Глава 27. Морской бой
Ивар
В короткие сроки Фрейр снарядил в плаванье свой корабль Скидбладнир, которому всегда сопутствовал попутный ветер, что нам было на руку. Рядом с ним плыл Сессрумнир. Близнецы не особенно горели желанием сражаться, но тот факт, что их отец снова пленен в Асгарде, подгонял их двигаться вперед, невзирая на опасность.
Как мы и предполагали, Тор во всю устраивал грозы и ливневые дожди. Ас полагал, что буйство стихии должно было нас отпугнуть. Наивный. Наши драккары успешно справлялись с непогодой.
Есения трудилась наравне со всеми. У нас было мало времени на то, чтобы уединиться. Каждый был занят своим делом. Но даже с учетом этого я заметил, как Локи что-то передал ей, когда мы останавливались на ночлег. Какой-то сверток. Я не идиот и понимал, что они что-то задумали, словно без этого нам не хватало проблем. Знал, что если бы попытался расспросить кого-то из них, то ничего бы не добился. А так, делал вид, что ничего не замечаю. В нужный момент просто окажусь рядом.
Мало мне было этих двух хитрецов, так и Йормунганд постоянно гипнотизировал Труд, что нервировало Есению. Хати флиртовал чуть ли не со всеми, кто был женского пола. Сколль стала задумчива и молчалива, даже в какой-то прострации. Уже хотелось надавать по шее каждому из действующих лиц, чтобы встряхнуть, мы ведь не на экскурсию плыли. Небо все время сохраняло свинцовый оттенок, редкие передышки нормальной погоды давали нам только жалкие часы, чтобы выдохнуть. Весла синхронно разгоняли драккар, на каждом сидело минимум по три гребца. В дальнейшем одному предстояло продолжать это занятие, другому — прикрывать первого, а третий готовился активно сражаться.
— Что-то Тор не сильно старается, — ехидно сказал Йормунганд, вытирая пот со лба и всматриваясь в редкие проблески неба между облаками.
Большую часть времени мой брат предпочитал плыть под водой. Там ему было спокойно и никто не мешал, а главное, Труд не мозолила глаза. Но сейчас он поднялся на драккар.
— Чувствует, что дочь на одном из кораблей. Тебе же лучше, если она выживет.
— И ты туда же. Сдалась вам эта валькирия.
— Она сражается на нашей стороне, так что перестань.
В очередной раз брат закатил глаза. Он не особенно впечатлился моими аргументами, но и к Труд не лез, благоразумно держась на расстоянии от нее. Уже что-то. Золотоволосая валькирия чувствовала эту неприязнь, но не опускала взгляда и не пряталась. Эта девушка всем своим видом показывала, что ей наплевать на угрозы. На месте Йормунганда я бы не особенно на нее выпендривался, удар у Труд явно тяжелый. Хотя… Может быть, это поставило бы змею мозги на место. Еще немного, и я сам начну раздавать нашему войску тумаков. Каждый будто испытывал мое терпение. Сурт периодически косился на меня, до сих пор злился из-за моего заявления.
Есения вновь проводила Йормунганда пристальным взглядом. Ее глаза угрожающе сверкали. Я облизнулся и показал ей на палатку, которая стояла на палубе. Если не дать ей выдохнуть, то случится очередная перепалка. Есения послушно прошмыгнула за ткань.
— Тебе надо отдохнуть, — сказал с порога, следуя за своей волчицей.
— Я не устала.
Подойдя к ней, я потер ее руки и заледеневшие пальцы. Эта девушка совсем не щадила себя, будто испытывала тело варга на прочность. Дождь закончился совсем недавно, значит, у нас было немного времени до следующего. Ее сырую одежду стоило сменить на сухую, поэтому я потянулся к сумке, где мы хранили вещи.
Тор действительно не особенно расходился. Знал, что мы могли запихнуть его дочь на любой из кораблей. И каждый раз она меня локацию. Бальдр пока благоразумно не использовал свою силу и на глаза воронам, периодически кружащим в воздухе, не показывался. Время от времени Нидхёгг палил по пернатым служителям Одина огнем, но скорее вяло, будто у него имелись занятия поинтереснее. Так он всего лишь старался развеять скуку.
