III: Подготовка
Девочка впервые ощутила себя в роли лесника. Не то чтобы ей не нравилось, но бегать по лесу с корзинами в руках было для неё странным занятием, если сравнивать с прошлой жизнью. В частности и потому, что вместо привычных корешков там теперь лежали грибы.
Конечно, пришлось дать им время на созревание. Девочка не торопилась собирать их сразу после того как увидела, так что выждала ещё несколько дней, прежде чем начала охоту за неподвижным источником белка. Их стало больше, а некоторые подросли, так что она со спокойной душой отрезала их ножом и несла домой полные корзинки.
Корзинку на сушку, корзинку на жарку-варку... А это, наверное, засушить?
Поскольку девочка никогда грибы за всю свою жизнь не сушила, она ошибочно посчитала, что неплохим вариантом будет просто выложить их на ткань, однако...
Запах, который был от них в результате, не особо способствовал аппетиту. Так что всё, что она так старательно нарезала, намывала и выкладывала, пришлось утилизировать.
Пораскинув мозгами, она вспомнила, что в мультиках часто использовали для таких целей верёвку. Уж какой бы глупой эта затея ни была, она была ближе к выполнимой, чем уже провалившаяся попытка с полотенцем и окном.
Так что пришлось искать нитку или верёвку, но, не найдя ничего подходящего, девочка разобрала на нитки одну из тканей, лежащих у неё на диванчике.
Нитка из неё вышла довольно прочная, и уже на неё девочка принялась нанизывать грибы, однако они явно испортились бы, повесь она их вертикально, так что ту пришлось связать между собой и протянуть над потолком, а потом уже поправлять съехавшие грибы, встав на пирамиду из двух стульев — большой табуретки, и табуретки поменьше.
В этот раз получилось лучше.
Запасы не были потрачены впустую, чему девочка несказанно обрадовалась. Правда, из-за провальной попытки ей пришлось снова идти в лес за грибами, но всё оказалось не так плачевно, раз уж со второй попытки вышло лучше. К тому же, под потолком грибы особо не мешались, потому что находились очень высоко над головой. Висеть так они могли сколько угодно, так что девочка больше не заботилась о том, чтобы снимать их. Напротив, она снова и снова ходила за грибами, пока её потолок не начал напоминать потолок сарая, где обычно хранят банки или сушат рыбу. Конечно, банок у неё никаких не было, а в реке не водилась рыба, так что приходилось выживать с тем, что возможно добыть в местном лесу.
Её платье, в котором она очнулась, было в единственном экземпляре. Другой одежды у неё не имелось, как и иголки, так что порой ей приходилось щеголять по дому в одном нижнем белье, пока вещи сушились снаружи на двух деревьях, между которыми девочка натянула скрученную в несколько слоёв нитку. Несмотря на визуальную ненадёжность, она вполне выдерживала вес мокрого тонкого платья.
Благо, снаружи было тепло, а дожди не столь часто выпадали на дни стирки.
Выживание в одиночестве оказалось не то чтобы непосильной задачей, но в силу отсутствия навыков и определённых знаний, девочка мало что могла сделать. Однако питаться одними корешками она не хотела тоже, так что приходилось напрягать мозги, выуживая из воспоминаний о прошлой жизни всё, что хоть немного могло пригодиться.
Конечно, в обычной ситуации было бы достаточно заработать денег и сходить в магазин, но сейчас такой возможности не было. У неё имелся минимум запасов еды, источник воды, и какие-никакие инструменты, в два раза больше неё самой. Работать с ними очень трудно, но со временем, конечно, стало проще.
А ещё ничего неизвестно о магии. Возможно, она и не маг вовсе? Если верить времени, проведённому в этом теле, то она снова очутилась в теле кого-то, приближенного к человеку. Не растёт со скоростью света, но и не запускает в воздух огненные шары, размахивая руками.
Возможно, дело в возрасте — может, молодые не способны на чудеса?
А может, её снова отправило в мир без шанса на исполнение мечты.
