Глава 22
Сидя на лошадях, мы пытались более-менее привести себя в порядок. Вытереть кровь с рук и лица, убрать землю с одежды. Нам было не настолько важно, что о нас подумают, как неприятно самим. От взгляда на кровь, у меня в голове всплывали кошмарные воспоминания, и начинало подташнивать.
Шли мы долго и очень часто останавливались. Как я поняла, это от того, что нам приходилось на ходу перестраивать свой путь. Главный темный постоянно крутил свиток с картой и сильно хмурился. Было видно, что что-то пошло не по плану.
– Наралон, извините, – услышала я голос Кьяры, – если бы мы потерялись, Вы бы нам сказали об этом?
Мы все заинтересованно посмотрели на мужчину. У каждого были свои подозрения на этот счет, но боясь обидеть главного эльфа, мы молча ждали результата.
Темный переводил взгляд с карты на лес и обратно. А потом задумчиво отозвался:
– Дело в том, что наш изначальный путь находится совсем в другой стороне, но по известным причинам, мы не можем на него вернуться. Сейчас же у нас есть только две дороги, и они мне обе не нравятся.
Лицо эльфа стало хмурым и очень серьезным. Было видно, что его что-то беспокоит.
– Какие именно дороги? – спросила волчица, – Давайте обсудим вместе, может, проголосуем. Так будет проще принять решение. Как думаете, Наралон?
Больяра приподняла одну бровь в ожидании ответа.
– Давайте, я совсем не против, но легче от этого не становится, – вздохнул обреченно темный, – Одна дорога идет прямо через поселение древесных, даже не рядом, а именно через.
– Сразу нет, – кинула Больяра, – Нас обязательно там схватят, а только потом будут разбираться кто мы такие.
Все мы дружно покивали, соглашаясь со словами волчицы.
– Не удивлен, – уголок губ мужчины приподнялся, – у меня тоже возникала такая мысль в голове. Но вторая дорога не лучше, она проходит по кладбищу драконов.
Увидев наши растерянные лица, эльф хмыкнул:
– Вот и я не знаю, что хуже. Вы предлагали голосовать, так давайте, может, и придем к общему мнению.
– А-а нежить там водится? – шепот Тары разрезал накалившееся молчание, – Все же кладбище, как-никак.
– А вот этого не знаю.
Наралон задумчиво пожал плечами и после паузы продолжил:
– Раньше, слышал, что поднимали, но выходила она только ночью. Сейчас же, кто его знает?
– Хм, тогда я за кладбище. – провозгласила Тара.
Мы скептически на нее посмотрели. Неужели ей дня мало было?
– Боятся нужно живых, а не мертвых, – заключила девушка, – Мы уверены, что в поселениях нас будут ждать эльфы, но мы не уверены в опасности, ожидающей нас на кладбище. Может там тихо и спокойно? Умиротворенно, я бы даже сказала.
Слова магички заставили нас всех задуматься.
– В принципе, если там есть нежить, то мы, поторопившись, ее не застанем, – почесав затылок, сказал Хорали, потом добавил, – До темноты пройти все кладбище вполне реально. Только нужно решать быстрее, время уходит.
– Кто за кладбище? – резко и поторапливая тоном, спросил Наралон.
Согласились почти все, кроме Кьяры.
– Я воздержусь от голосований, – подняла руки ладонями вперед девушка, – Не хочу выбирать между смертью и мгновенной смертью.
– Тогда решено, – подытожил Гарсэлл.
Он тоже не сильно горел желанием встречать ночь среди крупных захоронений.
– Идем через кладбище. Пусть хранители берегут наш путь.
Мы шли уже около часа, и я успела успокоиться. Девушки тоже перестали испуганно оглядываться, когда поняли, что не увидят огромные тела давно усопших крылатых. Вокруг нас были сплошные бугры и пригорки, поросшие травой. Лошади шли неохотно и настороженно, их постоянно приходилось придерживать. Мы все поняли, что ужин у нас будет скромным, из-за отсутствия вообще какой-либо живности. Главное, по моему мнению, это самим не стать ужином.
Прошло еще чуть больше часа, как мы увидели медленно клонящиеся к горизонту солнце. Деревьев здесь росло мало, от этого, нам прекрасно был виден еще предстоящий путь. Он заканчивался густым лесом. Если все будет хорошо, до темноты успеем в него войти.
Эльфы были наготове. Гарсэлл держал в руках лук с заведенной стрелой. Хорали бормотал себе под нос, периодично вырисовывая в воздухе символы. Как мне объяснила Кимали, это была охранная магия эльфов от нежити.
