XXIX: Возвращение в город
Каково было удивление Лунетты, когда, выбравшись из проклятых земель, она увидела заснеженный лес.
Она была уверена, что провела там где-то месяц, но, похоже, здесь время течёт иначе?
Девочка держалась за рога Айрона руками, покрытыми чешуёй. Холод неприятно пробирал до костей, и дело было не в олене, окружённом магией охлаждения, как Лунетта её называла. Скорее, беда была в ветре, с которым девочка столкнулась, стоило пересечь границу проклятых земель.
Выжженная ядовитая пустошь вдруг превратилась в заснеженные земли — где это видано? Неужели она дорогу перепутала? Да вроде непохоже — они ж болота минули, должны были выйти не в заснеженные земли короля демонов, а точно в её лес.
Порывшись в мешочке и внутри пространства открыв чемодан, девочка вытащила из него меховую накидку из шкуры монстра. Накинула она на себя её довольно быстро, и то лишь спереди, поскольку спину прикрывали от ветра крылья, и попросила поторопиться — долго в снегах она не то чтобы не протянет, но быстро отключится, а тащить её будет некому. Конечно, пока на теле оленя ещё есть плоть, это не столь сложно — сомкнуть челюсти на одежде и оттащить. Беда была в платье, которое натяжения не перенесёт и порвётся прямо на ней. Так что тащить только за волосы. Но это будет... Так себе картина.
Лунетта впервые ехала верхом. За время, проведённое на Айроне, она наконец поняла, что значит отбить себе задницу и перенапрячь бёдра. У неё не было седла, а ноги совсем короткие, да и саму её подкидывало, стоило оленю ускориться. Она чуть ли не висела на монстре, когда тот начинал скакать галопом. Даже крылья, прибавляющие девочке веса, не спасали. Напротив, они при неправильном положении Лунетты создавали сопротивление, из-за которого и оленю приходилось прилагать больше усилий.
Однако, похоже, он не уставал. Айрону не нужна была еда, не нужен сон или просто отдых — тело уже мертво, так что оно совершенно ни в чём не нуждается. Даже наличие мяса нужно лишь для того чтобы зверь мог свободнее передвигаться — не разваливаться на бегу.
Лес был тих и мрачен — здесь, как обычно, ни души. Но, что странно, тех чудовищ, которые нападали на неё в прошлый раз, тоже нет. Это из-за того, что она пришла в проклятые земли и местный хозяин земель ощутил угрозу? Трудно сказать — девочка лишь строила догадки насчёт короля демонов, о котором известно только по книжкам, и то лишь то, что он пробуждается раз в тысячелетие, если только какой-нибудь идиот не решит призвать его душу ритуалом, как получилось в этот раз, если верить тому, что поговаривают в городе.
Лунетта знала мало о мире. Настолько ничтожно мало, что она даже Айрону ничем помочь не могла. Заклинания она берёт из головы, идеи оттуда же. И даже чтение всех этих заумных гримуаров возможно только потому что она не из этого мира. Ну и потому что маг её немного обучил, прежде чем отправиться дальше. Возможно, проживание в современности — не самое худшее, что с ней приключалось.
Она даже не знает, как тут очутилась, чего греха таить. Без понятия, что сталось с предыдущим телом, как там все, кого она оставила, и забыли ли о ней, если она умерла — ничего из этого она не знала. Хотя не сказать, чтобы ей было что терять.
Лунетте бы радоваться, что она здесь, вот только обстановка неспокойная, и отдыха не предвидится. Она и правда хотела жить одна, но это как-то... грустно, что ли? Потому и в деревню пошла, а после и в город — со скуки помирала, все книги перечитала, и хоть что в этом домишке ни делай, с ума сойти можно.
Похоже, жизнь отшельника не её. Потому что она как дура ищет встречи с теми, кого уже встретила однажды, и Айрон тому подтверждение.
Усталость брала своё. Лунетта предупредила оленя, что вот-вот отключится, так что тот замедлился, но, почувствовав это, девочка возмутилась.
— Это был знак гнать со всех ног. Ты почему тормозишь? Если я усну, мы застрянем здесь на месяц! Я не спала полгода!
Лунетта не знала, правда ли прошло полгода, а она не заметила, или дело всё-таки в особенности проклятых земель, однако если действительно минуло столько времени, а она упустила это, то уснув сейчас, проснётся она нескоро. Чтобы восстановить потерянные силы, придётся убить слишком много времени. К тому моменту тело оленя начнёт вонять и разлагаться. Не хватало ещё, чтобы он паразитов на себя подцепил и из него опарыши вылезали. Девочка хотела как можно скорее найти яйцо с зародышем и переместить душу Айрона туда, предварительно занявшись исследованием этого феномена и шансами на успех. Даже если она лет десять потратит на это — всё равно сделает. А до тех пор будет перемещать душу Айрона в каких-нибудь птичек, а магические круги рисовать на листах. Она с трупов столько золота сняла с артефактами и драгоценностями, что сейчас она без забот лет пять жить сможет минимум. Может, она даже приобретёт недвижимость. Было бы славно получить домик в городе. Собственный. Тогда и эксперименты ставить будет удобно. Хотя, не сказать, чтобы она собрала настолько много.
