VI: Язык
Девочка могла видеть луну отсюда — прямо из этой чащи, за тучами и верхушками елей. Она была яркой, когда выглядывала, но её вечно перекрывали тёмные облака.
Лунетта размышляла о том, откуда пришли гости, и куда они держат путь. Признаться честно, она уже пыталась покинуть это место, но идти слишком далеко. Эти ребята пришли со стороны полей. Выходит, они не пересекали реку, а просто двигались по лесу и редким полям, питаясь, вероятно, всем, что только попадалось по дороге. А съестного там было негусто из-за близящейся зимы.
Девочка вытянула руки перед собой. Она не была человеком, не была эльфом, но оказалась чем-то вроде ящерицы или птицы, если верить перьям и чешуе. Её запястье частично покрылось полупрозрачной, белой чешуёй. Из-под некоторых пластинок торчали перья. Видеть подобное сочетание странно. И это не было особенно красиво. Лунетта сказала бы, что это скорее нелепо.
Впрочем, она не отращивала себе хвост или рога. То ли в силу вида, то ли из-за возраста — девочка не была уверена. Она вообще не понимала, как ей колдовать, и есть ли у неё предрасположенность к магии в этом мире. Она отчаянно желала этого всю свою прошлую жизнь, но переродившись, понятия не имела, как это проверить.
Сколько бы ни было прочитано книг, пройдено игр, Лунетта не знала, как ей проверить свои навыки сейчас.
Поэтому она просто взывала к силам, вытянув перед собой руки и ещё плохо представляя себе, что именно хотела призвать.
Очевидно, у неё ничего не вышло. Наверное, чтобы что-то вызвать, следует иметь красочную фантазию или более реалистичные представления.
В любом случае, сейчас она ничего не могла сделать. И дело в недостатке фантазии.
— Может, стоит попробовать ветер? Как раз высушу одежду. И с ветром можно быстрее передвигаться. Но что именно я должна представить?..
Девочка нахмурилась. Дождь неприятно моросил. Тонкое белое платье не спасало от холода, так что Лунетта планировала позднее пойти к кухонному огню и погреться там, но сперва она закончит здесь.
Если за десяток попыток у неё ничего не выйдет, значит, не судьба. Попытает счастья в следующей жизни.
Именно с этой мыслью она попыталась призвать ветер, но она плохо представляла себе форму, которую он должен принять.
Как насчёт лезвия? На небе полумесяц, вот и призову лезвия из ветра в их форме.
Лунетта не особо верила в свои способности — шанс на успех был минимален. Однако она всё равно попыталась выпустить из рук ветер, быстро сообразив, что такой метод не подходит.
Она напрягала голову и так и сяк: и форму из окружающего воздуха создать, и концентрировать некие силы рядом с ладонью, но у неё никак не получалось. Даже намёка на магию нет.
— Ну это же чушь полная... Почему я снова ни на что не гожусь?
Девочка раздосадовано выдохнула, резко махнула сразу двумя руками, но не получила никакого результата. Расстроившись, она потопала к колодцу, набрала воды в ведро, вылила её в небольшой тазик и понесла тот к порогу.
Быстро помыв ноги прямо перед входом, она вернулась в дом и тихо потопала на кухню.
Хотя бы огонёк... Крохотный...
Зажигать огонь обычным методом слишком шумно, поэтому девочка попробовала призвать огонь на руке, раз с ветром у неё не сложилось. Покрыв чешуёй ладонь, она сгибала и разгибала пальцы, представляя шар огня в ладони.
То ли потому что она долго сверлила руку взглядом, то ли из-за того что она воззвала к каким-то своим невероятным силам, но огонёк — крохотный, с ноготь — появился у неё на чешуе.
Проблема теперь была в том, что его нужно было как-то перекинуть в печку, при этом не затушив.
Однако шарик огня оказался довольно забавным. Лунетта могла перекатывать его на ладони, словно обыкновенный мячик, при этом не обжигаясь, поскольку чешуя предотвращала любые кожные повреждения.
Она бы и дальше баловалась с ним, но из-за холода ей всё-таки пришлось забросить его в печь. Почти мгновенно огонёк охватил все недогоревшие палочки, и Лунетта принялась докидывать ещё, чтобы немного разогреть дом.
Под шум лопающегося от огня хвороста проснулся Айрон. Он, ещё сонный, бросил взгляд в сторону источника звука, плохо понимая, кто в такое время будет разводить огонь. Ответ нашёлся довольно быстро. Стоило ему увидеть белые пряди, сильно выделяющиеся даже в царившем полумраке, Айрон расслабился. Они отливали серебром в свете огня печи и казались скорее расплавленным металлом, нежели волосами.