— Есения, тебе нужно поберечь себя.
— Но ведь ты себя не берешь.
— Я…
— Что? Великий волк, который убьет Одина?
Я застыл с охапкой одежды. Есению трясло, нервозность точила мою волчицу изнутри, поэтому я обнял ее, крепко прижав к себе. Чем ближе мы подплывали к Асгарду, тем сильнее ее выдержка сдавала позиции. Есения не привыкла к сражениям, поэтому ей предстояло остаться на корабле в окружение верных варгов. Я не пущу ее в самую гущу.
— Тебе надо переодеться в сухую одежду.
Ее одеревеневшие пальцы, уже ставшие мозолистыми, попытались стянуть с себя мокрую тунику, но давалось это ей нелегко. Я поддел ткань и помог, но когда хотел надеть на нее сухое, она остановила меня.
— Я боюсь потерять тебя, — еле выговорила она, уткнувшись мне в грудь лбом.
Мое сердце стучало быстрее от любви к своей волчице. Ради нее я был готов пройти через все круги ада, только бы вновь оказаться рядом, обнимать, вдыхать ее запах, видеть улыбку. Я взял ее лицо в ладони и поднял, чтобы Есения посмотрела на меня. Ее глаза выглядели уставшими, измученными. Надо было оставить ее в Ванахейме, но она категорически отказалась.
— Я люблю тебя, моя прелесть. И сделаю все, чтобы вернуться к тебе.
Есения соблазнительно прикусила губу, привстала на цыпочки и поцеловала мои губы своими ледяными. Она совсем продрогла, и я крепче прижал ее к себе, пытаясь укутать своим теплом.
Сначала поцелуй был легким, но довольно быстро превратился в жадный, отчаянный, голодный. Есения пыталась вложить в этот процесс всю свою любовь, потом толкнула меня в сторону кожаного мешка, лежащего на полу. Член в штанах приветливо дернулся, отзываясь на требования моей волчицы. Я не собирался сопротивляться, поэтому покорно лег. Если ей от этого будет легче, пусть хоть изъездит. Единственное, времени у нас было не так много. Есения начала быстро избавляться от остатков одежды, я последовал ее примеру, не сводя с нее глаз. Мы будто гипнотизировали друг друга.
Устроившись рядом со мной, Есения начала покрывать мое тело поцелуями. Ее глаза сверкали в полумраке, который создавался за счет плотной ткани палатки. Я гладил ее тело, мял ее грудь, играясь с сосками, превратившимися в затвердевшие горошины то ли от холода, то ли от желания. Ее пальцы обхватили мое горло, но и это я мог позволить. Есения была прекрасна. Во всем. Моя волчица.
С похотливой улыбкой она встала рядом со мной на четвереньки, оттопырив задницу. Кажется, я никогда не устану от своей дикарки. Просить несколько раз не требовалось. Я пристроился сзади, провел стволом вдоль складок, наслаждаясь тем, как моя девушка тихо постанывала. Нам приходилось сдерживать звуки удовольствия, ведь мы находились не в лесу, где нас слышали только деревья и живность, а на драккаре.
Грубо намотав на кулак ее волосы, заставил сильнее прогнуться. Сначала вошел медленно, чтобы не доставить боли, но когда понял, что член скользил легко, то одним толчком дошел до конца. Есения начала покачиваться мне навстречу, вызывая ухмылку. Даже в таком положении она могла иметь меня, хотя наша поза была предназначена для обратного. Моя левая рука блуждала по ее телу, пока вторая сжимала пряди.
Как это у нас часто бывает, то, что начиналось медленно, превратилось в агрессивные толчки. Тем более, что время загоняло нас в рамки, скоро мы должны были расстаться на какое-то время. Мои пальцы проскользили от ее шеи, по груди, попутно сжимая полушарие, и опустились на заветное местечко, чтобы усилить ее ощущения. Чтобы не стонать громко, Есения вцепилась зубами в свою же ладонь. Когда почувствовал, что мой член сжали, будто в тисках, и понял, что она почти добралась до пика, как и я, приготовился сбросить ее. Но Есения не позволила. Она настояла на том, чтобы я излился в нее. Снова.