Нам оставалось пройти километров пять, как наша лошадь угодила копытом в какие-то тиски. Пошатнувшись, она начала заваливаться и мы вместе с ней. Летели прямехенько на заросший бугор. Только я успела подумать о том, что травка нам смягчит падение, как, услышав хруст, мы с Кимали провалились ниже уровня земли. Я больно ударилась спиной о какие-то выступы. Кругом ничего не было видно, лишь проем, в который мы свалились. Было довольно высоко.
– Вер, – шепотом позвала меня лисичка, – только не кричи.
Не могла понять ее просьбы, пока мои глаза не привыкли к темноте. Я завизжала. И, если бы не рука Кимали, которая закрывала мне рот, мой визг бы поднял всех мертвых на расстоянии нескольких сотен километров.
– Вера, – доносился до меня голос лисички, – ты нас заживо похоронишь, если не заткнешься.
Слова возымели эффект. Я резко перестала кричать и только вопросительно посмотрела на девушку.
– Они не выдержат вибрации и накроют нас, – пыталась привести меня в чувства рыжая.
Мы провалились в огромную тушу дракона. В тушу! Дракона! Я только открывала и закрывала рот. На мои глаза навернулись слезы. Спина болела, и я просто не видела выхода отсюда. Сверху раздался голос Наралона:
– Девушки, вы в порядке? Все целы?
Твою ж маковку! Я тут на чужие ребра смотрю изнутри, а он спрашивает, все ли в порядке? Грудь сдавило, дышать становилось тяжело, я не могла успокоиться и взять себя в руки.
– Мы сейчас спустим веревку и попробуем вас достать.
Эльф исчез, до нас не доносилось ни одного звука. Кимали пыталась подбодрить и успокоить, но у нее ничего не получалось. Меня просто сорвало. А когда, кинутая эльфом веревка зависла на расстоянии пяти метров от нас, я истерически засмеялась. Все, пока крыша, привет истерика. Лисичка продолжала держать мой рот рукою, но одиночные всхлипы все же пробивались.
– Сейчас, потерпите, – послышался голос Гарэлла, – мы ее немного удлиним.
И веревка залезла обратно в провал. Я не знала, каким образом они собирались ее удлинять, да и мне на тот момент было все равно. Где-то сбоку послышалось шипение. Характерное такое... Змеиное. Я застыла и боялась двинуться. Хоть бы показалось. Но шипение раздалось уже ближе, и мои ноги затряслись.
– Эй, мальчики, – тихо, плавным голосом, чтобы не провоцировать ползущих, позвала Кимали, – кто-нибудь.
До нас доносились только отдельные фразы.
– Да раздевайся ты уже, чего стесняешься? – голос Наралона.
– Ты с двоими справишься или, может, поделим? – голос Гарсэлла.
– Держишь? Крепко держишь? Теперь засовывай, – голос Хорали.
Я поняла, что моя фантазия окончательно испорчена. В проеме показалась Больяра.
– Что у вас за шум?
– Змеи. Слышишь? – прошептала лисичка, – Может у Тары получится огнем пульнуть?
– Тара, сможешь запустить пульсар? – спросила волчица.
В проеме показалась красная голова девушки.
– Я-то смогу, но только одиночный. Резерв совсем слабый. Но он сделает лишь хуже.
– Почему? – донесся испуганный голос Кьяры.
– А ты только представь, как эти змейки кинутся со всех углов на светящийся шарик. Им будет все равно, кто на пути. Вылезут все.
Я почувствовала, как ноги слабеют, а я заваливаюсь. Лисичка, подхватив меня, начала пытаться привести в чувства, но ограничение в резких движениях, не сильно способствовало этому.
Из проема кинули веревку и она стукнула меня прямо по голове. Шипение усилилось.
– Кимали, сможешь забраться сама или нужна помощь? – спросил лысик.
– Я справлюсь, главное достать Веру.
Я старалась держаться и ловить ускользающее сознание. Повторяла себе, что сейчас нас достанут, и все будет хорошо. Мы увидели спускающуюся к нам мужскую фигуру. Наралон так шустро перебирал руками, что я засмотрелась и окончательно пришла в себя. А возможно, это произошло из-за обнаженного торса мужчины. В тусклом свете, еле доносящемся до нас, мышцы рук эльфа гипнотизировали и манили к ним прикоснуться.
Я вовремя очнулась, эльф уже протягивал ко мне руки.
– Вера, залезай мне на спину и крепко держись всеми конечностями, буду нас поднимать.