Будучи не зажатым между тел, а лежащим на самом краю, маг позволил себе сесть. Так он не рисковал разбудить других, поскольку рядом с ним лежал только один человек, который не проснулся бы, даже упади на них метеорит — им оказался никто иной, как Гаретт, сопящий с открытым ртом.
Парень осторожно двинулся к небольшой кухне.
На табуретках, поставленных друг на друга лесенкой, сидела девочка. Она подталкивала тонкой палочкой уже горящий хворост и не сводила взгляда с огня. Кажется, она настолько сосредоточилась на нём, что даже не заметила гостя, бесшумно пробравшегося к ней за спину.
— Почему не спишь? — парень задал вопрос шёпотом, но даже так девочка заметно вздрогнула. Она резко обернулась и безмолвно уставилась на мага, подавив возможное ругательство до того, как оно успело вырваться изо рта.
Даже ответь она сейчас — её слов не разберут.
— Холодно.
Айрон, как и следовало ожидать, ничего не понял. Он нахмурился, пытаясь предположить причину. Однако раньше, чем он успел накидать варианты, Лунетта пальцем указала на окно.
— Дождь?
Девочка фыркнула и покачала головой. У неё сильно болела шея таким образом выражать несогласие, так что она теперь предпочтёт складывать кресты на груди из рук. Это будет всяко лучше, чем без конца крутить головой.
Поскольку маг не угадал, девочка вдруг подула на него.
— Ветер?
Девочка показала крест на груди, оставив палочку в печке.
— Это имеет отношение к погоде, или же к окну?
— Погоде, — слово в слово повторила девочка услышанное. Маг, разобрав язык и услышав что-то уже вполне вразумительное, задумался.
— Но за окном ветрено и дождь. Чем это не погода?
Девочка попыталась показать нагляднее. Она начала растирать собственные плечи.
— Холод?
— Холод, — тут же согласилась Лунетта. — Холод, — повторила она на родном языке, но маг вряд ли понял, что это одно и то же слово. Звучат они для него безумно по-разному, и даже звуки отличаются. Они не похожи даже на грамм.
— Ты поэтому огонь развела?
— Да, — с кивком согласилась девочка. У неё снова заныла шея. Для согласия жеста она не придумала, как в случае с отказом. Увы.
Айрон бестолково глядел на неё, прежде чем продолжить расспрос.
— Давно ты здесь?
С очередным кивком он решил, что нужно занять более удобное место, поэтому подвинул один из немногих стульев в домике поближе и уселся на него. Ранее именно на нём ела Элайра.
— Ты действительно говоришь только на том языке, или тебе всё же известны другие?
— Вы их не знаете. Они всё равно не похожи, — из-за характера беседы девочка быстро забылась. Она начала говорить как раньше, но осеклась, увидев непонимающий взгляд. — Другие, — вновь повторила за Айроном звук в звук.
— Но мы их не поймём? — с кивком маг удручённо выдохнул. Похоже, толковой беседы не получится, но его хотя бы понимают. — Я вспылил ранее, прошу прощения. Это из-за голода и усталости.
— Всё в порядке, — девочка показала большой палец, надеясь, что уж этот жест он поймёт. Однако непохоже, чтобы он воспринял его верно, если верить его взгляду. Положение и правда так себе. Тогда девочка просто развела руками, как бы показывая, что ей нет дела до произошедшего. Её могли неправильно понять и в этот раз, но предпринимать дальнейшие попытки, чтобы донести эти слова, девочка уже не горела желанием.
— Язык, — вдруг начала Лунетта. Она вырвала из памяти слово на другом языке, но не понимала, как правильно составить предложение из-за недостатка слов. Даже с пониманием, не услышав слова сейчас, она не могла свободно разговаривать.
Айрон понял слово, но не смысл, который она в него вложила. Тогда девочка слезла с табуреток и принесла парню одну из книг на полке. Она впихнула её в чужие руки.
— Ты можешь их читать? — поинтересовался маг, открыв первую же страницу. Написано на его языке, но он сомневался, что Лунетта сможет прочесть хоть слово отсюда, если даже говорить не умеет. Ожидаемо, он получил жест «нет». — Может, хочешь научиться? — предположил тот. Иных догадок, почему ему всунули книгу, не имелось.
