положив всё на поиск чар. Надеялась, что сможет создать что-то вроде полноценного воскрешения без всех этих переносов души в яйцо.
Взяв яйцо, Лунетта уложила его на свою кровать. Место для ритуала она выбрала — в подвале дворца. Там есть какие-то большие залы, и глава города разрешил ей воспользоваться ими в своих целях. Ему, убитому горем, было плевать, что станется с замком. Его заместитель решал почти все вопросы сам, да и девочка избегала разговаривать с мужчиной, у которого не осталось ни жены, ни дочери. Как она узнала, Элайра была его единственной дочерью, а жена погибла при родах.
Как бы ей ни было жаль этого человека, помочь она ему не могла. Она слышала от прислуги, что он помешался, так что заместитель отчаянно ищет способ выпутаться из положения, но из-за сиутации с королём демонов, королём их небольшой территории в целом, никто сейчас не станет в этом разбираться. Помощи ждать неоткуда.
Так что Лунетта предпочитала делать вид, что всё в порядке. От чрезмерного сочувствия ему легче точно не станет. Да и она ужасна в своих попытках поддерживать людей.
— Виана не спала все эти дни, охраняя кладку. Даже мужа не подпускала, — парень вздохнул. Он глядел на яйцо, пока Лунетта смотрела на Айрона в теле оленя. — Этот монстр воняет так, что вся прислуга на ушах стоит. Куда ты его денешь после ритуала?
— Думаю просто сжечь. Они неплохо горят, — девочка создала на ладони маленький огненный шарик. — Ты, кстати, проверял яйцо на ману?
— Нет необходимости. Внутри тёмная аура. Похоже, муж выбрал самое неприглядное на его взгляд яйцо. Тёмные маги считаются не самыми лучшими и потенциально опасными, так что он отдал того, кто, на его взгляд, будет проблемным.
Лунетта кивнула. Шансы на успех повысились.
— Тогда мне нужен мел из твоей лавки. И кровь, потому что без неё не обойтись.
— Кровь драктара должна подойти.
— Без разницы, она нужна только для написания нескольких символов.
Лунетта посчитала, что символы, относящиеся к переселению души, нужно скрепить кровью. Так надёжнее, потому что нет ничего лучше этого метода. Она в справочниках ни разу не видела, чтобы кто-то вдавался в детали того, чем лучше рисовать круги, однако в гримуаре некроманта было сказано, что символы, написанные кровью, более надёжны.
Таким образом, она этой кровью вообще весь магический круг могла бы рисовать, но у неё нет такого количества, и Микаэль ей столько не добудет.
Так что придётся обойтись необходимым минимумом.
Ну, или она могла бы выбраться в леса, где обитают монстры, убить одного и протащить в город. Тоже вариант, но слишком времязатратно, и результат не оправдывает затраченные силы.
Микаэль считал интересным пребывание с этой девочкой — она вечно что-то искала, писала или добывала, так что и у него частенько появлялась работа помимо сидения в магической лавке и выдачи книг редким покупателям. С этим и Галья справиться могла — его фамильяр отлично исполнял работу вместо него.
Сама Лунетта считала парня навязчивым и странным. То, что он вечно крутился под ногами, чаще мешало, нежели облегчало ей работу.
Поэтому она надеялась, что это было его последнее вмешательство, потому что уже сегодня она планировала заняться подготовкой в подвальных залах и нарисовать хотя бы основу круга и все базовые символы. И заодно перетащить туда Айрона. Главное, чтобы служанки все в обморок не посваливались, потому что от прислуги Лунетта отказалась чуть ли не на следующий день, и все благополучно забыли, что у неё в комнате сидит здоровенный и опасный монстр.