— Тебя ждет больше, если вернешься в целости, — игриво сказала она, когда мы повалились на мешок.
— Плутовка.
В поцелуй я попытался вложить то адское желание, которое сжигало меня изнутри каждый раз, стоило нам с Есенией остаться наедине. В такие моменты месть не шла ни в какое сравнение с нашим возможным будущим. Но у нас были обязательства, теперь даже Есения с этим не спорила. Я положил ладонь на ее плоский живот, потом наклонился и поцеловал.
— Будь в безопасности, Есения. Пока я буду там, оставайся на корабле, вдали от битвы.
— Я буду в безопасности, Фенрир. Обещаю.
Звук рога возвестил о следующем пункте нашей стратегии. Я быстро оделся, жадно поцеловал Есению и отправился наружу.
Следующие действия происходили стремительно, сменяясь как в калейдоскопе. Время незаметно таяло. Организованно часть варгов и йотунов высадилась на берег и скрылась в густом лесу, пока остальной флот продолжил надвигаться на Асгард. На душе скреблись саблезубые тигры от того, что приходилось на время упустить Есению из виду, но так они с Локи расслабятся, подумают, что их очередная идиотская затея вне подозрений.
Заняв позицию неподалеку от моста Бифрёст, мы стали ждать. С нашего места были хорошо видны сияющий замок Одина и белоснежные стены, а также излучина реки, которая протекала под мостом и огибала Асгард. Хеймдалль трубил в свой рог, возвещая о прибытии Нагльфара. Наш флот как раз показался из-за поворота. Если раньше наши корабли плыли, выстроившись в одну линию, то теперь надвигались несколькими рядами. Я посмотрел на дальние небольшие драккары, где должна была находиться Есения вместе с Хати и Сколль. Нидхёгг затаился где-то высоко в небе.
На Бифрёст уже высыпались эйхерии. Светловолосый Тор выделялся массивной тушей, в его руках вертелся Мьёльнир. Сидящий рядом со мной Йормунганд прищурился. Все думали, что я самый мстительный из нашей семейки. Как бы не так. Йора не переплюнуть никому. Мой брат покрутил в руках кинжалы, как и наш отец, он предпочитал это оружие. На моем же поясе висел меч, который когда-то воткнул мне в нёбо Тюр. Жаль, что моей главной целью был Один, а не этот бог-предатель.
Периодически я поглядывал на Сурта, его воинствующий настрой волновал меня куда сильнее. Перед тем, как мы сошли на берег, Локи попросил только об одном, не давать огненному этину со своей секирой приблизиться к Иггдрасилю. Странная просьба. Но бог коварства хотел выкрутить Рагнарёк не так, как ему суждено пройти. Это вселяло хоть какую-то надежду, что сегодня мы не умрем. Сурт будто почувствовал мой пристальный взгляд, посмотрел на меня и хищно ухмыльнулся. В его глазах горела жажда битвы и крови.
В авангард нашего флота входили самые крупные корабли, посередине которого летел Нагльфар. За ними шел центр линии, состоящий из такого же количества кораблей. Позади арьергард идентичной численности. В самом конце самые легкие, гибкие и маневренные суда. У большинства воинов на кораблях в руках блестели топоры с квадратным выступом на нижнем крае лезвия. Именно такое оружие чаще применяли в морских сражениях, оно больше годилось для захвата и абордажа.
Под синхронные движения весел наши корабли стремились к драккарами эйхериев, которые решили прикрыть проход к стенам и мосту. Флот Асгарда тоже выстраивался в несколько рядов, носами к нашим кораблям. Было ожидаемо, что Один обзаведется драккарами. Но благодаря тому, что Фрейр не пришел асу на выручку, альвов среди них не имелось, а значит меньше первоклассных лучников.
Не успела первая линия во главе с Нагльфаром приблизиться к врагам и стенам Асгарда, как по нашим выстрелили из катапульт. Мы не отвечали, точно лучники застыли в ожидании команды. Неприятельские камни попадали на палубы, решетили борта, убивали и ранили людей, но корабли в грозном молчании продолжали идти вперед. Благоразумно наши воины опустили мачты, спасая паруса. Барабаны стучали, задавая ритм гребцам. У некоторых наших кораблей имелась железная рама, привязанная к носу, она играла роль тарана и мешала абордажу.