Айрон гнал изо всех сил. Лунетта могла видеть, как копыта застревают в снегу, но ничем не могла помочь. У этого вида монстров крыльев нет, но они достаточно сильны и выносливы, а так же ближе к транспорту, нежели те же змеи, так что они в любом случае быстро доберутся до города.
Так, драконий лес остался позади всего за пять дней — таким девочка похвастаться, пока шла одна, не могла. Лунетта ещё держалась в сознании, поедая мясо, которое готовила на огне прямо верхом на ладони. Она отрывала его появившимися когтями и жарила в кулаке, забрасывая в рот, словно попкорн.
Ногти на покрытых чешуёй руках отрасли, и теперь больше были похожи на когти. Лунетта считала, что это так же особенности вида и преображения на пару с взрослением, так что не придавала им значения. Острые, удобные, почти как маникюр многих девушек в современном мире — те тоже любили пятисантиметровые когти. Лунетта когда-то носила такие, но накладные. Вполне удобно, если привыкнуть. Но играть мешают — кнопки на клавиатуре не понажимать. Впрочем, эта проблема в данном мире решила сама себя — компьютеров здесь не было, а значит, и причин оставаться недовольной данными когтями тоже не имелось.
В деревне Лунетта всё же остановилась, чтобы проверить запасы в погребах, однако всё замело снегом. Подвалы, из которых она забирала запасы, находились в уцелевших домах, но теперь добраться до тех, где что-то ещё могло сохраниться, не было возможности, поскольку нетронутые хранилища оставались в руинах.
Девочка попытала счастья. Раскопать хотя бы один погреб она должна, так что огнём принялась топить снег. Благо, промёрзшие доски не загорались — растопив снег, Лунетта не задела саму древесину и избежала второго пожара в деревне. Ну, или в её остатках. Впрочем, тут и сжигать нечего, на всей территории деревни больше двух домов не насчитаешь.
В погребе обнаружились сотни банок. Девочка, не отходя далеко, просто принялась есть там. Если сейчас она перекусит — сил хватит и до города доехать. Айрон уже порядком задеревенел, так что он уже не так быстр, а значит, что двинутся они медленнее. Если они так и будут еле ползать — Лунетта просто не выдержит и отключится без энергии. С едой хоть протянет подольше. Даже так, это всё ещё лучше, чем если бы палило солнце, и этот олень начал тухнуть быстрее, чем следует.
Магия и правда решает половину проблем. Даже больше.
Девочка, выев половину погреба, оттолкнулась ногой от земли. Магия левитации помогла ей без препятствий покинуть подвальное помещение, а заодно сразу сесть на Айрона, чтобы тому не пришлось сгибаться или ложиться.
Трудно, наверное, даже для трупа, постоянно находиться в сознании. Айрон не спит и не отдыхает, много думает, и, будучи магом, наверняка расстраивается из-за невозможности использовать ману. Даже в теле мертвеца ему это удавалось. Однако сейчас он был просто монстром с сознанием. Моральную подавленность никто не отменял.
— Давай быстрее. Доберёмся до города, придумаем, что делать с телами, которые ты вморозил в лёд.
Девочка не то чтобы прямо-таки торопилась, но если сейчас олень начнёт вонять слишком сильно — передвигаться верхом на нём будет трудно. Ехать в сопровождении зловония не хотелось. Она и без того провела на проклятых землях слишком много времени, из-за чего свежий воздух ощущается ядом.
Решив переключиться на что-то ещё, девочка задумалась об обороне городов.
Наверное, следует придумать барьеры. Почему никто не додумался до этого?
Догадки у Лунетты были — настроить барьер так, чтобы впускать приручённых или пленённых монстров, трудно. Тогда приходилось бы или ослаблять защиту, или получать разрешение создателя всякий раз, когда кто-то впускал монстра на территорию города.
Тогда бы сожительство некоторых монстроподобных существ и рас было бы невозможно.
Сказать проще, чем сделать. Однако если Лунетта сможет за свою жизнь управиться с «воскрешением» Айрона, то потом возьмёт курс на барьеры. С местным боссом она сражаться точно не планирует — ей ни к чему биться с королём демонов. Этот квест стоит оставить героям, которые смогут помериться силами с подобной тварью, но точно не ей, предпочитающей бесцельно слоняться, пока планы сами не появятся.
После нескольких суток беспрерывного бега, ночью, Айрон наконец доставляет Лунетту к воротам Айриграда. Зимой город, усыпанный снегом, выглядел не столь привлекательно, как летом, когда девочка впервые его увидела. Серо, мрачно, холодно и ветренно. Крыши замело, людей нет, а стражники ходят с места на место у ворот, постоянно меняясь и пытаясь хоть как-то подвигаться, чтобы не окоченеть. Под доспехом торчит мех, но его не настолько много, чтобы согревать даже при бездействии.