Одна мысль об этом удручала, но беспокоиться было некогда — нужно было собрать ещё грибов и развесить их под потолком. Так, чтобы покрыть его весь, и к зиме не нуждаться ни в чём.
Дикая яблоня стала для девочки подарком судьбы. Однажды, ходя в одно и тоже поле, она обнаружила, что какое-то дерево даёт ещё пока маленькие зелёные плоды. Она тогда не могла сказать, что именно это было, однако увидев через неопределённое время яблоки, когда уже увешала грибами весь потолок чуть ли не в два слоя, настолько обрадовалась, что принялась каждый день навещать это дерево. Грибы к тому времени тоже сильно разрослись по лесу, начало холодать, из-за чего девочка куталась в кусок плотной ткани, которую стащила с диванчика. В некоторые дни было особенно прохладно, так что она не рисковала выходить в одном лёгком платье. Если она заболеет, то лечиться будет нечем. У неё в распоряжении только засушенные грибы и травы, назначение которых она не знает. Ну и мёд, сворованный в крохотную миску прямо из улья в дупле. Вместе с парочкой пчёл в нём увязших.
Как девочка выяснила, она способна покрыть руку чешуёй. Если это не магия, то явно особенность вида, так что ужалить её не смогли, а это сыграло ей на руку. Буквально.
Только благодаря этой особенности ей удалось мисочкой загрести из улья мёд, забравшись на дерево.
Найденная яблоня была буквально спасением в буднях, где она питалась корешками, грибами и стеблями. Конечно, её рацион немного изменился в силу роста грибов и рассады у дома, но не настолько, чтобы сказать, что его достаточно для развития ребёнка её возраста. Поэтому любые ягоды или что-то, хоть отдалённо напоминающее некогда привычное, девочка почти сразу проверяла, утаскивая домой.
Яблоню можно было вырастить. Девочка совершенно точно хотела попытать счастья, даже если на это уйдёт много времени. Она всё равно никуда не торопилась, а идея покинуть это место пусть и посещала голову, но не представлялась реальной. Быть может, в ближайших десяти днях ходьбы даже крохотного поселения нет. Если она будет цепляться за одну только надежду — помрёт бессмысленно. У неё нет возможности путешествовать так далеко. К тому же, если она бросит огород, кто знает, останется ли она без еды, или же всё, за чем она ухаживала, захватит её дом за время отсутствия.
К слову о семенах, которыми она закидала огород.
То, что выросло в итоге, больше напоминало классический огород: здесь и нечто, напоминающее помидоры, но почему-то жёлтые, а не красные — впрочем, на вкус оно как киви, а не помидоры, так что свой внешний вид эта штуковина не оправдала; и огурцы, но не огурцы, а кабачки, просто с пупырышками, и чуть менее водянистые.
Девочка не знала, как долго она должна была их выращивать, но со временем плоды не сильно меняли цвет, оставаясь жёлтыми или зелёными, так что собирала на глаз. В любом случае, она варила это всё в одном котле, так что не имело значения, соберёт она всё это сегодня или завтра. Всё-таки, если она захочет собрать их разом — придётся искать метод обработки, при котором всё приготовленное не испортится. А без банок это не представлялось возможным. Метод заморозки не был возможен сугубо из-за отсутствия места, где это можно было бы организовать — всё прямо как с банками. Оставалось или сушить, или сразу обрабатывать и употреблять в пищу.
Из всего выращенного её удивили разве что неопознанные зелёные стебли, торчащие из земли. У них и листочков не было особо, но на вкус это дело напоминало горошек. Уж за жизнь девочка из банок этого горошка наелась вдоволь, так что была не прочь закинуть и эти стебли в котёл, раз они навеяли ей воспоминания о днях поедания консервированных овощей.
Впрочем, будто бы она имела возможность есть что-то помимо овощей и корешков...
Ну, иногда ягоды и фрукты, но мешанина из ягод обычно не особо вкусная и чаще кислит, из-за чего девочка просто сушит их.
Яблоки в этом плане стали исключением.