Я не могла представить, как ему это удастся. Тут самому хоть бы забраться, а еще и ноша такая. Но я послушно сделала, как меня просили. На мое удивление, мы очень легко шли, точнее, ползли или подтягивались, не знаю, как правильно. От мужчины приятно пахло, запах бриза и свежести кружил голову. Кожа под руками была гладкой, а тело упругим и сильным. Единственное, что меня от этого всего великолепия отвлекало, это сильные боли в спине. Приложилась я знатно. А как еще подумаю, что это когда-то был живой дракон, так передергивает.
– Прости, дракоша, мы не специально потревожили тебя, – вырвалось у меня, – Спи спокойно.
Мужчина сделал вид, что не услышал моих слов. Подобравшись к краю отверстия, Наралон сделал последний рывок, и меня перехватили двое эльфов.
– Ой-ей, – произнесла я, когда посмотрела по сторонам, – Кимали, лезь быстрее.
– Да я уже тут, – донеслось из провала, и через пару секунд на поверхности показалась рыжая голова девушки. – Что случилось?
Я указала пальцем на небо:
– Темнеет, солнце уже почти зашло.
– Ничего, мы сейчас прибавим ходу, и надеюсь, проскользнем, – голос Хорали придал нам надежды.
Я посмотрела на мужчин, потом на любующихся голыми торсами девушек и недоуменно покачала головой. Следом, мне на глаза попалась веревка и весь пазл сложился. Длинны-то не хватало, вот они и воспользовались своей одеждой, чтобы продлить. А теперь стоят такие все, бугристые и веревку скручивают.
– На ходу будем развязывать, – увидев мой взгляд, пояснил Наралон, – сейчас нет на это времени.
Мужчины усадили в седла мечтательно завороженных девушек и вскочили сами. Наралон поднял меня на руки и аккуратно опустил за спиной Кимали.
– Как спина? Сильно болит?
– Сильно, – скривилась я, – но давайте посмотрим ее, когда будем в безопасности. Хорошо?
В ответ мне лишь кивнули, и эльф отправился к своей лошади.
– Я держусь, гони! – крикнула лисичке.
Для нас сейчас было важным до темноты выбраться с кладбища. Шанс встретиться с нежитью все же был реальным.
Ехавшая спереди Кьяра обернулась, глаза ее полезли на лоб, и девушка резко побледнела. Что-то мне это совсем не понравилось и лисичке, видимо, тоже, потому что лошадь девушка начала подгонять еще усерднее. Кьяра постучала по спине Гарсэлла, эльфу хватило мига, чтобы понять все происходящее, и он крикнул:
– Живее, ускорились все! Нас догоняют.
Вот мозгом я понимала, что не стоит туда смотреть, но женское любопытство выедало изнутри, и я не выдержала, обернулась. Схватившись за сердце, задышала очень часто, да так, что голова закружилась. Лучше бы не смотрела. Сотрите мне память, чтобы я этого не помнила, пожалуйста.
Сзади нас догонял призрак, огромный такой, крылатый, драконистый призрак.
– Сто-ой! – прогудело нам в след.
А большего для ускорения нам и не нужно было. Мне кажется, что лошадки сами хотели сбежать отсюда подальше, их и подгонять не нужно было.
– Да стой же ты, дура!
Фраза призрака заставила меня поперхнуться.
– Так, стоп, – сказала громко Тара, – а чего мы так спешим?
Эльфы опешили от такого вопроса, но ход немного сбавили. До леса нам оставалось около километра.
– Это же не нежить, а просто призрак. Он нам особо ничего не сделает. Ну, смертельного точно.
По девушке было видно, что она знает, о чем говорит, но сомнения у всех всё равно оставались.
– Куда ты несешься, пришибленная? – прозвучало от дракона.
– Ну, это уже хамство! – пробурчала я, – К кому он обращается, интересно?
Интересно было всем. Но рисковать особо никто не хотел. Мы уже подходили к кромке леса, как Тара предложила:
– Давайте остановимся. Узнаем, чего хочет дракон. Чуть что, просто перешагнем границу с кладбищем и все. Призрак останется здесь.
– А что, он за нами не отправится? – поинтересовалась я.
– Они не могут далеко отходить от своих останков, да и граница кладбища должна быть зачарована.
Слова Тары всех успокоили. И остановившись полностью, мы начали ждать драконистого хама. Было страшно, как в кошмарном сне. Эта туша летела к нам, несмотря на редкие деревья и кусты. Чем ближе он становился, тем сильнее меня колотило.