Подойдя уже совсем близко к вражескому флоту, альвы и валькирии открыли огонь по кораблям эйхериев. Полетели стрелы и копья. Нидхёгг вырвался из облаков, но вместо флота нацелился на стены, где стояли лучники Асгарда. Дракон сбивал их, калечил, жег, катапульты разлетались в щепки, отчего снаряды падали вдоль стен в реку.
В последний момент сближения двух линий кораблей, при том, что наша была значительно короче, наши драккары рассыпались, внося хаос в порядок эйхериев.
На судно, где стояла Хель кто-то метнул копье, но его поймала великанша Модгуд, которая в обычное время охраняла вход в Хельхейм. Сместив корпус, чтобы уйти с линии атаки, она поймала копье, описала рукой полукруг, повернула в противоположном направлении для обратного броска. Воительница немедленно швырнуть его обратно в противника.
Бой длился минут тридцать, а мы все ждали сигнала. За это время подошли остальные корабли, выстроились в линию и тоже вступили в бой. Горящие стрелы метко попадали во вражеские драккары. Занимались паруса, языки пламени взвивались к небу и лизали мачты, разбегались по снастям. Огонь разливался по палубе, корабли горели, как гигантские костры. И все равно у Одина имелся перевес по количеству сил.
Эйхерии, стоящие на мосту по главе с Хеймдаллем и Тором, больше наблюдали и ждали развязки. Уверен, что бог грома увидел свою золотоволосую дочь. Молнии периодически били то в один, то в другой наш драккар. Щепки летели в стороны, некоторые из воинов падали в воду. Я заметил одноглазого аса, наблюдавшего за происходящем около моста. Плащ Одина развевался от ветра. Ас впитывал происходящее, чем яростнее бой, тем он сильнее. Валькирии как раз поднялись в воздух, но тут же попали под огонь Нидхёгга. Дракон начал со всей яростью обстреливать воительниц залпами пламени, сбивать их мощным шипастым хвостом. Несколько дев врезалось в стену и упало в воду.
Среди всего этого хаоса, эйхерии не замечали более мелкие проворные суда, которые подплыли к вражеским дракарам. В воздух взлетели три огненных залпа, запущенные Локи. Это сигнал для брандеров и для нас, чтобы мы отсчитывали двадцать минут, прежде чем начать наступление на мост. Более легкие и очень маневренные суда плыли до тех пор, пока не сцеплялись с вражескими. Воины проворно перебирались в шлюпку, зажигали свой брандер, забрасывали на неприятельский корабль ядро, начиненное зажигательным составом и отплывали на небольшое расстояние.
Через короткое время пылающий драккар эйхериев взлетел на воздух, снопы зеленоватых искр взрывались эдаким фейерверком. Потом еще один и еще. Вот вам и волшебный состав, сделанный Локи с помощью своей магии, мастерства двергов и знаний Гулльвейг. Что-то мало это походило на добавку в удобрение, как думал Альвар.
Далеко по обе стороны разлетались горящие обломки. Огненным дождем посыпались рядом стоящие корабли и зажигали их. Пламя быстро обегало всю линию вражеских судов. Только теперь эйхерии поняли, почему в гущу сражения залетела только малая часть наших кораблей. Река покрывалась гигантскими кострами – горели корпуса кораблей и звучали гулкие раскаты взрывов.
За счет пиротехнического "шоу", который устроил Локи, драккары противника не особенно нас задержали. Теперь путь к мосту со стороны реки был очищен, чтобы воины с Нагльфара и других наших кораблей, высадились на берег. Их носы как раз повернулись в ту сторону, где сияли белизной и позолотой ворота. Хаос около стен отвлекал от нашей части войска, ожидающей в лесу. Мы как раз держали путь в сторону Бифрёста. Рядом со мной шагал Сурт, я покрепче сжал рукоять меча.
Первая часть плана успешно пройдена. Впереди мост.