Стражник на дежурстве узнал Лунетту почти сразу — он был одним из тех, кто стоял на лестнице в первых рядах, когда девочка отражала атаку демонов. Правда, увидев монстра, на котором та сидела верхом, он опешил. Мало того, что пропала на полгода, так ещё и чудовище к воротам привела.
— Боюсь, будет трудно получить согласие главы города на въезд этого монстра. Он ядовит и потенциально опасен для любого живого существа.
Лунетта знала. В подземелье этот олень атаковал бы ничего не подозревающего человека, который счёл бы его не монстром, а обычным животным. Очевидно, за счёт яда в растениях на рогах, олень считался опасным, а из-за скорости атаки и нападения на жертву, пока та ничего не подозревает, его отнесли в разряд повышенной опасности. Ну и ещё потому что эти чудовища сбиваются в кучу как волки.
— Айрон, подождёшь снаружи? — Лунетта похлопала оленя по шее. Монстр повернул морду вбок, чтобы одним глазом увидеть девочку. Безжизненный глаз казался не более чем стекляшкой. — А, а если это воскрешённое существо, с ним тоже нельзя? Оно ведь считается фамильяром, разве нет?
— Это... Не приручённый монстр? — стражник затруднялся с ответом. Случаи, подобные некромантии, не входили в список для допуска. Фамильяров и правда можно было впускать, но не чудовищ такого габарита. Этот олень был размером с лося. — Я попрошу меня заменить на воротах и доложу командиру. Подождёте?
— Без проблем. Валяй.
Лунетта спешилась с монстра и вздохнула. Существо и правда огромное, и вблизи оно в три раза, если не в четыре, крупнее неё.
Очевидно, с некромантией в городе будут знакомы разве что волшебники, которые хотя бы раз сталкивались с этим видом магии. Обычно, это порицается. Лунетта использовала лишь тело монстра, а не человека, так что проблем быть не должно. Она не брала на себя грех убийства людей — лишь монстров, тех, кто сам на неё нападал или считался её едой. В конце концов, если бы не Айрон, Лунетта просто съела этого оленя. Но вместо этого он почти целенький стоял рядом с ней с душой мага внутри.
Трудно, наверное, не иметь возможности разговаривать. Лунетта, болтая с ним, не ждала ответа, но как же парню сложно терпеть эти разговоры или не иметь шанса попросить тишины. Ну, или напротив, самому спросить о чём-то.
Стражник не торопился. Лунетта посчитала, что во избежание скучного ожидания можно будет и перекусом заняться, так что припрятанные банки из погреба в деревне она открыла прямо на снегу, и здесь же, у ворот, начала есть.
Неизвестно, сколько она тут простояла, жуя сомнительные овощи, но вышел к ней стражник не один, а с заместителем местного главы города. Одет он был простенько, явно лишь для того чтобы встретиться с девочкой здесь и убедиться, что монстр не представляет опасности.
— Твой? — тут же указав на оленя, спросил мужчина. Девочка кивнула и хлопнула существо по шее.
— Мой. Приехала на нём сюда.
— Он скован заклинанием?
— Это некромантия. Воскресила его, так что он мне подчиняется.
Лунетта решила умолчать, что первоначальный смысл заклинания был немного искажён — оно было не для воскрешения, а перемещения души из тела в тело. Но вдаваться в подробности этого дела она не хочет — нет ни сил, ни желания. Важен скорее сам факт безвредности.
— Живой труп, значит. Проходи тогда.
— О, есть ещё кое-что. Я притащила три тела друзей из проклятых земель, можете помочь мне с ними? Я хотела бы хорошо похоронить их.
Лунетта чувствовала, что доставляет этому мужчине неприятности. Если верить его лицу — заниматься он этим не хочет, и у него полно других дел, но просьбу всё равно выслушивает, потому что город в долгу перед девочкой.
Поэтому, чтобы не задерживать совершенно не выспавшегося человека, Лунетта достала из хранилища не без помощи магии левитации три ледяных гроба и выставила их в ряд.
В какой-то момент лицо мужчины сильно побледнело.
— Элайра?..
— Вы знаете её?
Лунетта совсем забыла про то, что девушка сама когда-то сказала ей, что она важная шишка в городе, и что если та назовёт её имя — её примут везде. Особенно после доказательства в качестве серьги в ухе.
Но девочка использовала украшение лишь раз, когда набрела на торговцев, а потом просто забыла воспользоваться случаем.
— Мне нужно доложить...
Кому вы все что-то докладываете? Неужто Элайра и впрямь такая важная?
Лунетта взглянула на Айрона. Олень стеклянным взглядом глядел на гробы. По этой дохлой морде и не сказать, что он чувствует, так что девочка предпочла даже не пытаться прочесть его эмоции. Этот монстр в лице вообще не меняется.
Тогда девочка и правда не знала, что Элайра, которую она притащила в ледяном гробу в город, на самом деле дочь главы города.
Нет, она и правда видела сходство между ними, но подумала, что тот или её дальний родственник, или ещё кто, но никак не отец.
Однако сейчас, видя рыдающего мужчину у ледяного гроба, Лунетта не знала, что и сказать.