Дракон приземлился в паре метров от нас и в упор уставился на меня. Я сглотнула.
– Ну и куда ты направилась?
От такого вопроса я растерялась.
– Я? – еле слышно пискнула.
– Ну не я же! – ответили мне не сильно ласково.
– А что, нельзя?
Язык молол какую-то чушь, я сама особо не понимала, что говорю.
– Мне рано пока сюда. Я домой хочу.
Дракон тяжко выдохнул и закатил призрачные глаза:
– Вот уже, недотепа. Если ты туда пойдешь, то точно здесь останешься.
– Что? – не поняла смысла в сказанной фразе я.
– Болото там! – гаркнул, теряющий терпение дракон, – Топкое. Пойдешь и все, пополнишь наши ряды. Ну ничего, в гости друг к другу ходить будем. Ты как на это смотришь? Хочешь, и друзей своих приглашай, вместе веселее.
Сарказм этого чешуйчатого меня шокировал, и я повернулась к Наралону.
– Странно, – ответил мне мужчина, – на карте болота нет.
– А чего ему там быть? – спросил дракон, – Оно же не золото. Если хотите выбраться отсюда, то вам нужно пройти левее, там есть безопасная тропа. Я могу показать. Можно мне с вами?
Все замерли и не знали что говорить. А что, откажешь – вдруг сделает что, а согласишься – и куда его потом.
– А Вам можно? Ну, выходить за контур, – спросила любопытная Тара.
– Если один из вас вынесет мою хоть самую маленькую часть, то можно.
Мы все обернулись посмотреть на то место, откуда так бежали. Никому не хотелось возвращаться, а тем более, еще и часть дракона добывать.
– Вы ее уже взяли, – правильно понял наши метания призрак, но только сильнее обескуражил.
– Извините, – сказала я, – но мы ничего не брали. Мы бы не посмели. А упали мы случайно, мы не хотели Вас тревожить, простите.
– Волосы, – произнес дракон.
Но видя мое искреннее непонимание добавил:
– В волосах посмотри.
Я провела пальцами по волосам и, что-то нащупав, вытянула. Рассмотрев токую косточку, взвизгнула и скинула ее с себя. Потом поняла, что на меня смотрит хозяин этой самой косточки, поспешно извинилась и начала думать, чем ее так взять, чтоб не руками. На помощь мне пришел Хорали, он протянул мужской платок, и я успешно завернула в него драконью кость.
– Эта щепка из моих ребер. Ты когда падала, подобрала ее, точнее, она сама к тебе прицепилась. А потом, ты обратилась ко мне напрямую, этим разбудив. Солнце уже заходило, и я четко слышал тебя.
– А Вы постоянно в образе дракона? В человеческий вид не можете обратиться, как при жизни? – исследовательский интерес Тары перешел на новый уровень.
– Нет, к сожалению, не могу. Меня убили, когда я был драконом. После смерти магия перевоплощения не работает.
– Вы не против, если мы посоветуемся? – спросил крылатого Наралон.
– Нет, не против, я уже понял, что вы не на увеселительной прогулке. Всех ваших планов я не знаю, поэтому вы сами должны решить, пригожусь я вам или помешаю.
Голос призрака звучал равнодушно, но в глазах был интерес.
Мы слезли с лошадей, и отошли немного дальше.
– В принципе, дракон, хоть и в облике призрака, это хорошее преимущество. Может и не сожрет, но напугает точно, – начал Гарсэлл.
– А днем как? Нас сразу станет всем видно, – спросила Кьяра, – Он же огромный.
– Днем я сплю, меня никто не видит, – отозвался призрак.
– А если я случайно потеряю косточку, он что останется на том месте навсегда? – задала я интересующий меня вопрос.
– Ох, – дракон вздохнул, – не переживай, дева, я отправлюсь к своим останкам, меня тянет туда, я никак не потеряюсь.
– Ну и смысл нам был отходить дальше, если он и так все хорошо слышит? – задала риторический вопрос Кьяра и мы все мысленно с ней согласились.
– Так что? Все за? – спросил Хорали.
– Только если пообещает нам помогать и не вредить никаким образом, – предложила Больяра.
Дракон смешно плюхнулся на пятую точку и раскрыл руки ладонями к небу:
– Торжественно клянусь всеми хранителями, что никак не наврежу присутствующим.
Фраза прозвучала торопливо и впопыхах, будто дракон боялся, что мы передумаем. Нас всех озарил белоснежный свет, и облик Ордана, хранителя этого мира, провозгласил:
– Твоя клятва принята. Ступайте.