Девочка активно закивала. Шея заныла, но она выразила полное согласие.
Маг задумался. Ему не на чем было писать, и уж тем более он не носил принадлежности с собой.
— У тебя нет чернил и пера? — решив, что подобное может вполне себе заваляться у хозяйки дома, он решил поинтересоваться сразу. Девочка подумала, пытаясь вспомнить, хранилось ли нечто подобное в ящиках, но она не видела ни бумаги, ни чернил и уж тем более перьев.
А потом Лунетта перевела взгляд на свою руку — покрытую чешуёй с перьями, где одно больше другого.
Девочка схватила нож с тумбы на кухне, приподняла чешую лезвием и попыталась выдрать своё перо пальцами. Айрон неожиданно перехватил её руку.
— Это необязательно. Я уже знаю, что использовать вместо пера.
Маг тараторил. Он выглядел довольно свирепо, когда ещё не зашёл в дом, но сейчас, кажется, был взволнован и казался менее устрашающим. Он забрал нож у Лунетты, вернул на место, и достал ту палочку, которую девочка ранее оставила в печи.
И ею принялся писать прямо на деревянной тумбе, словно пытаясь выжечь буквы на поверхности. За порчу имущества в обычном случае девочка бы настучала по голове, но сейчас она надеялась на благоразумие мага и на то, что он рисует это для неё в первую очередь. К тому же, эти буквы она уже не раз видела в книге, но стоящими вместе, а значит, что это, вероятно, алфавит.
Так и оказалось. Парень принялся озвучивать каждую написанную букву. Конечно, это не современные школы, где тебе дают задание ручкой в тетради на целую страницу выводить каждую букву — здесь таковой возможности нет, но впервые Лунетта не отказалась бы от неё, какой бы тратой бумаги это ни было. Такой метод хорошо способствует запоминанию.
Как ни странно, но маг оказался вполне адекватным несмотря на первое впечатление, но он быстро вымотался и начал зевать. Поскольку спал он совсем недолго, то немудрено, что сейчас клевал носом.
Словаря у девочки не было, но не то чтобы он ей сильно нужен. Составляя слова из уже увиденного алфавита, она просто читала вслух шёпотом, иногда спрашивая Айрона про букву, если забывала, как она читается — этого было более чем достаточно, чтобы начать переводить собственные слова на ходу.
Маг находил этот момент странным. Ему казалось, что раз Лунетта понимает их, то и говорить на их языке должна так же хорошо, как переводит. Тем не менее, почему-то всё работало не так. И этот барьер девочка сейчас как раз пыталась преодолеть, пусть и не выучила алфавит полностью (было бы странно, запомни она его разом). Она всё высматривала что-то на книге, пока не озвучила её название. На обложке красовалась надпись «Гримуар: Весы», однако это никак не способствовало пониманию содержимого книги. На самом деле, это слово девочка встречала на всех обложках книг домика. «Гримуар: Вода», «Гримуар: Огонь», «Гримуар: Змей» и многие другие заполняли полки шкафов, притягивая взгляд. Лунетта наконец поняла, что именно несло в этом доме наибольшую ценность. Если это магические гримуары, то описанное в них наверняка поможет ей продвинуться в обучении. Правда, не появись здесь эти люди, она бы даже не догадалась об этом.
Впрочем, Лунетта всё равно собиралась забрать книги с собой, если бы ей пришлось уйти. Она совершенно точно взяла бы засушенные травы, банки с сомнительным содержимым, да книги с тканями. Девочка не знала, как унесёт это всё, но верила, что это возможно. Если потребуется — она весь дом перенесёт. Даже если будет тяжело, она всё равно будет тащить за собой эту гору хлама, поскольку на самом деле она несёт наибольшую ценность, нежели припасы.
Айрон заснул сидя. Пока Лунетта листала страницы гримуара, он отключился прямо на стуле. Заметила это девочка с опозданием — уже тогда, когда чужое тело сильно накренилось и рисковало свалиться на пол.
Чтобы это предотвратить, девочка похлопала по плечу мага, предприняв попытку разбудить его до падения. Айрон пришёл в себя довольно быстро — едва открыв глаза и увидев перед собой Лунетту, а так же окружение, он сообразил, что отключился прямо на стуле, так что после короткого напутствия на обучение для девочки, он просто улёгся туда, где спал ранее.
Лунетта проводила его взглядом.
Этой ночью у неё было твёрдое намерение изучить новый язык, чего бы это ни стоило, раз уж на нём пишут гримуары.