Но ягоды, которые выросли в результате посева на грядках, оказались более пригодными в пищу.
Вообще, баночка с семенами казалась девочке странной. Намешивать столько видов растений — разве это не безумие? Впрочем, не бóльшее, чем сам факт проживания в лесу.
Яблоки отправились сушиться так же, как и грибы.
Сушка мухоморов казалась неплохой идеей. И раз уж девочка слышала в прошлом об их лечебных свойствах, было принято единогласное (буквально) решение отправить их на сушку с другими грибами, но в вертикальном положении. Это оказалось немного сложнее, чем просто натягивать нитку на потолке, но в конечном итоге теперь у девочки про запас имелось две нитки сушёных шляпок мухоморов на стене. Сказки это всё или нет, выяснять она будет при случае. Сейчас она готова консервировать всё, потому что чем сильнее холодало — тем меньше хотелось выбираться наружу и искать себе пропитание.
За время сбора урожая, его посева вновь и повторения данного процесса вплоть до холодов, девочка ни разу не встретила хоть какое-то живое существо за исключением себя самой. Ни птиц, ни волков, ни тех же лис, которые определённо должны были населять подобную местность. Вопрос о том, в какой такой лес её занесло, рождался не из пустого места. В другом случае ей бы пришлось бороться за территорию с дикими зверьми, но она не встретила даже белку, чего уж говорить о более крупных зверях.
Может, лес вообще волшебный? Быть не может, чтобы здесь всё росло так спокойно без помощи других животных. Не зря же в школе рассказывают про круговорот жизни в природе. Да и пчёлы здесь всё-таки есть. Значит, должны быть и птицы, разве нет? Возможно, кто-то живёт под землёй или над ней, да так, что им удалось не показываться ей на глаза настолько долго.
Сезоны быстро сменили друг друга. Девочка не понимала, почему время идёт так быстро, но когда выпал первый снег, она почувствовала, что пришло время залить пустующую бочку в доме водой. Она не знала, хватит ли воды там на зиму, но на крайний случай у неё был колодец и река.
Впрочем, первый снег почти сразу сменился дождями. Потеплело, так что едва выпавший белый ковер превратился в мерзкую смесь из грязи и иголок.
Только вчера снег шёл, а теперь снова дожди?
Слякоть в лесах раздражала. У неё не было нормальной обуви, из-за чего домой она вечно возвращалась замызганная по самые уши. Впрочем, она и без дождя была вся в грязи, поскольку возилась в ней, пытаясь добыть себе пропитание, но проблема с обувью стала острее с похолоданием и повышением осадков. Просто шляться по лужам, рискуя всадить себе в пятку иголку от ели — такая себе затея. Покрыть чешуёй ноги не выходило, так что девочка боролась с этой проблемой как умела: обматывала тканью ноги, надевала лапти, и ходила так, потом просто выстирывая грязные тряпки. Её обувь, больше напоминающая плетёные тапочки, оказалась непригодна для дождя. Как и тряпки.
Но решения проблемы девочка не видела, да и не стремилась искать после попытки с тканью. Её это не так сильно беспокоило.
В отличие от дров, которые она не запасла, а теперь вся древесина снаружи попросту вымокла под дождём. Найти хворост стало затруднительно. Она почему-то подумала об этом слишком поздно, но высушить ветки внутри дома было ей по силам, так что она принялась таскать их, оставляя на полу, чтобы те высохли. Метод не идеальный, но всяко лучше, чем оставаться без дров вообще.
Бочку девочка тоже стала постепенно заливать, в день таская по пять-шесть вёдер воды. Где-то через неделю та была заполнена, так что девочка уже не беспокоилась о недостатке жидкости. Она всё ещё была маленькой и мало ела, так что пережить зиму в таких условиях казалось ей более чем выполнимой задачей. К тому же, она высушила много ягод и фруктов, найденных в полях или у реки, да и корешки, вроде бы, не портились со временем.
Так продолжалось бы дальше, но в один день, не особо солнечный и уж тем более не тёплый, девочка смогла расслышать голоса вдали от дома.